Информация о кланах:
Я повернулась к Маккею.
— Да?..
Он подошел ближе, не отрывая взгляда от Тома.
— Вы сегодня вечером свободны?
Я перевела взгляд на Тома, который наблюдал за нами с лёгким намеком на интерес, и улыбнулась.
— Да, свободна.
— Хорошо, сможем ли мы провести с вами вечер? В ресторане, — произнёс Маккей с широкой улыбкой, явно пытаясь произвести впечатление.
Том приподнял брови и слегка нахмурился, его взгляд стал более сосредоточенным.
— Тогда нет... не смогу, — спокойно ответила я.
Маккей замер на секунду.
— Появилась причина? — его голос стал менее уверенным.
— Да, понимаете, меня так же приглашал на консультацию господин Том Каулитц, — я бросила быстрый взгляд на Тома. — И так как он пригласил раньше, я пойду к нему.
Том раскинул довольную улыбку и тихо засмеялся.
— На консультацию? Какая, если не секрет? — сквозь смех сказал Том.
— Очень приятная, — отрезала я, с вызовом глядя ему в глаза.
Том кивнул, его улыбка расширилась, как будто он наслаждался каждым моментом этого диалога.
— Ну что ж, мне пора, — сказала я, заметив, как между ними напряжение возросло до предела.
Последний раз взглянув на Тома, я сделала шаг вперёд, оставляя их позади.
Сев в машину, я сразу же обратилась к Рино:
— Подошли несколько человек следить за Эммой Гартман.
— Вы её подозреваете?
— Ещё как.
Машина резко рванула с места.
— А как насчёт... Мартинесов?
Я скрестила руки на груди, задумчиво смотря в окно.
— Мартинесы? Рино, они даже подтереться самостоятельно не могут. Если бы это были они, за ними стоял бы кто-то покрупнее.
— Почему вы считаете Мартинесов такими глупыми и беспомощными? Их история просто завораживает.
Я фыркнула и бросила на него косой взгляд.
— Удиви.
Рино сделал паузу, словно собираясь с мыслями.
— Клан Мартинесов создался в 1898 году, в Мехико. Они начинали с малого, работая на местных мафиозных боссов. Но к началу 2000-х Мартинесы стали серьёзной силой в Латинской Америке. Всё это благодаря их хитрому руководителю — Раулю Мартинесу. Он был не просто преступником, он был стратегом, философом в мире тени. Его подход был прост: люди не замечают того, что у них под носом, если это не угрожает их интересам. Именно так он взял под контроль несколько крупных торговых маршрутов, прежде чем кто-то вообще понял, что произошло.
Я усмехнулась, не повернув головы.
— Да, стратег. Вот только их глупость проявляется в другом. Они всегда остаются пешками в чужих играх. Даже когда у них есть возможности, они выбирают рискованные ходы, надеясь на удачу, а не на расчёт.
Рино нахмурился, но промолчал.
— И знаешь что? — продолжила я. — Если за ними действительно что-то стоит, то это не Мартинесы — это кто-то, кто управляет ими, как марионетками. И в этот раз я собираюсь найти того, кто дергает за ниточки. На Мартинесов я даже и не подумаю. Может их история такая богатая, и успешная, но сам Джон ошибка природы.
Машина тихо урчала, продвигаясь по ночному городу, и я снова погрузилась в свои мысли.
— А вот как насчёт Каулитцев? — вдруг вырвалась я из своих мыслей. — Как они создавались?
Рино мельком посмотрел на меня в зеркало заднего вида.
— Вы разве не знаете?
Я покачала головой и с лёгкой улыбкой добавила:
— Знаю, но ведь полную информацию каждый знает только о своём клане. О других нам дают лишь поверхностные данные: год создания и нынешних представителей.
Рино кивнул, понимая намёк, и продолжил:
— Ну, если вкратце, история Каулитцев уходит далеко назад. Они начали своё существование не как преступный клан, а как торговая династия. Их истоки — в Европе, ещё в XIX веке. Они торговали всем — от тканей до оружия. И вот тогда проявилась их главная особенность: они были не столько воинами, сколько мастерами переговоров и манипуляций.
Я немного прищурилась, заинтересованная его словами.
— Точно. Это всегда было их сильной стороной — манипулировать чужими руками, как будто шахматные фигуры на доске.
— Да. В начале XX века, после Первой мировой войны, Каулитцы поняли, что война — это не просто разрушение, а огромные возможности для роста. Во время Второй мировой войны они окончательно закрепились на чёрных рынках Европы и начали управлять потоками товаров, поставок и информации. Их сила не в грубой силе, а в умении контролировать ситуацию из тени. И вот с тех пор они расширяли своё влияние через связи с политиками, бизнесменами, и, конечно, преступными структурами.
— И это всё привело их к текущему положению, — задумчиво проговорила я. — Внешне они всегда остаются респектабельными, но под маской — настоящие монстры.
— Ваша интуиция не подводит, госпожа Ирэн, — добавил Рино. — Если кто и способен управлять Мартинесами, это, скорее всего, Каулитцы. Они контролируют слишком много нитей.
Я скрестила руки на груди, осмысливая услышанное.
— Нужно выяснить, кто именно стоит за всем этим сейчас.
Мы остановились возле моего особняка. Миссис Эстер уехала в какой-то тихий поселок, не справившись с потерей любимого человека. Даже если Саманта была ей практически чужой, боль утраты оказалась слишком велика. Особняк теперь казался совсем опустевшим, холодным, безжизненным. Мои вещи были перенесены сюда, и я вдруг осознала, что осталась одна в этом огромном, угрюмом месте. Я поставила себя на место дяди: как же ему приходилось каждый день жить в этих стенах, наблюдая за их пустотой? Когда-то этот дом был полон жизни, наполнен шумным хохотом семьи Ли. А теперь...
Я поднялась в свою комнату и села напротив зеркала. В отражении виднелась уставшая, но упрямая версия меня. Голова, полная мыслей, была тяжела. И хотя я давно не позволяла себе размышлять о чувствах, в этот момент это оказалось неизбежным. Я не могла избавиться от мысли, что виновата в том, что дядю убили. Весь этот хаос произошёл по моей вине.
Я прогуляла всё, что было важно. Пока я гуляла за ручку с Томом Каулитцем, мой дядя в одиночку тянул наш клан. Даже если он был жуликом, мошенником, человеком, который играл грязно, он, по крайней мере, действовал один. Он никогда не позволял себе стать чьей-то марионеткой. Это была его принципиальная черта — то, что отделяло его от всех остальных, включая тех, кто позволял Карузо дергать за ниточки.
Я не могла избавиться от этого чувства вины, как будто сама дала слабину, позволила себе забыться.
Я рухнула на кровать, чувствуя, как усталость окутывает меня, и почти мгновенно заснула. Но мои глаза внезапно открылись от резкого звонка. Не разбираясь, кто это, я машинально схватила трубку.
— Вы готовы к консультации?
— Том? — я выскочила с кровати, почувствовав, как напряглись все мышцы.
— Если хочешь заработать цистит, можем съездить на море, перелезть через забор и...
— Да-да-да, конечно, давай! — перебила я его на автомате.
— Ирэн, это был сарказм, — его голос стал суровее, почти раздражённым.
— О... — я замолчала, но он уже продолжал, прерывая мои мысли:
— Я просто хотел сообщить, твоя кузена... как её там... Эмма. Мои люди в последний раз видели её возле той самой заброшки, где ты, моя дорогая, когда-то продавала ЛСД.
Я резко вскочила с кровати и направилась к шкафу, хаотично перебирая вещи.
— Она всё ещё там?
— Она только что приехала.
— Хорошо, я еду.
— Жду, — с легким смехом добавил Том.
— Ты тоже там?
— Наблюдаю за ней через небольшой кустик, — с явной долей сарказма ответил он.
— Тебе что, делать нечего, Том?
— Разговаривай тише, она там с кем-то общается, — его голос стал более приглушённым.
— С кем же?
— Мужчина какой-то, неизвестно кто.
Я замерла на мгновение, а потом быстро захлопнула шкаф и двинулась к выходу.
— Жди, — коротко бросила я, завершая разговор.
Ситуация становилась всё запутаннее, и это чувство, будто всё ускользает из-под контроля, начинало меня выводить из равновесия.