Тэхён
— То есть, по ней же видно, что она ненормальная. О, Боже, не могу поверить, что она действительно пришла сюда на обед! Я бы ушла домой, мне было бы слишком стыдно.
Чертовски раздражающий голос Жизель действовал мне на нервы. Я не понимал, почему мы должны терпеть ее или ее прихлебательниц за обедом. Я был взбешен этим. Сегодня меня раздражало все. Благодаря сплетням о Дженни на этой неделе, слухи обо мне почти полностью утихли.
Я должен был чувствовать облегчение.
Я не чувствовал.
Я бросил злобный взгляд на Жизель, когда она встала, чтобы получше рассмотреть объект своих пыток.
Дженни вошла в кафетерий, Джису шла рядом с ней. Водопад каштановых волос скрывал от меня ее лицо. Если бы я увидел, что она снова плакала, я бы, блядь, сорвался прямо сейчас. Тем утром в раздевалке и так было достаточно плохо. Та одинокая слеза, скатившаяся из ее глаза, будет преследовать меня до конца жизни.
Это я довел её.
Если мне требовалась еще одно подтверждение того, что я ублюдок, то эта слеза подходила как нельзя лучше. Я сказал ей, что она для меня больше не существует. Что за шутка. Я не мог выбросить ее из головы, она полностью завладела моими мыслями. Для меня существовала только она; это была правда, которую я не мог отрицать.
— Ты не слышала директора Смит? Это был розыгрыш, который вышел из-под контроля. Неужели ты думаешь, что Дженни оставляет свой дневник где попало, чтобы его мог скопировать любой желающий? — Чимин фыркнул.
Жизель вздохнула.
— Ясно, что она не просто оставила его где попало. Это Тэхён забрал его, верно?
Я почувствовал, как она повернулась ко мне, удовлетворение исходило от нее, как вонь от старого сыра.
— Разве нет? Тебе надоело постоянно видеть ее дома, всю такую странную и надоедливую, и ты решил преподать ей урок.
— Ты что, блядь, оглохла? Это был розыгрыш, и точка. — Намджун огрызнулся, что заставило Жизель замолчать на целую минуту.
— Ну, Жучок, похоже, не нашла это смешным, и вы, ребята, тоже, так что я сомневаюсь, что это был просто розыгрыш.
Раздражение, кипевшее в моей крови, перелилось через край, и я дернул подбородком в сторону Жизель, толкая ее поднос с обедом.
— За этим столом слишком много народу. Проваливай.
Ошеломленная тишина встретила мои слова.
— Прости что?
Я смерил ее взглядом.
— Я сказал, что за этим столом слишком много людей, и ты здесь лишняя. Ты скучная, и мне чертовски надоело слушать, как ты болтаешь без умолку. Отвали, пока я не перестал быть вежливым.
— Ты такой засранец, — сказала Жизель через мгновение, встав и скрестив руки перед собой. — Я думаю, ты просто бесишься, потому что Жучок расстроена по какой-то причине, не знаю по какой. Может, потому что ты слил ее дневник.
— Еще раз заговоришь об этом гребаном дневнике или о Руби Дженнифер , и тебе не понравятся последствия, — процедил я. Дерьмо, что я сейчас делал? Угрожал случайной дрянной девчонке? В кого я превратился? Сначала сломал нос Чонгуку, теперь запугивал королеву сук нашего класса. Из-за Дженни я был сам не свой, и абсолютно ничего не мог с этим поделать.
— Думаешь, только у Дженни есть темные постыдные секреты? Я уверен, что такие найдутся и у тебя, и если ты не заткнешься нахрен и не перестанешь произносить ее имя своим поганым ртом, я сделаю своей миссией выяснить их, и убедиться в том, что все о них узнают. — Я чуть не зарычал на Жизель.
Она моргнула, глядя на меня, в ее густо накрашенных глазах выступили слезы.
— И не называй ее больше Жучком, раз уж на то пошло, — добавил я.
Жизель развернулась и умчалась прочь. Ее гнев и крокодильи слезы никак не повлияли на меня. Я не собирался сбавлять обороты. Меня беспокоил только вид слез Дженни. Родинки, единственного человека, которому я открылся впервые за долгое время. На самом деле, впервые за всю жизнь.
Эта неделя была медленно разворачивающимся кошмаром, и я был готов проснуться от него. Слив дневника был необдуманным, импульсивным поступком, порожденным гневом и обидой, а теперь я не мог отмотать время назад. Ну а Дженни дала всем знать о моем прошлом… и оно стало достоянием общественности. Теперь, благодаря моей атаке на нее, каждый гребаный неудачник в школе думал, что может издеваться над ней. Воспоминания о каплях крови на ее белой футболке преследовали меня.
— Разве это не похоже на закрытие ворот после того, как лошадь ускакала, когда ты сам же ее и выпустил? — Чимин приподнял бровь.
Я неловко пожал плечами и встал. Я не смог удержаться от того, чтобы не перевести взгляд Дженни и Джису. Они сидели за столом в конце зала и молча ели. Я отвернулся, прежде чем она успела заметить мой пристальный взгляд.
— Чувак, ты почти не притронулся к еде.
— Я не голоден. Увидимся на катке. — Я бросил свой поднос на пути к выходу, не оглядываясь.
*Дженни
— Доброе утро, я звоню из «Вестей Хэйд-Харбора» и хотела спросить Вас о том, как отыскать статьи, опубликованным около десяти лет назад. Я не смогла найти их в Интернете, поэтому мне интересно, как можно получить к ним доступ?
Я записала адрес, который дама дала мне по телефону. Секретарь «Хроники Миднайт Фоллс» оказалась более чем любезной и, к счастью, не потребовала журналистского удостоверения.
— Хорошо, и я могу просто заглянуть туда и просмотреть старые издания? Отлично. Я заеду чуть позже.
Я была не против пропустить сегодняшнюю игру, чтобы поехать в Миднайт Фоллс и попробовать выяснить, кто откопал ту статью.
— По пятницам закрыто, дорогая. Приходи в субботу… они работают каждую третью субботу месяца.
— Хорошо, сойдет. Третья суббота месяца? Похоже, посетителей у них было немного.
Я повесила трубку и записала адрес маленькой библиотеки, где хранились все выпуски «Хроники» с момента их создания в 60-х годах. Похоже, мне предстояло вернуться в Миднайт, но на этот раз я поеду одна. Я итак достаточно втянула Джису в свое дерьмо. Мне нужно было разобраться во всем самой. Кроме того, я не хотела, чтобы гнев Тэхёна распространился и на нее. Это было между мной и им.
Остаток недели прошел без происшествий. В основном я пряталась по разным классам, с головой уходила в учебу и старалась как можно чаще сливаться со школьной мебелью. Как ни странно, люди довольно быстро забыли обо всем. По какой-то причине они, похоже, поверили в то, что это был розыгрыш. Моя бурная реакция на него должна была распространиться как лесной пожар по школе, но, на удивление, не получила широкой огласки. Довольно скоро разговоры снова вернулись к Тэхёну и его загадочному прошлому.
Сегодня вечером была важная игра. Победители официально станут ближе к Национальным соревнованиям, чем Хэйд-Харбор был за последние десять лет. Мой отец волновался, черт, да вся школа сходила с ума.
Так получилось, что матч проходил против команды «Вулканы», за которую играл мой коллега Крис. Он был чертовски взвинчен и писал мне весь день.
Я не хотела идти и даже сказала об этом своему отцу. К сожалению, разочарованное выражение его лица разбило остатки моего сердца вдребезги, поэтому я болталась на ступеньках ледовой арены, ожидая приезда мамы. Джису была на работе, так что мне предстояло наблюдать за игрой Тэхёна в одиночестве.
Мой телефон завибрировал в кармане. Мама опаздывала. Отлично. Кроме того, отец не брал трубку, и она хотела, чтобы я нашла его, чтобы пожелать удачи. Одно из его маленьких суеверий перед игрой: папа не сможет думать об игре, если он не получит от мамы пожелание удачи перед началом матча.
Я поплелась внутрь, неохотно пробираясь к раздевалкам и кабинету отца.
Игроки сновали туда-сюда, некоторые только что пришли, другие уже оделись. Сегодня в воздухе витало напряжение. Чонгук болтался у лестницы. Его нос больше не был забинтован, но под глазами все еще виднелись синяки.
— Привет, ты ищешь своего отца? Он только что зашел в кабинет.
Улыбка Чонгук немного успокоила меня. Было приятно видеть дружелюбное лицо, когда я так нервничала.
— Спасибо. Да, я должна передать ему особое пожелание удачи. — Я одарила Чонгука небольшой, неуверенной улыбкой, первой со вторника, как мне казалось.
— Правда? От кого?
— Кто у нас здесь? — прогремел громкий голос позади, и внезапно меня обхватили чьи-то руки, подняли и закружили.
Я знала этот чертов голос.
— Крис, отпусти меня, — запротестовала я. Последнее, в чем я нуждалась, так это в новых сплетнях о себе.
Крис подчинился, и Чонгук уставился на него, пораженный.
— Ты Крис Оуэнс, верно? Из «Вулканов». Ты отлично играешь, чувак.
Крис ухмыльнулся.
— Спасибо, приятно слышать. Дженни никогда не говорит мне этого, совсем.
— Жучок не особо следит за хоккеем, — сказал Чонгук.
Крис нахмурился.
— Жучок?
— О, это ее здешнее прозвище, — сказал Чонгук, отступая.
Крис посмотрел на меня.
— Ну, я полагаю, негодяи из Хэйд Харбор Хай не так изобретательны, как им хочется думать, верно, Дженн?
— Все в порядке, меня это не беспокоит. Я привыкла.
— Тебя это не беспокоит, или ты привыкла? — надавил Крис.
— Мне все равно, серьезно. В любом случае, мне нужно срочно нужно зайти к папе. Удачи тебе сегодня, — сказала я Крису и развернулась, врезавшись прямо в непростительно твердое тело.
Тэхён возвышался надо мной, точно призрак в черном. Он даже не покачнулся, когда я отскочила от него, напомнив мне о нашей первой встрече и о том, как он сбил меня с ног на парковке, даже не пошевелив пальцем.
Крис громко присвистнул.
— Если это не сам звездный игрок, Ким Тэхён. Мы полностью готовы сразиться с вами в этом году. Возможно, твоя команда изменилась, но это тебе не поможет, — поддразнил он.
Тэхён хранил полное молчание.
Я подняла на него взгляд. Он смотрел на Криса со смутно угрожающим видом.
Я вышла из его тени, и это движение привлекло внимание Тэхёна. Он казался встревоженным, между бровями пролегла тонкая морщинка. Его плечи были сгорблены, а губы сжаты. Когда именно я научилась расшифровывать эмоции Тэхёна по одной лишь позе, я понятия не имела, но это не могло быть хорошим знаком.
— Увидимся позже, — крикнула я в сторону Криса и Чонгука.
— Давай прогуляемся после игры, Дженн, — Крис ухмыльнулся мне.
Я не осмелилась снова взглянуть на Тэхёна, когда уходила. Вместо этого поспешила к кабинету отца и постучала.
— Войдите! — Его голос звучал взволнованно.
Я просунула голову в дверь.
— Мама опаздывает, а ты не отвечаешь на звонки. Она желает тебе удачи.
Папа усмехнулся про себя и кивнул.
— Хорошо, теперь я готов к игре.
— Ты с ума сошел со всеми этими суевериями и ритуалами.
— Не суди, пока не попробуешь, и, кроме того, я знаю, что у тебя есть свои маленькие ритуалы в дни контрольных. Разные карандаши с разной степенью остроты и прочее.
Я кивнула, признавая, что он прав.
— Увидимся там, Дженн.
— Пока.
Я повернулась обратно к коридору и заметила, что он начал пустеть. Криса не было; ему, вероятно, вообще не стоило удаляться от своей команды. Чонгук тоже ушел, и в коридоре осталось не так много людей. Несмотря на небольшое количество, я не смогла бы сосчитать их, даже если бы попыталась, потому что один конкретный человек остался. Тэхён стоял посреди коридора, устрашающий в своей экипировке и джерси. Его глаза встретились с моими, и это было похоже на прикосновение.
Грубые чувства вырвались наружу из того места, куда я запихнула их в своей груди. Его взгляд все еще ощущался на мне, как электрический разряд. Сколько времени пройдет, прежде чем мое глупое сердце поймет, что он списал меня со счетов, просто так? Когда до меня дойдет, что он покончил со мной? Я надеялась, что очень скоро. Нет, я нуждалась в этом. Я не могла справиться с долгим, неувядающим разочарованием, усугубленным жестоким предательством.
Он направился ко мне большими, размеренными шагами. Мое сердце учащенно забилось, нервы сжались в комок. Он заговорит со мной? Тэхён остановился рядом, его темные глаза скользнули по моему лицу. Напряжение росло между нами, как надвигающаяся буря. Что он собирается сказать мне? В его глазах была смесь обиды и гнева, совсем как у меня. Прежде чем я успела слишком разволноваться, Тэхён отвернулся, невысказанные слова так и не слетели с его губ. Он прошел мимо, оставив меня тосковать по нему в одиночестве.
С Тэхёном было что-то не так. С первой же секунды, как прозвучал свисток, он утратил связь с реальностью. Все началось с того, что он врезался в Криса, центрального нападающего Вулканов, и они оба ударились о борт. Мой взгляд не отрывался от них, даже когда Сокджин подхватил шайбу и помчался по льду, забив первый гол в игре. Стадион разразился радостными криками, хотя Тэхёну сделали предупреждение и разрешили снова стать на свою позицию в центре.
Как только игра возобновилась, Намджун подхватил шайбу и помчался с ней вдоль борта. И снова мой взгляд был прикован к Тэхёну, который в очередной раз набросился на Криса. Крис проигнорировал его, отъехал в сторону и стал наблюдать за игрой, пока Тэхён намеренно не врезался в него. Крис повернулся, и вскоре эти двое уже дрались. Другие игроки разняли их, и Тэхёна отправили на скамейку штрафников. Он наблюдал за игрой с мрачным выражением лица: «Вулканы» воспользовались тем, что «Геллионы» остались в меньшинстве, и сравняли счет.
Когда его пять минут истекли, он вылетел на каток и забил в первые тридцать секунд. Затем он, казалось, снова сосредоточился на Крисе. После того, как очередное столкновение отправило их обоих на борт, Сокджин остановился перед Тэхёном, и было похоже на то, что два Геллиона вот-вот вцепятся друг в друга. Мой отец рвал на себе волосы и дико жестикулировал, наблюдая за происходящим.
Тэхён и Джин отправились на скамейку запасных, но их спор, похоже, продолжился. Джин ткнул пальцем в мою сторону, и Тэхён напрягся еще больше.
Когда они вернулись на лед, Тэхён казался замкнутым. Он больше не затевал драк с Крисом, но и не забивал. Как будто отключился и не мог втянуться обратно в игру. «Вулканы» повели в счете.
Как только прозвучал сигнал перерыва, я направилась вниз, чтобы перехватить отца, пока он не ушел в раздевалку. Он был напряжен, его челюсть была стиснута, а губы поджаты. Эта игра была очень важна, и от нее зависели не только надежды команды на участие в Национальных соревнованиях, но и цель моего отца — стать тренером по хоккею в колледже.
— Пап, что происходит?
— Я не знаю. Что-то с Тэхёном. Он рассеян, и мы можем проиграть из-за этого. Он должен включиться в игру, и немедленно. Смотри в оба, я нигде не могу его найти, а мне нужно поговорить с ним до конца перерыва. — Отец заторопился прочь.
Я достала бутылку с водой из сумки как раз в тот момент, когда из толпы вынырнула мама.
— О, слава Богу, я думала, что пропустила больше, чем первый период.
— Нет, ты вовремя, молодец, чего не могу сказать о «Геллионах».
— Серьезно? Тэхён все еще так расстроен?
Я пожала плечами.
— Он был на скамейке штрафников уже три раза. Я не уверена, что это — расстройство или помешательство.
— Расстройство, конечно. Он переживал всю неделю, с тех пор как вышла та злополучная статья. Его можно понять. Теперь все говорят о нем, а он скрытный человек. Это, должно быть, ад.
— Да, вторжение в частную жизнь — это хуже всего. Иногда люди получают по заслугам, — пробормотала я, мое настроение испортилось, когда я вспомнила о своем дневнике. — Я выйду подышать свежим воздухом, ладно? Мне нужно остыть.
Я покинула оживленную трибуну и направилась к боковой двери. Толкнув ее, я оказалась снаружи, у задней стены здания, в блаженном одиночестве. Прохладный ночной воздух успокоил меня, и я сделала долгий, бодрящий вдох. После чего откинула голову назад и уставилась в багровое вечернее небо. Приближалась ночь, и я стояла в сгущающихся сумерках. Я не собиралась жалеть Тэхёна. Неа. Только не я. И что с того, что его мечты накроются медным тазом? Это была не моя вина, даже если он так думал.
Раздался легкий скребущий звук, и я поняла, что кто-то прислонился к стене рядом с дверью. Непрошеный взгляд упал на меня. До боли знакомый. Я даже не удивилась, что он здесь. Как будто мы просто не могли оставаться порознь. Нас все время тянуло друг к другу. Я застряла на его орбите — маленькая бледная луна против его пылающего солнца.
Я повернулась и посмотрела на него, гадая, как он чувствует себя после первого периода игры. Он нанес много травм, но и сам получил немало ударов.
Он наблюдал за мной непроницаемыми глазами, прислонившись головой к стене позади него. Я вспомнила его признание, которое он сделал, когда мы ссорились в раздевалке, о том, что я разбила ему сердце и поставила под угрозу его будущее. Даже при том, что это была неправда, что я выдала его секреты, факт оставался в том, что он был рассеян и несфокусирован, и если он не исправит это, то шанс играть в хоккей за университет ускользнет у него из рук.
Это была не моя вина, я знала это, но все же, видя его прямо сейчас, разбитого и несчастного, я не могла не испытывать жалости. Его мечты могли умереть сегодня вечером. Как бы я ни злилась на него, я не хотела этого. Маленький мальчик, который повесил порванный ловец снов на окно грязного трейлера Бонга, заслуживал большего.
— Ты разваливаешься, Ким.
Мой голос прозвучал твердо. Встреча с Тэхёном сделала меня сильнее во многих отношениях. Сейчас я извинялась гораздо меньше, чем раньше, что было разительным улучшением.
— Я в курсе, — тихо ответил он.
— Так сделай что-нибудь с этим. — Я скрестила руки на груди и уставилась на него снизу вверх.
— Почему тебя это вообще волнует? Ты должна быть счастлива. Я вернусь в Миднайт Фоллс, а твой парень, Крис, сможет отпраздновать свою победу.
Я нахмурилась.
— Тайлер не мой парень.
Тэхён фыркнул.
— Он хочет им быть.
— Ну да, конечно. Перестань ввязываться с ним в драки и сконцентрируйся.
Тэхён оттолкнулся от стены и направился ко мне.
— Сконцентрироваться на чем? На том факте, что все на трибунах думают о моем прошлом, о том, что мне здесь не место… что я убийца, волк в овечьей шкуре, который постучит к ним ночью в дверь… — Он прервался, когда дошел до меня. — Нелегко сконцентрироваться, когда все только и ждут, когда ты взорвешься.
— Тогда перестань думать обо всех. Они не имеют значения.
— А ты, Жучок? Я не думал, что ты из тех, кто так быстро переключается на другого… Крис Оуэнс, вероятно, просто выжидал время, чтобы воспользоваться шансом.
Я закатила глаза.
— Тебе то что до этого? Я разбила твое сердце, помнишь? Меня не существует.
Его глаза закрылись от моих слов, и он тяжело сглотнул. На моем лбу выступили капельки пота. Сожалел ли он о своих резких словах? Хотела ли я этого? Лучше всего было сменить тему.
— Я думала, что ничто не имеет значения, кроме твоей мечты, так? Хватит лажать. Я думала, ты лучший?
Мой подстрекающий тон легко мог разозлить его, но этого не произошло. Наоборот его глаза сузились, а в голубых озерах зажегся вызов.
— Я лучший.
— Докажи это. — Я пожала плечами и направилась внутрь. Я не могла находиться слишком близко к нему, иначе проиграла бы битву за сохранение хладнокровия и отчужденности. Весь обратный путь я чувствовала на себе его взгляд. Первые за всю неделю он согрел меня.