48
5 марта 20…
- Представим, что новенькая никогда
не встречалась с Давыдовым. Сейчас
она сидела бы за нашим столом? -
спросила во время обеда Поля?
- Ты это к чему? - удивилась я.
- Да так… - туманно отозвалась
подруга, ковыряясь вилкой в овощном
салате. - Кто-то слишком много
времени проводит с Софией..
Я посмотрела на Эвелину.
- Тоже так считаешь?
- В общем и целом… - начала Эля.
- Бросьте! - рассмеялась я. - Вы же не
ревнуете?
- Ревнуем? - воскликнула Поля. -
Вот еще! Общайся с ней сколько влезет,
нам не жалко. Только, пожалуйста, не
покушайся на святое!
Я пожала плечами. О чем вообще Полина
болтает?
- Идти за выпускными платьями
мы должны втроем. Помнишь,
договорились ведь еще в девятом
классе.
- А-а-а!… Как же. Помню-помню!
- И я бы на твоем месте особо
не дружила со своей прямой
конкуренткой! - сказала Эвелина.
- Ты про королеву бала?
- Разумеется! - вклинилась Поля.
- Брось, Камиллка, всем понятно, что
в следующий тур пройдете вы
вчетвером. Мы с Тимом, как и остальные кандидаты, пролетаем как фанера над Парижем. Нет у нас такой поддержки.
- Скоро публичные выступления. -
напомнила Эвелина. - Ты придумала
речь?
- Если честно, нет.. - ответила я. - Как-то не до речей пока.
- Ты что, Камиллка! - ахнула Поля. - Я
тебя в последнее время не узнаю. Вот я
бы за эту корону…
В противоположном углу столовой
раздался дружный смех. Мы втроем
одновременно повернулись на
шум. Вокруг Святослава и Софы, что-то
оживлённо рассказывающих по
очереди, сгрудились ребята из
параллельного «Б» класса.
- Плохо дело.. - вздохнула Полина.
- Почему?
- Камилл, как это почему? Неужто не
понимаешь? Вам с Виолеттой надо
под напрячься, старые заслуги уже не
прокатят. За Давыдова и чёрную - и «Б»
класс, и добрая половина нашего..
- Половина? - ужаснулась я.
- Конечно! Софа ко всем подъехала на
кривой козе.
- Полька, ты сегодня просто мастер
пословиц и поговорок. - улыбнулась Эля.
Полина поморщилась и обратилась ко
мне:
- А ты, наоборот, совсем перестала с
нашими общаться.
- Теперь?… Когда мама только о
поступлении твердит…
- Поступление поступлением, но
ведь стать королевой выпускного
бала всегда было твоей мечтой! - напомнила мне Поля.
- Верно.. - кивнула я.
- Всё в твоих руках! - напутствовала
меня Полина. - Про Малышенко
молчу, она свою корону, конечно,
профукает. Почему не разговаривает с
избирателями?
Эвелина рассмеялась:
- Представляю себе эту картину. Вот
уж кому точно всё равно! А у тебя,
Полин, кукушка совсем поехала со
школьными конкурсами.
- Этот сладкий вкус победы,
отмахнувшись от Эвелины, проговорила Полина. - Короче, не забывай, Камилл. Я в тебя верю… Покажи этой сучке!
Я тяжело вздохнула и перевела
взгляд на Святослава и Софию. Те, словно
парочка знаменитых актеров на
пресс-конференции, с приветливыми
улыбками продолжали что-то вещать.
Рядом с Софой Свят очень изменился.
Стал увереннее и общительнее. Кто бы
мог подумать, что он вообще решит
участвовать в конкурсе… Но что не
сделаешь ради своей девушки?
8 марта 20..
Вечером мы с Софой по скайпу обсуждали речь для предстоящей
предвыборной кампании.
- Я им скажу: «Уважаемые школьники, а в особенности выпускники! Это очень трудный для нас год!»
Софи говорила с таким серьезным
лицом, что я невольно рассмеялась:
- Больше похоже на речь президента у
Кремля среди ёлок.
- Да? - девчонка расстроилась. - Не хочу, чтобы все походило на стёб. Нужно что-то романтичное, легкое, необычное. Но в голову ничего не лезет! Я ещё и на сцене перед залом обычно волнуюсь…
- Не расстраивайся.. - ободрила я Софу. - До выступления целый месяц. Обязательно что-нибудь придумаешь!
- А ты пока ничего не писала?
- Сделала кое-какие наброски на
физике. - ответила я.
- Покажи! - попросила Софа.
- Ладно… - я потянулась за школьной
сумкой, которая лежала на кровати, и
достала тетрадь.
Прокашлявшись, я негромко
произнесла:
- «Добрый день, моя юность. Боже мой,
до чего ты прекрасна». В семнадцать
лет каждый из нас воображает
себя горячей большой звездой. Нам
кажется, что все объекты солнечной
системы должны вращаться
исключительно вокруг нас. Молодость
дана нам не только для знаний, но и
для совершения глупостей. А когда их
ещё делать, если не в семнадцать, в
городе, который захватила весна?…
- Погоди-погоди! - перебила меня Софи.
Она наклонилась, а через пару секунд
снова появилась на экране с большим
белым котом в руках.
- Эта наглая морда мой зарядник жрёт!
Я рассмеялась.
- Привет, Пончик! - громко сказала я, в
монитор.
Так зовут кота Софы.
Возможно, на моем лице появилась
глупая улыбочка, потому что
одноклассница поинтересовалась:
- Как тебя Вилка с международным
женским днём поздравила?
- Носки подарила. - заявила я. - И пену
для бритья.
- Чего чего? - захохотала Софа.
- В отместку за мой аналогичный
подарок. - проворчала я.
- Вы забавные!
- Какое там… - рядом со мной
завибрировал телефон. - Ой, Соф, папа звонит! Поздравить, наверное, хочет.
София знала, что мой отец живёт в другой стране, и послушно закивала.
- Отключаюсь. - проговорила она.
Я тоже захлопнула крышку
ноутбука и ответила на вызов.
Через некоторое время в комнату
заглянула мама:
- Ты с папой?…
Я убрала телефон от уха.
Хотите поболтать? - предложила я.
- Болтали уже. - смутившись,
попятилась из комнаты родительница.
- Привет ему!
Я только горько усмехнулась и
вернулась к разговору.
- Да… Мама заходила…
Почему они держат меня за дуру? Ещё
в канун Нового года я поняла, что нашей семьи больше нет.
12 марта 20..
Сегодня на нашем «вечере
откровений» я решила устроить для
тёти Ларисы допрос с пристрастием.
- Лариса Ивановна, а как вы
относитесь к девушке Святослава?
Спросила я и замерла в ожидании
ответа.
- А почему тебя это интересует? - удивилась она.
- Просто… Понимаете, с каждым днём
мы становимся с Софой всё ближе. Я
вижу, что она ко мне тянется, и это
подкупает. Она искренне интересуется моими делами, поддерживает, зовёт
гулять, в кино. Но рассказать ей что-то
личное и сокровенное я до сих пор не
решаюсь.
- А есть что скрывать? - с подозрением
в голосе поинтересовалась Лариса Ивановна.
Никто, кроме нас с Виолеттой, не
знает о заключённом на набережной
договоре…
- Например, про папу.. - нашлась я. - А
девчонки, Элька и Поля, каждый
день осуждают наше общение. Может,
ревнуют?
Тётя Лариса молчала.
- С другой стороны, если Свята так
долго дружит с Софой…
- Значит, с ней все в порядке? - усмехнулась Лариса Ивановна.
- Мне кажется, ваш сын разбирается в
людях! - серьёзно сказала я.
Тётя Лариса поднялась из-за стола, чтобы поставить чайник.
- Ну а София делится с тобой чем-то
личным?
Я на мгновение задумалась.
- Нет. Определенно, нет! Один раз
разоткровенничалась, на выставке…
Призналась, что стесняется свою мать.
И всё!
- Я так и думала, - покачала головой
тётя Лариса. - Дорогие мои… Как же вы
похожи!
- Похожи? - удивилась я.
То же самое девчонка говорила мне перед Новым годом. «Я знаю, каково это,
когда только выглядишь счастливой».
- София очень одинока.. - произнесла Лариса Ивановна. - Поэтому я рада, что Святослав появился в её жизни.
Такая семья… не позавидуешь.
- В школе она выглядит очень даже
счастливой.. - возразила я.
Потому что рядом Святослав?
- Она много рисует, и, как я успела
выяснить, всегда была предоставлена
самой себе… А её мама занята личной
жизнью. Прямо как моя - карьерой!!
- Да, я слышала, что у неё уже третий
брак.
- Ах, дело не в этом! - вздохнула
тётя Лариса. - Похоже, Софой никто
с детства особо не занимался. Из
наших разговоров у меня сложилось
впечатление, что она готова на всё -
лишь бы получить одобрение матери.
Старательная, закрытая, несчастная
девочка… Мне ее искренне жаль.
Лариса Ивановна казалась совсем
расстроенной. Она всегда всё близко
к сердцу принимает. Если бы не эта
добрая женщина, какой бы выросла я?
Её любви хватит на каждого… Под звук бурлящего чайника я поднялась из-за стола и подошла к тёте Ларисе. Крепко её обняла.
- Спасибо за то, что вы есть.
18 марта 20..
Я наблюдала в окно, как холодный
ветер качал клёны. Река по-прежнему
не сбросила ледяной покров, а мелкие
снежные соринки царапали стекло.
Мерзкая погода. И где настоящая весна,
в конце концов?
Уже хотела слезть с подоконника,
когда увидела, как по набережной
неспешно идет Малышенко. Утром в
воскресенье, да ещё и в такую погоду,
она был у реки совершенно одна. Не
считая её собаки, которая крутилась под ногами. Я, ни секунды не раздумывая, спрыгнула на пол и направилась к шкафу. Переодевшись, выбежала из комнаты.
- Камилла, ты куда? - выкрикнула
мама, услышав, как я копошусь в
коридоре.
- Прогуляюсь! - громко ответила я,
натягивая куртку.
- Сейчас?
- Ага, мам… Проветриться надо!
«Проветриться» - самое точное
слово. Ветер, будто подгоняя, вместе
со снежным вихрем понес меня по
пустой улице. Перебежав через дорогу,
оказалась на набережной. Виолетта
стояла ко мне спиной, натянув на
голову капюшон черного пуховика.
- Привет! - сказала я, боясь, что Ви
из-за свиста ветра меня не услышит.
Одноклассница оглянулась и, кажется,
ничуть не удивившись, произнесла:
- Привет, Миллка. Только не говори,
что ты решила прогуляться и мы
случайно встретились.
- Почему же? - с вызовом произнесла я. - Очень люблю бродить по городу в
такую погоду.
И шагнула к Виолетте. Хотя это
ветер с силой толкнул меня в спину.
Малышенко усмехнулась:
- Если бы не Вуди, в жизни бы не
вышла из дома.
- Вуди? - переспросила я, косясь на
в наморднике. - Дятел, что ли?
- Сама ты, Уинстон, дятел! -
оскорбилась Виола. - Вуди - мой друг.
Услышав наш разговор, бультерьер
подошёл к хозяйке и улёгся на снег
возле девушки. Такой невысокий пёс,
а крепкий. Как его с набережной не
сносит?
- Если хочешь, можешь погладить. - предложила Виолетта.
- Не горю желанием.
- Он в наморднике только потому, что
так положено! - сообщила Малышенко,
щурясь от порывов ветра. - Эти
предрассудки… Вуди - самый добрый
пёс на свете.
- А с виду и не скажешь.. - поглядывая
на бультерьера, заметила я.
Эта порода вселяет в меня страх.
- А ты всегда судишь по обложке? -
полюбопытствовала Малышенко.
- Отстань, просто инстинкт
самосохранения взыграл. Никого я не
сужу!
Я нерешительно подошла к псу и
присела возле него на корточки.
Бультерьер сразу завилял хвостом.
- Вуди! - негромко проговорила я,
коснувшись его мускулистой спины.
Шерсть бультерьера оказалась гладкой
и холодной. Вуди уткнулся носом в мои колени, словно мы были старыми друзьями и целую вечность не виделись. Я рассмеялась. Малышенко наблюдала за
нами.
- Вообще-то я побаиваюсь собак.. - призналась я, подняв голову и посмотрела на Виолетту.- У меня
однажды был щенок, прожил с
нами две недели, но мама отдала его обратно в приют. Только мы подружились…
- Отдала твоего друга? - спросила Виолетта.
- Он сгрыз в щепки деревянный плинтус и сожрал папины кожаные туфли.
- Такое с друзьями бывает! - с пониманием кивнула Малышенко и
протянула мне руку: - Вставай!
Девушка помогла мне подняться.
- Пойдем! - Ви не выпускала мою руку.
- Куда? - удивилась я.
- Холодно. Я хочу, чтобы вы с Вуди
поближе познакомились. И Виолетта повела меня за собой вдоль набережной. А бультерьер легко засеменил рядом с нами.
- Мы идем к тебе домой? - ужаснулась я.
- Ну да, а что такого? - не оборачиваясь, спросила Виолетта.
- Не знаю! Неудобно. Воскресенье,
родители дома…
- Уже давно не припомню такого
воскресенья, чтобы они были дома, -
усмехнулась Виолетта. - Ками, не
стесняйся!
Я промолчала. Больше не сказав
друг другу ни слова, мы добежали до
«председательского» дома с белыми
колоннами. Переступили порог
просторной красивой парадной,
стряхивая с влажных курток хлопья
снега. Здесь были высоченные потолки
с лепниной и старый лифт с сеткой. Я
такой только в кино видела.
- Всегда хотела здесь побывать! -
призналась я, стоя в кабине.
- Заглянула бы в гости. - ухмыльнулась
Малышенко.
Всё у неё так просто…
Виолетта долго возилась с замками, а
потом распахнула тяжелую железную
дверь.
________________________________________