-56-
Поджав колени к груди, Гермиона наблюдала за Малфоем. Он ходил туда сюда, наводил порядок там, где они оставили беспорядок, при этом улыбался ей и подмигивал.
Гермионе было хорошо. Настолько хорошо, что она сидела в одном белье, переодевшись, и огромной белой худи Драко. Ее прибивало на сон, хотя до ночи было еще достаточно времени. Малфой на самом деле вытрахал из нее все силы.
Она улыбалась, снова и снова прокручивая картинки их жаркого примирения. Это ведь было оно?
— О чем думаешь? — Драко наконец-то оказался рядом и упал на диван, раскидывая руки в стороны на спинку.
Гермиона приподнялась, не сводя с него глаз, а затем забралась сверху, усаживаясь на его широко расставленные бедра. Ее ладошки оказались на его груди, закрытой футболкой, но девушка все равно могла ощущать ее твердость и тепло.
— О тебе, — честно ответила Грейнджер и наклонилась за поцелуем.
Драко сжал ее талию руками, прижимая к себе. Он был удивлен и одновременно очарован тем, как быстро сменился курс настроения Гермионы и их отношений.
Девушка осторожно, мягко целовала Драко, вкладывая слишком много в этот поцелуй. Ладони Драко забрались под ткань худи, и он стал водить кончиками пальцев по горячей коже Гермионы. Она отдавала ему нежность через поцелуй, он — через прикосновения. Момент их страсти и ярости сменился чем-то трепетным, таким тягуче сладким, и им обоим это нравилось.
— Грейнджер, — выдохнул Малфой, когда Гермиона отпустила его губы, но все еще держала ладошками лицо, рассматривая, всматриваясь в его блестящие глаза.
— М? — Гермиона снова потянулась губами к Драко, на этот раз касаясь виска, скулы и носа.
— Я хочу, чтобы ты знала, — он прервался на короткий чмок в губы, продолжая гладить ее спину под одеждой, — мне не нужен от тебя секс, хотя я готов признаться, что это было охуенно. Мне нужна ты. Со своими истериками, с моим сломанным носом и всем остальным. С чем угодно. Но тебе придется принять некоторые мои правила.
Правил, на самом деле, не было. Ему просто хотелось заставить ее расслабиться, позволить себе снова жить мечтой, вернуться к тому, где она когда-то была. Ему хотелось взять часть ответственности, что она взвалила на свои плечи, на себя.
— Хорошо, — Гермиона положила голову на его плечо, продолжая пальцами гладить его лицо.
Драко округлил глаза и в удивлении приоткрыл рот. Он приготовился вступать с ней снова в спор, начинать дебаты, но она просто взяла и согласилась.
— Хорошо? — переспросил Малфой, заглядывая ей в лицо.
— Да, — снова согласилась Гермиона, слегка кивнув головой, — но имей в виду, что я всегда могу сломать тебе нос.
Драко рассмеялся, и вибрация прошлась по ним обоим. Гермиона улыбнулась, прикрывая глаза. Момент был прекрасным, и ей на самом деле не хотелось спорить с ним. Возможно, он прав, Луна права, и ей давно пора отдать контроль кому-то другому.
— А ты имей в виду, — Драко сжал ее талию сильнее, затем переместил так, чтобы она снова лежала на диване, а он — нависал сверху, — что я всегда могу трахнуть тебя так, что ты снова не сможешь говорить и уже тем более драться.
Он коснулся губами ее щеки, затем линии челюсти и шеи, пока руки поднимали вверх худи, открывая ему вид на ее белье. Гермиона зарылась пальчиками в его волосы, прикрывая глаза от наслаждения. Она развела ноги в стороны, позволяя Драко разместиться между.
— На это и расчет, — ответила Гермиона, подтягивая Драко за волосы к себе, чувствуя, как он вжимается в нее своим твердым пахом, и снова поцеловала, сразу же запуская язык ему в рот.
Драко улыбнулся через поцелуй. Он понимал, что война выиграна, и победитель в ней не он.