Пять лет спустя
Я помню, как лежал на снегу — красный комок тепла, правда, быстро остывающий, — окруженный соснами, тихо покачивающимися на ледяном ветру, и собственными мыслями, терзающими душу. Они заслоняли мне солнце — по крайней мере, так казалось мне тогда — и я чувствовал, как потихоньку засыпал и покидал, наконец, этот бренный мир, приносящий мне лишь боль и страдания. Но что-то явно удерживало меня, кто-то... не давал замерзнуть насмерть. И тогда этот «кто-то» лег рядом. Мы лежали в тишине на снегу, разбавляемой треском стволов покачивающихся деревьев, каждый думая о своем. В какой-то момент мне показалось, что этот «кто-то» был лишь моим воображением, и на самом-то деле я, как всегда одинокий, лежу и жду мертвецкого сна.
Но руки этого человека легли мне на щеки. И заставили очнуться.
***
Ледяные капли дождя обжигают кожу моих щек. Стекают по ним вниз и продолжают свой путь по подбородку, шее и ключицам. Попадают под одежду, делая ее влажной. Ветер лохматит влажные волосы, превращая их в сущий кошмар. Гром вдалеке заставляет ежиться и жмуриться.
В сознании промелькнуло далекое воспоминание моей, можно сказать, юности, которое в той же мере, как и остальные воспоминания причиняло боль.
Но в такой момент... как не думать о боли?
Тот же лес, только я вдалеке от того злополучного места. Те же сосны, своим треском заставляют тревогу бить в гонг. Дождь усиливался с каждой минутой, проводимой мной здесь.
Но мне нужно было согреться. Нужно было направить мысли в нужное русло, пока я не погрузился в них с головой, словно в омут с чертями.
Кольцо на безымянном пальце было единственным, что грело меня. Не столь меня, как мою душу. Оно было спасательным кругом, благодаря которому я сейчас держался.
Смотря вниз, на свежее надгробие.
***
Это был первый год моей совместной жизни с Фэнгом. Я был бесконечно рад тому, что это все было не сном — как тогда, когда я прожил целую жизнь во сне. Что было естественным — не все с ним совпало. Отношения с Фэнгом развить получилось быстрее, благодаря тому, что отца-дилера моего посадили, но... Кольт и Джесси так и не стали мне семьей. И не факт, что в реальной жизни такое могло случиться.
Может, этот сон был вещим? Ведь раньше я ни разу не слышал и не видел девушку по имени Джесси. В моем сне она была чистой души человечек, маленьким котенком, лучиком света.
Но в «этой жизни» Кольт не стал моим товарищем, как во сне. И я так и не узнал, есть ли у него сестра или нет.
Но это было не столь важно, так как воспоминания «той жизни» потихоньку приобретали призрачные очертания в моей голове. Сейчас я был занят первой сессией в медицинском университете, о коем когда-то мечтал.
— Привет, — я тихо улыбаюсь. Глаза Фэнга светятся все так же, как и год назад.
— Привет, — отвечает он, сидевший за барной стойкой его... нет, нашей кухни. В его руках шоколадные кексы, недавно испеченные мною. А рядом стоит стакан теплого молока.
Я сажусь рядом с ним на большой стул, и кручусь на том прямо в его сторону. Большая лапа ложится мне на волосы и начинает их трепать.
— Выспался? Ты так устаешь в этом университете...
— Не беспокойся. Все-таки, это было моей мечтой.
Которую воплотил именно ты.
***
Мы были на море. Я был впервые на море! Оно было таким свирепым, шумным, соленым. Волны бурлили у берега, соленый воздух щекотал ноздри. Впечатления были незабываемыми, я словно снова ребенок. Хотя я им до сих пор и являюсь.
— Ну чего ты купаться не идешь? Я что, привез тебя сюда, чтобы ты валялся на песке? — Бурчал Фэнг, протягивая мне купленный коктейль «Секс на пляже». Он был в одних плавках — как и я — и я все так же продолжал восхищаться его телом. Спустя столько времени, я все так же любовался его телом.
Спустя столько времени я все так же любил его. Хотя эти 2 года — не десятилетия, через которые люди перестают любить, а просто живут привычкой друг к другу.
— Я итак бледный. Мне нельзя позагорать? — привстав в локтях и глотнув прохладного коктейля, я спустил солнцезащитные очки и взглянул вверх прямо в глаза Фэнгу. Солнце слепило, но я все равно видел его глаза.
Фэнг сел по-турецки напротив меня и нагнулся.
— Буду рад увидеть тебя красным, как рак, когда ты сгоришь нахер, — пустил смешок. А после накрыл мои губы своими.
***
Сегодня я получу диплом. Сегодня был этот роковой день, наполняющий меня неизмеримым страхом и волнением в виде колючек по всему телу. Руки поддавались тремору, даже ноги отказывались слушаться, когда я стоял среди огромной кучи таких же студентов, как и я, и слышал свои имя и фамилию, озвученные директрисой нашего университета.
Я вылез из толпы, оправил подол темно-синего студенческого «обмундирования» и надел на голову того же цвета шапку «Академку», которую ранее трепал за кисточку в руках. Помню, раньше видел подобное одеяние студентов в фильмах и сериалах и даже представить себе не мог, что когда-то сам сумею одеться в это. А после на ватных ногах выйду на трибуну, пожму руку директрисе и заберу свой диплом...
Глаза бегали по толпе, пока я слушал поздравления от своего куратора, которая вела у меня психологию первые 3 курса. Я даже не удосужил ее хоть каплей внимания — старался хотя бы мельком увидеть такие родные, любимые, светящиеся глаза среди толпы гостей-родителей и студентов.
И вот, я замечаю их. Замечаю, как они улыбаются мне. Глаза. Глаза моего любимого человека.
Я молниеносно спускаюсь с трибуны с другой стороны, вылетаю к нему навстречу, махая при этом только что полученной корочкой знаний. Хочу налететь на него и обнять, сказать: «Теперь я смогу работать там, где всегда хотел!»...
Но Фэнг хватает меня за лапу и выводит чуть подальше от толпы. Но не настолько, чтобы мы были вне зоны видимости.
— Что такое? — Что происходит? Он так поспешно желает уйти?
— Эдгар... Я хочу поздравить тебя, от всего сердца, с окончанием университета. Я рад за тебя, моя тучка, — его дрожащие руки обхватывают мои плечи и прижимают к себе. Я не понимаю от слова ничего.
Он делает шаг назад. Мнется пару секунд, будто стараясь оценить мой настрой и придать себе решимости.
А после встает на одно колено и достает из внутреннего кармана своего пиджака маленькую коробочку.
— Я хочу провести с тобой остаток жизни... Ты... станешь моим? — Он раскрывает коробочку передо мной. Внутри находится золотое кольцо, на котором что-то выгравировано.
Я теряюсь. Буря эмоций поглощает меня с головой.
И в следующий миг я падаю рядом с ним на колени. Обнимаю его, целую в обе щеки, в губы, из разу в раз повторяя:
— Да, да, да, да...
***
Я стою на кладбище. Мимолетные воспоминания рвут душу, кольцо на пальце начинает нагреваться и жечь кожу еще больше. Дождь превратился в ливень, смешал мои текущие соленые слезы. Ощущение одиночества вдруг вновь накрывает меня с головой, я задыхаюсь рыданиями, не в силах остановиться...
— Извини, что опоздал. Извини, что бросил тебя одного в этот момент, — рядом появился он. Рука легла на плечи и слегка прижала к себе, приобняла.
— Да ничего, — задыхаясь всхлипами, я поднял глаза прямо на него. Дождь перестал лить на меня благодаря раскрытому зонту над нашими головами.
— Ты насквозь промок. Поехали домой?
Я шмыгнул носом. Потерся щекой о большое плечо Фэнга.
И впервые за последние дни улыбнулся.
— Поехали.
Надгробие с именем Байрон осталось пустовать, и скорее всего, навсегда. Больше никогда к нему никто не придет. Больше никто никогда не прольет здесь слез. Его забудут. И надеюсь, навсегда.
«Прощай, отец. Надеюсь, ты был рад умереть в тюрьме, а не как я, от пули, которой ты убил меня в той жизни моего сна»
__________________________
на радость всем просящим продолжение! они живут вместе, все хорошо!!! коротко, но со вкусом👉👈
по вопросам (или просто пообщаться) пишите в тг: @aluyy_see
не бойтесь, я добри