Просьба
Вечер выдался тихим и уютным. Они лежали в постели, и Настя, уткнувшись носом в шею Димы, набралась смелости.
— Папочка? — её голос прозвучал приглушённо, словно она боялась спугнуть собственную мысль.
—Что, зайка? — он отложил книгу, полностью переключив на неё внимание.
— Я... я снова хочу тот зажим. На писю, — она выпалила это быстро и смущённо прижалась к нему сильнее.
Дима мягко отстранил её, чтобы посмотреть в глаза. В его взгляде не было укора, лишь лёгкая настороженность и забота.
—Ты уверена? В прошлый раз тебе было нелегко. Мы можем найти другие способы получить удовольствие.
— Я уверена, — она кивнула, и в её глазах горела решимость, смешанная с робостью. — На этот раз я готова. Я хочу попробовать с тобой. Чтобы ты контролировал.
Он внимательно посмотрел на неё, оценивая её искренность, и затем медленно улыбнулся.
—Хорошо, малыш. Но по моим правилам. Всё медленно и осторожно.
Он взял коробочку с зажимом и открыл её. Он не просто достал его, а показал ей, как он работает, как регулируется сила сжатия.
—Видишь? Мы начнём с самого слабого положения. Ты должна будешь сразу сказать, если будет дискомфортно.
— Обещаю, — прошептала она, заворожённо глядя на него.
Он уложил её на спину, его движения были плавными и уверенными. Он нежно раздвинул её ноги, щедро нанёс лубрикант на её нежный бутонок и на сам зажим.
—Готовься, котёнок. Сейчас будет небольшое давление.
Он аккуратно наложил зажим и медленно, давая ей привыкнуть, защёлкнул его на самое слабое деление. Она резко вдохнула, её тело напряглось.
— Дыши, — он немедленно скомандовал, положив ладонь ей на низ живота. — Просто дыши. Описывай, что чувствуешь.
— Давит... — выдохнула она. — Но... не больно. Странно. Очень... чувствительно.
— Хорошая девочка, — он похвалил её, нежно проводя пальцами по внутренней стороне её бёдер. — Дай себе минуту привыкнуть.
Когда её дыхание выровнялось, и она расслабилась, он мягко потянул её за руку.
—А теперь, зайка, иди сюда. У меня для тебя есть задание.
Он сел в глубокое кресло, развалившись в нём, и посадил её на пол между своими расставленными ногами, спиной к своему торсу. Его уже напряжённый член оказался прямо перед её лицом.
— Помнишь, как нужно это делать? — его голос приобрёл властные, но ласковые нотки. Он направил свой член к её губам.
— Помню, папочка, — она прошептала и послушно открыла рот, приняв его.
Он положил руки ей на голову, не давя, а просто касаясь, пока она медленно и неуверенно начала двигаться. Зажим на её клиторе делал своё дело — каждое её движение, каждый её стон отзывался усиленным, острым эхом внизу живота.
— Вот так... умничка, — он хрипло шептал, его пальцы перебирали её волосы. — Осторожно с зубками... да, вот так... Глубже? Ты можешь взять глубже?
Она кивнула, её глаза были полны слёз от усилия и странной смеси унижения и блаженства. Она попыталась взять его глубже, но подавилась.
— Тш-ш-ш, не торопись, — он успокоил её, слегка отодвинув её. — Мы никуда не спешим. Просто сосредоточься на ощущениях. На том, как ты меня принимаешь. Чувствуешь, как зажим напоминает о себе с каждым движением?
— Да... — её голос был сиплым. — Он... он будто пульсирует.
— Это приятно?
—Да... и странно... — она снова взяла его в рот, и на этот раз её движения стали более уверенными, ритмичными.
Он откинул голову на спинку кресла, его стоны смешивались с её тихими всхлипами и звуком её работы. Он направлял её, мягко подсказывая:
—Медленнее... вот так... Используй язык... Да, именно так, моя хорошая девочка...
Он чувствовал, как напряжение нарастает внизу живота. Его руки крепче сжали её волосы.
—Зайка, я скоро... Хочешь, чтобы я кончил тебе в рот?
Она, не переставая двигаться, утвердительно замычала, и это стало для него последней каплей. С глухим, сдавленным стоном он достиг пика, и она, как и обещала, приняла всё, что он ей дал, не отстраняясь. Она сглотнула, тяжело дыша, и только тогда отпустила его.
Несколько секунд они сидели в тишине, нарушаемой лишь их прерывистым дыханием. Потом он мягко вытащил её из-за своих ног, усадил к себе на колени и прижал к груди.
— Ну что, котёнок? — он прошептал, целуя её в макушку. Его пальцы потянулись к зажиму, и он осторожно снял его.
Она вздохнула с облегчением, когда давление исчезло, и прижалась к нему, чувствуя, как её тело постепенно успокаивается.
—Всё хорошо? — спросил он, гладя её по спине.
— Да, — её голос был уставшим, но счастливым. — Было... интенсивно. Но с тобой — не страшно.
— Потому что я всегда буду оберегать тебя, — он пообещал, снова целуя её в голову. — Даже когда мы играем в такие игры. Особенно тогда. Ты была сегодня просто прекрасна.
И она, сидя у него на коленях, чувствовала себя не просто покорённой, а любимой, ценной и понятой в самых тёмных уголках своей души. Это было больше, чем просто секс или игра; это был танец доверия, где он вёл, а она с радостью следовала, зная, что в его руках она — в полной безопасности.