Обратный отсчет

Сиана

Наступили выходные, когда дом полон людей, которые, эти два дня, точно никуда не поедут по своим делам, если только не устроят совместную вылазку куда-то, а мне все это не по душе, потому что не удастся побыть наедине с Силасом, да, и он не дома, опять уехал куда-то.

Я снова кручу перед глазами сцену его искреннего хохота около университета, я подарила ему чистую эмоцию радости и мне тоже это доставляет некое спокойствие. Я ловлю себя на мысли, что счастлива, когда Силас в порядке.

Каждый раз, когда Арес маячит перед моими глазами, я невольно вспоминаю о нашей договоренности, к исполнению которой я пока не приступила. Ладно, все равно, эти два дня мне не удастся полностью овладеть вниманием дымохода, ибо слишком людно в особняке. Использую это время для добытия информации.

Держа Данияра в объятиях, я аккуратно встаю с места и иду на кухню, где собрались на кофепитие женщины этого дома: Севинч, Элла, Сейран и Сарочка. Увидев меня, на лицах каждой, кроме Сейран, я заметила неподдельную радость. Удивительно, как в эту дамочку кто-то умудрился влюбиться, к ней даже подойти неловко, настолько часто она отталкивает выражением своего лица.

— Ты пришла! — восторгается сестра, широко улыбнувшись моему присутствию. Моя душа.

— Присаживайся, дочка. — Это точно та женщина-кобра? Севинч настолько подобрела, что я не могу поверить такому явлению чуда!

Я целую малыша в щечки и передаю его на руки Элле, после опускаюсь на барный стул рядом с Сарой. Луиза подает мне любимый латте с двойной порцией ванильного сиропа и я вдыхаю сладкий аромат. Так уютно здесь находиться. Сидишь у кухонного островка, в окружении близких сердцу дам, и Сейран, ведешь душевные женские разговорчики напротив панорамного окна, открывающего впечатляющий вид на сад Асхабовых, где вновь расцвели сотни кустарных роз. Хочу стать невесткой этого дома.

— Какие планы на выходные? — Сара отпивает кофе и невинно смотрит на нас пятерых. Именно пятерых, потому что Луиза тоже член нашей семьи.
Нашей? О, Господи. Иногда, мне кажется, что я сильно тороплю события, но к чему актерская сдержанность? В итоге, я стану женой Силаса, поэтому да, нашей. Мне нравится, с ходу, называть вещи своими именами.

— А чего ты желаешь, сестра?

— Не знаю. Было бы неплохо съездить на шоппинг, например? — каждое движение Сары наполнено сдержанностью и стеснением. Надо мне как-то взяться за раскрепощение этой девчонки.

— Отличная идея, дочка. Оставим мужчин на самообслуживание и поедем расслабляться!

— А почему нет? — следом воодушевляется Элла. — Алеф знает инструкцию по уходу за нашим сыном, справится эти пару часов, пока меня не будет.

Шоппинг с лимонной кислотой, бывшей коброй, Эллой, Сарой и Луизой? Звучит как начало апокалипсиса, но я в деле, потому что любопытно, как все пройдет и чем закончится. Черт, видимо, сегодня тоже придется отложить поиски Афины.

***

Как запланировали, мы предупредили мужчин, расселись по местам в автомобиле Сейран и поехали закупаться по бутикам. В самом зале, мы невольно разделились. Севинч с Луизой зашли в отдел для одежды малышей, видимо, свекровь Эллы хочет присмотреть миллионную шмотку для моей булочки Данияра, Сейран и Элла направились в сторону парфюмерии, а мы с Саритой, как называет ее между нами Юсуф, засматриваемся на витрину вечерних, пышных платьев.

— Ты готова? — говорю я через примерочную штору, ожидая ответа Сары.

— Ага!

Как по сигналу, мы синхронно оказываемся напротив друг друга и заливаемся хохотом, тем, девичьим, невинным и беззаботным.

Какая красота сидит на нас. Я чувствую себя Золушкой, но неправильной, ибо, я предпочитаю все на свете, кроме кропотливой работы по дому. Магомедовы сами виноваты, нечего было избаловывать меня, хотя Элла всегда молча убиралась, даже помогала работницам по дому, добрая и глупая душа.

Я засматриваюсь на свое отражение в зеркале и кручусь в стороны, чтобы разглядеть каждую деталь, расшитую на белоснежном платье. Не зная названия бутика: «Платья для выпускного», можно смело предположить, что оно свадебное. Вон, у Сары одеяние нежно-розового оттенка, что идеально гармонирует со смуглым тоном ее кожи, а я, по необъяснимой причине, выбрала белый. Я думаю, подсознательно, я тянусь к свадьбе, поэтому выбор пал именно на него. Действительно, я нахожу себя особенно очаровательной в одеянии «воздушного» цвета, символизирующего чистоту, простоту и открытость. Я всегда прямолинейна и честна со всеми, мне подходит.

— Сара, давай представим наших кавалеров?

— К-кавалеров? — девушка поджимает губы и нервно играет пальцами рук. Опять? Она что, уже влюблена, что так стесняется? Хотя, это тут причем? Вы только посмотрите на румянец, обдавший жаром ее щечки! — Но, у меня нет кавалера... — тихо пролепетала Сара, опустив глаза на лакированные туфли, которые консультант предоставила для примерки. Боже, у меня появилась еще одна миссия — поскорее найти Саре молодого человека.

— Дай волю фантазии. Почти у каждой есть представления «того самого».

— Но, у меня нет. Я думаю об учебе, семье там и... И косметике, а еще мне нравятся путешествия, и ламы. Ты видела, какие они милые? Кролики тоже неплохие, только их надо часто кормить, или я что-то путаю? — Сара прислонила указательный палец к своим губам и прищурилась в раздумьях. Всевышний. Она - шестилетняя малышка в теле семнадцатилетней девушки.

— Забудь о ламах. Мадам? — я лучезарно улыбаюсь, протянув руку подруге. Она оживляется и с улыбкой вкладывает свою ладонь в мою. Мы кружимся в танце и вновь звонко смеемся, забавляясь моментом, таким бесценным, таким важным для нас обеих.

Все это время, я представляла, как буду вальсировать в крепких и желанных объятиях Силаса. Кстати, о нем, меня не покидает ощущение его колдовских, манящих глаз на себе. Видимо, у меня начинается паранойя.

***

Силас

С самого утра, Селин заладила про поход по магазинам. Две недели я отнекивался от этой затеи, озвучивая причину загруженности по работе, но сегодня пришлось согласиться и купить ей несколько шмоток. До этого, она отлично справлялась с покупками наедине с моей кредитной карточкой, но, дальше, Селина пожелала моего присутствия. Женщины. Иногда, их не понять. Не говорю про всех, но большинство остаются загадкой в каких-то моментах. Или это я далек от тем шоппинга? Я уверен, есть мужики, которым нравится времяпровождение в этом стиле, но я вхожу в число тех, кто не любит шататься с пакетами покупок в руках или, часами, ждать на диване перед примерочной. Больше всего, меня привлекает отдел нижнего белья, и то, благодаря интересному продолжению, которое может возникнуть после того, как Селин снимет с себя эти тоненькие ниточки называемые бюстгальтером и трусиками. Один раз, нас спалил консультант, в следующий раз, я закрыл бутик на индивидуальную примерку и творил с Селиной все то, что не успел в прошлый.

— Сил, смотри какие купальники! Как-раз, через неделю наступит лето, сможем полететь на отдых. М? — это был не вопрос, а уже озвученое решение, но я не дам добро. Ей прекрасно известно, что последнее слово всегда остается за мной, я лишь могу учитывать или проигнорировать ее желания.

Пока Селина радостно допрыгала до бутика и уже начала активную беседу с консультантом магазина, я собираюсь последовать за ней, но замираю, как околдованный, приковав взгляд на Сиане, которая отлично видна через витрину магазина напротив. Они с Сарой выглядят превосходно в этих пышных, вечерних платьях. Сиана берет сестру за руку, они кружатся в танце и смеются, не замечая никого вокруг. Эта сцена навевает тепло у меня в районе сердца и я невольно поднимаю уголки губ. Какая же она невероятная. Такая невесомая, лучезарная и энергичная. У меня возникает неконтролируемое желание затащить ее в одну из кабинок, снять это платье и бесцеремонно пройтись кончиками своих шершавых пальцев по каждой частичке ее обнаженного тела, оставляя на ней отметины и делая ее своей, наряду с этим, укрепляется еще одно чувство, недавно зародившееся внутри, чувство взять ее за руку и отдать ей свое сердце, посвятить ей свою душу, свою любовь, веру и преданность. Построить дом, где она будет хозяйкой, защищать ее от всех бед, обнимать и утешать, когда она расстроена, становиться причиной ее улыбки... и второе ощущение доминирует над первым. Я желаю ее в физическом плане, но, так же, я хочу вложить в этом смысл, я хочу стать спутником ее жизни, а не только уложить ее в постель пару раз и переключиться на другую. Нет. Все становится только серьезнее. Эта девушка — моя погибель.

— Силас?

— Иду. — Кротко говорю я, еле оторвавшись от забавляющейся Сианы.

Я увожу Селину в противоположную сторону, избежав столкновения. Я на грани, а это надо решать. Сегодня тоже не поеду домой. Этим я только оттягиваю момент, но, сейчас, я не хочу загружать голову.

***

Сиана

На следующее утро, я позвала Мари в гости. Вчера, она не смогла принять участие в совместном шоппинге, потому что мои старшие двоюродные сестры, Жасмина и Жаклина вместе со своими семьями, явились в гости к своим родителям, Омару и Латифе. Я тоже хотела бы увидеть их, но оставим это на следующий раз, когда приедет и Альберт. Сейчас Берт занят бракоразводным процессом в другой стране, знали бы вы, какой скандал разразился в доме Магомедовых после новости о разводе брата. Хорошо, что, потом, дядя с Латифой приняли этот факт и оставили попытки воссоединить брата с этой ненормальной, которая только выкачивала из него деньги.

— Ничего нет. — Досадно говорит Мари в то время, как я дорисовываю графичную стрелку на веке правого глаза.

Вчера, Элла купила мне много декоративной косметики, так что я знатно пополнила косметичку, и еще подарила Мари помаду ее любимого алого оттенка. Не забыла про нее.

— Совсем ничего?

— Неа.

— А через поиск Google фото? — я подхожу к ней сзади и опираюсь ладонью о письменный стол.

— Вообще ничего. Ты уверена, что эта девушка жива? Хотя, что за глупости? Может, она просто не ведет социальные сети, но это странно, в нашем веке.

— Ничего странного, без соц сетей гораздо спокойнее, вообще-то.

— Ага. Заливай.

— Я говорю правду, задира.

Я завершаю яркий макияж и складываю принадлежности в косметичку. Мы с сестрой заняты поисками и сейчас я понимаю, что ощущает Арес, злость, досаду, нахождение в яме. Он же потратил на это шесть лет и никаких результатов.

Боже, Афина может быть записана в соц сетях как угодно, и она также могла поставить на аву не себя. Надежды нет. Сегодня-завтра, Арес расколет историю с поломкой кондиционера перед своими родителями и я, с чувством стыда, покину этот особняк. Думай, Сиана. Думай!

— Я принесу нам кофе.

Говорю я Мари, на что она охотно кивает. Как только я выхожу из комнаты и закрываю дверь, в обширном коридоре, меня застает Луиза. Она нервная и явно куда-то торопится.

— Сиана, слава Богу, я встретила хоть кого-то!

— Что происходит? — она заинтересовала меня, а там, где любопытно, меня не остановить.

— Ты можешь, пожалуйста, передать эту чашку кофе Салиму? Я направлялась в его комнату. — С чего это? Я не нанималась в официанты третьему господину. Луиза будто мысли читает, она выдает: — Прошу тебя. Вопрос жизни и смерти. Внизу, в дверь звонит курьер, а я не очень хочу, чтобы кто-то из домашних увидел, что там.

— Они не откроют посылку.

— Пожалуйста, выручи меня, я в долгу не останусь. Я не успеваю, если придется идти до спальной Салима. — Ее умоляющие карие глаза, устремившиеся на меня и совершающие прием кота из Шрека, побуждают меня помочь и я соглашаюсь, взяв у нее чашку. — Спасибо, моя отзывчивая девочка! — с этими словами, женщина, в темпе, разворачивается и стремится к лестнице.

Я даже не буду размышлять о том, что такого важного может находиться в той посылке. Не нужно лезть в душу к людям, когда тебя не приглашают. Сходила за кофе, называется.

Я дохожу до комнаты Салима и захожу без стука. Просто поставлю кофе на его письменный столик и выйду, такие наивные мысли посещали меня до того, как я не столкнулась с библиотекой папок его пациентов. Я отношусь положительно к третьему, но он, черт бы его побрал, то ли гений, то ли псих. Ибо, по-другому, я не могу объяснить его сомнительную коллекцию.

Оставив кофе на столе, я провожу подушечками пальцев по папкам с именами и фамилиями разных пациентов и мои глаза вспыхнули блеском от огня заинтересованности. Я не я, если не засуну туда кончик своего маленького носа и не пройдусь по содержимому. Я открываю первую попавшуюся папку и какое же разочарование меня настигает, когда я не могу разобрать ни одну букву, что за закорючки? Понятно, почему Салим смело ставит это всё на видном месте, тут все с шифром для человека, не понимающего в медицине и разборе врачебного почерка, а последнее я считала стереотипом.

Я опускаюсь на пол и открываю нижний ящик. Тут стопка газет с новостями, чаще о серийных убийцах. Как жутко. Я откладываю газеты и достаю коробку, чью крышку открываю моментально. Увиденное рождает во мне забаву, там наши фотки, но, после, забаву сменяет рассеянность, даже некий ледяной, неприятный холод пробирает по спине. Салим описал в блокноте каждое наше слово и телодвижение, будь мы за столом или в других местах. Вот, позавчерашний день. Я останавливаюсь на этой странице и читаю про себя:

«Силас вновь не явился домой, я знаю причину. Я знаю все обо всех и каждом. Мне известно даже о тех, кто косвенно связан с членами моей семьи. Мне кажется, это некая зависимость, быть в курсе всего и контролировать происходящее, чтобы обеспечить гарантийную безопасность моей семье и людям, кто мне небезразличен. А таких ничтожно мало.».

Дочитав запись, я вижу приклеенное фото Силаса, где он стоит около моего университета и искренне смеется. Я сглатываю тяжелый ком в горле, к моему лбу подступил холодный пот. Я собираюсь перелистать страницу, как кто-то вырывает у меня с рук блокнот со спины. Я разворачиваюсь и вскрикиваю, после хаотично поднимаюсь на ноги.

— Не подходи, я убью тебя! — я встаю в оборонительную позу, попутно достав с кармана телефон. Он тяжелый, если попаду в него, смогу сломать ему очки и выиграть время.

— Успокойся. Что ты делала в моей комнате?

— Очень удобная позиция - нападение, но у тебя ничего не получится. Дай объяснение моему прочитанному. Салим, ты маньяк? У тебя даже наработаны два разных почерка! Понятный и не очень!

— Я не собираюсь отчитываться. Думай, как знаешь. — Ледяной тон его голоса пробирает дрожь, заламывающую каждую косточку моего тела от страха, но меня быстро озаряет мысль, что Салим в курсе о местонахождении Афины. Он же знает обо всем? Я гениальна! Как же быстро я переключилась с чувства страха в выгодную мне сторону!

— Ты следишь за каждым. — Я подхожу к нему на свой риск, потому что исключаю вариант того, что он навредит мне, и хватаюсь за края блокнота в его руках. — Ты - маньяк. Строишь из себя благодетеля, но, на самом деле, ты не в порядке!

— Ты ошибаешься и накручиваешь себя в силу своего юного возраста и высокой впечатлительности, но я прощаю тебе эту оплошность.

— Я не прошу у тебя прощения, ты, черт очкастый! Ты знаешь, где Афина, да? — в ответ, Салим скалится уголком свои губ. — Знаешь. — Протягиваю я это слово, нервно улыбаясь. — Знаешь и молчишь, шесть лет наблюдая со стороны за страданиями родного брата!

— Сиана, не испытывай мое терпение. Ты не глупа, можешь сложить два плюс два и понять, почему я до сих пор не дал Аресу данные этой девушки.

— Я покажу ему твой блокнот с записями и фотографиями и он поверит мне!

Мы тянем этот блокнот, каждый в свою сторону. Салим физически сильнее меня, ему ничего не стоит рывком потянуть этот проклятый блокнот на себя и вытянуть руку, чтобы я не достала, но он не делает этого, пытаясь решить все мирным разговором.

— Арес не готов ко встречи с ней. Я лично передам ему папку с ее данными, как только увижу, что он созрел и не наделает новых ошибок. Я хочу уберечь его от новых психических травм.

— Нет, я расскажу ему все.

— Салим? Сиана? — как по заказу, наши голоса привлекли Ареса и я слышу его приближающиеся шаги.

— Я не стану уговаривать тебя. Поступай, как знаешь, но, имей ввиду, ты разрушишь две жизни своим необдуманным действием. Ты не в курсе об их болезненной истории. Задавала себе вопрос, почему эта девушка так отчаянно прячется от Ареса? — задавала... — Вот, поразмысли немного.

Я нервно сглатываю, встав в ступор. Боже, есть доля истины в его словах. А если Арес сделал что-то непристойное по отношению к Афине? Они же дружили четыре года, были в достаточно теплых, доверительных отношениях...

— Решайся.

— А как ты объяснишь фото?

— Поделюсь с тобой этой информацией, но позже. — Он напряженно смотрит мне за спину, на дверь, где шаги Ареса все ближе.

— Ребята?

Четвертый открывает дверь и впадает в замешательство, его взгляд бегло проходит между беспорядком, устроенным мной на полу, и нашей с Салимом позе борьбы за блокнот.

— Что здесь происходит? И за что вы оба держитесь?

Если я не помогу ему найти Афину, мои дни сочтены в этом доме. Ладно... Я не хочу ради своей цели стать причиной горя другого человека. Если Салим так говорит, значит он что-то знает. А моей любви расстояние не сможет помешать, да, станет сложнее, но я, все равно добьюсь признания Силаса.

— Ничего. — Говорю я, отступив от Салима на пару шагов. — Просто я начала рыться в историях болезни и нарушила алфавитный порядок, а Салим пытался меня остановить.

Я выдаю фальшивую улыбку и замечаю, как Арес заметно расслабляется. Надеюсь, это была ложь во благо.