Глава 11
– Слушай, Тэхен... Я тут подумал, – Юнги жует губу с пару секунд, прежде чем продолжить, – хочешь пойти ко мне домой?
Простите, что? Тэхен в растерянности даже слегка побил ладонью по своему уху. Может, у него уже внутренние голоса заговорили?
– Я?! К тебе? Но ты... ты уверен?
– Я просто подумал... Ты ведь как-то приглашал меня к себе. Так что почему бы и мне не пригласить тебя?
Юн неловко чешет затылок, бросая слегка смущенный взгляд на одноклассника. Боги... Как девчонка себя ведет, честное слово.
– Только тогда ты меня послал, – тихо фырчит младший, снова припоминая ту ситуацию Юну. Как-никак тогда ему было сильно обидно, ведь он через собственную стеснительность переступил и получил от ворот поворот. Но сейчас уже не злится в действительности. Странное приятное чувство, доводящее буквально до исступления слишком вскружило ему голову. Только внезапно посещает мысль, что после такого Юнги и передумать может, а потому Тэ торопится добавить:
– Мне... мне все равно некуда особенно идти. Я не задержусь надолго.
Все внутри Юна резко подпрыгивает, взрываясь с таким оглушительным бумом, что даже легкий звон в ушах появляется.
– Ты... серьезно? Согласен? Тогда пошли! – Мин практически подскакивает со скамейки, сразу же хватая Кима за руку.
От неожиданности парень даже ориентацию в пространстве потерял (не будем шутить про потерю гетеро ориентации, у него ее отродясь, похоже, не было). На улице становилось все темнее, улицы освещали только фонари, но Тэхен шел прямо за своим спутником.
Какое-то безумие. Счастье. Нет, не то. Безумное счастье. Юнги даже не до конца осознает, что практически бегом идет к остановке. А когда ловит себя на этой мысли, резко замедляется до обычного шага, тут же прокашливаясь.
– Ты не голоден? Можем зайти по дороге, купить чего-нибудь. Мать, конечно, наверняка что-то готовила. Или сестра. Но мы можем и купить.
– Думаю, можно взять каких-нибудь снэков, у меня как раз есть деньги на ланч, которые я не истратил... – кивает он и вдруг задумчиво прикусывает губу, потому что его посетила одна важная мысль.
– Оставь свои деньги себе, потом на ланч потратишь, – Мин дергает губой, фыркая. Тут вообще-то он ухаживать пытается. Или что... с Тэхеном как с девчонками не нужно?
А ведь и правда... Тэхен же парень. А как за ним тогда ухаживать? Цветы не подаришь, сладости тоже вряд ли воспримутся так же, как девушками. Разве что... сводить его в музей?
Тэхену дико неловко, но такое чувство, что Юнги... заботится о нем? Да, будто бы так. И началось это с того момента, когда он впервые получил от этого хулигана небольшой перекус. Ведь к Киму никогда раньше не проявляли такого внимания. Возможно, только классе в первом, когда какая-то девочка-одноклассница (тогда они еще в Корее жили) купила ему маленькую баночку клубничного сока. Парень не помнит точно, какая была причина, но сам момент он запомнил. Это было приятно.
– Нам, наверное, нужно быть осторожными... Как твоя мама относится к таким... как я? – как можно аккуратнее интересуется младший.
– Думаю, моя мать была бы счастлива, будь я таким же, как ты. Ботаник лучше хулигана, – Мин смеется тихо, останавливаясь у остановки. Осталось дождаться автобуса. – Я для нее как заноза в заднице: вечно наперекор все делаю. А ты же послушный до ужаса. Тихий, робкий. Будь я таким, мать наверняка была бы куда спокойнее. Кто знает, может, даже любила бы меня.
Юн усмехается, опуская взгляд вниз, рассматривает свои ботинки.
Вообще, говоря "такой, как я", младший имел в виду собственную ориентацию, однако услышав то, как говорит Мин, внутри что-то сжалось. Кажется, ему не хватало не то, что отцовской любви, но и материнской тоже... Тэхен тоже не самым желанным человеком чувствовал себя в жизни семьи, но... мать все-таки проявляла внимание, когда было необходимо. Покупала книги необходимые, вещи, очки, одежду... Поэтому жаловаться казалось кощунственным.
Правда, с другой стороны, его несколько раздражало то, как о нем говорил Юн. Как будто он весь такой правильный, слова против сказать не может... как тряпка. Тэ не хотел бы, чтобы о нем думали так. Это действительно обидно.
– Ты считаешь, что нужно быть молчаливым ботаником, чтобы тебя любили? – нервно дергает уголком губ младший. – Думаю, ты видел, какая это любовь. Особенно в школе. Да и отца мне это не дало, впрочем как и огромного внимания матери, – выдохнул Ким, сжимая свою ладонь в кулак.
Слушая Тэхена, Юн постепенно ощущает какое-то неприятное сжатие внутри из-за его слов. Кажется, задел за живое. Даже как-то стремно, что ли.
– Прости, я не хотел.
– Ладно, проехали, – отмахивается он. – Я вообще думал о том, что нам стоит вести себя как просто неплохие друзья на глазах у твоей мамы.
– Снова ты за свое, – Мин даже поворачивается к парню всем корпусом, как раз замечая подъезжающий автобус. – Я говорил тебе, что мы не друзья. Друзья друг к другу такое не чувствуют.
Юн подталкивает младшего к двери и заходит следом. Тэхен достает свою проездную карточку, прикладывая к валидатору. Оплатив проезд, Мин снова утаскивает одноклассника в самый конец автобуса. Время позднее, а потому он практически пустой. Лишь редкие пассажиры куда-то едут.
Кима поначалу напрягают слова Юнги. Снова эта излюбленная им тема: "мы не друзья", которая изначально делала не то, чтобы больно, но неприятно. Только сейчас это звучит уже по-другому, куда более обнадеживающе. Тэ даже уголки губ приподнимает в едва заметной улыбке и, конечно, идет за Мином в конец автобуса, где они и садятся. Давно Тэхен так допоздна не задерживался на улице. Кажется, парень едва ли не впервые видит столь малое количество людей, в первую очередь, в автобусе.
– Моей матери плевать, с кем я дружу, – начинает Юнги, едва они усаживаются поудобнее. – А на то, с кем встречаюсь, тем более. Так что нет смысла притворяться.
– Просто, я подумал, что не стоило бы ее так сразу огорошивать... – он прикусывает губу, понимая, что тема о его матери так себе вариант. Юнги почему-то совершенно уверен, что она его не любит, но... так же не бывает, правда? Ну не может быть, чтобы ей было настолько все равно на сына. Что ж, у него будет возможность увидеть эту женщину и понять, действительно ли все так плохо и как она себя ведет с Юном. Если конечно, она будет дома.
Внезапно, Тэхен вспоминает об еще одном члене семьи.
– А твоя сестра? Как думаешь, она бы поняла нас?
Юнги чуть отворачивает голову вбок, поджимая губы. Признаться, он не знал, какой реакции от сестры ожидать. Если на реакцию матери ему было абсолютно плевать, причем даже не важно, какой она будет, то реакция сестры могла задеть. Мин может и хреновый сын, но как брат он был вроде неплохим. Ну, по его скромному мнению, конечно же. Во всяком случае, сестру он любил и надеялся на ее понимание и принятие.
– Не знаю, – вздохнув, Мин откидывает голову чуть назад, прикрывая глаза. – Она, вроде, адекватная. На мать похожа разве что внешне.
Парень садится ровнее и трет нервно шею сзади. Отсюда до его дома ехать не так уж и далеко, так что возможности "подумать" у него особо нет. Да и уже не хочется, если честно...
– Я не люблю врать. Да и не хочу. Поэтому просто будь собой. Если сестра не захочет понять – ее проблемы. Отказываться от тебя из-за этого я не стану.
Младший глазами ошарашенно хлопает. То есть вот так? Сначала издевался, общаться не хотел, а сейчас вот так запросто готов из-за него взять и отказаться от семьи? Нет, это, конечно, пугает. В первую очередь Тэхен не хотел бы быть "яблоком раздора". Это ну никак не входило в его планы. А если быть честным, в его планах давно было только что-то вроде "найти хорошо оплачиваемую работу, много путешествовать и одиноко состариться в небольшом загородном домике с книгами в руках". Формально, даже Юнги в его планах не было, и осознание того, что жизнь поменялась в какую-то более хорошую сторону, чего не ожидалось вообще, все еще удивляло. Так ведь Мин вдобавок обозначил, что они встречаются, и что это не секс на пробу или одну ночь.
– Кто я такой, чтобы ты отказывался от семьи из-за меня? Я тебя совсем не понимаю, Юнги... – удивленно трет висок. – Господи, это так странно, я... – Тэ не успевает закончить, чувствуя, как постепенно осознание всей ситуации и нервного напряжения стремительно набирает обороты. Волнение уже очень пугающее, ведь Тэхен похоже едет ДОМОЙ к СВОЕМУ, блять, ПАРНЮ, появившемуся как будто из ниоткуда. Еще несколько часов назад Тэ был свободен как ветер, а тут...
Юнги буквально тащит парня к двери, когда они подъезжают к нужной остановке и в сторону дома своего ведет, все так же держа за руку.
– Если они не принимают мой выбор, какая же они семья? Ты вон даже хулиганом меня принял, хотя я над тобой издевался или... – Мин чуть притормаживает, поворачивая голову в сторону Кима. – Ты, может, мазохист? Поэтому и нравится все это? – усмехнувшись, парень продолжает свой путь к дому. – В любом случае, не узнаем, пока не окажемся у меня дома.
– В смысле? – снова выпучивает глаза Ким, поспешно открещиваясь. – Я не... я не мазохист! С чего бы вообще? – и правда, ему вовсе не нравится, когда над ним издеваются. Ну уж нет. Это ведь безумно больно и обидно. Порой даже не только телесно, но больше душевно. Он и издевки Юнги все еще помнит, однако старается его понять, только и всего.
Сердце глухо отстукивает от ребер, и этот звук отдается в уши и затылок. Не хочется верить, что мать Юнги настолько тиран, но и не верить, после всех слов, не получается. Тэ впервые был бы счастлив, если б ошибся. Всю дорогу, как только они вышли из автобуса, в голове только эти мысли. Пугающие, неоднозначные. Именно поэтому они все это время почти молчат. Видимо, каждый о своем думает.
Идти от остановки приходится долговато. Юнги не в самом популярном районе живет и семья у него не особо богатая. Хотя вот новый ухажер матери, вроде как, прилично зарабатывает. Может, и перевезет потом ее в место получше.
По пути к дому Мин заруливает в круглосуточный, покупая две жестяные банки пива, пачку сигарет и пару пачек чипсов. Кассир снова цокает языком, бубня под нос о вреде курения и алкоголя, и что детям не стоит такое употреблять, но все равно пробивает покупку.
– Не ворчи, дядь, – усмехается Юн, салютуя кассиру. Он с этим мужчиной хорошо знаком. Еще бы, ведь едва ли не через день у него сигареты покупает. – Пошли? - обращение уже Киму адресовано.
Юнги забирает пакет с кассы и, взяв одноклассника за руку, выходит из магазина. Кивнув Мину, мальчишка направляется за ним, ощущая, как тот на автомате его за руку схватил, сжимая. А у Тэхена-то руки вспотели от волнения.
От магазинчика, кстати, до дома рукой подать. Поэтому уже через пару минут они оказываются на нужном этаже. Достав из кармана ключи, Юн открывает дверь и заходит в квартиру первым.
– Проходи, – Мин кивает младшему головой, закрывает за ним дверь и стягивает ботинки.
Неловко ступив за порог, Тэхен осматривается. Довольно простая квартира, на вид не выглядящая как пыточная, уже хорошо. Пахнет выпечкой и рисом. Ничего, что служило бы каким-то предостережением. Ничего вычурного, все просто, чисто, спокойно. Ну, еще бы. Две женщины в доме.
– Брат, ты пришел? – тихий голос сестры слышится за секунду до того, как сама Соми появляется в коридоре и почти сразу замирает.
Тэ снимает с себя обувь, ставя ее аккуратно в уголок на придверный коврик, когда слышит чей-то голос. Подняв взор, Тэхен видит девочку. На вид она примерно их возраста, но во взгляде угадывается еще легкая грустинка и наивность. Младшая.
– Здравствуйте. А вы... кто?
– Это Тэхен, – отвечает за Кима Юн. – Ты чего вышла?
Девочка мнется несколько секунд, прежде чем начать говорить. Все же... неловко озвучивать такое при посторонних. Тем более учитывая, что она этого парня в первый раз видит.
– Мама злая. Искала тебя, ругалась опять, что ты домой вовремя не пришел, – чуть наклонившись вбок, чтоб разглядеть получше Тэхена, которого Юн частично закрывал, Соми слегка улыбается. – Это твой друг? Такой красивый.
Ким хоть и смотрит на девочку, но слова выдавить не может. Даже "привет" дается с большим трудом, словно ему доступ кислорода перекрыли. Юнги даже глаза закатывает. Ну честное слово. Хоть кто-то способен устоять перед красотой Тэхена? В глазах его сестры ведь едва сердечки не пляшут.
– Красивый. И он занят мной.
До этого чуть прищуренные глаза девчонки в секунду округляются, и пока она ничего не успела сказать, Юнги берет Кима за руку и ведет к своей комнате.
Тэхен догадывался, куда именно ведет его Мин, и, вроде, реально угадывает, поскольку, когда они заходят, все в помещении говорит о том, что комната принадлежит парню: заметный легкий хаос, побросанные вещи, в большинстве своем на кровати. Но Тэхен не осуждает. У него тоже нечасто можно найти в комнате что-то нужное под книгами или другими бумажками. Да и в целом, какой-то жуткой грязи или остатков пищи он не усмотрел. Все достаточно неплохо для комнаты школьника.
Юнги сразу закрывает дверь за ними. Не на ключ, конечно, а хотелось бы. Мало ли до чего их мозг, опьяненный алкоголем и отсутствием рядом посторонних людей, может довести.
– Садись, – Юн кивает на кровать и сам уже через секунду садится на нее. Из пакета, что им дали в магазине, сразу извлекаются пиво и снэки. Сигареты Мин убирает в портфель. Пусть лучше там лежат. Мать все равно перестала отбирать их. Ворчит только, материт иногда, но уже не забирает. Поняла, что бесполезно. Но привычка оставлять их в портфеле до сих пор у Юнги осталась, да и... Он же все равно в школе большую часть своего времени пока что проводит.
Для Тэхена все происходящее в новинку и, в первую очередь, то, что уже второй человек из семьи Мин назвал его красивым. Это из-за отсутствия очков или... Тэ даже не знает, как это объяснить. Как будто какая-то аномалия.
Коснувшись покрывала, он садится на кровать, которая мягко пружинит под ним и под самим Мином. Оглянувшись вокруг, Ким ловит себя на мысли, что было бы здорово лежать на этой кровати с Юнги и спать... Интересно, каково это: ощущать рядом чужое дыхание? Разве можно вообще уснуть рядом с другим человеком? А если раздетыми? Насколько далеко они смогут зайти? Юнги будет нежен и слегка смущен или же сразу возьмет и трахнет, едва узнав что и как? Ох... Кажется разум Тэхена увело не в том направлении. Мотнув головой, он часто моргает и, наконец, оборачивается к однокласснику.
Открыв одну жестяную банку, Мин протягивает ее парню, потом открывает для себя и делает несколько щедрых глотков. Тэхен ему вторит, делая глоток из своей банки.
– Не пожалел? – вдруг нарушает молчание Юнги. – Что пошел в бар...
– Я? Нет, не думаю. Ведь это, скажем так, первая моя вечеринка, которая закончилась без отвратительных последствий, – младший старается отшутиться и ведь не врет. Он пожалел бы, если б не пришел, а ведь в какой-то момент был уверен, что это будет очередная потеря времени. Тэ делает еще несколько глотков и отставляет банку на пол рядом с собой.
– Впредь все вечеринки, на которых ты будешь, будут заканчиваться хорошо для тебя.
"Потому что я не позволю кому-то испортить их".
Юн отпивает еще немного, прежде чем отправить в рот чипсину.
– Мне показалось, что тебе противно меня видеть, после той твоей реакции. Я не хотел заявляться туда, где меня не ждут. Просто... наверное, единственное, почему я окончательно решился – это нежелание оставаться в квартире по некоторым причинам, – умело вывернувшись от обозначения того, чем занимались мама и ее мужчина в комнате, Тэ слегка мнет пальцы, но после все же берет вторую упаковку снэков, раскрывая ее, чтоб опять руки занять, да и рот тоже. Он итак сегодня слишком много болтает.
От чужих слов брови вверх ползут. Мин словно в замедленной съемке поворачивается к парню, смотря крайне удивленно. То есть... это он сейчас серьезно? Тэхен правда собирался отказаться от похода в бар только потому, что его насторожило чье-то выражение лица?!
– Это не так, – вздохнув, Мин убирает с кровати все на пол, а банку с пивом даже отставляет чуть в сторону, чтоб не пнуть случайно. А еще и тэхеново пиво тоже убирает, ставя на стол рядом с кроватью. – Мне было не противно тебя видеть. Наоборот... Хосок хотел помочь мне сблизиться с тобой, а как именно не сказал. И когда... Когда он это озвучил – я испугался. Я всегда злюсь, когда что-то выходит из-под моего контроля. Но мне не было противно видеть тебя, Тэ. Ты – единственное, на что я вообще хотел бы смотреть.
Младшего едва не коротнуло. Чувство было такое, будто током ударило – именно так сработали слова Юнги. Не верится, что такой наглый, поначалу показавшийся противным хулиган, может быть таким заботливым, что ли. И даже нежным. И вся его речь была столь искренней, что Тэ рот раскрыл, молча слушая. Показалось, что Мин действительно открыл всего себя, вывернул душу наизнанку. Наверняка для такого, как он, тяжело было вообще о чем-либо рассказать, но он это сделал.
Облизнувшись, Юнги подается вперед, накрывая губы парня своими. Все вокруг вновь стирается, становясь размытым, таким незначимым, пустым. Все, что может ощущать Юнги – это тепло и мягкость чужих губ.
Сердце сжимается от поцелуя. Если честно, Тэхен боялся вот так себя вести в доме Минов, но когда губы одноклассника коснулись его, мысли ушли на второй план. Положив руку на чужую щеку, Юн осторожно поглаживает ее, но уже в следующую секунду дергается от голоса, раздавшегося у него за спиной. Ким вздрагивает вместе с ним.
– Ах ты паршивец! – голос матери едва ли не громом грохочет в стенах небольшой комнаты. Юнги на автомате вскакивает на ноги, поворачиваясь лицом к женщине и закрывая собой Тэхена. – Вот, значит, чем ты все время занимаешься?! Мало того, что куришь, дерешься и пьешь, так теперь еще и с парнями целуешься?!
Тэ понял, что они конкретно попали.
– Тебя это не касается, – Юнги отвечает матери твердо, даже чуточку грозно и кулаки при этом крепко сжимает.
– Рот закрой! – женщина в пару шагов сокращает расстояние до парней, отвешивая сыну звонкую пощечину.
Ким едва не вскрикнул. Сначала он опешил, но потом все-таки растерянно попытался извиниться, хотя толку от этого не было. До мальчишки вообще доходило очень долго, потому что увидеть, как родитель бьет своего ребенка... это страшно. Он не думал, что такое бывает и смотреть на такое выше его сил.
Внутри что-то в очередной раз хрустит, надламываясь. Что отец, что мать... Они оба... одинаковые. Конечно, это не первый раз, когда мать лупит его. Но раньше все ограничивалось несильными ударами женских кулаков по спине. Или же в него летела подушка или тапок. Но сейчас, когда щеку жжет от хлесткого удара, с губ даже нервный смешок слетает.
– Какой позор, что у меня такой сын. А ты, – госпожа Мин переводит взгляд на Тэхена, – проваливай из моего дома!
– Пожалуйста, не надо! Простите! – кричит младший, пытаясь достучаться до женщины, но той, кажется, все равно.
– Да кто ты такой, мерзавец мелкий?! – рука женщина снова поднимается, но на этот раз уже на Тэхена. Замерший до этого Юнги сразу же приходит в действие, стискивая руку женщины так крепко, что та даже злобный взгляд на него бросает.
– Не смей его трогать, – практически выплевывает Мин в лицо матери. Та словно не слышит слов родного сына, прожигая взглядом его одноклассника.
– Я сказала тебе проваливать! – госпожа Мин едва на ультразвук не переходит.
Тэхена словно изломали внутри и выкинули, как ненужную игрушку, до этого подняв настроение до небес. Сейчас же оно было ниже плинтуса.
– Простите, это было ошибкой, не бейте его! Он не виноват! – дыхание сбилось, а в голове на репите: "Бежать, бежать прочь из этого дома". Это все, на что хватило ума Тэ из-за стресса. Он уже хотел было уйти из комнаты, из дома в целом, кажется, даже сделал какие-то нерешительные шаги к двери, пока не осознал... Как он может оставить Юнги здесь одного?
Отпустив чужую руку, Юн бросает короткий взгляд на Кима, кинув ему тихое: "Подожди минуту". Взяв из шкафа пустой рюкзак, парень наобум запихивает туда несколько футболок, джинсы, школьную форму, зарядку для телефона и что-то по мелочи. Госпожа Мин наблюдает за всем этим сперва удивленным, а потом сердитым взглядом.
– А ты куда собрался? Я не разрешала тебе уходить. С этого дня ты под домашним арестом!
Слезы застилают весь обзор, Тэ почти не понимает, что делать. Ноги подкашиваются. Тэ не знает, как вообще согласился подождать Юна и просто стоять и ничего не делать. Какие-то урывки разговора долетают до Кима будто сквозь толщу воды, но он старается не фокусироваться на них. Тэхен надеялся, верил, что у них получится поговорить, что они просто недопоняли друг друга, но видя сейчас то, как Юнги поспешно собирает вещи, как кричит на него мать... Внутри все рвется, и парнишка сжимает рубашку на своей груди. Может, если бы они не целовались здесь так внаглую, и если бы это было не первое, что увидела эта женщина, возможно, у них был бы шанс на нормальное общение...
Закрыв рюкзак, Мин берет в руки портфель со школьными принадлежностями (или их пародией) и подходит к Тэхену, беря его за руку и сразу переплетая пальцы.
– Пошли.
Младший хватает губами воздух и утирает глаза тыльной стороной свободной ладони, пока Юнги, наконец, выводит его из этого ада. Проходя мимо матери, Мин нарочно толкает ее плечом, оттесняя от двери, которую та пыталась загородить. Но парню все по боку. Прет, как танк, ведя одноклассника к выходу.
– Юнги-оппа, ты куда? – девочка удивленно смотрит на рюкзак и портфель, что тащит брат.
– Прости, Соми, – усмехнувшись, Мин запрыгивает в кроссовки и ждет, пока Тэ последует его примеру. К этому моменту госпожа Мин выходит к ним.
– Уйдешь сейчас – и я больше тебя не пущу сюда!
– Да подавись, – вытащив из кармана ключи, Юнги практически швыряет их в мать, после чего, взяв Тэхена за руку, выводит его из квартиры.
Как только они оказываются за пределами квартиры и дома, наступает оглушающая тишина. Первые пять минут, пока они идут по улице, Мин сохраняет молчание. И лишь спустя время тихо произносит:
– Прости.
– Зачем ты извиняешься? Это я виноват, что все так вышло, – Тэ трет висок пальцами.
– Ты-то тут причем? Да и извинился я не за себя, а за поведение матери. Я сам терпеть не могу ее истерики, и мне противно, что ты это видел.
Юн чуть крепче сжимает руку младшего в своей.
– Поживи у нас. Мама не так часто бывает дома, тем более... с тобой мне будет как-то проще сейчас прийти в квартиру, – Тэ нервно усмехается, пытаясь сделать так, чтобы предложение не выглядело как жалость или сильная навязчивость. – Она ведь была рада тогда тебя увидеть. Я уверен, она не будет против, ты ведь мой первый... – хотелось сказать "друг", но он вовремя вспомнил, как триггерило Мина с этого слова. Они совсем не друзья.
Младшему так обидно за Юнги, если честно. Сердце сжимается от того, как все получилось. Обидно за то, что мама Юна его не воспринимает и даже не слушает. Конечно, он тоже не уверен, что его мать нормально среагирует на ориентацию своего сына, но кажется, что все будет не настолько плохо. Однако лучше не загадывать.
Мин даже останавливается, крайне удивленно смотря на Тэхена. Первичное оцепенение сходит довольно быстро, поэтому, проморгавщись, юноша мотает головой.
– Не нужно. Я поживу у Хосока какое-то время. Госпожа Чон хорошо ко мне относится, а отца Хосока часто дома нет. Побуду пока там. Устроюсь на подработку куда-нибудь, чтоб заработать денег и сниму комнату.
Юнги чуть хмурит брови, прикидывая примерный план своих дальнейших действий. Главное сейчас найти место, куда он сможет устроиться. Он ведь в выпускном классе. Старшеклассников часто нанимают на неполный рабочий день. А если работать усердно, то можно и заработать неплохо. Так что... просто нужно немного потерпеть и приложить усилия.
Тэ выпученными от удивления глазами смотрит на парня рядом с собой. Вот это кардинальное решение выходит.
– Ого... – от шока это единственное, на что хватает Кима. Нет, он не думал, что Юнги так сразу вернется домой после подобного скандала, но надеялся, что хотя бы через недельку, ну или месяц, в крайнем случае. А тут оказывается, что Мин уже и план выстроил, а ведь они еще школьники...
– Ты вообще уверен, что это стоит того? Тебе придется пахать на работе, да и как ты собираешься найти такую работу, чтобы снять квартиру? Это же... дико дорого, – Тэ сглатывает нервно.
– Пока что буду снимать комнату, а как закончу школу, устроюсь на другую работу и смогу снять квартиру. Я все равно планировал свалить от матери, как только стану совершеннолетним. Ну, подумаешь, случилось чуть раньше, – Юн даже как-то равнодушно пожимает плечами. – Вполне возможно, что скоро я даже смогу предложить тебе переехать и жить со мной, – Мин поднимает серьезный взгляд на одноклассника. – Насколько я понял, ты тоже не горишь желанием жить со своей матерью. Пока мы еще учимся, я не буду настаивать, но учти, что едва мы закончим школу, я заберу тебя к себе.
Тэхен едва не давится собственной слюной от еще большего ахуя. Ему сейчас предложили... что? Даже правильнее будет сказать, перед фактом поставили.
– Я...? К тебе? – он несколько ошарашенно потирает лоб. Чувство, что у него все лицо сейчас цвета спелого помидора, потому что горит оно нещадно. Да он даже отношений в своей жизни не знал никогда. Видел в интернете фотокарточки своих одноклассников, целующихся и не только, какие-то видео, читал много об отношениях и совместной жизни. Но это все теория. Ты никогда не знаешь, что тебя ждет с определенным человеком. Особенно учитывая то, что еще недавно он был отбитым издевщиком и хулиганом, да и знакомы всего ничего, а встречаются как бы – и дня целого не наберется, всего пара часов. Только, глядя на Юнги, и не скажешь, что он шутит.
– Ты уверен, что... не пожалеешь об этом? Мне кажется, ты сильно торопишься, – Ким взволнованно сжимает ладонь старшего в своей.
– Не знаю. Как можно загадывать, что будет в будущем? В нем нет гарантии. Ни в чем нет гарантии. Я живу тем, что имею на данный момент. И сейчас мое намерение такое.
Младшему тяжеловато и неловко, все еще чувствуется какая-то фантомная вина за произошедшее.
– Именно, ни в чем нет гарантии. Может быть, ты найдешь еще кого-то... и вообще, что только не случается в этой жизни, – грустно выдыхает младший, натягивая улыбку. По правде говоря, он не сильно верит в такое желание Юна. Это слишком поспешно и... странно. Зачем ему такой, как Тэ, так еще и на долгий срок?
Палец как-то на автомате проходится по чужой руке, поглаживая бережно. А потом Мин делает шаг вперед, прижимаясь губами к губам парня. И этот поцелуй словно снова дает надежду. Ким прикрывает глаза на секунды, чтобы ощутить тепло чужих губ. Возможно, и правда не стоит задумываться о будущем и загадывать так далеко.
– Пойдем, – Юн тянет младшего вперед, – провожу тебя до дома. А то уже слишком поздно. Не хватало еще, чтоб и твоя мать ругала тебя.
Улыбнувшись уголком губ, хулиган осторожно тянет Тэхена в сторону остановки.
– Ты точно будешь в порядке? – Ким согласно кивает и направляется за Юнги.
– Разберусь. Когда-то это все равно случилось бы, – парень пинает по пути какие-то камушки, имевшие неосторожность попасться ему на пути.
Они подходят к остановке, и Тэ смотрит по картам, соображает, куда и на каком автобусе им нужно ехать. Садится на скамейку в ожидании, осматриваясь по сторонам, но все так же держа ладонь Мина в своей. Юн чуть крепче сжимает чужую руку, а потом и вовсе придвигается ближе, садясь вплотную. Найдя необходимую информацию, Тэхен отнимает взгляд от экрана телефона и свободной рукой тянется к щеке парня, аккуратно ее касаясь. Все же она пострадала, и хоть краснота была не сильно заметна, рукой чуствовался легкий жар.
– Спасибо тебе.
Прикосновение руки к щеке будто бы обжигает кожу. Но только если с ударом это была боль, то сейчас это ощущалось приятным жаром. Юн на секунду прикрывает глаза, наслаждаясь. И внутри так странно тепло и легко становится. Вот оно. Ради этих ощущений Юнги готов сделать все, что угодно. Просто потому, что Тэхен первый, кто проявил к нему... симпатию? Вряд ли сейчас это можно назвать любовью. Но то, что чувствует Мин, находясь рядом с Тэхеном, привязывает его словно канатом, заставляя меняться, подстраиваться.
– За что? – Юн смотрит вопросительно и даже слегка удивленно. Вроде ничего не сделал.
Младший смотрит на Юнги, неосознанно проводя языком по собственным губам. Благодарность сорвалась у него как-то сама. На удивление, этот парень оказался очень решительным человеком.
– Просто ты единственный, кто сейчас рядом со мной. И ты провожаешь меня домой, – он слегка улыбнуться старается, хотя не знает, уместно ли это сейчас, учитывая ситуацию и состояние Мина. Тэхен, конечно, остался бы с Юнги, но напрашиваться в чужую квартиру, пусть даже это Хосок... Нет, это будет уже перебор. Да и что тот скажет родным, когда у него два парня останутся ночевать? Еще одну семью рушить не хочется.
Наконец, автобус подходит к остановке. Мин поднимается на ноги первым, поправляет рюкзаки и тянет Кима за собой к входу. Они сразу находят оптимальные места в самом конце и садятся туда. Безумно радует, что автобусы сейчас практически пустые. Ну, еще бы, ночь на дворе. Это они тут ночные жители, а нормальные люди спят в такое время. Устроившись на сидении, Юн оставляет рюкзаки на соседнем месте, сразу откидываясь на спинку и расслабляясь. Легкий гул едущего полупустого автобуса будто даже успокаивает, а разморенное алкоголем и подкошенное неким стрессом тело бастует, отчего Тэ ненавязчиво укладывает голову на край плеча Юнги.
– Только позвони сестре, чтобы она не переживала, – веки начинают тяжелеть и противостоять этому сложно, но, может, стоит как раз немного подремать, пока они едут?
– Не думаю, что ей есть дело. Мы не настолько близки, – Мин лишь фыркает, думая об этом.
С сестрой они действительно не то, чтоб очень близки. Так, перекидываются иногда парочкой фраз. Но, тем не менее, Юнги за судьбу сестры в целом переживает. Выражает это, правда, по-особенному. Но по-другому просто не умеет. Он вообще порой поражается, как умудряется проявлять свои чувства к Тэхену не в той извращенной форме, которую вложили в него родители, а в нормальной, адекватной. Видимо, за первые восемь лет жизни все же успел схлопнуть систему того, как ведут себя, когда действительно любят.
От веса чужой головы на плече приятно сосет под ложечкой. Мин даже губу успевает прикусить, как вдруг Тэ подскакивает. Внезапная новая мысль по голове как обухом бахнула.
– Дай свой телефон, – выпрямляется младший и протягивает руку.
– Телефон? – Юн подвисает даже на пару секунд, но потом все же лезет в карман и извлекает мобильный, передавая его в руки одноклассника. А потом внимательно наблюдает.
Тэхена радует, что обходится без лишних вопросов, а потому сразу же берет протянутый мобильный. Нажимая на нужный значок, он открывает цифровую клавиатуру и вбивает туда свой номер, ну и, соответственно, подписывает контакт как "Тэхен". Это чтобы Юнги не перепутал и не потерял его. А после возвращает гаджет владельцу.
– Напиши мне, когда будешь дома. То есть... дома у Хосока, – он неловко сглатывает и снова укладывает голову на плечо старшего. – Хочу быть уверен, что с тобой по пути ничего не случится.
– Да что со мной может случиться, – бурчит Юн, опуская глаза на телефон, который ему только что вернул Ким. Смотрит с пару секунд на забитые цифры и едва заметно улыбается.
Пожалуй, это первый сторонний контакт в телефоне Юна. До этого в телефонной книге были забиты лишь номера парней из их компашки (первые в списке, конечно), матери и сестры. Ну и так, по мелочи, доставка там, номер классного руководителя. Что-то такое. Но этот контакт... Наверное, сейчас (в порыве внезапно свалившихся эмоций) он мог бы даже поставить Тэхена на первое место. Хотя... Пожалуй, Хосока будет трудно сдвинуть с пьедестала.
Остаток пути они едут в молчании. Юн лишь иногда поглядывает на своего парня(?), поглаживает большим пальцем его руку, что держит все еще в своей. На данный момент, несмотря ни на что, Ким может сказать, что ему уютно с этим человеком. Даже просто молчать. Может, это потому, что у Тэ слишком много алкоголя в крови, и он просто не способен особо разговаривать и не нуждается в том, чтобы Юн вечно что-то выспрашивал. Может, будь они трезвыми, его бы волновало, почему Мин с ним совсем не говорит. Но обоим просто нужно привыкнуть ко всему новому в их жизни, ко всему произошедшему, да и друг к другу... И, наверное, лучше это сделать без множества разговоров.
Когда автобус подъезжает к его остановке Тэхен все же приоткрывает глаза, перестав клевать носом. Мин первым поднимается с места, поднимая свои сумки, а потом ведет Кима к выходу. Ночной воздух снова бодрит и возвращает немного разума.
– Тэхен... А твоя мать знает? Ну, что ты... не такой как все?
– Нет, конечно, не знает, – Тэхен часто моргает и слегка потирает глаз свободной рукой. – Я совершенно не представляю, как скажу ей об этом. Раньше в этом не было надобности, потому что я знал, что незачем распространяться и волновать лишний раз, ведь отношения мне не светят, да и вдруг я просто неправильно понял собственные эмоции... А сейчас все приняло довольно серьезный оборот, – младший опускает взгляд на собственную обувь. – Возможно я попробую узнать, как мама к этому отнесется, и сказать ей. Но постепенно.
– Ты только давай не так резко, как я, ладно? Я пока еще не снял комнату, чтоб ты мог в случае чего пожить со мной, если твоя мать будет в ярости, – Мин даже как-то нервно хихикает, поправив при этом рюкзак на плече.
– Я не такой отчаянный, как ты, – он слегка улыбается с какой-то толикой грусти. – Моя мама хоть далеко не образец для подражания, но она воспитала меня как могла. Мне будет тяжело, если она от меня откажется, – тихо выдыхает Ким.
Оставшуюся часть пути до дома Тэхена они идут молча. Мин ловит от этого определенный кайф. Он в принципе не самый болтливый в их компашке. Это по части Хосока. И Юнги всегда считал, что для комфорта ему нужно быть рядом с такими людьми. Которые не дадут заскучать. Но сейчас, идя рядышком с Тэхеном и дружно молча, парень чувствует себя до безобразия комфортно.
Они постепенно подходят к нужному дому, и Ким на автомате глядит наверх, высматривая, есть ли свет в их окне. А он есть. Главное, чтобы там была только мама. Ну не очень Тэхен приветствует чужих людей в доме. Некомфортно. Хотя, Тэ ничего против ухажеров мамы, в целом, не имеет.
Уже у самого дома Юн останавливается, поворачиваясь к младшему.
– Заходи, я дальше не пойду, – и уже спустя секунду Мин сокращает расстояние между ними, мягко касаясь губами губ. Ну, никак не может не сделать этого. Слишком уж понравилось целовать Тэхена.
Тэ оборачивается на Юнги и вздрагивает от того, как мягко чужие губы коснулись его и согрели. Всего одним касанием. Младший инстинктивно чуть поджимает их от приятного чувства и опускает взгляд на секунду.
– Увидимся в школе.
– Увидимся. Не забудь написать, когда будешь у Хосока. Передавай привет, – сердце снова в пляс пускается. Тэ едва сдерживает в себе те эмоции, которые начали рваться наружу, предвкушая, что сейчас будет наедине сам с собой. По крайней мере, пока будет ехать на лифте до своего этажа.
Ким открывает дверь подъезда, уже через секунду скрываясь за ней. Изнутри рвется какой-то оглушительный писк, и мальчишка прикрывает глаза и рот ладонями, ощупывая свое лицо. Он – все еще он? Лицо горит нещадно. Неужели это все с ним произошло? Не верится. Слишком реалистично для сна.
Парню требуется минут десять, чтобы переварить все, напрыгаться от радости, чтобы наконец зайти в лифт и доехать до этажа. Он открывает двери квартиры и опасливо заходит внутрь. На первый взгляд никого лишнего нет, чужая обувь в коридоре отсутствует – уже прекрасно. Тэ чуть более смело заходит на кухню, где горел свет.
– Тэхен? – женщина сидит за своим ноутбуком, попивая кофе. Одна. – Ты... где был? Почему так поздно? Ты видел сколько времени? А если бы что случилось? – она начинает сыпать вопросами, однако Тэ старается перебить.
– Все в порядке, меня проводили, – вырывается из паренька.
Бахи замолкает и смотрит на него с прищуром.
– Это тот твой друг, которого мы видели? – Тэ кивает. – Мне кажется, он плохо на тебя влияет. Он не слишком мне понравился на первый взгляд. Будь осторожнее.
– Мам, все не так, он вполне себе хороший парень. У него просто трудная семья.
Женщина снова нахмурилась.
–Я просто прошу тебя сохранять разум. По ночам с ним лучше не ходи, – говорила она будто серьезно, но практически без интереса. – Да, кстати... О, – она окинула взглядом его одежду, – ты... днем был дома? Переодевался? Когда? – сглотнула она. Тэхен, кажется, понял, к чему она клонит.
– Да, был. Точно не помню, но я знал, что ты со своим здесь, – он опускает голову, потому что говорить об этом неприятно и неловко.
Бахи потупила взгляд, тихо выдохнув.
– Тэхен-а, ты же знаешь, что бывает такое между мужчиной и женщиной. Это химия, необходимость. Они чувствуют потребность друг в друге и...
– Мам, все! Хватит! Я прекрасно знаю, что это такое. Я не ребенок. Ты достаточно припозднилась с этими объяснениями, – парень открещивается поспешно и удаляется в свою комнату. – Я к себе!
Он захлопнул дверь и сразу же плюхнулся животом на кровать. Это был трудный день, да и спать хотелось ужасно. Но нужно было еще сходить в душ. Так некстати в голове всплыли объяснения матери.
"...между мужчиной и женщиной..." – она считает, между двумя мужчинами такого не бывает?
И тут же в голове мысль проскочила: а как бывает у парней? Поначалу он долго мялся, гипнотизируя телефон, что достал из кармана, и кусал губу. Вроде и стыдно до ужаса, но посмотреть хочется. Интересно.
Тэ вводит в поисковике "секс между мужчинами" и едва не выпадает в осадок, когда видит, что первое ему выскакивает – список видео с сомнительным названием. По заблюренным стоп-кадрам Тэ понимает, что пока не готов это смотреть. Он тут же листает вниз и открывает ссылку на теоретическую часть. Там он успевает прочитать про отношения между людьми одного пола, а когда доходит до подзаголовка "как подготовиться к первому анальному сексу?", Ким понимает, что он не осилит сегодня. Во-первых, веки действительно закрываются, а во-вторых, он не готов сейчас возбудиться. А тут еще и приходит сообщение с неизвестного номера. Тэхен естественно знает, от кого это, и краснеет еще сильнее. Но радует, что Юнги добрался до дома Хо.
И все же приходится отложить чтение на завтра. По итогу, парень так и засыпает на кровати, даже не переодевшись.