Старшеклассник

Утро следующего дня началось с звонка будильника. Элла еле открыла глаза, чтобы выключить его. Девушка до поздней ночи не могла лечь спать.

Тело жутко ломило, голова раскалывалась и была дикая слабость. Блондинке хотелось просто кричать от того, насколько ей больно и страшно, но по понятным причинам этого делать нельзя.

Встав перед зеркалом в ванной, светловолосая увидела синяк на скуле, разбитую губу и в принципе тело было покрыто увечьями. Также девушка оценивала свою фигуру, ведь слова от Мурмаера и отца плотно засели в мыслях.

Фигура была весьма недурной, небольшой животик, узкая талия, ляжки тоже не были какими-то большими, средние. Ключицы были ярко выраженны, острые плечи. В общем, сказать о том, что девушка какая-то «толстая» нельзя. Но Брукс поверила словам Пейтона и решила, что нужно ограничить себя в еде и носить временно одежду на пару размеров больше, пока не достигнет своего идеала.

Девушка умылась, почистила зубы и покинула ванную. В своей комнате девушка собрала рюкзак и приступила к выбору одежды. Что-то открытое явно не наденешь, не только из-за «лишнего» веса, но и из-за синяков. Выбор пал на свитшот чёрного цвета и широкие  тёмно-серые джинсы. Синяк на скуле Элла прикрыла волосами, чтоб вопросов было меньше.

Взяв вещи она направилась к выходу, отец спал в гостиной, неудосужившись дойти до своей спальни.

***
В школе было тихо так, как уроки начнутся только через сорок минут. Брукс приняла решение выйти из дома раньше обычного, чтоб не провоцировать родителя лишний раз.
Несколько учеников тоже пришли раньше, сидели на подоконнике первого этажа и что-то обсуждали.

Блондинка направилась на лестницу, её первый урок будет проходить на втором, по расписанию стояли иностранные языки.
Тут классы делились на группы, кто-то ходил на французский, кто-то на испанский, а кто-то итальянский. Элла была в группе испанского.
Ей нравился этот язык, да и сама страна её интересовала. Брукс мечтает однажды посетить эту страну.

На втором этаже никого не было, в отличии от первого. Девушка шла по коридору и тут из угла её хватают за руку. Из-за неожиданности она вскрикивает. Перед ней оказался шатен. Пэйтон Мурмаер.

–Тихо, чего раскричалась? – Мурмаер оценивающим взглядом прошёл по одежде. – Прислушиваешься к моим советам, молодец, умная девочка.

Девушка опустила голову так, чтобы волосы падали на лицо, прикрывая синяк. Ей не хотелось, чтобы он увидел и начал издеваться над ней.

–Брукс, неужели пол такой интересный?–он поднял её голову за подбородок, но не вышло, Элла отдёрнула голову от его руки. –Подними голову.–безрезультатно. –Брукс, вымораживаешь.

Парень пальцами сжал скулы и поднял голову так, чтобы видеть её глаза. Девушка шикнула так, как кареглазый надавил на тот самый синяк.
–Чего шипишь?..Это что? –он отодвинул волосы за ухо и лицезрел то, что пытались скрыть. – Брукс, это чо?

–Синяк.. –тихо ответила девушка так, как не было особого желания отвечать на такие вопросы.

–Я вижу, что синяк. Откуда? Кто тебя так? –парень явно как-то завёлся и стал злится. Ответа он так и не дождался. – Брукс, ты хоть иногда можешь говорить? Ты слова какие-нибудь знаешь?–повышал голос кудрявый.

–Можно.. я уйду?–глаза уже были на мокром месте.

–Чего ты ноешь постоянно? Отвечай на вопросы и нормально всё будет.

–Я.. боюсь тебя..–призналась ему Элла. Ей действительно было страшно, а особенно, когда он повышал голос.

Шатену явно не понравились эти слова. Ему не хотелось, чтобы его боялись. Уважали да, а чтоб боялись нет. Ему впервые сказали об этом.

–Боишься?

Элла кивнула в знак согласия.

–Просто скажи кто тебя ударил.

–Ты его не знаешь. Отпусти пожалуйста, мне неприятно. –парень до сих пор держал руку девушки в своей, иногда сам того не замечая сжимал её, когда злился.– Ты делаешь мне больно, отпусти, пожалуйста.

Он ослабил хватку, но отпускать не спешил.

–Брукс, спрашиваю последний раз. Кто. Это. Сделал?
–Отец.. Теперь можешь рассказать об этом всем и издеваться дальше.

Элла развернулась и ушла. Ей было теперь страшно, что все сейчас начнут стебаться, а Мурмаер будет главным зачинщиком.

Девушка встала возле окна, стараясь успокоиться. Она рассматривала небо,  на котором не было ни облачка, пасмурное, мрачное. Ей всегда казалось, что где-то там, с неба на неё смотрит самый близкий её человек. Мама. И надеется, что мама ею гордится и всё так же любит.
Вспомнив о матери, грусть никуда не ушла, наоборот стало только хуже.

Рядом с Брукс встал парень. Пэйтон. Он молча смотрел на девушку, пытаясь её понять. Впервые ему не хотелось над ней как-то подшутить или оскорбить. Сейчас она ему казалась той, которой очень нужна поддержка, но этого оказать он не может. Ни только из-за образа плохого парня, но и из-за того, что не умеет поддерживать, не знает как подобрать слова. Парень сильно разозлился на её отца. Как можно бить родную дочь? Да вообще как можно бить девушек, женщин? Мурмаер ужасно злился когда кто-то бьёт тех, кто слабее. Да он сам оскорбляет Эллу, обижает, но никогда бы не посмел её ударить. Ему стало интересно, как часто Элла получает.

–Брукс, часто такое происходит?– он интересовался не с целью, чтобы потом оскорблять или растрепать об этом кому-нибудь.

Голубоглазая повернулась к нему лицом так, как он стоял позади.

–Зачем тебе знать? У тебя уже есть повод для новых шуток или тебе мало?

Элла была зла на него и в ней было столько обиды, что несмотря на страх перед ним, стала ему хамить.

–Элла, я хочу услышать ответ на свой вопрос. Я никому ничего не расскажу.

Он впервые назвал её по имени. Блондинка всегда думала, что он не знает её имени. Всегда обращался по фамилии.

–Как я могу тебе верить? Ты всегда издеваешься надо мной.

–Я никому ничего не скажу, обещаю

–Не верю

Тут по коридору начала идти учительница испанского. Преподавательница открыла дверь кабинета и разрешила заходить.
Брукс просто молча ушла, оставив шатена одного в коридоре.

знаю выглядит эта ситуация странно, но в других главах постараюсь раскрыть лучше