Глава 30
Маша немного задержалась у Вики после своего ухода из кабинета Севы и ждала, пока та распечатает исправленный вариант договора. Хотела занести обратно и уйти. Лучше бы не делала этого.В приёмной появилась высокая эффектная брюнетка, очень ухоженная и в длинном красном пальто. Неужто Сева новенькую собеседует? На вопрос Вики по какому она вопросу, та хамовато ответила:
- Девушка, я к вашему боссу по личному вопросу. Севочка очень ждёт меня!
И нагло прошагала к нему, врываясь без стука. Только послышалось как она елейно произнесла, что очень соскучилась по нему.
Маша скрепляя договор степлером, фыркнула. Ей было смешно почему-то. Только она даёт слабину и тут же жизнь обухом по башке отрезвляет её как следует. А что она думала? Что он молча страдать в подушку без неё будет и ждать, пока она вернётся? Да уж конечно. Свято место быстро заняли. Теперь ещё и в какую-то другую крайность штормит его. То треска холодная, то патлатая анаконда.
- Вика, как красотка эта выйдет, подпиши, пожалуйста, договор. Я после обеда зайду за ним. Спасибо, - она положила бумаги на стойку и ушла.
***
- Здравствуй, Олеся. Не помню, чтобы мы сошлись и я назначал тебе встречу. Излагай, у тебя пять минут, - надо бы с охраной побеседовать потом.
- Сев, дай денег, пожалуйста, - прямо, без долгих прелюдий ответила Олеся.
- Я не благотворительный фонд. Мы с тобой давно не вместе и тебе я ничего не должен. Можешь идти, если всё, - раздражение брало вверх. Итак на пределе после Маши сейчас.
- Подожди, пожалуйста. Выслушай. Он кинул меня. Сказал аборт делай. А я хочу этого ребёнка родить. Вдруг увидит и оттает? Я твой подарок заложила, квартиру оплатить, понимаешь? Ну миленький, ты же всегда был добр ко мне.
- Самое глупое, что я слышал. Если мужик не любит женщину, его ребёнком не заарканить. Бесполезно это, - Олеся разревелась белугой, - Прекрати истерить. А что потом, подумала? Так и будешь от спонсора к спонсору скакать? Ребёнка не жалко?
- Придумаю что-нибудь, - всхлипывала она.
- Ну хочешь, я верну тебе, когда заработаю?
- Сама-то в это веришь?
- Сева, помоги, богом молю. Я бы не пришла, ты же знаешь. Не беспокоила же тебя всё это время. Просто сейчас я в отчаянном положении. Пожалуйста, ради ребёночка моего. Я больше не попрошу, клянусь, - слова уже в мольбу превратились, ещё немного и на колени встанет, похоже.
Пинка под зад с ускорением надо бы дать ей.
- Перевёл по номеру, Лесь. Должно на пару месяцев тебе хватить, если правильно распорядишься. Но больше чтоб я тебя не видел. Ни здесь, ни где-либо поблизости. Охрана будет предупреждена внизу.
- Спасибо большое, Сева. Я никогда не забуду этого! - Олеся убедилась, что деньги пришли и поспешила уйти. Жаль, думал, она немного умнее из всех его бывших. На деле, только одной рыжестью можно гордиться.
- Прощай, Лесь. Живи с умом. Ищи работу лучше, - знал, что бесполезно говорить. Та упорхнула и вряд ли услышала его. Если человек привык жить на широкую ногу, очень тяжело потом снять корону и вернуться к прежнему образу жизни.
***
- Но, Всеволод Антонович, понимаете, Мария Олеговна не объяснила своему новичку, как надо работать с поставщиками. Мы-то тут причём? Те счета вовремя не выставили, теперь по другим ценам будем оформлять всё. Вот пусть она и отвечает за это. С неё и её подопечной спрашивайте.
Маше позвонила Виктория и просила подняться к шефу, тихонько добавив, что там разборки начались. Ба. Что она могла сидя у себя в кабинете тихонько как мышь, сделать ему? По мере того, как она подходила к его кабинету, голоса доносились оттуда всё громче и истеричнее. А истерику эту исполняла никто иная как Елена, мать её, Юрьевна.
- Вызывали? - спросила громко Маша, переключая всё внимание на себя.
- Да, Мария Олеговна. Недоразумение вышло с последней поставкой от "Строй-маркета". Не смертельно, но Елена Юрьевна тут утверждает, что Ольга Александровна вовремя не подала смету им и вы виноваты в этом.
Ах ты ж Ссссс-ева!
Маша уставилась на него, не веря своим ушам и от возмущения скрестила грозно руки на груди. Леночка победно ухмыльнулась и перевела взгляд с шефа на неё. Азаров пользуясь тем, что та не заметит, подмигнул Маше и улыбнулся, показывая, что на её стороне. Ладно. Живи, Севушка! А то был на волоске от погибели, виной которой Маша стала бы. Она придала лицу как можно более нейтрально-невозмутимый вид и начала было отвечать, но тут в кабинет влетела та самая Ольга Александровна и затараторила, захлёбываясь словами и чуть не плача:
- Всеволод Антонович, я просто забыла, понимаете... А там срочно надо было с предыдущими связаться и согласование добить... Я закрутилась и... И тут ещё... А Мария Олеговна всё показывала мне и объясняла, не ругайте её... А вчера со "Строй-маркета" звонили и сказали, что у нас с отдела продаж никто трубку не берёт, вот я и спросила Елену Юрьевну как так получилось... Извините, пожалуйста. Буду внимательней в следующий раз..., - всё-таки расплакалась, громко сморкаясь в платок.
Азарова как будто вся эта ситуация дико забавляла и всё, что тут сейчас происходило было менее интересно, чем любоваться его рыжестью, стоявшей в воинственной позе. Вытолкал бы всех лишних, чтоб зацеловать её до одури. Сердце защемило от нежности к этой прелестной рыжей амазонке. Ещё и платье это в цветочек, которое ей очень шло. Всегда во всём мрачном, роковом или однотонном, а тут такая женственная. С её настроем сейчас - убийственное сочетание.
- Полагаю, я зря поднялась сюда, Елена Юрьевна? - таким же "змеиным" тоном отзеркалила Маша Леночку, - в итоге получается, что вы под любым предлогом сбегаете куда-то по своим делам без конца и вас девочки не прикрывают, распивая чаи? А поставки задерживаются, Всеволод Антонович разорится так и по миру пойдёт. Вы этого добиваетесь?
Та раскрыла рот и не найдя что ответить, тут же захлопнулась и демонстративно фыркнув, покинула кабинет.
- Идите работайте, Ольга Александровна. Будьте внимательнее и старайтесь впредь лично проследить за всем. Елену Юрьевну депремируем в этом месяце. А вам пока объявляю замечание.
- Хорошо, буду стараться, Всеволод Антонович, - немного успокоившись кивнула та и ушла.
В кабинете они остались вдвоём с Машей. Она, наконец, взглянула на него.
- Маш, я не ставил твою компетентность под сомнение, знаю какая ты дотошная, - он обошёл стол и встал перед ней. Руки сами так и норовили к ней прикоснуться.
- Спасибо, что заранее дал понять это, Севушка. Чуть не придушила, думая, что публичная порка будет, - запах его сбивал весь настрой. Он слишком близко подходит.
- Порку я мечтаю тебе устроить, рыжесть. Только наедине, - зараза. По больному бьёт.
- Сева...
- Я скучаю по тебе. Безумно. Каждую минуту думаю, - он приблизился на опасное расстояние. Ещё чуть-чуть и поцелует, - Признайся, ты же несчастлива с ним. Не могла ты меня так быстро разлюбить.
Умеет завлечь как змей-соблазнитель, пуская пыль в глаза своим "скучаю". Но всегда только о её любви говорит. О своей - даже ни слова. А сам спокойно будет с патлатыми брюнетками гонять при этом. Нет. Нельзя сдаваться. Она отошла назад и хотела уйти молча, но в последний момент передумала и выдала разом всё, что внутри копилось:
- Ты прав. Не разлюбила, что уж скрывать тут. Но от тебя мне больше ничего не нужно. И вообще, как сейчас модно говорить, я ментально освободилась от тебя. Знаешь, Сева, хорошо, что ты сразу тогда всё обозначил, пока я жизнь и свою натуру из-за тебя не сломала и годы не потратила. Сама виновата, что не принимала слов твоих. Я такая и другой уже не буду. Неважно, счастлива или нет. Мы с Ильёй расстались и знаешь, он был без ума от меня, со всеми моими заскоками. Не смогла его полюбить в ответ, глупая. Я думала, что смогу тебя таким счастливым сделать и тебе ничего не останется как обожать меня. А теперь понимаю, что моё счастье для меня важнее и ты с моим уходом потеряешь больше. Я обязательно соберу себя заново и пойду дальше побеждать по жизни. А будут ли патлатые вешалки тебя так же как я боготворить - большой вопрос.
- Маш, это бывшая за помощью пришла. У меня никого нет.
- Меня это теперь мало волнует, Севушка. Кстати, пришла сказать, что я после отпуска увольняюсь. Решение окончательное и я не передумаю. Заявление подпиши, пожалуйста. Вика занесёт, - удивлён. Нет, шокирован. Конечно, не ожидал, думая, что она никуда не денется от него, - Прощайте, Всеволод Антонович. Желаю вам счастья!
Под его ошарашенный вид она покинула кабинет, тихонько прикрыв дверь. Молодец, Маша. Пять баллов. И даже плакать не хочется. Только тихая радость в душе и гордость собой. Она смогла! Смогла его отпустить любя и пожелать счастья вдали от себя. На этот раз искренне. Иришка была права. Она только сейчас поняла, что дурость ушла, оставив только любовь и благодарность Севе за своё недолгое сумасшедшее счастье и какой она была рядом с ним.