★ч62★ Внутренняя сила.
Минхо отпустил руки Джисона и обнял, прижимая тело младшего к своему.
- ты ж мой маленький искатель приключений. - усмехнулся он, поглаживая голову Джисона.
Эта атмосфера, что повисла в воздухе, почему-то напомнила Минхо о его детстве. Однажды, когда ему было около четырёх лет, он потерялся в каком-то парке и никак не мог найти маму. Он блуждал между деревьями, но не выхода, не родителей. Однако, Минхо всегда был человеком, что мог терпеть и бороться до последнего. Он не заплачет и не сдастся, даже если будет ходить по ножам. Возможно, именно это его качество помогло стать ему тем, кем он является сейчас.
Именно поэтому он всегда добивался своих целей. Именно поэтому он тогда нашёл свою маму, что тут же обняла своего ребёнка и заплакала, в то время как маленький ребёнок успокаивал её.
- Минхо, я конечно не против стоять здесь в обнимку, но что-то мы по моему затянулись. - пробурчал Джисон старшему в грудь.
- да, ты прав! - поддержал Минхо и парни наконец-то дошли до машины, которая уже через пару минут ехала к дому старшего.
- что делаешь? - послышался голос Хёнджина, заставляя Феликса отвлечься от книги и обратить на себя внимание.
- учу английский. - ответил Феликс.
Хёнджин подошёл к сидящему на полу Феликс, что опирался спиной о кровать и сел рядом, так же откидываясь головой назад. Он выглядел уставшим, за что Феликс винил именно себя, ведь Хёнджину пришлось так потрудиться ради него.
- даже сейчас учишься, - улыбнулся Хёнджин переводя взгляд с потолка своей комнаты, на Феликса. - трудяга мой. - закончил он предложение, положив голову уже на плечо младшего.
Рука быстро нашла чужую, а пальцы сплелись в замок. Феликс смотрит на руку старшего, разглядывая каждую детальку. Костяшки торчат и хорошо видны, как и синеватые вены. Эти длинные пальцы, что всегда привлекали интерес Феликса, казались ещё длиннее в близи, а чёрные волосы щекотали шею, в то время как щека ощущала, на сколько они мягкие. Быть может это сон? Или может Феликс в коме? Всё может быть, но не сейчас. Сейчас — это явь, в существовании которой Феликс всё ещё сомневается.
- прости. - тихий, хриплый голос раздался будто эхом в голове.
- за что? - спросил Феликс, посмотрев на немного большой нос с высокой переносицей и пухлые губы.
- за буллинг, за тот день.. просто за всё. - сказал Хёнджин и притянул тыльную сторону руки младшего к своим губам, легонечко касаясь. Так нежно и аккуратно, что по телу Феликса пробегают новые ощущения, такие приятные и неповторимые.
- это лишь прошлое. Через время раны могут и не утихнуть, могут даже остаться шрамы. Но боли не будет. Боль осталась лишь в воспоминаниях, а они рано или поздно всё равно забываются. - каждое слово низкого голоса будто застревало в голове Хёнджина, откладываясь на отдельной полочке памяти, что подписана как "самое важное".
Важное, ведь в этих словах есть смысл. Феликс знает, что такое жизнь, а знают это не многие. Он знает, что такое бороться. Знает что такое "в одиночку". Знает, как может быть тяжело и невыносимо, но продолжает свою войну, во что бы то не стало. Потому что, как говорится, "надежда умирает последней". А он её почти потерял, если бы не Хёнджин.
Да, Хёнджин поступил плохо, но это было давно. Да, люди не меняются по щелчку пальца, но недоверие не облегчит жизнь, ведь так? Хёнджин показал, что может отвечать за свои ошибки, а значит, что даже если он и сделает ещё одну рану, быть может он её и залечит. А может и нет. А может всё будет как и с Даниэлем. Но Феликс не желает об этом думать сейчас. Он хочет хоть совсем немного, но пожить счастливо. Так — как многие люди на этой не самой идеальной планете.
- Феликс, - обратился Хёнджин, отстраняя руки ото рта.
- да? - спросил Феликс, выжидая ответа.
- я люблю тебя. - тихо прошептал Хёнджин, касаясь носом ключиц младшего.