не путайся в ногах
утро выдалось свежим и ясным — лёгкий ветерок пробегал по полю, шевеля аккуратно подстриженный газон, солнце только начинало подниматься, золотя кромку крыш и бросая длинные тени от ворот. на тренировочной базе было ещё тихо, но игроки уже собирались: кто-то потягивался, кто-то перекидывался короткими фразами, щёлкали бутсы по бетонному полу у раздевалок. эли пришла раньше обычного. она стояла у кромки поля, в тренировочной форме, волосы собраны в небрежный пучок, планшет в руке — она внимательно просматривала утренние заметки и схемы. её отец, тренер, позволял ей всё чаще участвовать в анализе — и эли не упускала ни одной детали.тренировка началась с разминки, затем — упражнения на владение мячом. в одной из групп оказался и ламин. он был сосредоточен, быстрые касания, рывки, передачи — но в какой-то момент, принимая пас, запутался, и мяч ушёл слишком далеко от него. он резко остановился, досадливо выругался себе под нос. эли сделала шаг вперёд и подошла ближе, ловя момент, когда тренер переключал внимание на другую зону поля.
-ламин,ты слишком путаешься в своих же ногах. старайся при передаче паса больше открыватся.
ламин вытер лоб, бросил на неё короткий взгляд.
-серьёзно? мне казалось, я всё делаю правильно.
-ты двигаешься хорошо. но не в нужный момент. «она указала рукой на центр поля» когда передаёшь — смотри не только на мяч, но и на то, куда можешь побежать. думай заранее. не на полсекунды — на секунду раньше. поверь, это разница между потерей и острым моментом.
он кивнул, теперь более сосредоточенно.
-понял. попробую. ещё раз.
-давай. я посмотрю. «она чуть отступила назад, вернулась к краю, но взгляд не отводила»
в следующем упражнении он действовал осторожнее, чаще оглядывался, а затем — начал делать то, что она подсказала: открываться чуть раньше, не ждать. и всё пошло иначе — касания стали чище, движения логичнее, и в одном из эпизодов он выдал точную диагональ с фланга, под аплодисменты ассистента тренера.последние пятнадцать минут тренировки прошли в тактической отработке — команда делилась на две группы и отрабатывала быстрый переход от обороны к атаке. ламин снова оказался в эпизоде, где требовалась скорость мышления, и на этот раз он уже действовал иначе: не суетился, чувствовал пространство, отдавал мяч вовремя, открывался в нужный момент.эли стояла в тени под козырьком и делала пометки. всё было по делу — без похвалы, но с внутренним одобрением. она видела прогресс. и он сам это знал.после финального свистка игроки потянулись к боковой линии — кто-то с усталостью, кто-то с весёлыми репликами. тренер похлопал парней по плечу, бросил пару жёстких замечаний, но в целом остался доволен. эли убрала планшет в сумку, собираясь уже уходить, когда услышала, как кто-то подошёл сзади.
-эли,сегодня же подпись контракта флика,а после сбор в загородном доме. ты едешь?
это был ламин,все еще в тренировочной форме,с взъерошенными волосами»
она немного приподняла брови, будто оценивая, насколько это было внезапно — и одновременно логично.
-думаю да. и если флик даст добро,то я буду не одна.
ламин подошёл ближе, теперь уже без лёгкости. в его взгляде было уважение и что-то вроде тревожной важности момента
-ты так говоришь, будто это большая тайна, исмену возьмешь с собой? «голос ламина прозвучал почти шутливо, но глаза оставались сосредоточенными — он внимательно ловил каждую её реакцию.»
-вроде знакомы не так давно, но знаешь меня как пять пальцев. «она склонила голову, позволив себе краткую полуулыбку, ту, что появлялась у неё, когда она чувствовала себя уверенно.»
—да, скорее всего с нами поедет исмена. она обещала быть пораньше, помочь с организацией.
ламин слегка кивнул, словно что-то для себя отметив, потом коротко выдохнул и сказал:
-ну... тогда я не мешаю. увидимся позже. удачи твоему отцу. и тебе — тоже.
—спасибо.
она посмотрела на него чуть дольше, чем обычно, затем повернулась и пошла в сторону административного корпуса.
в коридорах базы «барселоны» царила деловая, приглушённая суета. ассистенты носили папки, проверяли списки, кто-то уточнял расписание у пресс-службы. за стеклянными дверями уже был накрыт длинный стол для переговоров, на котором лежал тот самый контракт — с логотипом клуба в углу, с тонкими синими линиями, с именем, отпечатанным чётким шрифтом: hansi flick.
эли вошла в комнату через боковую дверь, где всё было чуть тише. на ней была простая рубашка цвета мокрого асфальта и тёмные джинсы — ничего лишнего, но в образе чувствовалась собранность. она обвела взглядом помещение, проверила, всё ли на месте: представители клуба, технический директор, юрист, ассистенты, медиа-группа у стены.
флик стоял у окна, спиной к ней, но, услышав шаги, обернулся.
-готова? «спросил он негромко»
-а ты?
она подошла ближе и мягко поправила воротник на его пиджаке.
-готов уже давно.
он кивнул, и в этот момент в дверях появилась исмена — с телефоном в одной руке и бутылкой воды в другой.
—всё, я тут. ни один флорист не сбежал, камеры установлены, кофе тёплый. «проговорила она быстро, подмигнув эли» осталось только подписать историю.
флик улыбнулся. он подошёл к столу, и все немного притихли, как это бывает перед важным мгновением. он взял ручку, проверил документы, и — не торопясь, но уверенно — поставил свою подпись.в этот момент эли почувствовала, как у неё внутри что-то сжалось — не от волнения, а от гордости. перед ней стоял не просто её отец. перед ней стоял человек, который всю жизнь шёл к этой точке — и сделал шаг вперёд.аплодисменты прозвучали негромко, но искренне. флик пожал руки, кого-то обнял, сфотографировался с представителями клуба. эли стояла рядом, чуть позади, не вмешиваясь — но когда отец обернулся, он искал взгляд именно её. и она просто кивнула. ничего не нужно было говорить. всё уже было сказано этим моментом.