30
— Фэнг —
Он целовал меня так, будто всю жизнь хотел этого. Он целовал меня так, будто я — единственный, кто может сделать его счастливым. Целовал так, будто я — единственное его спасение.
И я хотел быть тем, кем скажет быть мне он. Тренером, другом или парнем. Я готов был на все ради него, и если бы он решил, что я для него не больше, чем друг — я бы оставался другом, сдерживая себя, свои эмоции, чувства и желания.
Ведь Эдгар для меня теперь близкий человек. Он роднее, чем женщина, с которой я делился всем на протяжении полугода. Он за такой короткий период моей жизни стал тем человеком, которого я искал всю свою жизнь.
И я готов был сделать сейчас все для него. Все, что он попросит.
— Ты... мне нравишься, Фэнг, я... — говорил он то, что я так хотел услышать еще вчера. Мое сердце заколотилось словно бешеное, словно сорвалось с цепи и начало беспорядочно носиться, и в конце оно разорвется на куски — или взорвется на тысячи огоньков-фейерверков.
Я понял, что он полностью серьезен. Что его голос срывается от страха того, что я откажу ему, что посмеюсь над ним и выброшу из машины, крикнув вслед: «Больше не подходи ко мне, педик!»
Но это не так. Я понял, что мои чувства взаимны, я понял, что он — моя первая настоящая любовь. Лола была лишь развлечением, которое как-то не удалось, и я весьма рад этому.
И раз уж теперь моя любовь такая светлая, при этом с кучей проблем — я хочу стать ему тем спасением, в котором он нуждался.
— Тише, — шептал я, после чего взял того за подбородок и притянул к своим губам. Он очень осторожно ответил на трепетный поцелуй, и я понял, что это то, что мне было необходимо все последние недели, которые я был знаком с Эдгаром. Раннее я не давал волю чувствам и не мог принять то, что начинал любить этого на вид слабого, но духом сильнейшего человека.
Мы оба — люди со сломанной судьбой, в итоге обретшие друг друга и нашедшие в друг друге успокоение и надежду. Надежду на что? На то, что все наладится.
И я целовал его в точности так, как это делал он. Он верил в то, что это взаправду, и я хотел показать ему, что теперь всегда буду рядом с ним.
Эдгар положил руки мне на плечи и легонько сжал их. Этот жест давал мне еще более сильную волю быть уверенным в своих действиях.
Одной рукой я продолжал держать темноволосого за подбородок, вторую же положил ему на затылок. Эдгар запустил обе руки мне в волосы и стал их сжимать, и это послужило углублению поцелуя с моей стороны — я запустил язык в рот Эдгара и стал водить им по его языку. Мое тело пронзили иголочки возбуждения, а снизу я почувствовал дикое напряжение — джинсы, в которых я был, сильно давили мне в области паха после того, как член благополучно отозвался на возбуждение.
Но я знал, что сейчас совсем не то время, чтобы мной стала управлять похоть. Я стал пытаться не обращать внимание на то, что Эдгар все не переставал лохматить мои распущенные волосы, не переставал так томно закусывать мою нижнюю губу, а после слегка посасывать. Это нужно было прекратить, я не хочу, чтобы после первого поцелуя началось то, к чему люди идут месяцами доверия и развития отношения.
Я люблю Эдгара и уверен в том, что сейчас он сам не был готов. Он, скорее всего, даже не был готов к поцелую, как я понял... Но в любом случае я люблю его и хочу, чтобы ему со мной было все также комфортно, как и раньше.
Я осторожно отстранился. Эдгар потянулся за моими губами, явно хотя еще насладиться близостью. Я не мог не улыбнуться на это. Да и в конце концов, мои чувства оказались взаимными, и мы уже успели два раза поцеловаться! Как тут не радоваться и не улыбаться?
— Я рад, что... что все решилось, — тихо сказал я, искренне улыбаясь и светясь от счастья, переполняющего меня с ног до головы. Я и вправду был искренне рад.
— И я... — робко кивнула моя тучка. Его волосы были очень похожи на тучку, поэтому, пожалуй, теперь я буду так его называть. Если, конечно, он не будет против.
Мы смотрели друг на друга. Было очень неловко, ведь это классическая ситуация. После первого поцелуя всегда следует либо неловкость, либо секс.
Нужно было что-то предпринять, поэтому я сказал первое, что пришло в голову, даже не подумав о том, как это может расцениться из-за данной ситуации:
— Хочешь, поедем ко мне? — Это пиздец. Это прозвучало так, будто я зову его на бурную ночь.
Да, так и получилось. И поэтому моя тучка нахмурилась, отвернувшись от моих глаз, а после, схватив свой телефон с бардачка и шоколадку с вишневым джемом, купленную мной, попрощалась и вышла из машины.
— Спокойной ночи, Фэнги, — сказал он. Постарался натянуть улыбку, но не смог. Он хлопнул дверью и направился к дому.
Я поспешил выйти из машины и догнать его. Подбежал, остановил и развернул к себе.
— Прости, я не то имел в виду. Я просто помню, что тебе некомфортно дома, и...
— Все в порядке, — сказал тот. Он потянулся ко мне и оставил легкий чмок на моей щеке, которая после начала гореть. Я покраснел, смутился, и смотрел, как Эдгар идет задом к дому, смотря на меня и иногда оборачиваясь, чтобы не споткнуться. Он махал мне рукой и улыбался. В этот раз улыбался искренней улыбкой, полной радости и досады от разлуки.
Когда парень скрылся за дверью, я дотронулся своей щеки, которой коснулись губы моего любимого человека, а после, с самой счастливой улыбкой в моей жизни, направился к машине. Уже сидя внутри и выезжая до дома я стал понимать, что пропустил уже слишком много занятий группы. Это надо исправлять.
И именно понимание этого испортило мне все только что появившиеся настроение. Я должен быть самым счастливым и радостным, но... либо я бросаю группу и лишаюсь денег, либо я продолжаю с ними работать, но меньше проводить времени со своей тучкой, с которой итак провожу его не особо много.
Нужно решать.
— Эдгар —
Я захожу домой и закрываю дверь, облокачиваюсь на нее и скатываюсь вниз. У меня не складывается пазл в голове... как это так? Неужели все взаимно? Все так быстро произошло, что такое чувство, будто ничего вовсе и не произошло.
Я начинаю злиться, но и плакать. Начинаю материться на Кольта, который все вроде бы испортил, но на самом деле... на самом деле лишь благодаря ему все... наладилось. Если бы не Кольт, то, наверное, хуй знает сколько времени мы бы шли к тому, чтобы понять друг друга и признаться в чувствах.
Я залез в интернет и загуглил то, что сказал мне Фэнг про луну. И да, это оказалось самым настоящим признанием в любви, и я еще сильнее стал ненавидеть себя за то, что он буквально признался мне, а я попросту.... испортил нам обоим вечер. А он мог стать еще лучше, если бы я знал об этой фишке.
Вскоре после маленькой истерики я наконец разулся, стянул толстовку и кинул ее в прихожей на полу. Мне похуй, я сейчас не хочу ничем заниматься, просто хочу лечь и мечтательно проваляться весь вечер.
Я поднялся к себе в комнату, кинул телефон и шоколадку на постель, стянул футболку, которая была у меня под толстовкой и остался полуголым на вечер, также переодев джинсы на домашние пижамные штаны в клетку.
Мне было нечем заняться. Фэнг вышел из моей головы потому, что теперь у нас все было хорошо и я мог не волноваться. В данный момент я хотел занять себя чем-то, после чего весь вечер вспоминать момент моей жизни, которого я так ждал.
Я направился в комнату отца за поисками чего-то новенького. Я не знаю, понял ли он, что я ворую у него то наркоту, то алкашку, то деньги. Но я уверен в том, что отец не был таким тупым, так что, скорее всего, что-то он не замечал из-за алкогольного или наркотического опьянения, а что-то замечал и попросту закрывал глаза.
У него в комнате я нашел бутыль ликера с капучино и снова кучу пакетиков с наркотиками. Я обнаглел и решил в этот раз забрать все, что там было. А хули? Пусть становится лучше ради своей новой пассии.
В комнате я открыл ликер и попробовал приятную кофейную жижу. На вкус было охуено, я впервые пробовал такой, раньше пробовал лишь с мохито и банановый (они были так себе)
После я взял учебник химии — иронично — и сделал на ней очередную дорожку своей банковской картой. Свернул 10-долларовую купюру и принял ее, после чего от жуткого жжения в носоглотке упал на постель, вспоминая весь сегодняшний день с нуля. В глазах появлялись звездочки, у меня началось помутнение рассудка и в этот раз я думал совсем не то, что в остальные разы. Я думал, что все это было сплошной шуткой. Я думал, что сейчас проснусь от кошмара и буду снова любить Колетт и встречаться с ней. Я хотел снова любить ее и даже не знать о существовании Фэнга.
Наркота была моим спасением, а не он. И я хочу, чтобы так было всегда. Наверное, я поменяю свое ошибочное, из-за принятой дозы, решение уже завтра и даже помнить о нем не буду. Но, почему-то, сейчас я был чем-то разочарован. Может, тем, что все пошло не так, как ожидал я? Или собой?
Я не знал, и знать не хотел. Я открыл шоколадку, купленную Фэнгом, и съел ее всю за раз, в этот раз уже вспоминая своего любимого парня и со слезами на глазах допивая бутылку ликера.
«Я скучаю по тебе» — написал я Фэнгу, отправил, и сразу уснул, не чувствуя вообще никакой эйфории после кокаина.
______________________
по вопросам (или просто пообщаться) пишите в тг: @aluyy_see
не бойтесь, я добри