Беременна в 16

  Пе­редо мной встал не прос­той вы­бор – быть се­год­ня мак­си­маль­но эф­фек­тной или прак­тичной. 

 На то, что­бы все со­дер­жи­мое мо­его нес­час­тно­го ко­мода ока­залось на по­лу, мне не пот­ре­бова­лось мно­го вре­мени: джин­сы, юб­ки, платья; лет­ние, зим­ние, не­понят­ные - мо­ему взо­ру от­кры­лось все.

С од­ной сто­роны – я по­обе­щала ма­ме, что оде­нусь теп­ло; с дру­гой – я не бу­ду выг­ля­деть сног­сши­батель­но в ста­рень­ких угах, и сво­ем пусть сов­сем но­вом, но дос­та­точ­но длин­ном и объ­ем­ном пу­хови­ке.

- Бли­ин! – расс­тро­ен­но про­тяну­ла я, прек­расно по­нимая - от­ветный удар бу­дет ме­нее эф­фектив­ным: пи­жаму со Спанч Бо­бом, по­дарен­ную Мат­ве­ем еще год на­зад на день влюб­ленных, оде­вать не ва­ри­ант; но ведь и плю­шево­го зай­ца, то­же? А так хо­телось дос­той­но отыг­рать­ся за Май­ка Тай­со­на на его гру­ди, ког­да он ла­пал эту шваб­ру.

– Лад­но, пой­дем дру­гим пу­тем.

Се­ро-го­лубые, мак­си­маль­но об­ле­гав­шие мои пыш­ные фор­мы, джин­сы, Плет­нев лю­бил боль­ше все­го. «Ма­лая, ты в них та­кая сек­си» - го­ворил он, а в гла­зах раз­го­рались по­хот­ли­вые огонь­ки. А мой ка­шеми­ровый сви­тер с V – об­разным вы­резом, всег­да сво­дил его с ума. «Не чес­тно оде­вать в шко­лу по­доб­ные ве­щи. Нет, ну лад­но у те­бя не бы­ло бы что по­казы­вать. А то ведь нас­мотрюсь на те­бя на пе­реме­нах, по­том пре­поды толь­ко и ца­рапа­ют шес­те­ры в днев­ник». Он час­то це­ловал мою дос­тупную в этом сви­тере шею, и для ме­ня ос­та­лось за­гад­кой – как он не сло­мал гла­за, вся­кий раз заг­ля­дывая ко мне в де­коль­те?

Вы­бор был сде­лан. А пу­ховик, пе­ред бо­ем, я все рав­но ос­тавлю в гар­де­робе.

С од­ним из не прос­тых за­даний я бо­лее-ме­нее ус­пешно спра­вилась, ос­та­валось при­вес­ти в по­рядок ли­цо. На что, пос­ле при­нятия ду­ша, уш­ло го­раз­до боль­ше вре­мени. Но это то­го сто­ило.

Не сов­сем лег­ки­ми дви­жени­ями рук, я прев­ра­тила взлох­ма­чен­ную зас­панную го­ловуш­ку в весь­ма ап­пе­тит­ную и прив­ле­катель­ную мор­дашку. Без­размер­ная, но теп­лая и род­ная ба­евая пи­жама уле­тела на пол, а на сме­ну ей приш­ло то са­мое злос­час­тное тер­ра­кото­вое белье в ко­торое я поч­ти с та­ким же азар­том на­ряжа­лась на от­ветс­твен­ное сви­дание с «бу­дущим му­жем». Не знаю, для че­го я это на­пяли­ла, но выг­ля­дела я в нем (без лиш­ней скром­ности) так же кру­то, как и чуть боль­ше по­луго­да на­зад. Воз­можно, не­осоз­нанно, это бы­ло сде­лано для то­го, что­бы моя уве­рен­ность в се­бе бы­ла без­гра­нич­ной. Вот та­кие вол­шебные тру­сики и лиф­чи­ки, по мо­ему лич­но­му мне­нию, дол­жны быть у каж­дой: на­дел – и те­бе все по пле­чу, да­же встре­ча гла­за в гла­за с быв­шим, но, блин, все еще не без­различ­ным те­бе чу­ваком : )

- Маа... - Про­тяну­ла я, стоя во всей кра­се в ко­ридо­ре на вхо­де в кух­ню. – Как и обе­щала – вот так те­бя ус­тро­ит?

Я ти­па про­дефи­лиро­вала. Ма­ма же, все то вре­мя что я при­води­ла се­бя в по­рядок, не по­кида­ла кух­ни, ста­ра­ясь нак­рыть не­ре­аль­но вкус­ную по­ляну «вы­ход­но­го дня» для сво­их «маль­чи­ков» - па­пы и Ан­дрю­ши. Вот та­кая жес­то­кая нес­пра­вед­ли­вость – ма­ма с ран­не­го ут­ра гор­ба­тит­ся на кух­не, а му­жики дрых­нут. Не­уже­ли это и есть счас­тли­вая се­мей­ная жизнь?

- Кра­сави­ца ты моя. – Вос­хи­щен­но за­лепе­тала ма­ма, чуть ли не всплес­ки­вая в ла­дони, как это обя­затель­но бы сде­лала ба­буля. – Вот толь­ко я шар­фа не ви­жу, а шея го­лая? И­ии... при­чес­ка у те­бя за­меча­тель­ная, эти ло­коны очень те­бе идут... но шап­ку я не от­ме­няла.

- Ма­аа, ты что, из­де­ва­ешь­ся? – От по­доб­ных за­яв­ле­ний я чуть не раз­ре­велась. Как так мож­но – «ты у ме­ня кра­сави­ца», но одень чу­лок на го­лову и ста­нешь еще кра­ше?!

Ма­ма по­дош­ла поб­ли­же, буд­то я до это­го пло­хо ее слы­шала.

- Ле­ра, о том что ты у ме­ня кра­сот­ка из­вес­тно всем и каж­до­му. Факт на­личия на тво­ей го­лове теп­лой шап­ки ни­чего не из­ме­нит, толь­ко сбе­режет здо­ровье.

- Ма­ма, ну по­жалуй­ста...

- Нет, Ле­ра, так не пой­дет. – С эти­ми сло­вами ма­ма прош­ла ми­мо ме­ня к шка­фу с раз­личным хла­мом в ви­де вер­хней одеж­ды, зон­ти­ков, пер­ча­ток, плат­ков. – Вот, оде­вай.

Ма­ма про­тяну­ла вя­заную, не­понят­но­го си­него цве­та шап­ку, с ог­ромным ба­лабо­ном сде­лан­ным из ка­кого-ни­будь нес­час­тно­го Бо­бика.

- Я не бу­ду ее на­девать.

- Бу­дешь.

- Я ка­пюшон на­дену.

- Я те­бя знаю, не на­денешь.

И тут я ре­шила вос­поль­зо­вать­ся сво­им пос­ледним ко­зырем, глу­пым до пре­дела:

- Ма­ма, те­бе не ка­жет­ся, что бе­ремен­ной жен­щи­не уже нет смыс­ла рас­ска­зывать, что для нее бу­дет луч­ше? Я, в кон­це кон­цов, взрос­лая и сов­сем ско­ро сво­им де­тям бу­ду шап­ки оде­вать.

Нуж­но бы­ло ви­деть в этот мо­мент мою ма­му. Ес­ли вы ког­да-ни­будь вры­вались к ко­му-ни­будь в ту­алет­ную или при­мероч­ную ка­бин­ку в са­мый не­под­хо­дящий мо­мент, или слу­чалось так, что вмес­то сне­га или дож­дя с не­ба на вас па­дали вил­ки с но­жами, тог­да вам лег­ко это пред­ста­вить.

- Взрос­лая, го­воришь? – Но нуж­но от­дать ей дол­жное, ско­рее все­го пер­вым ее по­рывом бы­ло пос­та­вить на мес­то свою до­чуру, но она не бы­ла бы мо­ей ма­мой, ес­ли бы не су­мела взять се­бя в ру­ки. – Сог­ласна. Вот толь­ко да­вай до­гово­рим­ся, ког­да у те­бя по­явят­ся свои де­ти, ты обя­затель­но бу­дешь оде­вать им шап­ки, тап­ки, и все ос­таль­ное, а мне поз­воль про­дол­жить де­лать то же со сво­ими. Дер­жи. И, по­жалуй­ста, сде­лай это при мне.

Я вых­ва­тила из ма­миных рук нес­час­тную шап­ку и со всей ду­ри на­тяну­ла на го­лову.

- До­воль­на?! – Иро­нич­но про­тяну­ла я.

Ви­деть ма­му я уже не мог­ла, так как умуд­ри­лась утеп­лить не толь­ко го­лову, а и по­лови­ну ли­ца. Еще чуть-чуть и да­же мо­им гу­бам хо­лод был бы ни­почем. Сов­сем ря­дом я ус­лы­шала лег­кий сме­шок:

- Впол­не. Ес­ли те­бе ни­чего не ме­ша­ет, то я до­воль­на. А так, к сло­ву, я, ес­ли что, мо­гу ды­ры для глаз про­резать. – Ма­ма сме­ялась уже гром­че, а я бы и хо­тела, но пра­вед­ный гнев не поз­во­лил это сде­лать.

На­тащив на но­ги уг­ги, со сло­вами «Смеш­но!» я выс­ко­чила из до­ма. Воп­ре­ки ма­миным опа­сени­ям, я не ста­ла сра­зу за дверью из­бавлять­ся от шап­ки, бо­лее то­го, я во­об­ще не со­бира­лась ее сни­мать. При­чес­ка уже пос­тра­дала, за­чем де­лать еще ху­же.