стекло #12
— Ты же бросил, — наполовину утверждение, наполовину вопрос. Смотрит на дымящуюся сигарету в худых длинных пальцах. Поднять взгляд на лицо не решается.
— Тебя я тоже бросил. Но ты же почему-то здесь, — в голосе ни намёка на эмоцию. Н и ч е г о. Пустота, от которой сжаться хочется и в угол забиться, скуля как забитая шавка.
— Я…за вещами пришёл, — в ответ тишина. Лишь неопределённое движение плечами, небрежное до скрежета зубного.
Подходит к шкафу, открывает дверцу и зудящим воспаленным взглядом свою одежду ищет. На глаза попадается футболка чёрная. Не его. И ладошки чешутся взять чужое, на память, потому что не может отпустить, не может позволить боли утихнуть. Тянется рукой к такому необходимому куску ткани и слышит прямо над ухом:
— Футболку мою не трожь.
Выдох испуганный вырывается, и Олег вздрагивает всем телом, прикусывая губу и голову опуская, как нашкодивший ребёнок.
— Я…, — оправдаться хочет, сказать, что хотел проверить не его ли это.
— Если всё своё забрал, проваливай, выход сам найдёшь.
— Ром, — ещё одна попытка заговорить.
— Вали. На. Хрен, — и дверца шкафа прям перед носом захлопывается.
Сжимает губы в полоску тонкую, моргает часто, стараясь не позволить воде из глаз политься, чуть ли не бегом идёт в прихожую, обувается и уже хочет выйти за дверь, но…
— Ключи, — мир падает с тумбочки как ваза мамина хрустальная и разбивается вдребезги, в то время как на голову сваливается шквал эмоций.
Медленно поворачивается, отпуская дверную ручку, достаёт из кармана связку небольшую с серебряным ключиком от двери входной и красным чипом от домофона. Протягивает, но Рома даже попыток забрать не делает. Кивает на полку у даери, мол, сюда положи. Олег швыряет связку и выбегает за дверь. Потому что больше невозможно там находиться, больше не хочется чувствовать то, что он чувствует сейчас.
Рома, глаза прикрывая от хлопка двери громкого, возвращается в спальню, открывает шкаф и достаёт футболку ту. Подносит к лицу и запах вдыхает. Не его. Хочется окутать себя этим запахом с ног до головы и одновременно отмыться полностью и забыть его, никогда не ощущать.
Мир Ромы уже давно разрушен. Тот, в котором этим самым миром был Олег.