Знакомство
РOV Санс
Однажды стало темно. Не так, как когда закрываешь глаза, а так, будто сама реальность схлопнулась, не оставив после себя ни звука, ни света, ни ощущения собственного тела. Это длилось мгновение, а может, вечность. А потом мир вспыхнул вновь, собравшись из ничего в незнакомой мне комнате.
Первое, что я почувствовал — головокружение. Всё вокруг было чудовищно огромным: стул возвышался, как трон, стол тянулся до горизонта, а потолок был так далеко, что казался ночным небом. Я стоял на какой-то прохладной, гладкой поверхности.
Где я? Подземелье? Но здесь нет ни камня, ни магмы... Это похоже на... на человеческое жилище?
Мои костлявые пальцы инстинктивно сжались. Прежде чем глаза успели полностью привыкнуть к свету, я заметил спиной ко мне высокую фигуру. Человека. Сердце (или то, что его заменяет) упало куда-то в тапочки. Адреналин, острый и холодный, ударил в виски.
Человек. Оружие. Опасность.
Она обернулась. Девушка. Длинные черные волосы, зеленый свитер с желтыми полосками. И в ее руке — длинный, блестящий кухонный нож. Мозг, отравленный памятью, выдал единственную ассоциацию. Мгновенный, панический ярлык.
ЧАРА.
Мыслей не было. Была лишь мышечная память, выжженная в костях бесчисленными RESET. Пространство исказилось, воздух завибрировал. Позади меня материализовался синевой Гaster Blaster, а в воздухе, с громким скрежетом, возник веер из острых костей.
— Не подходи! — хрипло крикнул я, но атака уже была запущена.
Ослепительный луч и залп костей устремились к ней. Я почти уже ждал знакомого звука — ding — потери HP. Но его не было. Девушка с криком отпрянула, прикрыв лицо и грудь руками. Невероятно, несколько моих костей со звоном отскочили от лезвия ее ножа — она инстинктивно парировала! Луч бластера она приняла на себя, лишь взвыв от боли и surprise, но не упала. Мои атаки, которые могли бы обратить в пыль обычного монстра, лишь слегка обожгли ее.
И тут до меня дошло. Холодной волной стыда и осознания. Ее HP... она не была на грани смерти. Ее лицо выражало не злорадство, а шок и ужас. Это не была Чара. Чара бы уже смеялась. Чара бы уже... закончила это.
Сомнение парализовало меня. Я застыл, кости медленно таяли в воздухе, оставляя лишь запах озона и пыли. Мы снова смотрели друг на друга, но теперь в ее глазах я читал не агрессию, а опасливое любопытство.
Она пришла в себя первой. Медленно, очень медленно, не сводя с меня глаз, она опустила руки. Затем, так же осторожно, отложила нож на стол позади себя. Звук, который он издал, легши на столешницу, прозвучал невероятно громко. Она выставила вперед ладони — пустые, открытые.
— Я не собираюсь нападать, — ее голос был тихим, но твердым. Он дрожал, но в нем не было лжи. — Прости, что напугала.
Ее улыбка была нервной, но искренней. А ее тон... он был мягким. Таким, каким говорят с испуганным животным. И от этого я почувствовал себя последним болваном. Хах... Нервы, старина Санс, они тебя совсем доконали.
Я глубоко вздохнул (чисто символически) и окончательно распустил магию. Кости и бластер растворились без следа.
— Меня зовут Мира, а тебя? — спросила она, сделав маленький шаг вперед.
— Я Санс, — сказал я, и мой голос прозвучал неожиданно хрипло. — Скелет Санс.
По старой, глупой привычке я протянул ей руку. Она на мгновение заколебалась, затем ее теплые пальцы обхватили мои фаланги. И в этот самый момент раздался знакомый хлюпающий звук — pffft.
Мира сначала замерла, а затем рассмеялась. Не насмешливо, а по-настоящему, звонко и тепло.
— Старый трюк с подушкой-пердушкой всегда смешно, — пробормотал я, чувствуя, как по моей костяной щеке распространяется подобие румянца.
— Так... эм... — она оглянулась на плиту, где на столе дымилась кастрюля. — Ты голоден? Я как раз приготовила немного пасты.
Паста. Спагетти. Мысль о еде после всего этого казалась сюрреалистичной, но мой желудок (опять же, символически) предательски урчал.
— Не откажусь, — честно ответил я.
---
POV Мира
Был обычный вечер вторника. Я нарезала помидоры для соуса, и в голове крутился список дел на завтра. Поворачиваюсь за солью — и застываю на месте. Сердце на секунду замерло, а потом заколотилось где-то в горле.
Посреди моей кухни стоял... скелет. Маленький, ростом мне по пояс, одетый в синюю толстовку и розовые тапочки. Его пустые глазницы были широко раскрыты. Я стояла, не в силах издать ни звука, с ножом в руке.
Я сплю? Это какая-то шутка?
Мы смотрели друг на друга в полном оцепенении. А потом позади него воздух задрожал, и появились... кости. Острые, белые, парящие в воздухе. И огромный синий череп, из пасти которого клубилась энергия.
Первой моей мыслью, идиотской и панической, было: «о-КОСТИ-неть можно!»
Он выстрелил. Я не думала, сработал чистый рефлекс — я вскрикнула, прикрылась руками и... ножом. Луч ударил в грудь, это было больно, как сильный ожог или удар током, но терпимо. Кости впились в рукава свитера, порвали ткань, но почти не оставили царапин на коже. Ощущение было жуткое и неприятное, будто тебя пронзили льдинами.
Я ждала продолжения, зажмурившись. Но его не было. Я открыла глаза. Он все так же стоял, смотря на меня с каким-то обреченным недоумением. И тут до меня дошло. Я держу в руке огромный нож. Я, взрослая девушка, в своей квартире, а передо мной — испуганное, пусть и странное, существо размером с ребенка. Я его напугала.
Медленно, как в замедленной съемке, я опустила руки. Отложила нож на стол. Звук был оглушительно громким в тишине. Я показала ему свои пустые ладони, пытаясь сделать самое невинное и дружелюбное лицо на свете.
— Я не собираюсь нападать, — прошептала я. Голос предательски дрогнул. — Прости, что напугала.
Магия вокруг него погасла. Напряжение спало. Он представился. «Санс. Скелет Санс». И протянул руку. Было что-то трогательное в этом жесте. Я ответила на рукопожатие, и раздался тот самый дурацкий звук. Я не сдержала улыбки. Этот нелепый, детский трюк в такой напряженной ситуации... это было так неожиданно и смешно.
— Старый трюк с подушкой-пердушкой всегда смешно, — пояснил он, и мне показалось, что его костяные щеки порозовели.
Мозг лихорадочно искал, что сказать дальше. В голову лезли глупые вопросы вроде «ты откуда?» и «ты живой?». Но первым делом с языка сорвалось: —Так... эм... Ты голоден? Я приготовила немного спагетти.
Он согласился.
Мы сели ужинать. Он ел с вилкой, довольно ловко, хоть и выглядело это сюрреалистично. Он извинился за нападение, смотря в тарелку. Я ответила, что все в порядке, и сама виновата, что размахивала ножом.
В тишине, прерываемой лишь звоном вилок, я обдумывала ситуацию. Выгнать его? Куда? Он явно был потерян и напуган. Оставить? А почему бы и нет? Жить одной бывает... одиноко.
— Санс, — начала я осторожно. — Не против ли ты... пожить здесь? Пока что?
Он поднял на меня взгляд, в его глазницах мелькнула какая-то сложная эмоция — облегчение? благодарность?
— Конечно, не против, — тихо сказал он. — Да и разве у меня есть выбор?
Мы отправились спать. Я легла на кровать. Он устроился на соседней подушке, свернувшись калачиком. В свете луны его кости отливали мягким голубым светом.
---
Глава 2: Новые Рутины
POV Мира
Утро встретило меня яркими лучами солнца, пробивавшимися сквозь шторы. Я потянулась и... наткнулась взглядом на спящего Санса. На секунду сердце екнуло от surprise, но потом я улыбнулась. Да, я давно жила одна в этой небольшой квартирке. Находить утром кого-то рядом было непривычно, но, как ни странно, очень приятно. В квартире появилось... присутствие.
Мне нужно было в колледж. Я осторожно потрясла его за плечо. —Санс... Просыпайся.
Он что-то неразборчиво пробормотал, перевернулся на другой бок и накрыл голову капюшоном. —Санс, я ухожу. Вернусь днем.
Одно из его глазниц приоткрылось, в ней мелькнула крошечная искорка. —мпф... удачи, малыш, — он хрипло прошептал и почти сразу же заснул.
«Малыш». Мило.
Так мы и прожили почти месяц. Мы неплохо поладили. Санс оказался ужасно ленивым. Он мог проспать до полудня, а потом еще полдня валяться на диване, смотря телепередачи про природу. Бардак в квартире, который я сама порой устраивала, усугубился. На столе теперь стояли пустые бутылки из-под кетчупа, а под диваном можно было найти носки (откуда они у скелета?!). Но он был и невероятно забавным собеседником, сыпал каламбурами так, что я порой сползала со стула от смеха, и был отличным слушателем.
Одним из вечеров, возвращаясь с пары, я зашла в магазин. На кассе, почти на автомате, я взяла банку энергетика, свой любимый шоколадный батончик и... большую бутылку кетчупа.
Дома я выложила покупки на стол. —Вуаля! Ужин для леди и джентльмена.
Санс, дремавший на диване, приподнялся и уставился на банку энергетика и батончик. —И это все? — в его голосе прозвучала непривычная нота упрека. — Ты должна нормально питаться, малыш. Это же сплошной сахар.
Я уперла руки в боки. —Сказал тот, кто вечно питается одним только кетчупом! — парировала я, не сдерживая улыбки.
Он приставил руку к грудной клетке, изображая обиду. —Кетчуп — это универсальная паста, содержащая ликопин и... э-э-э... другие красные вещества! А это, — он ткнул пальцем в банку, — химическая атака на твой желудок.
— Ну, тогда, может, приготовишь что-то полезное на ужин? — подняла я бровь.
Санс задумался на секунду, затем его глазницы блеснули. —Конечно. Как насчет... спагетти с кетчупом? Это сбалансированная диета: углеводы и... овощной экстракт.
Я закатила глаза, но смех уже прорывался наружу. Да, определенно, с его появлением одиночество ушло. И даже бардак того стоил.
Вечер продолжился под уютное бульканье кастрюль на плите. Мира, пристроившись на кухонном стуле, покорно потягивала свой энергетик, наблюдая за тем, как на её глазах разворачивается маленькое кулинарное чудо.
Санс, закатав рукава своей синей толстовки, с неожиданной ловкостью и знанием дела управлялся с фаршем, формируя аккуратные, ровные тефтельки. Воздух наполнялся ароматом чеснока, трав и томатного соуса — гораздо более сложным и аппетитным, чем запах из банки с кетчупом.
Мира не могла не умиляться. Ростом Санс был невысоким, ему едва ли доставало до её плеча, и в его костяной фигурке, сосредоточенно склонившейся над сковородой, было что-то трогательное. Он был похож на ребенка, взрослого ребенка, который вдруг взял на себя ответственность за ужин. Этот контраст между его обычной, почти анекдотичной ленью и текущей деловой активностью заставлял её скрывать улыбку в банке с напитком.
«Вот же загадочное существо, — думала она, следя, как он одним точным движением подбрасывает спагетти в кипящую воду. — Минуту назад отстаивал питательные свойства кетчупа, а сейчас готовит как шеф-повар из дорогого ресторана. И откуда он всё это знает?»
— Эй, Санс, — не удержалась она, — а откуда такие познания в кулинарии? Не похоже на человека, чей основной рацион — это красная кислятина.
Санс, не отрываясь от плиты, многозначительно пошевелил пальцами у виска. —Магия, малыш. Всё дело в магии. Ну и... — он на секунду замялся, и его голос на долю секунды стал чуть менее шутливым, — много времени было, чтобы научиться. Очень много. Готовка... она успокаивает.
Он бросил в соус щепотку каких-то трав и повернулся к ней, его постоянная ухмылка казалась немного мягче обычного. —К тому же, нельзя же бедной девушке, которая приютила бродячего скелета, портить желудок энергетиками. Это неблагодарность. А я, знаешь ли, специалист по определению уровня своей благодарности.
— Ох уж этот твой «научный» подход, — фыркнула Мира, но чувствовала, как по щекам разливается тепло. Это были не только пары от готовки.
Вскоре они сидели за столом. Тарелка с идеально аль денте спагетти, утопающими в ароматном соусе с тефтелями, пахла настоящим домом. Тем, которого Мира, вечно занятая учебой, часто была лишена.
— Ну что, — Санс с церемонным видом пододвинул ей тарелку. — Готов признать, что мой «универсальный овощной экстракт» в чистом виде — не вершина кулинарии. Но как ключевой ингредиент... сойдет?
Мира, не дожидаясь его, уже накрутила на вилку щедрую порцию. —Санс, — сказала она с полным ртом, закатывая глаза от удовольствия. — Это божественно. Я всё прощаю. И бардак из твоих носков под диваном, и пустые бутылки от кетчупа на подоконнике.
— Хе-хе-хе... Ну, я же говорил — магия. — Он удовлетворенно похрустел фалангами и, достав из кармана свою, на удивление, полную бутылку кетчупа, щедро полил им свою порцию. — Просто чтобы добавить... э-э-э... завершающий аккорд.
Мира только покачала головой, но спорить не стала. Глядя на него, на этот странный, нелепый и такой уютный вечер, она поняла, что его появление стало лучшим нарушением её рутины за долгие годы. И даже его дурацкая любовь к кетчупу теперь казалась не раздражающей, а милой иронией вселенной.