старшеклассник | дипинс

— Привет, — тихо проговорила Рина с выдохом, приобняв Ваню.

— Привет, — ответил тот с улыбкой.

Настигла неловкая тишина. Обычно, у них такого не было. Но сегодня особенный день, парень кое-что запланировал, из-за чего сильно переживал.

— Ты сегодня какой-то...странный, — неуверенно выпалила девушка. — Случилось что-то?

— Да не, все нормально. День, ну, неудачный, — ответил Иван немного замешкавшись.

Да, он переживал. И Рина это заметила. Но из-за чего это могло быть, она вообще не понимала. Они уже гуляли вместе, спали на одной кровати. Что могло произойти?

— И куда пойдем?

— Ща вызову такси, куда-нибудь да поедем, — вытаскивая телефон из кармана произнес парень.

— А ты разве не на такси приехал?

— На такси.

— А почему водителя не попросил подождать?

— Я сомневаюсь, что он ждал бы тебя столько, сколько и я, — ухмыльнулся Ваня. Рина же фыркнула в ответ.

***

Они сидели на заднем сиденье такси, город проплывал за окном. Рина смотрела на свет фонарей, на витрины магазинов, на людей, спешащих по своим делам, и чувствовала, как внутри разрастается спокойствие. Ваня сидел рядом, его плечо касалось ее плеча, и это прикосновение казалось чем-то большим, чем обычное.

— Куда едем? — спросила она, поворачиваясь к нему.

— Увидишь, — ответил он загадочно, и в его голосе снова мелькнула та странная нотка, которая насторожила ее еще в начале встречи.

Рина прищурилась, но допытываться не стала. Если он хочет сделать сюрприз, то пусть. Она откинулась на сиденье и позволила себе просто быть здесь и сейчас. Рядом с ним.

Такси остановилось у набережной. Рина выбралась наружу и огляделась. Место было красивым: старая набережная, фонари с теплым желтым светом, лавочки, укрытые снегом, и где-то вдалеке — силуэт парка аттракционов, уже закрытого на зиму, но все еще подсвеченного гирляндами.

— Здесь? — удивилась она. — Холодно же.

— Здесь, — Ваня кивнул в сторону набережной. — Пошли уже.

Она пошла за ним, не понимая, что задумано. Он вел ее к самой кромке воды, где лед уже сковал поверхность, но еще не настолько, чтобы выходить на него. Фонари отражались в темном зеркале реки, и это было красиво. Очень красиво.

Ваня остановился, развернулся к ней лицом. Он выглядел растерянным. Руки в карманах куртки, плечи чуть подняты, как будто он сжимался, пытаясь спрятаться от ветра. Но Рина знала: он прячется не от ветра.

— Вань, — тихо сказала она, подходя ближе. — Что происходит?

Он выдохнул. Пар облачком растворился в воздухе.

— Я хотел сказать тебе кое-что, — начал он. — И я понимаю, что это, возможно, слишком рано. Или слишком глупо. Я не знаю.

Она молчала, давая ему время.

— Я никогда не был таким, — продолжал он, глядя куда-то в сторону, на замерзшую реку. — Со мной никто не сидел по ночам на балконе. Никто не плакал в ванной, а потом не смеялся над моими дурацкими шутками. Никто не заставлял меня чувствовать, что я... что я могу быть собой. Понимаешь?

Рина кивнула, хотя он и не смотрел на нее. В груди что-то сжалось.

— И когда ты ушла тогда, я не мог заснуть, — сказал он тише. — Я лежал и думал, думал о тебе. Чем ты сецчас могла бы заниматься, о чем могла бы думать.

— Ваня...

— Дай закончить, — перебил он, наконец поднимая глаза. В них было что-то, чего она раньше не видела. Уязвимость. Настоящая, не прикрытая ни усмешкой, ни бравадой. — Я хочу, чтобы ты знала. Я не умею это все. Я даже сейчас, наверное, все порчу. Но я хочу, чтобы ты была рядом. Не только ночью. Не только когда тебе плохо. Всегда. Я хочу быть тем, кому ты все расскажешь. Тем, кто выслушает. Тем, кто... — он запнулся, провел рукой по лицу, — тем, кто нужен тебе. Я так все это время боялся, что ты уйдешь от меня. Что ты не вернешься. Что не доверяешь мне.

Тишина повисла тяжелая, наполненная только шумом ветра и далекими гудками машин. Рина смотрела на него, и в голове крутилась тысяча мыслей сразу. Она вспомнила, как впервые увидела его в школе — наглого, самоуверенного, с вечной ухмылкой на лице. Она вспомнила, как он обнимал ее на балконе, как пахло от него табаком и чем-то холодным, как его голос ломался, когда он говорил о своем одиночестве.

Она вспомнила слова, которые сказала себе тогда, в ванной: нет никого, кому можно открыться.

А теперь он стоял перед ней, в двадцатиградусный мороз, с красными от холода щеками и дрожащими ресницами, и говорил ей то, что она боялась признать даже себе.

— Ты идиот, — сказала она, и голос сорвался.

Ваня напрягся. Она заметила, как дернулась его рука, как он сжал челюсть, готовясь к удару.

— Настоящий идиот, — повторила она, шагнув к нему. — Думаешь, если бы я хотела уйти, я бы стояла сейчас с тобой в мороз?

Он замер.

— Думаешь, я бы плакала перед тобой, если бы не доверяла? — ее голос дрожал, но она не могла остановиться. — Я всю жизнь старалась никому не показывать слезы. Ни Лине. Ни папе. А ты увидел меня самую слабую, самую разобранную. И знаешь что?

Она схватила его за ворот куртки, притягивая к себе.

— Я ни о чем не жалею.

Ваня смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Его дыхание обжигало ее лицо, и она чувствовала, как он дрожит. Или это она дрожит? Уже не разобрать.

— Ты поэтому такой дерганый сегодня? — спросила она, почти касаясь губами его губ. — Потому что боялся сказать, что я тебе нравлюсь?

Он не ответил. Только выдохнул — шумно, прерывисто — и прижал ее к себе так сильно, что она почти не могла дышать. Его лицо уткнулось в ее волосы, руки сжали спину.

— Блять, — прошептал он. — Ты даже не представляешь, как я боялся.

— Представляю, — ответила она, улыбаясь в его куртку, — Ты сегодня сам не свой был. Я думала, ты собрался меня бросать.

— Бросать? — он отстранился, глядя на нее с недоумением. — Я только что тебя нашел. Куда бросать?

Она рассмеялась. Громко, по-настоящему, запрокинув голову. Снежинки падали на лицо, таяли на губах, но ей было тепло. Невероятно тепло. Ваня смотрел на нее, и его губы расплывались в улыбке — той самой, от которой у нее внутри все переворачивалось.

— Ты ебанутая, — сказал он.

— Сам ебанутый.

— Ебанутая и красивая, — поправил он, наклоняясь к ее лицу.

Она не успела ответить. Он поцеловал ее — прямо посреди набережной, под желтыми фонарями, на глазах у всего замерзшего города. Губы были холодными, но внутри все горело. Рина запустила пальцы в его волосы, притягивая ближе, и чувствовала, как он улыбается в поцелуй.

Когда они оторвались друг от друга, чтобы вдохнуть, Ваня уперся лбом в ее лоб и тихо спросил:

— Ну что, теперь я твой парень?

— А разве было предложение?— она приподняла бровь, хотя сердце колотилось где-то в горле.

— Рин, — позвал он.

— Да?

— Ты станешь моей девушкой?

Рина тихо посмеялась.

— Конечно стану. Придурок ты. Зато мой.

— Твой, — эхом отозвался он, и в голосе было столько нежности, что у Рины снова защипало в носу.

Они стояли обнявшись, пока совсем не замерзли. Мимо проходили редкие прохожие, кто-то улыбался, глядя на них, кто-то отворачивался. Ваня наконец отстранился и стянул с себя шарф, наматывая на шею Рине.

— Простынешь, — объяснил он на ее возмущенное мычание.

— А ты?

— А я привыкший, — он усмехнулся. — Я вообще всегда один хожу.

— Больше не один, — она схватила его за руку, сжала пальцы.

Ваня посмотрел на их сцепленные руки, потом на нее. И улыбнулся. Не той привычной, циничной улыбкой, а совсем другой — открытой.

— Да, — сказал он. — Больше не один.

Они пошли вдоль набережной, не замечая холода. Говорили ни о чем, смеялись, толкали друг друга плечами. Рина поймала себя на мысли, что никогда не была так счастлива. Даже когда была маленькой и мама еще не пила, даже когда отец водил ее в этот парк аттракционов. Нет, конечно она была счастлива, но сейчас было по-другому. Глубже. По-настоящему.

Ваня остановился у причала, глядя на замерзшую реку.

— Знаешь, — сказал он задумчиво, — я никогда никому не признавался. Первый раз.

— Во что? — не поняла Рина.

— В том смысле, — он замялся, — что я сказал тебе. Что... ты мне нужна. Я никогда этого не говорил. Никому. Даже не думал, что вообще могу такое чувствовать.

Она подошла ближе, прижалась щекой к его плечу.

— А я никогда не верила, — призналась она тихо. — Что кому-то можно верить. Что кто-то будет рядом, когда мне плохо. Я думала, что все это в фильмах только.

— А теперь?

— А теперь, — она подняла голову и посмотрела ему в глаза, — я, кажется, начинаю верить.

Он не ответил. Просто притянул ее к себе и поцеловал в макушку.

Снег падал все гуще, укутывая город в белую тишину. А они стояли и смотрели, как декабрьский вечер медленно перетекает в ночь, и никуда не спешили.

— Замерзла? — спросил Ваня спустя время.

— Замерзла, — призналась Рина, хотя на самом деле ей было тепло. Но она знала: если скажет правду, он не поверит и начнет снимать с себя остатки одежды, чтобы укутать ее.

— Пошли греться, — он кивнул в сторону кафе на набережной, из окон которого лился теплый свет. — Кофе хочешь?

— Хочу.

Он снова взял ее за руку, и они пошли к кафе, оставляя на снегу две пары следов. Рина смотрела на их руки, переплетенные пальцы, и думала о том, как странно устроена жизнь. Еще неделю назад она была уверена, что никому не нужна. А сейчас рядом с ней шел парень, который боялся признаться в чувствах так, будто от этого зависела вся его жизнь.

Может быть, так и было.

В кафе было тепло и пахло корицей. Они сели у окна, заказали два горячих шоколада и кусок шоколадного торта на двоих. Ваня смотрел, как Рина отщипывает кусочек вилкой, и улыбался.

— Чего улыбаешься? — спросила она, подозрительно прищурившись.

— Так, — пожал он плечами. — Нравится, как ты ешь, мило.

— Я ем, как все нормальные люди.

— Нет, — покачал головой он. — Ты ешь торт так, будто это что-то очень важное. Сосредоточенно так.

Она поперхнулась и закашлялась, а он засмеялся и протянул ей салфетку.

— Идиот, — прошептала она, вытирая губы.

— Твой идиот, — поправил он.

И это прозвучало так естественно, так правильно, что Рина улыбнулась в ответ и потянулась к нему через стол, чтобы взять за руку.

— Мой, — подтвердила она.

За окном падал снег, в кафе играла тихая музыка, и мир, который еще утром казался серым и холодным, теперь был полон света.

***

— Лина, ты щас ахуеешь! — закричала Рина, залетев в комнату к подруге.

____________________

такая вот прелестная и до безумия милая глава))

а я все еще советую вам подписаться на мой телеграм канал!

https://t.me/lissetliiiii (5 букв i)

там мы сможем общаться и обсуждать новые истории.