Ложь напоказ

Не нужно обладать каким-то особым умением, чтобы уговорить человека посетить этот паб. Заведение в стиле лофт, которое мы облюбовали уже достаточно давно, находится на первом этаже дома через дорогу от нашей съёмной квартиры. Хозяин не особо заморачивался с названием, поэтому вывеска над входной дверью гласит: «Лофт».

Сам паб небольшой, но зато очень уютный и милый. Кирпичные стены, деревянный потолок, с которого свисают большие лампы тёплого света. На входе бордово-красный ковёр с непонятным рисунком, такой, как раньше бабушки вешали на стены.

Вдоль дальней стены — барная стойка из тёмного дерева. За ней натирает посуду хорошенькая девушка-бармен в коричневом фартуке из плотной ткани. На высоком стуле перед ней сидит парень и что-то рассказывает.

Ещё несколько столиков занимают влюблённые парочки и такие же небольшие компании, как наша. Выбираем свободное место возле стены с картинами в чёрных деревянных рамках.

— Сделали ремонт, — замечает Сабина, пока устраивается поудобнее в своём зелёном платье выше колен и откидывает густые чёрные волосы назад.

— Ничего особенного, немного освежили и только, — обнуляет её восхищение Мари. — Надеюсь, готовить хуже не стали, иначе отхватят антирекламу.

За это Саб одаривает подругу осуждающим взглядом, в очередной раз напоминая мне о том, что эти две дамы не всегда ладят между собой, а точнее — никогда.

Сабину раздражают подобные высказывания Мари, они ей кажутся жестокими и неуместными. Пожалуй, стоит согласиться: иногда бывает перебор, но зато с ней не соскучишься. В свою очередь, Мари упрекает Саб за чрезмерную доброту и сочувственность к окружающим. И с этим тоже отчасти можно согласиться.

В общем, мои подруги словно ангел и демон на плечах, между которыми я должна находить баланс.

— Добрый вечер, — подходит к нам миниатюрная официантка с бледной кожей, светлыми волосами и в таком же фартуке, как у бармена.

Девушка раскладывает перед нами меню и готовится принять заказ.

Мы выбираем единственное красное сухое вино, от которого Саб сразу отказывается в пользу минеральной воды со словами:

— Наверное, я не скоро смогу пить алкоголь.

— Ой, рассказывай тут, — цокает Мари, переводя взгляд на официантку. — Мне борщ, ризотто с кальмаром и мини-пиццу «Четыре сыра». И проследите, чтобы суп не был холодным.

Саб никак не реагирует на колкость подруги и только слегка мотает головой, позволяя мне, вместо того чтобы разнимать их, спокойно сделать заказ. Хотя про холодный суп всё же было лишнее.

Официантка делает пометки в блокноте и скрывается на кухне. Через пару минут возвращается с напитками и столовыми приборами, которые мгновенно оказываются напротив нас.

— Ну что, дорогуши, — поднимает уже наполненный вином бокал Мари, — желаю нам только самых крутых вечеринок в этом сезоне и никаких заморочек с учёбой. И ещё чтобы наша королева драмы не умерла от алкоголизма, аминь.

Сабина же, не изменяя своему выбору, с лёгкой улыбкой поднимает стакан с минералкой и продолжает тост:

— И чтобы нашу Фигару тут Фигару там не выперли из университета из-за её многочисленных прогулов, аминь.

Вот же язвы две!

— И чтобы мои подруги хотя бы попытались нормально общаться, — без «аминь» добавляю я.

На самом деле всё не так плохо, как может показаться. Все эти колкости — просто часть стиля их дружбы. По факту же они могут положиться друг на друга в любой ситуации. И хоть их отношения порой напоминают боевой ринг, это не мешает Марине и Сабине быть настоящими подругами.

— Как прошла ночка? — осушив бокал до дна, Мари со звоном ставит его на стол. — Я же не зря подтирала рвоту за королевой драмы, вместо того чтобы развлекаться на вечеринке?

Вчера, когда в разгар тусовки Эмиль и я вдруг поняли, что Сабина напилась в зюзю, было принято решение отвезти её домой. Но оставлять в таком состоянии неудавшегося алкоголика в одиночестве не хотелось.

Сам Эмиль переночевать у нас или отвезти девушку к себе не мог, потому что в шесть утра у него куда-то там самолёт, а я дико соскучилась по Денису. Поэтому отыскала Мари и попросила её поехать с Сабиной домой, чтобы, как она выразилась, подтирать рвоту.

Интересно, если бы вместо Мари поехала я и вследствие этого не нашла злосчастный пакетик у Дэна, он его выкинул бы?

Мысль о Денисе мгновенно находит уголок, в котором затаилась утренняя тревожность, и освобождает её. Та, в свою очередь, сковывает мою речь и эмоции, заставляя выдержать паузу чуть дольше, чем следовало бы.

Ступор не остаётся незамеченным, и, прищурившись, Саб интересуется:

— У вас всё в порядке?

— Конечно, — максимально убедительно произношу я, а затем склоняюсь над столом между подругами и, ехидно улыбаясь, шепчу: — То, как прошла ночь, неприлично обсуждать.

— Зачё-ё-ёт, — смеётся Мари. — Значит, моя жертва была не напрасна. — Она хватает бутылку и наполняет наши бокалы. — Я словно фея-крёстная, помогла двум влюблённым. За это нужно обязательно выпить!

— Вообще-то суть феи-крёстной немного в другом, но так и быть, ты можешь иметь свою версию, — сдаётся Сабина, поднимая руки вверх.

К счастью, тема о Дэне на этом закрывается. Ведь если бы ещё хоть один подозрительный взгляд проницательной подруги упал на меня, выдержке пришёл бы конец, и я рассказала бы про утреннюю находку. Дальше понеслось бы... все возможные советы и рекомендации. А в таком вопросе я не хочу полагаться на чужое мнение — мне необходимо самой всё взвесить. К тому же тот пакетик не принадлежал Денису и сейчас находится в мусорке. Точка.

Спустя минут десять пустых разговоров нам приносят еду, запах которой заставляет замолчать.

— Я такая голодная! — нарушает тишину Мари и накидывается на суп.

У неё всегда такой зверский аппетит, но при этом она очень худая. Вообще, наш рыжий домовёнок относится к такому типу людей, которые едят как не в себя, но при этом не толстеют.

Мы с Саб до жути ей завидуем — нам в этом плане повезло гораздо меньше. А Мари ещё, как назло, всегда подчёркивает свою худобу. На мой взгляд, это просто незаконно — спокойно щеголять в лосинах и вот так есть рядом с девушками, у которых каждая калория на счету.

— Почему не едите? — едва проглотив первую ложку супа, повторно нарушает тишину Мари. — Заказали еду, а потом вдруг вспомнили, что сидите на диете?

— А ты чего как с голодного края? — вздыхает Сабина. — Заказала суп, а потом испугалась, что его заберут обратно, если не съешь за минуту?

Затем она окидывает взглядом все яства оппонентки и добавляет:

— Даже не представляю, как в тебя всё это поместится.

— Просто у меня быстрый метаболизм, — отвечает ей Мари, не отрываясь от тарелки. — Вы тоже могли бы есть больше, если бы занимались спортом.

От услышанного Сабина аж давится своим блюдом, первый кусочек которого только-только оказался у неё во рту.

— Спортом? — прокашлявшись и просмеявшись, переспрашивает она. — То, что ты ходишь в тренажёрный зал раз в полгода, не значит, что ты занимаешься спортом.

Мари бросает на Сабину укоризненный взгляд, но продолжает есть, как ни в чём не бывало.

— Раз в полгода — лучше, чем никогда, — парирует она, но в голосе проскальзывает что-то похожее на поражение.

— Может, сфотографируемся? — объявляю я тайм-аут в этом поединке.

Подруги с охоткой поддерживают идею, и на время, пока мы кривляемся перед камерой, она даже кажется рабочей. Но только до того момента, пока не возвращаемся на свои места. Ведь, как по щелчку тумблера, Сабина и Марина продолжают свою «светскую беседу» ровно с того места, на котором закончили. Я же, ощутив полную беспомощность, молча приступаю к еде, пока она совсем не остыла.

Тем временем выбравшаяся на свободу тревожность начинает нарастать, как снежный ком, и всё больше погружать меня в мысли, отключая от реальности. Делаю попытку запихать её обратно в угол при помощи воспоминания о дурацком пакетике в мусорном ведре, но становится только хуже. Дэн выбросил наркотик, но что ему мешает достать его обратно после моего ухода? Чёрт, умею же я загоняться.

Так, стоп, Ви. Если уже доверилась человеку, то доверяй до конца. Денис более чем убедительно дал понять, что эта гадость оказалась среди его вещей случайно, и к тому же он пообещал попросить Стаса больше не приносить. И я в это верю. Тогда почему мне так неспокойно?

Внезапно от сумки отрывается часть брелока, который когда-то был веточкой вишни с двумя зелёными ягодками. Наверное, всё это время я теребила его — вот и оторвала. Теперь в моей руке не вишенка, а просто зелёный мохнатый шарик. Дурацкие мысли совсем портят мне настроение. Нужно чем-то заняться, чтобы не выглядеть странно и подруги снова не заподозрили неладное, поэтому достаю телефон и приступаю к редактированию нового фото, которое планирую выложить в сторис.

К счастью, процесс помогает немного отвлечься, будто виртуальная реальность, которую я создала в своём профиле, заслоняет настоящие переживания. В соцсети у меня всё радужно и позитивно. Любые негативные моменты недостойны того, чтобы их лицезрела широкая публика.

— Опачки... А это ещё кто? — возвращает меня к реальности Мари. — Только без резких движений, — шепчет она Сабине, — двое на четыре часа. Не видела их раньше, но на первокурсников явно не тянут.

— Ага, тоже не припомню таких, — прищуривается Саб, чтобы лучше разглядеть двух парней, которые проходят мимо нас.

— Высокий ничего такой.

— Азиат тоже милаха.

— Да кто там? — не выдерживаю интриги и отрываюсь от телефона, чтобы лично увидеть этих невероятных аполлонов.

Высокий парень — не сказала бы, что спортивного телосложения, но и не хилый. Одет в обычные чёрные брюки и свободный тёмно-синий лонгслив. На ногах — чёрные кеды, в руке — сумка для ноутбука. Русые волосы уложены в небрежную причёску, которой добавил хаоса дождик на улице. Второй — где-то на полголовы ниже первого, чёрные волосы. Одет в джинсы и клетчатую серо-бордовую рубашку.

Они садятся через два столика, и тот, что привлёк внимание Мари, оказывается лицом в нашу сторону. У него небольшая щетина, подчёркивающая линию подбородка, и глубокие глаза.

В какой-то момент ловлю себя на том, что знаю этого парня. И каково моё удивление, когда понимаю: он никто иной, как сын нашей соседки из Юрги и по совместительству маминой подруги. Это же Марк Гронской! Ничего себе, у него есть другая одежда, и волосы, оказывается, укладывать умеет. Даже выражение лица не такое унылое, как обычно.

В родных краях же я его наблюдала только в нелепых тряпках. Ещё у него обычно не пойми что на голове, а под глазами — жуткие круги. Сейчас же Гронской достаточно неплохо выглядит. Ну, это если сравнивать его с самим собой, а не с каким-нибудь нормальным парнем.

— Даже не посмотрел на меня, — ноет Мари.

— С какой стати он должен был посмотреть на тебя? — смеётся Сабина, но подруга пропускает колкость мимо и начинает вслух придумывать план:

— Может, пройти возле их столика и случайно пролить вино?

— Думаешь, после этого он захочет с тобой познакомиться?

— Почему бы и нет?

— Во-первых, — включаюсь в разговор я, — это глупая идея. Во-вторых, не стоит тратить время на этого парня. Уж поверь мне, — советую подруге, из-за чего ловлю на себе сразу два вопросительных взгляда.

— Ты его знаешь?

— Ага, сосед мой, — беру бокал и откидываюсь на спинку кресла, делая небольшой глоток. — Он стандартный случай «сына маминой подруги» и, к тому же, чёртов айтишник. А, как все мы знаем, айтишники — ещё те душнилы и зануды. А теперь представьте, что это всё выкрутили на максимум. И вообще не понимаю, какая муха его укусила, что он так сегодня выглядит. Более чем уверена, это единичная акция. Кстати, не удивлюсь, если у него суперпрокачанный персонаж в этой дурацкой игре... Как её там? Дрим Лайф.

(Дрим Лайф — выдуманная мобильная игра, которая сверхпопулярна в данной истории.)

— Неплохая игра, между прочим, — неожиданно встаёт на защиту задротов Сабина, — на скучных лекциях очень помогает не заснуть. Я вот, например, уже почти полностью прошла сюжетную часть.

— Ты что? — делаю вид, будто меня сейчас стошнит.

— Почему умолчала, что у тебя такой горячий сосед? — перебивает нас Мари. — А от того, что он ботан, меня даже сильнее заводит. Такие обычно только с виду недотроги, но стоит добраться до постели... — от повышенного интереса подруга аж закусывает нижнюю губу. — Я бы проверила.

— Фуу, — неконтролируемо громко выдаю я. — Тогда вперёд, обливай его вином, бокал тебе в руки. Только ставлю на то, что он даже имя твоё не спросит.

Но тощего домового мой аргумент приводит только к дичайшему смеху, усмирив который, она снова прикусывает губу:

— Спорим, он сам мне позвонит?

— А давай, — протягиваю Мари руку, наблюдая, как она хищным взглядом окидывает Гронского. — Ну и вкусы у тебя.

— По-моему, милый парень, есть в нём что-то... такое, — в кои-то веки Сабина соглашается со своей противоположностью. А я просто заставляю себя замолчать, ибо спорить с ангелом и демоном, которые объединились, чтобы восстать против меня из-за моего же соседа, — пустая трата времени и нервов.

Не понимаю, чем Гронской их привлёк? Да, он высокий и, возможно, неплохо сложен, но не кидаться же теперь на каждую встречную телебашню! При этом взгляд возвращается к соседу. Признаю, он сделал успешную попытку привести себя в порядок. Думаю, если бы из-за подруг мне не пришлось его разглядывать, то и не узнала бы.

Официантка подходит к столику, за которым сидят парни, и предлагает меню. Гронской слегка наклоняется, и лицо с чёткими очертаниями оказывается прямо под лампой. В нём столько спокойствия и уверенности, никакой лишней суеты — он будто познал этот мир и больше ничего не боится. Сделав заказ, он поднимает голову, глубокие глаза пронизывают меня насквозь. Тут же делаю вид, что просто осматривала помещение, а не пялилась на него.

Отчего-то вдруг становится смешно. Я столько всего знаю об этом парне, а мы ведь даже не общаемся... теперь не общаемся.

Мама так много про него рассказывает, когда я дома, что волей-неволей информация о Гронском откладывается где-то на подкорке мозга. Например, ещё будучи выпускником школы, он начал работать, а спустя какое-то время уже помогал матери закрывать ипотеку. Получил аттестат с отличием и поступил на бюджетное место в университет — сначала на бакалавра, а теперь и на магистра.

Ещё часто слышу от мамы что-то вроде: «Викуль, видела Наташиного Марка? Ну прям совсем красавец стал».

На самом деле, если вычесть все мамины рассказы об этом парне, то останется только наше общее детство. Мы часто играли вместе и даже дружили, но в какой-то момент это всё сошло на нет и теперь кажется неправдой. Сейчас же я вижу его очень редко: иногда встречаю в местном магазине в Юрге, иногда могу случайно заметить, как он стрижёт газон во дворе своего дома. В общем, теперь этот парень мне не больше, чем просто незнакомец.

Дальше вечер в пабе с названием «Лофт» проходит настолько спокойно, насколько это возможно в компании Мари и Сабины. Они снова о чём-то спорят.

А если быть точнее, то о парне, над которым глумилась Мари вчера на вечеринке. Она заставила бедолагу выплеснуть себе в лицо два стакана сангрии. Конечно же, всё это рыжая бестия сняла на видео, а потом выложила в соцсеть.

— Какая ты бессердечная, — обречённо вздыхает Сабина, не в силах дальше спорить. — Парню наверняка тяжело придётся. А ты, — тычет она пальцем в Мари, — совсем не чувствуешь никакой ответственности.

— Это тебе тяжело придётся, если продолжишь переживать по каждой мелочи, — повторяя за Сабиной, вздыхает её вечная соперница. — Короче, мне плевать на этого парня. Если так хочется — можешь сама его пожалеть. Лично я считаю, что наша сделка прошла на равных. Он, как пёс шелудивый, пускал на меня слюни и, между прочим, заполучил желаемое. А все вот эти, как вы говорите, издевательства — просто плата за моё потраченное время.

Мари вытягивает руку вверх и подзывает официанта. Заказываем ещё по «Текиле санрайз», а Сабина — порцию минералки. Далее нам удаётся погасить все разногласия и перейти к более приятным разговорам: к обсуждению предстоящих вечеринок и планированию похода по магазинам в ближайшие выходные.

В процессе ещё несколько раз кидаю взгляд в сторону Гронского. Он расслабленно сидит на своём месте, потягивает слабоалкогольный напиток и о чём-то разговаривает со вторым парнем. Справа от него — ноутбук; даже тут не может оторваться от своих игр, — мысленно закатываю я глаза.

Волосы уже высохли и немного завились у концов. Левой рукой он поправляет выбившиеся пряди и снова ловит мой взгляд. Так же, как и в предыдущий раз, смотрю в сторону.

— Это она! — вскрикивает незнакомая мне девушка и быстрым шагом приближается к нашему столику, а за ней, судя по всему, плетётся её молодой человек. — Пожалуйста, можно с тобой сфотографироваться? — просит она. — Я твоя подписчица, уже давно слежу за блогом, ты такая классная!

— Конечно, — искренне улыбаюсь и выхожу из-за стола.

Всегда так приятно, когда узнают в общественных местах.

Никогда не отказываю своим подписчикам в просьбе сфотографироваться.