Глава 5
Впервые, наверное, Тэхен не хотел идти на учебу, но не из-за уроков, а из-за людей, которые там учатся. Хотя... разве было раньше по-другому? В Америке тоже бывали такие тяжелые дни. Порой накатывала дичайшая безысходность. Однако прошлое притупилось и кажется, что хуже, чем сейчас, не было.
Он специально встал утром еще раньше и пришел в школу самым первым, к своему счастью, заставая учителя в кабинете уже проверяющим какие-то работы.
– Здравствуйте, мистер Ан, – на Тэхене все еще был легкий слой тональника, потому что маркер не отмывался до конца, несмотря на усилия, однако если не знать, то можно и не заметить эти отвратительные остатки узоров.
– А, Ким Тэхен. Ты рано, – мужчина смотрит на часы, но все же пропускает Кима в класс. – Проходи.
– Я хотел поговорить. Не могли бы Вы... пересадить меня к Ким Намджуну, пожалуйста? Или на какое-то еще место? - надежда плещется на дне карих глаз, спрятавшихся за очками. Учитель удивляется.
– Тэхен, мы не в первом классе, чтобы учителя сажали вас так, как хочется.
Младший опускает голову, нервно кусая губы. Завидев состояние парнишки, учитель все же вздыхает, продолжая.
– Но... если сегодня кто-то не придет, ты сможешь занять парту. Но только на сегодня.
– Спасибо, большое спасибо. Я скоро вернусь, – кивает Тэ, уходя в библиотеку. Там он просидит до самого конца, а точнее до начала урока, пока не прозвенит звонок. В библиотеке хотя бы всегда тихо.
Весь выходной день Мин провел дома. Валялся на кровати, смотрел фильмы, музыку слушал. В понедельник, придя в школу, Юнги занимает свое привычное место, умещая рюкзак на парте, и кладет на него голову, прикрывая почти сразу глаза. Тэхена еще нет, а значит помешать не может никто. Но его идиллию нарушают пиликанья телефона. В групповой чат их школы кто-то загрузил все видео и фото с вечеринки. И Мин мог бы забить на это хер, но на большинстве из них фигурировал Тэхен в не самом подобающем виде. И больше всего Юнги задели фотографии, сделанные, видимо, уже после его ухода. Смотря на все это, он медленно закипает от злости, руки мелко задрожали. Лишь усилием воли парень не швырнул телефон в стену. Подняв от телефона глаза, Мин понимает, что все его одноклассники в этот момент тоже рассматривают фотографии в чате, потому как кабинет просто заполнен удивленными, шокированными или же веселящимися звуками.
Наконец звенит звонок на урок. Тэ берет рюкзак, выходя из библиотеки, и натягивает на себя маску безразличия, такую уже привычную. Юнги убирает телефон в карман примерно в тот момент, когда в классе резко наступает затишье. И причину этому Юн обнаруживает, когда поднимает голову и видит зашедшего в класс Тэхена. За тишиной идут перешептывания и смешки.
– Эй, Тэхен, а ты, оказывается, неплохо танцуешь, – говорит ему кто-то из ребят. – Видел свои откровенные видео?
У парнишки все внутри ухает. Он очень плохо помнит, что было на той вечеринке, но от таких слов становится не по себе. Ким проходит мимо всех и замечает, что после той попойки, похоже, не все оклемались, ну или просто не захотели прийти: несколько последних парт (не считая миновской) пустуют, и поэтому он проходит в конец кабинета, садясь за одну из них - ту, что дальше всех.
Почему именно сегодня этот ботаник решил сесть за другую парту? Юн буравит его взглядом до тех пор, пока в класс не заходит учитель. Как только после приветствия все снова садятся на свои места, Мин возвращает взгляд на одноклассника и не отводит его весь урок.
Мальчишка сидит тише воды, ниже травы, даже глаз на доску не поднимает, словно веря в то, что если он не будет ни на кого смотреть, то и на него смотреть никто не будет. Однако в процессе урока на парту к нему прилетали бумажки, свернутые в шарик, а некоторые из них попадали прямо по голове.
В этот раз он не мог сосредоточиться на учебе вообще, еле записывал за учителем и даже тогда зависал сильно, не дописав слово, а после, на эмоциях все перечеркивал.
Звонок на перемену звучит слишком резко. Ким постарался скорее выйти из кабинета, но, даже идя по коридору, нарывался на смешки и тыканья пальцем. В слова, что ему кидали вслед, он не вслушивался, однако худшее было впереди. В поле его зрения вдруг показались смутно знакомые лица, только парень предпочел бы их не видеть. Желательно, никогда. Это ведь те мудаки, которые тогда избили Юнги. И когда "главарь", а это точно был он, обращается лично к Тэ, у того по загривку дрожь проходит от ужаса.
– Привет, школьная знаменитость, – издевательски хохочет Кенсу, скрещивая руки на груди.
Поднявшись с места сразу после звонка, Юнги уходит в кафетерий, чтоб купить булочку и банановое молоко, а на обратном пути застает картину, которая все внутри резко заставляет закипеть от гнева. Его старый добрый "друг" стоит посреди коридора со своими прихвостнями. И все бы ничего, но они буквально наседают на Тэхена. На ЕГО, мать вашу, Тэхена! Сжав крепко в руке упаковку с булочкой, Юн подходит ближе.
– Я вас не знаю, – Ким попытался обойти компанию, но был остановлен крепкой хваткой. Чужая рука больно сжала плечо.
– Да ладно тебе, парень. Мы видели, как ты отрывался на той вечеринке. Мы не против, чтоб ты и нас повеселил, – Кенсу крепко сжимает рукой плечо Тэ, хохоча.
– Снова он хорохорится, – Хосок, словно из-под земли выросший, подходит к Юну вплотную.
– Подержи-ка, – Мин буквально впихивает в руки друга свой перекус и в пару шагов сокращает расстояние до Кенсу. Перехватив одной рукой чужую, второй, сжатой в кулак, Мин довольно резко и четко заезжает До под дых. – Культяпки свои убрал.
Тэ такого поворота пугается и тут же пятится назад. Если еще и Юнги сейчас присоединится к этому издевательству...
– Ого, – Кенсу кое-как выпрямляется. – Какие люди. Давно не виделись, Юнги. Че надо?
На перепалку главных школьных задир сразу же собрались посмотреть едва ли не все соседние классы.
– Чтоб ты к нему не лез, – Мин хмурится, не сводя взгляда с До.
– Чтоб ты... и защищал кого-то? - задумчиво хмыкает задира. – С чего бы это?
– Я и только я могу подшучивать над ним. Если еще раз ты или кто-либо еще посмеет хоть пальцем тронуть его, будет иметь дело со мной, – Юнги крепко сжимает руки в кулаки.
– Что тут происходит? – сквозь толпу проталкивается учитель, обводя быстрым взглядом собравшихся в центре сего круга. – Мин Юнги. До Кенсу. И почему я не удивлен? На отработку захотелось? Быстро разошлись!
Кенсу угрожающе рыкает на Юна и сжимает кулаки.
– Поговорим еще с тобой.
Тэхен же, воспользовавшись моментом, ушел подальше и, можно сказать, спрятался в туалете. Не хватало ему еще Юнги, издевающегося над ним. Парень держится, но он не железный. Ким ненавидит быть в центре внимания, потому что зачастую это именно плохой вариант внимания. И мало того, что его класс видел позор Тэ на вечеринке, так еще и, походу, есть какие-то видео, о которых мальчишка не знает, а их уже чуть ли не вся школа видела. Он глубоко внутри надеялся, что здесь, в Корее, его подобная участь минует, но, кажется, снова придется терпеть эти бесконечные круги ада. Ким уже думает о том, что придется снова переводиться в другую школу. Только будет ли разница, если даже от смены страны лучше не стало? Он трет глаза и виски, тяжело выдыхая, и поджимает губы от досады.
Учитель чуть ли не пинками разгоняет всех. Мин сразу же возвращается к Хосоку, забирая у него свой перекус. А друг смотрит на него с легкой полуулыбкой.
– Чего лыбу давишь? – фыркает недовольно Мин.
– Все еще будешь утверждать, что он не нравится тебе? – Чон тихо смеется, покачивая головой. – Даже плохишам иногда хочется ласки. Просто признайся и прекрати уже гнобить паренька. Он совсем забитый стал. Еще и все это говно после тусовки. Может, нам стоит что-то с этим сделать? – Хо задумчиво гладит подбородок.
– С чего бы нам что-то с этим делать?
– Ну как же. Он – дама твоего сердца, – за эти слова Хо почти сразу получает тычок в бок, но лишь смеется, продолжая мысль, – тебе бы защитить его надо. Думаю, если одни из самых грозных хулиганов этой школы станут защищать ботаника, вроде Тэхена, никто больше не решится его обидеть. Конечно, может немного пострадать наш имидж, но, если честно, я уже даже немного устал от него. Доучиться бы этот год спокойно. Что думаешь? – Хосок опускает руку на плечо Мина, чуть сжимая. А тот смотрит на булочку в своих руках и губу задумчиво жует.
– Да поешь ты уже, не в классе же есть, честное слово, – Чон цыкает языком и, похлопав друга по спине, уходит в свой кабинет.
Юнги действительно быстренько уминает булочку, запивая все это щедро банановым молоком, а потом заходит в класс.
После звонка Тэхен все же возвращается и садится на прежнее место за партой, хотя замечает, что на него смотрит никто иной как Юнги. Потому Ким достаточно резко поворачивает голову в другую сторону. И чем были продиктованы слова Юна там на перемене? Хотя, все логично, может теперь за него идет борьба как за личную игрушку для битья?
С момента, как Ким переступает порог и вплоть до звонка на перемену, Юнги не отводит от него взгляда.
Кое-как отсидев несколько уроков, Тэ, наконец, выходит из кабинета, подумывая о том, что надо бы поесть где-то в другом месте, но библиотека на обед закрыта, а даже если бы не была, то его с едой оттуда поперли бы, сто процентов. Парень встает в очередь в столовой, хотя все это время за его спиной и впереди слышатся какие-то шушуканья. Даже когда он шел по коридору, снова замечал взгляды на себе. И, если честно, пока стоял, выбирая, что взять поесть, все больше хотелось уйти отсюда и поесть в другом месте. По итогу Ким взял только питьевой йогурт и булочку с мясо-рисовой начинкой (даже поднос не стал брать), чтобы было удобно взять с собой, и все же рискнул пойти к своему излюбленному столу в углу. К счастью, там как и всегда было пусто, но мальчишке все равно было некомфортно. Мысли затапливали с головой и все еще казалось, что на него смотрят, высмеивают. Он буквально закидывал в себя еду, поспешно пережевывая и давясь, лишь бы побыстрее уйти.
Большая перемена начинается, и все сразу идут в столовую. Все, кроме Юна. Он чуть тормозит, задерживаясь в классе, но не один. Он хватает Ену под локоть уже у самого выхода из класса. Ее подружки, заметив это, удивленно выгибают брови, останавливаясь и переводя взгляд с нее на Мина.
– Чего встали? Валите, она догонит вас, – парень хмурится, фыркая недовольно. Девчонки переглядываются слегка испуганно, но, получив от подруги утвердительный кивок, сразу же сваливают.
– Что-то случилось, Юнги-оппа? – Ан Ена очаровательно хлопает глазками, стараясь милашничать.
– Удали, – коротко бросает Мин. Улыбка на лице девушки сразу сменяется непониманием. – Фото и видео с вечеринки в твоем доме. Удали все это.
– Зачем? Мы так классно повеселились, – Ена фыркает, выдергивая свою руку из чужой. – Только не говори, что жалеешь его.
– Я дважды повторять не буду. Если к началу следующего урока все это не исчезнет, ты столкнешься с последствиями. И я буду крайне счастлив загнать тебя на его место. Обрушить на твою голову все те издевательства, которые проверял на других не одну сотню раз.
Толкнув девушку плечом, Мин выходит из класса. Там, сложив на груди руки, уже стоят Хосок и Джексон. И оба улыбаются как идиоты. Видимо, Чон рассказал своему однокласснику о всех мыслях и догадках относительно Тэхена. И почему-то на сердце становится легче от того, что отвращения в чужих глазах Юн не видит.
У входа в столовую они встречаются с Чанбином и Чангюном, а потом все вместе идут за едой, как всегда игнорируя очередь. Взяв поднос с едой, Юн оборачивается, взглядом ища в столовой одного единственного человека. Найдя Тэхена на его привычном месте, Мин выдыхает с долькой облегчения и, кивнув друзьям, направляется к угловому столику.
Тэ едва не подавился куском булки, когда увидел приближающуюся к нему компанию во главе с Юнги. Мысленно Ким уже поставил себе памятник. Теперь он точно труп.
Конечно, он попытался впопыхах встать и уйти, но сказать, что Юн этого ожидал, значит не сказать ничего. Парень лишь с тяжелым вздохом ловит одноклассника за плечо и усаживает на место, сразу же садясь по одну сторону от него. С другой стороны умещается Хосок.
Тэ понял, что ему не избежать этой компании. Да, конечно, парни зачастую его особенно не трогали во время еды, но сейчас все по-другому и, может быть, ему хорошо достанется супом, поскольку это блюдо есть у всех. Почему бы и да? Честно, он не надеялся больше ни на что хорошее, поэтому взгляда на парней не поднимал и все так же старался побыстрее съесть оставшийся в руке кусок, чтобы уж точно уйти и хотя бы на улице переждать остаток перерыва.
– Некрасиво так убегать, – фыркает Юн, придвигая чуть поднос к себе. А сам косится взглядом на то жалкое подобие еды, которое взял себе Ким. И этим он собрался обедать? Серьезно? Мин раздумывает пару секунд, бросая взгляд то на тарелку с супом, то на булку, которую взял себе Тэхен. Друзья же, тем временем, уже начинают есть. Юнги демонстративно склоняется над тарелкой с супом, принюхиваясь.
– Повара с ума сошли? Готовить разучились что ли?
Все сразу удивленно подняли на него глаза.
– Ты чего, Юнги? – Хосок удивлен больше прочих.
– Суп пахнет стремно, – все тут же переглянулись, а потом опустили взгляд на свои тарелки с супом, который, между прочим, пах просто прекрасно и на вкус был более чем приятен.
Тэ аж вздрогнул. Он был на сто, даже на сто пятьдесят процентов уверен, что после этих слов Мин выльет суп ему на голову.
– Я это есть не буду, – Мин презрительно фыркает, а потом ставит свою порцию супа перед Тэхеном. – Тебе придется это съесть. Не выливать же целую тарелку супа.
Хосок в ту же секунду расплывается хитрой улыбкой, едва сдерживая смешок. Юнги тем временем впихивает в руки Тэ ложку, а сам же берется за палочки, начиная есть рис и овощи.
– Что? Я? Я не хочу... – новенький замотал головой отрицательно, вот только Юнги уже всунул ему в свободную руку ложку, сжав кимовы пальцы, чтоб не выпала. У Тэ лицо само перекосилось, когда он тоже попытался понюхать суп. Неужели настолько дерьмо? Однако чем больше он пытался "вынюхать" что-то, тем сильнее на его лице отвращение менялось на непонимание. Мальчишка даже решил попробовать и зачерпнул ложкой немного бульона, готовясь к тому, что на вкус он будет прогорклым или еще каким-то... но ничего. Абсолютно нормальный суп. Вкусный. По крайней мере во вкусе Тэ так точно. Парнишка вопросительно оглядел всю остальную компанию, но те тоже увлеченно ели, практически не обращая на него внимания.
Ким зачерпнул еще немного супа, съедая вприкуску с булкой. Ну, конечно, может быть там что-то другое, какое-нибудь слабительное или и того хуже, но Тэ уже все равно. В итоге, он действительно суп съедает, хоть и тянул до последнего. Однако в последнюю ложку супа вдруг приземлился еще кусок мяса, но с другой стороны от Тэхена. Он взглянул на парня, которого, кажется, звали Хосок и почти сразу отвел взгляд. Что это с ними сегодня? Нет, что-то определенно не так.
Юнги украдкой поглядывает за тем, как ест Тэхен. Разумеется, исключительно ради того, чтоб убедиться, что тот все съест. И ничего другого. Остатки собственного обеда улетают достаточно быстро. Мин даже как-то опомниться не успевает. Тэхена он, конечно же, вынуждает сидеть до самого конца с ними.
Когда Тэхен закончил свою трапезу, он чувствовал, что и встать то не может, чтобы выйти. Хотел сначала, но его быстро одернули и опять усадили на место. Больше Ким не решался двигаться. Даже залип немного в собственных мыслях. Однако вскоре компания, наконец, справилась со своим обедом, и у Тэ получилось тихо уйти. Он все еще не был уверен в том, какие цели эти хулиганы преследовали.
Стоило Юну понять, что Тэхен все же слинял, как челюсти сразу сами собой сжались.
– Не горячись ты, – Хо легонько хлопает его по спине. – А чего ты ожидал? Мы столько времени его травили.
– Да знаю я, – фыркает Мин, отправляя поднос с посудой на мойку.
Тэ достаточно быстро проходит коридор и возвращается в кабинет, стараясь игнорировать смешки, которые все еще издавали некоторые при его виде, а вот Ена как-то даже слишком агрессивно на него смотрела. Опустив голову, он открывает свою старую книгу и начинает читать, чтобы как-то скоротать время до звонка, иначе это будет просто пыткой. Но отвлечься на смысл книги не получается.
Вернувшись в класс, Юн снова застает Тэхена сидящим за другой партой. Резко выдохнув через ноздри, Мин подходит к нему, останавливаясь в непосредственной близости. Ким от такого резкого появления одноклассника даже вздрагивает
– За свою парту иди.
Тэхен хлопает глазами в полном непонимании.
– Что? Какую парту?
– Не тупи, Ким, – Юнги едва глаза не закатывает. – За свою парту, куда тебя посадил учитель.
У Тэхена нервный смешок прорезывается.
– Что за шутки? Ты же столько раз сам говорил, что не хочешь меня видеть. Я ушел, пока есть возможность на сегодня. Не понимаю, с чего вдруг такие перемены? Ты должен радоваться. Я останусь здесь, – он возвращается к чтению, прикусывая губу до боли. Все еще боится, что это очередная издевка.
Мальчишка честно думал, что Юнги отстанет, но как бы не так. Мин со злости даже кулаки сжимает. Пнув ногой стул, Юнги забирает со стола книгу, которую до этого читал Тэ, почти порвав одну из страниц, а еще хватает его рюкзак и демонстративно кладет их на соседнее от своего место.
– Я сказал, садись за свою парту.
Тэ даже вскрикивает и подскакивает с места, пытаясь вернуть свои вещи, но вот рвать их еще больше не хочет, потому приходится ограничиться лишь тихим возмущением. Мало того, в кабинет заходит учитель.
– А, Ким Тэхен, ты решил вернуться на свое место? Молодец, похвально. Хоть кто-то будет успокаивать этого непоседу, – мужчина многозначительно смотрит на Юнги.
Мин лишь глаза закатывает, но на свое место садится молча, без комментариев. Тэ ничего не остается, кроме как сесть рядом. Кто его будет слушать? Юн даже успевает на секунду ухмыльнуться.
Парень берет свой рюкзак и вешает его на крючок у парты. Смотрит на страницу, порванную почти в центре и задумчиво облизывает нижнюю губу. Обидно. Тэхен привык хорошо относиться к вещам.
– Ты порвал мне книжку. А мне ее в библиотеку сдавать... – тихо и обессиленно выдохнул Ким, пытаясь осторожно закрыть ее и не сделать еще хуже. После этого он достал тетрадь и учебник по физике.
"Да подумаешь, жалость какая, книжку порвал", – думает про себя парень. Но вслух ничего не говорит. Ну, раз порвал, значит новую купит, видимо. Или просто оплатит в библиотеке штраф за порчу.
Весь урок Юнги бесстыдно и ни капли не скрытно пялится на Тэхена, точно так же как когда-то пялился в окно. А в голове на репите мысли: "И что в тебе такого?", "Почему именно ты?", "Когда же это случилось?". Иногда взгляд с лица опускается на руки и тетрадь, в которой одноклассник что-то записывает. Мин наблюдает за этим и читает то, что пишет Тэхен. Забавно, да? А ведь мог бы просто учителя послушать.
Тэ не сразу, но вливается-таки в обсуждение новой темы по физике, однако периодически периферийным зрением замечает взгляд на себе. И не чей-то, а именно соседа по парте. И это, если честно, нервирует, не дает сосредоточиться на уроке до конца. Парень иногда даже ошибается, когда пишет. Приходится зачеркивать какие-то буквы. Так еще и причины того, почему его вдруг, скажем так, своеобразно переместили обратно за парту, где он должен сидеть, до сих пор неясны. Ким гадает. Кажется, что урок тянется долго, но вот, наконец, он заканчивается. Парнишка берет в руки книгу и быстро уходит из кабинета, выходя на улицу. Ему нужно подышать и освободить голову для какой-то новой информации. Он присаживается на скамейку под деревцем и погружается в чтение. Хотелось бы, но только в голове опять всплывает имя "Мин Юнги". Его странная "защита" от До Кенсу и его шайки, этот суп, спектакль по пересадке... Жалость? А такой человек может подобное чувствовать? Даже если так, все равно противно. Жалости к себе Тэ не хочет.
После звонка Мин поднимается на ноги почти сразу и уходит на улицу, чтоб покурить. Там уже привычно встречается с Чангюном и Чанбином.
– Хен, что это сегодня в столовой было? Суп же нормальный был, – Со смотрит на старшего, что в этот момент поджигал сигарету. – Или ты туда успел что-то подсыпать?
– Просто кое-кто хотел накормить Тэхена. А сделать это просто так по доброте не может, – Хо вырисовывается как черт из табакерки. – Вот и заставил того съесть якобы "невкусный суп", - Чон делает пальцами воздушные кавычки. Младшие меж собой переглядываются, непонимающе глазами хлопают.
– Это новый вид приколов такой? – Чанбин чуть склоняет голову вбок.
– Какие тут приколы? – Джексон тоже прикуривает сигарету, затягивается и выпускает в небо облако дыма. – Просто наш главарь влюбился.
– В парня?! – после минутной тишины едва ли не в один голос вопят младшие.
– Да завалитесь уже, – Юн швыряет в сторону недокуренную сигарету.
– Хен, ты... Ты серьезно? В этого ботаника? В парня?
– Я похож на того, кто осознанно сделал такой выбор? Я сам в ахуе! – Мин пинает пустой бак, стоящий рядом, а потом отходит чуть в сторону.
Повисает тишина. Все курят, думая о чем-то своем.
– Ты... теперь в ряды пай-мальчиков запишешься? – Чангюн тушит свой окурок первым.
– А вам самим не надоело? – вместо Юна отвечает Хосок, туша следом свою сигарету. – Я вот порядком устал других в страхе держать. Конечно, если кто рыпаться начнет, на место быстро можно поставить, но вот целенаправленно пакостить... Мне надоело.
– Да и мне, если честно, тоже. Мы не против и дальше с вами тусоваться. Но уже по-тихому, – Джексон выдыхает облако дыма. Младшие меж собой опять переглядываются. – Не, если хотите – можете продолжать. А мы на пенсию, – усмехнувшись, Ван тоже тушит окурок и, похлопав стоящего рядом Хосока, который сразу отвечает тем же, подходит к Юну.
Тот стоит, опустив взгляд на носки собственных кроссовок. Когда его с двух сторон обнимают за плечи, он лишь слабо улыбается. А потом все трое возвращаются к своим классам. Впереди еще два урока, и их стоит как-то пережить.
В кабинет Мин возвращается раньше Тэхена. Садится на свое место, почти сразу отворачиваясь к окну.
Ким со вздохом захлопывает книгу, как только слышит звонок на урок. М-да, и прочитал-то за это время всего полторы страницы. Вернувшись в класс, Тэхен не обнаружил на своем стуле привычного рюкзака Мина. Он даже удивленно хмыкнул, но сел рядом. Юнги выпрямляется на стуле, бросая короткие взгляды на соседа по парте.
"А кто удалил видео?"
"Что происходит?"
"Ена, где видео?"
Шушуканья звучат со всех сторон класса. Но отчетливее прочих раздается грубый ответ Ены.
"Спросите у Мина."
Ким удивленно поворачивается к Юнги. Учитель несколько опаздывает, поэтому, облизнув губы, он все же решается спросить еще раз.
– Я не понимаю. Что с тобой сегодня?
Юн и рад бы, может, на этот вопрос ответить, да только как, если он и сам толком ничего не понимает.
– Просто расслабь булки, – парень вновь фыркает, отворачиваясь к окну.
Ну да, а чего можно было ожидать? Что ему вот так на блюдечке преподнесут информацию "что?", "как?" и "почему?"? Естественно, нет. Но это действительно не похоже на того Мина, которого парень успел узнать.
Едва в классе появляется учитель и начинает вести урок, как Юн сразу же возвращается к лицезрению записей Тэхена и, кажется, даже немного запоминает то, что пишет парень.
Весь остаток дня Юнги сидит тише воды, ниже травы. Не шумит, не ерзает, не возникает. Даже с места не встает. Все, что он делает – это смотрит на Тэхена, иногда чуть пристальнее, иногда почти сквозь дрему, положив голову на парту. Но от лицезрения не отвлекается.
Когда занятия подходят к концу, Мин молча поднимается, берет свой рюкзак и идет на выход. Там его уже ждут Хосок и Джексон. Все трое молча уходят из школы.
На следующий день все повторяется. Первую половину дня Мин тихонько сидит за своей партой, наблюдая за тем, как учится Ким. Читает его записи, иногда залипает на лице или руках, пару раз даже умудряется задремать, любуясь. На обед Юнги снова идет вместе с дружками, которые перехватывают его на выходе из класса. А после обеда Мин снова залипает то на Тэхена, то на его записи.
Еще пара дней проходит достаточно спокойно. Да, еще присутствуют смешки по поводу той вечеринки, но они редкие и уже не так цепляют. Тэ больше волнует Юнги и его компания, которая слишком резко поменялась в отношении к нему.
Юн ведет себя тихо, в столовой неизменно садясь за тот самый стол, где обычно сидел Тэхен. Молча ест и так же молча уходит. А в пятницу попросту не заявляется в школу. Хосок же, словно сохраняя ритуал, все равно садится в столовой к Тэхену.
Сегодня Тэ решил все-таки взять обед с собой на улицу и посидеть там. Он порядком устал от количества людей и шума в столовой, потому взял пибимпаб, рисовую лепешку и баночку с ягодным компотом, сразу же после этого направляясь на выход из помещения. На улице народу не так много, а еще немного облачно, но тепло. Ким устраивается за столиком и приступает к еде. Все же здесь ему спокойнее. Правда внезапно тишину нарушает стук еще одного подноса.
– Намджун? Привет, – удивленно хлопает глазами Тэхен.
– Привет. Я хотел спросить, как ты себя чувствуешь? – староста садится напротив и старается улыбнуться. – Прости, что не помог ничем, когда ты нуждался. Я не знал, что на той вечеринке что-то произошло и там был ты... – слегка замялся Джун, однако Тэ лишь усмехнулся.
– Забудь. Это сейчас для меня уже не имеет значения.
– Странно так, но даже Мин после этого притих.
Услышав фамилию соседа по парте, Ким несколько напрягается.
– Да, я тоже заметил.
– Ты не знаешь почему?
Тэхен хмурится.
– Без понятия. Мы не друзья, и я за ним не слежу.
"А вот он за мной следил постоянно на уроках", – проносится в голове, но вслух он ничего не озвучивает.
Странно было даже не то, что Мин не появлялся несколько дней на учебе, а то, что Тэхен по-прежнему продолжал о нем думать. Пытаться понять его мысли, взгляды, причины поведения и тому подобное. А еще для Тэхена было странно и неловко, что в отсутствие Юна, к нему в столовой неизменно садились те его друзья из параллели, Хосок и Джексон. Он просто не знал, как на это реагировать, кажется, в этот момент даже ладони потели. Именно поэтому Ким сейчас сидит со старостой, хотя и его компанией он не сказать, что был доволен. Джун просто пришел, просто сел, а уж Тэхен не будет просить его пересесть. Глупо.
Появляется в школе Юнги только во вторник, и то ближе к обеду. На губе снова болячка, на скуле едва заметный синяк, который не очень аккуратно замазан ВВ-кремом, костяшки сбиты до крови. Совсем не новый для него образ. Да и "противники" все те же. Кенсу не из тех людей, что просто так прощают публичное опущение.
Мин спокойненько шагал через школьный двор, пока взгляд абсолютно случайно не зацепился за парочку школьников, сидящих и обедающих на улице. И, может, он бы дальше прошел, но опять же... Чертов Ким Тэхен. Брови сразу срастаются на переносице, а руки сжимаются в кулаки. Поджав челюсти, Юнги уходит к классу. Садится за свою парту и, убрав рюкзак на место, поворачивается к окну.
Дождавшись звонка, Юн поворачивает голову в сторону входа в класс, дожидаясь появления одного единственного человека.
Доедали Кимы в тишине и, когда закончили, направились сначала в столовую, чтобы отдать подносы, а затем и в класс. Однако там их ждал сюрприз. Приятный или неприятный – сразу трудно сказать.
За некогда пустующей партой сидел Мин Юнги и не в самой своей лучшей форме. По мере приближения Тэхен чувствовал напряжение все отчетливее. Как будто его сейчас будут бить. Как будто он должен был сидеть за этой партой и ждать Мина, никуда не уходя вообще.
Парень даже чуть на месте ерзает, садясь ровнее, когда рядом умещается Тэхен. Ну честное слово, как подросток в пубертате.
– Привет, – негромко произносит Тэ, садясь за парту. – Где ты был все это время?
Такой поворот для самого Юна весьма неожиданный. А Мин ведь уже мысленно настроился спросить кое-что интересующее его.
– Дома, – абсолютно спокойно и даже без капли раздражения отвечает Мин. – Встать с постели не мог.
Периферийным зрением Юн замечает зашедшего в класс Намджуна, и былое раздражение вновь занимает свое место.
Тэхен хмурится от такого ответа. Не потому, что его он не устраивает, просто думает, что для такого должна быть причина и как бы... учитывая вид этого хулигана, особенно вблизи, где заметно какой-то дешевый тональник на полщеки, кажется, что Кима немного дурят. Или не немного.
Только Тэ хочет спросить то, что пришло ему в голову, как вдруг Мин его огорошивает своим вопросом:
– Что в Намджуне такого? – бурчит недовольно. – Почему ты так легко идешь с ним на контакт?
Надо ли сказать, что Тэхен просто выпал в осадок, выпучив глаза так, что они стали под размер его круглой оправы.
– Не понял... А причем здесь Намджун? – мальчишка хлопает глазами, так и замерев с тетрадью в руке, которую успел достать из рюкзака. – И вообще-то он сам со мной вышел на контакт. Он ведь староста. А еще, если ты помнишь, именно он позволил мне сесть с ним, когда ты меня пинками выгонял, – пожимает плечами, прикусив губу. Воспоминания несколько обидные, но это было и никуда не денется.
– Не садись с ним больше, – Мин хмурится, буравя недовольным взглядом спину старосты. – Мне не нравится то, как мило вы общаетесь. Почему ты не общаешься так со мной? – и прежде чем мозг успевает переварить информацию, язык выдает четкое: – Это вынуждает меня ревновать.
Если бы Тэ стоял, то, наверное, грохнулся бы в обморок. Благо сейчас он сидел и просто долго переваривал эти слова в молчании. Ревность? К Намджуну? И кого к кому он ревнует? У Тэхена аж сердце забилось с такой скоростью, что показалось, будто пробьет грудину. Ему же не показалось? Это действительно прозвучало, черт побери. Остается надеяться, что это не слуховые галлюцинации.
Осознание накрывает медленно, вынуждая прикусить язык и отвернуться к окну. Благо, звенит спасительный звонок, избавляя Мина от необходимости что-то пояснять или видеть на себе крайне удивленный взгляд соседа по парте. Но Юнги же крутой пацан, а крутые пацаны не очкуют и не сбегают от стыда, просто делают вид, что ничего такого не было. Именно этим он и занимается (причем очень старательно) весь урок.
У Кима даже руки вспотели, и по итогу весь урок прошел в полной прострации. Это первый раз когда Тэ не записал ни слова. Ни цифры. Ни-че-го. Киму стало страшно. Что такие слова могут значить? Это очередная шутка? Может где-то стоит скрытая камера и его опять хотят надурить, поиздеваться? Он даже потер глаза, шумно выдыхая. Хочется поговорить по этому поводу, если честно.
Едва звучит звонок на перемену, как Юнги сразу встает с места и спокойным шагом выходит из класса. Что-то так резко кушать захотелось. Чего-нибудь мучного.
Тэхен только провожает парня взглядом, прикусывая губу. Что же все-таки имел ввиду Юн? Он хочет подружиться? Вопросы в комок наматываются, соединяются и занимают все пространство в голове.
Удивительно, но возвращается Юнги с двумя булочками, одну из которых жует по дороге, а вот вторую опускает на парту перед Кимом. Тэ поднимает вопросительный взгляд на соседа и оглядывается вокруг, словно ожидая подвоха.
– Это... мне? – он почесывает затылок, беря булочку и осматривая ее со всех сторон по привычке.
– Было бы кому другому, положил бы перед ним, – Мин плюхается на свой стул. Как ни странно, желудок дал команду "есть", и Тэхен откусил кусочек. А старший в это время достал из кармана пиджака еще и маленькую баночку бананового молока.
– Что все-таки с тобой произошло? – Ким снимает очки свободной рукой и поднимает взгляд на Юна. Тот воткнул бумажную трубочку в баночку и поставил напиток перед Кимом. Следом, почти сразу, он достает вторую, проделывает те же манипуляции, но на этот раз сам делает глоток. С невозмутимым видом Мин сидит, жует свою булку, стараясь при этом не акцентировать внимания на том, как тепло и приятно становится внутри от того, что сидящий рядом с ним Тэхен ест такую же булочку (и не абы какую, а купленную самим Мином) и пьет такой же напиток.
Глаза парня все еще хлопают в непонятках. С чего вдруг такая забота? Неужели Юн правда пытается... сблизиться с Тэ? Извиниться за свое поведение? Подружиться? Или все же нечто большее? От последнего Кима в жар бросает.
Он лет пять назад начал осознавать свою ориентацию. Начал, но смириться с этим было тяжело, поэтому Ким все так же продолжал пробовать оказывать знаки внимания каким-то американкам, которые на него даже не смотрели как на партнера. Слишком уж ботаником он был. И, честно говоря, Тэ уже забил на эту тему, поскольку был уверен, что неважно, какая у него ориентация. Ни девушка, ни уж тем более парень не обратят на такого как он внимания, потому и влюбляться ему не стоит в принципе, а если и выйдет подобное, то молчать в тряпочку. Однако что-то не задалось с первого дня в этой школе.
– Что именно ты имеешь ввиду? – словно из-под земли выросший Хосок садится на край миновой парты и улыбается во все тридцать два, прерывая своим появлением поток мыслей в голове Кима. – Очередные синяки на лице этого слюнтяя или его метаморфозы касательно отношения к тебе? С последним я вполне бы мог пояснить, а вот первое мне и самому интересно. Юнги, друг, не пояснишь?
Тэ даже не сразу понял, что обращаются именно к нему, а в процессе понимания заметил еще и много удивленных взглядов в их сторону, в частности, и Намджуна.
– Кенсу нарисовался. Ему, видите ли, не понравилось то, что я с Тэхеном поиграться не дал. Ну, в этот раз он хотя бы один был. Без своей любимой свиты, – с набитым ртом отвечает Юнги.
– То есть, это тот самый Кенсу? Опять? – неожиданно, но внезапно Юнги честно отвечает, а Тэ в ответ так же честно возмущается. И может на это повлияло присутствие Хосока? А еще Тэхена несколько заинтересовал второй вопрос по поводу метаморфоз, но сейчас спросить об этом Ким не решился. Вместо этого он взял молоко, делая еще пару глотков, чтобы занять свой рот и не спросить или не наговорить лишнего.
– Они вечно цапаются, – Хосок отвечает за друга, наклоняясь и откусывая от его булочки смачный такой кусок. Юн на это хмурится, но ничего не говорит. Он не привык делиться чем-то своим с другими. Но Хосок, наверное, входит в ту категорию людей, ради которых можно пересмотреть свои принципы. Теперь в эту категорию входит еще и Тэхен.
– И почему ты не дал ему избить меня? – кажется, даже забитый рот не помог, интерес пересилил. – Или что он там хотел сделать. Зачем вписался в это? Мы ведь не друзья, ты сам говорил, – Тэхен спрашивает, а сам заметно нервничает, ощущая, как на лбу испарина выступает.
На это Хосок отвечать не берется. Юнги сам должен это сказать. И оба это прекрасно понимают.
– Не друзья. И никогда ими не будем, – Мин крепко сжимает в руке баночку с банановым молоком. – Разве я похож на того, кто хочет с тобой дружить?
Да, несколько неприятно слышать это подтверждение, но с другой стороны, а чего парнишка ожидал? Может у них действительно что-то вроде жалости друг к другу. Тэхен пожалел Юнги из-за его вечных драк, а Юнги... просто потому что над Кимом хорошо поиздевались на вечеринке, и однокласснику тоже стало его жаль.
– Вот ты идиот, – Хосок театрально заглядывает глаза. – Ладно. В принципе ситуацию можно исправить, если добавить слово "просто", – Чон задумчиво трет подбородок.
Сглотнув, Тэ в несколько расстроенных чувствах едва не пропустил слова Хосока мимо ушей, а потому и не понял толком, что имел ввиду друг Мина.
– Ты вообще зачем сюда пришел? – Мин бросает на друга злобный взгляд.
– А, точно, – Хо щелкает пальцами, и как по волшебству звенит звонок, из-за чего глаза парня округляются. – Не, ты видел?! Да я чертов Гарри Поттер! Щелчком пальцев звонок вызываю!
– Вали уже в свой класс, Чон-Поттер, – усмехнувшись, Юн спихивает друга с парты.
– После школы не убегай. У нас с Джексоном к тебе дело есть.
То, как они разговаривали друг с другом, немного повеселило Тэхена. Вроде этот Хосок не такой и плохой, довольно веселый парень. Да и Юнги, наверное, тоже, если его узнать...
Переведя взгляд на Тэхена, Хо улыбается и машет ему, почти сразу скрываясь из виду. Ким тоже машет в ответ и слегка улыбается, после чего переводит взгляд на одноклассника.
– Пришибленный, – бурчит себе под нос Мин, покачивая головой, а потом бросает осторожный взгляд на Тэхена. – Он иногда может перебарщивать со своей активностью, не пугайся его.
В пору бы сказать "и меня не бойся", но Юнги слишком хорошо знает, как сейчас выглядит.
– Да нет, меня это не отталкивает. Он вроде бы приятный парень, – Тэ поворачивается обратно к Юну. – Тебе точно надо в медпункт. Почему ты все решаешь кулаками?
Юнги смотрит на собственные руки, на сбитые костяшки и шумно выдыхает. Как объяснить человеку, что он стал таким ввиду особенностей своего окружения и воспитания? Да и если честно – не сильно хочется все это говорить. Даже Тэхену. Слишком долго. Слишком сложно. И вряд ли кому-то надо. А даже если и надо... Не привык Юнги откровенничать. Даже с близкими ему друзьями. Он просто такой, какой есть. Друзья его таким приняли. А вот сможет ли Тэхен – хороший вопрос.
– Почему у тебя мания затащить меня в медпункт?
Мальчишка лишь закатывает глаза. Ну, действительно, почему?
– Ты видел себя?
Конечно, видел. Как раз когда замазывал синяки и видел.
– Постоянно в синяках, раненый... и даже не лечишь их, не мажешь ничем, только тоналкой прикрываешь. Интересно, откуда она у тебя? Бывшая девушка оставила? – Ким слегка приподнимает уголки губ, ненавязчиво пытаясь поинтересоваться, как будто при собственных словах ничего у него не екает. Мин лишь глаза закатывает.
– Такие штуки продаются в магазине, если ты не знал, – язвительно подмечает парень. Шутку – издевку Тэ не оценил, лишь снова глаза закатил. А на вопрос-то этот засранец так и не ответил. Но дал понять, кажется, что эта вещь не от девушки осталась. Хотелось бы верить.
– Раны нужно обрабатывать, а не только маскировать. Я бы мог обработать, но у меня с собой нет спирта и ваты, да и мазей никаких. Плюс, ты вряд ли позволишь мне это сделать, я же знаю.
– А если позволю, обработаешь? – довольно резко спрашивает Мин.
– Ну... да. Конечно, – Тэ удивленно выдыхает. Серьезно? Это он просто так спросил или...? Вот только мысль даже у себя в голове мальчишка не успевает закончить, как вдруг Юнги довольно резко поднимается с места и выходит из класса примерно за секунду до того, как через дверь в другом конце кабинета заходит учитель. В мозгу вспыхнул маленький огонек идеи.