Чешир.
Кроссовер с Alice Madness Returns | Психология | Драма | Герои старше 18 лет.
***
В желтых кошачьих глазах нет-нет, да сверкнет стальной оттенок. Кот такой худой, что вызывает желание сбежать и спрятаться, а не покормить, а еще у него серьга в рваном ухе и гигантская, пугающая улыбка. Серая кожа покрыта странными черными узорами, отдаленно напоминающими метку Того-кого-нельзя-называть: переплетение змей с уродливыми черепами. Неестественное, бледно-розовое солнце освещает жуткого кота, и тот отбрасывает на землю вполне себе человеческую тень. Знакомую тень.
— Где я? — Гермиона спокойно озирается по сторонам, ощущая легчайшее дуновение ветерка на своих щеках.
— Если не знаешь — узнай. Или умрешь, — напополам с мурчанием говорит страшное создание, поведя тонким хвостом из стороны в сторону, — вспоминай, Гер-рмиона. Как и для чего ты здесь.
Девушка нахмурилась, силясь вспомнить. Окружение кажется смутно знакомым, а худющий кот не сводит с нее желтых глаз, не прекращая демонстрацию демонической улыбки ни на секунду.
— За спиной, — подсказывает кот, потягиваясь, — обернись, Гер-рмиона.
На фоне неестественного бирюзового неба до рези в глазах четко выделяются башни Малфой-Мэнора. Будто бы их вырезали из белой бумаги и наклеили на слишком яркий картон, и девушка, охнув, оседает на землю.
— Вспомнила? — участливо интересуется кот, не прекращая улыбаться.
— Да… Там Драко. Он… Он заперт! Его убьют! Он помог нам сбежать из лап Волдеморта, но остался там… Я должна спасти его!
— Пр-рекрасно.
— У меня нет оружия…
— Тебе стоит только захотеть, Гер-рмиона. Закрой глаза и представь его… Он ведь уже знаком тебе, верно? Эти плавные линии, эта холодная сталь клинка и рисунок на рукояти…
— Вострый нож… В моей руке? — девушка распахивает воспаленные веки и не верит своим глазам: в руках поблескивает оружие, — что мне делать дальше?
Кот растворяется в воздухе, лишь улыбка его четко видна.
— Любая дорога начинается с пер-р-рвого шага. Банально, но верно, Гр-рейнджер, даже здесь. Ты сама знаешь, что должна сделать…
***
— Спасти его! — она срывается на крик, — отпустите! Отпустите, я должна спасти его, должна! Драко! Драко!
Гермиона вопит не своим голосом, дергает руками и ногами, но тщетно: запястья и щиколотки накрепко схвачены кожаными ремнями, опоясывающими также грудь и бедра.
— Доктор Бамби, ваша терапия нисколько не помогает. Состояние мисс Грейнджер ухудшается с каждой минутой.
— Вколите ей успокоительного, снотворного, да хоть чего-нибудь! Мне нужно подумать, а её вопли сильно от того отвлекают! Делайте, что говорю, сестра!
Пухлая женщина в видавшем виды больничном халате вводит в вену Гермионы иглу, впрыскивает жидкость.
— Бедняжка… Сейчас ты уснешь. Все будет хорошо, доктор вылечит тебя.
— Драко… его нужно спасти, — шепчет она пересохшими губами, — спасти… Его убьют.
Снотворное действует постепенно, и чем глубже девушка проваливается в сон, тем реальнее ей кажется несуществующая улыбка Чеширского кота в углу маленькой палаты.