Пепел [about V.Tsygankov]

Экзамены прошли спокойно, для меня по крайне мере. Лика же очень нервничала, плохо спала, мало ела, мне вообще показалось, что она похудела за эти две недели. Я переживал за нее, конечно, пытался всячески поддержать, но тут только время могло помочь. Тем более мы планировали поступать в один вуз, для бюджета там были серьезные требования. Я не особо понимал, почему именно этот уник, но Лика рвалась туда.

Результаты ожидали тоже с волнением: наши девчонки все извелись, моя любимая не была исключением. Только поцелуи отвлекали и будущий переезд. С квартирой я договорился, отцу озвучил факт своего отчаливания из отчего дома, он молча кивнул: то ли не понял, то ли еще что, главное – препятствовать не стал.

А буквально за пару дней до выпускного ко мне подкатил Судаков. Мы как раз приходили с Ликой учебники в библиотеку сдать.

– Поговорим? – спросил сухо Дора, даже не взглянув на Прокопович.

– Ну давай, если срочно.

– Я подожду внизу, – понимающе сообщила Анжелика, покидая нас.

– Не буду ходить кругами, – начал Судаков, покачиваясь с пятки на носок. – Ты нам нужен. Возвращайся. Мы плохо играем, а впереди выездные матчи. Все можно наверстать.

– Футбол в прошлом, Жор, – повел плечом я, улыбнувшись. Нет, мне все также нравилось закидывать мяч в ворота, бегать, проводить комбинации. Однако теперь это осталось лишь чем-то вроде хобби. В планах стояли серьезные задачи: найти подработку летом, возможно, и у отца, он так-то был не против. Потом универ, наша совместная жизнь с Анжеликой– во все это не вписывались выездные матчи и постоянные тренировки. Да и с Киром мы до сих пор конфликтовали.

– Цыгаг, ну что ты цену себе набиваешь как целка?

– Да какая цена, Жор? Я выбрал другое будущее, так бывает. Для вас то поражение было тяжелым, для меня тоже, но что поделаешь.

– Ты серьезно? Из-за девки нас кинул?

– Во-первых, не девка, а девушка! – прорычал я, раздражаясь. – Во-вторых, если у тебя амнезия, у меня с памятью нормас. Жор, хочешь общаться, как прежде, да я только за! И ты, и Юрка, даже Кирюха – вы мои близкие. Но футбол, увы, в прошлом.

– Прав был Вова, – выплюнул с некой обидой в голосе Судаков.

– Чего? – я выгнул бровь, не понимая, к чему он клонит.

– Понятно все с тобой, говорю. Пока.

– Жор! – крикнул в спину Судакову. Однако он уже не слушал, уходя походкой горделивой птицы в сторону лестницы. Возможно, подойди Жора месяцем ранее, я бы, не раздумывая, вернулся в команду. Тогда и сердце болело, и душу тянуло в зал. Но все проходит, пустоту в груди заняла любовь к Лике, желание сделать ее самой счастливой, преодолеть трудности вместе. Я пересел на трибуну к зрителям, навсегда поставив точку в футболе.

* * *

К моему удивлению, отец решил вдруг пойти на выпускной, даже галстук нацепил, хотя отродясь не носил удавку на шее. Там-то он меня и нашел в компании Лики, мы держались за руки, стоя в школьном коридорчике. Я не мог налюбоваться Прокопович, она выглядела нереально красивой, настолько, что впору влюбиться по новой. Длинное изумрудное платье в пол, распущенные карамельные волосы, лежащие россыпью на плечах, превратившиеся в легкие кудри. Вместо очков она вставила контактные линзы, и теперь ее глаза казались еще более выразительными. На Лику заглядывались наши пацаны, что меня жутко бесило, ревность кусала до беспредела.

Мы даже умудрились немного поссориться, хотя до этого вообще ни разу не конфликтовали. А тут я отошел, классуха позвала, а когда вернулся, возле Лики терся какой-то парень с параллели, и она ему еще так мило улыбалась, что неведомая сила у меня кислород вышибла из легких.

– Шуруй отсюда, – процедил я, накидывая Анжелике на плечи пиджак. Она хлопала пушистыми ресницами, растерянно поглядывая на меня.

– Ты чего, Вить?

– Ничего.

– Вить, он помог мне, я споткнулась, запутавшись в платье, чуть не упала.

– Какой душка, – закипал от ревности. Мозгами понимал, насколько это тупо выглядит, но ничего поделать не мог.

– Это ты у меня душка, постой, – Лика тепло улыбнулась, и ее пальчики коснулись моего лба, аккуратно поправляя пряди волос. Я не удержался, наклонился и чмокнул Анжелику в губы, между прочим, безумно чувственные и просто невероятные губы.

– Ты сегодня сведешь меня с ума, – прошептал, медленно скользя ладонью по спине Лики, поднимаясь выше к лопаткам. Она покорно выгнулась, прижавшись грудью ко мне, и взглянула так, словно пронзила огненной стрелой в самое сердце.

– Я старалась для тебя, – смущенно ответила Анжелика, не сводя с меня искрящихся глаз. От одной мысли, что она хотела мне понравиться, думала обо мне, разглядывая себя в зеркало, я чуть не задохнулся.

– Учту, – улыбнулся, сладко выдохнув. Лика умела каким-то магическим способом находить выключатель, ласково обходя возникшие острые углы, она возвращала меня в устойчивое состояние. И неважно, касалось это ревности или ситуаций, от которых срывало мозг. Наверное, поэтому каждый раз я искал встречи с ней, ждал ее поддержки, да элементарно, вот этого взгляда, согревающего в любую непогоду.

А потом мы увидели моего отца. Он явно узнал Лику, однако не подошел, лишь коротко кивнул, усаживаясь среди гостей. Анжелика немного напряглась, видимо, переживала, что родители пересекутся, однако за целый вечер ничего плохого не произошло.

Сначала был скучный концерт: поздравляли выпускников, вручали грамоты, восьмиклашки и младшие школьники показывали какие-то самодельные номера. И только после мы поплелись к автобусам, что уже ждали во дворе. Ресторан за городом должен был вместить в себя три выпускных класса, почти сотню учеников, плюс родителей и учителей.

Ехали мы минут сорок, не меньше. В автобусе народ вовсю галдел, снимали видосики для тик тока, запевали «Медлячок, чтобы ты заплакала», а кто-то реально плакал. Кажется, это была Егоровна или чья-то маман. Мы же с Ликой уселись в третьем ряду, сплетя пальцы, и то дело поглядывали друг на друга.

Ресторан оказался реально крутым местом: вокруг огромная территория для прогулок, озеро, разные мостики с подсветкой, карета, на которую умудрились залезть парни из параллельного. Я остановился у входа, отводя Лику в сторону, выждать пока очередь немного рассосется. Народ там создал знатную давку. Повернул голову и вдруг заметил черный гелик, который на скорости заскочил на парковку. Из него вышли Вова, Катька, Кир, Юрка и Судаков. Пацаны все в костюмах, а Матвиенко в коротком красном платье, едва прикрывающем ее прелести.

Тонкие шпильки со стразами, прическа, явно сделанная у лучшего городского стилиста, переливающиеся брюлики на шее, все в ней кричало – вот она я, смотрите. Раньше мне бы и самому захотелось посмотреть, горделиво задрать подбородок, но сейчас внешний вид девчонки показался немного пошлым, вычурным.

– Проходим, – раздался голос Егоровны. Очередь наконец-то сдвинулась с мертвой точки, и мы вошли внутрь.