2 часть безумия
Соник не мог перестать думать о нём.
Шэдоу.
Само имя звучало, как проклятие и обещание. Он повторял его шёпотом по ночам, записывал на полях тетрадей, рисовал алые глаза в блокноте.
Он начал замечать его чаще.
У столовой — стоял в стороне, спиной ко всем.
На лестнице — курил, не прячась.
В коридоре — прохаживался так, будто это его школа, а не чужая.
Соник следовал за ним.
Он знал его расписание, знал, где тот сидит на уроках (когда вообще приходит), знал даже, где он живёт — однажды проследил за ним до старого дома на окраине. Дом был пустой, мрачный, с забитыми окнами. И всё равно Шэдоу исчезал внутри, будто растворялся в тени.
Каждая встреча с ним била по нервам.
Иногда Шэдоу смотрел на него — коротко, резко, насквозь. Соник замирал. Внутри всё переворачивалось. Он не знал, что это — страх или любовь.
Но точно знал: это нечто сильное.
Неотвратимое.
Соник начал меняться.
Он больше не смеялся.
Не общался с друзьями.
Учителя начали на него ворчать, но ему было всё равно.
Он хотел только одного — его.
Но всё пошло иначе, когда однажды ночью, прячась за деревьями у того самого дома, Соник увидел, как Шэдоу вышел... весь в крови.
Лицо было спокойно. Рубашка порвана. В руках — нож.
А рядом на земле — тело.
И Шэдоу, словно зная, что он не один, поднял взгляд.
Прямо на Соника.
Улыбнулся. Медленно. Жутко.
Соник не закричал. Не убежал.
Он стоял, не в силах отвести глаз.
И понял:
влюблён окончательно.