★ч74★ Книга или реальность? Лишь глупость.
- знаешь, я и подумать не мог, что тебя такое интересует. - прокомментировал Сынмин. - но так даже лучше! У нас теперь есть общее хобби. - улыбнулся Сынмин.
Да, а ещё теперь он убеждён в том, что Чонин гей. - кстати, а это правда, что здесь почти в каждой сцене порнуха? - вдруг вернулся к книге.
- да! Я думал, что это фейк, но с другой стороны теперь понятно, почему их так мало и почти не возможно найти. - ответил Чонин.
- а можешь рассказать о чём она? Мне так интересно! - попросил Сынмин, полностью развернувшись к Чонину лицом.
- ну.. начинается немного неожиданно. В какой-то тёмной и тесной комнате лицом к стене прижат один из главных героев — Сан Дори. На нём почти нет одежды, только белая, расстёгнутая рубашка. А сзади него стоит другой главный герой — Рэй Миното. Думаю, ты уже догадываешься чем они занимаются. - ухмыльнулся Чонин, снова ложась спиной на кровать.
- интересное, однако, начало. - подметил Сынмин.
- после этой сцены идёт не большая биография. Рэй Миното — мужчина, который в свои года добился не малого успеха и потому попал в очень хорошую компанию, где и продолжил работать. Единственное, что ему мешало — его директор. Мужчина был слишком привередлив. За плохими качествами, как, к примеру, курение или любовь к напиться вечерком, он не замечал хороших качеств парня. Но Миното было немного даже плевать на мужчину. Всё внимание заполучил сын директора, который так же работает в компании, по имени Сан Дори. Миното сразу положил свой глаз на красивого парня, но они даже не пересекались. И всё же однажды им поручают совместное задание с ещё парочкой работников. Тогда и начались их недо-отношения. Они остались одни и Миното, под предлогом передохнуть, изнасиловал Дори. Но кто бы мог подумать, что тому это понравится? С тех пор они делают это почти каждый день, но всё же однажды директор обнаруживает их и заставляет Дори лететь в Канаду. Миното было всё равно, ведь они даже не встречались. Ну или точнее так думал Дори. Но когда тот был уже в аэропорту, Миното остановил его и признался в любви. С тех пор они жили долго и счастливо. - закончил Чонин свой рассказ и глубоко вздохнул. - вот бы мне так. - пробубнил он, вытянув губы.
- милая история. - сказал Сынмин. Взгляд скользнул по голому прессу, из-за задранной футболки и дальше к прикрытым глазам.
- попробуй ещё раз позвонить Хёнджину! - предложил Чонин, снова садясь на край кровати.
- ах да, конечно! - с этими словами Сынмин достал телефон.
Самое время вернуться к нашей отложенной парочке, примерно на пол часа ранее.
❗ Хорни ❗
Чужая, черная футболка лёгким движением была откинута на кровать, а руки снова оказались на сильной груди. Она напряжена после тренеровки, из-за чего кажется ещё больше и подтянутей. Сексуально, красиво, привлекательно. Одна грудь заслуживает половины существующих прилагательных, а на Хёнджина целиком их и вовсе не хватит.
Феликс счастлив, что наконец-то может трогать эту грудь. Наконец-то он не мучается от мыслей, что какая-то привлекательная девушка делает это вместо него, ведь теперь это задача Феликса.
Раньше он мог лишь наблюдать. Скрываться с толпой, что бы не заметил и разглядывать с ног до головы. Тихо сидеть на уроках и одним ухом слушать учителя, а другим смех Хёнджина. Удивительно то, что и тогда, и сейчас он выглядит круто.
Но тогда Феликсу и не мало доставалось. В памяти остались маленькими ранками издёвки и грубость Хёнджина. В памяти остался томный, бархатистый голос и смех.
"- знаешь, я как-то не очень горю желанием стоять здесь и слушать твоё пищание, так что давай быстрее."
Этот голос не изменился.
"- Хён, ты только не бей меня и не говори не кому, если это лишь.. лишь моя глупость."
Эта надежда, эти эмоции, эта первая любовь на долго засели в воспоминаниях и столько времени терзали сердце.
"- но быть может я и странный.. а может я и вовсе сошёл с ума, но.. я люблю тебя, Хён!"
Интрига тогда не давала покоя. Взгляд напротив очень медленно менялся, а на губах появлялась улыбка.
Нет, глаза не изменились. Не изменился голос, не изменился характер. Даже взгляд будто остался тот же, но... .
"- так ты, батан, ещё и гей?"
Улыбка казалась сумасшедшей, а глаза блестели ненавистью.
Душа. Изменилась душа.