Пыльный воротник [18+]

Однажды, в детстве, моя мама сказала мне, что люди подобны растениям. Нам нравится, когда за нами ухаживают, нравится, когда дорожат, но и без этого мы не умрем. Мама говорила, что каждый из нас - прекрасный цветок, просто не всем нам повезло встретить своего человека, который будет за нами ухаживать. Странное сравнение, на самом деле, ведь, люди, по сути, не несут полную ответственность за все результаты своих поступков, а значит, без человека в нашей жизни, мы будем лишь существовать, пока растения спокойно жить. Не знаю почему она так сказала. Возможно в тот день она снова потерпела неудачу, что толкнула ее на эту мысль. На мой взгляд, люди - тени. Как только появляется проблеск света, мы выходим, показывая себя во всей красе, но стоит только мраку вокруг поглотить нас, как мы исчезаем, и никто из окружающих о нас не вспоминает. Мы прячемся за спинами угроз и надежд, высокого статуса и странной гребанной демократии. Люди жалкие существа, которыми движет только одно - жадность.

Так я думал всегда. Моя жизнь всегда была одним из кадров фильма о богатых детях, которые обязаны следовать путем, проложенным им родителями, проблеску света, чтобы не исчезнуть навсегда. Мне всегда казалось, что все вокруг, словно тот самый мрак, только и ждет долбанной возможности меня поглотить. Мне следовало быть осторожным, всегда быть на шаг впереди и никогда не смотреть назад. Я никогда не хотел смотреть в прошлое, чтобы увидеть что-то за чем тоскую. До определенного момента...

Будь то ужасный день или трудность, печаль или ненависть, мне всегда хотелось вернутся на тот бал. Когда мы выигрывали матчи, когда пили, когда ставали богами, проходящими сквозь коридоры и души "Демора", мое подсознание всегда искало это воспоминание. То, как ледяная рука тянется к моей ладони. То, как светлые волосы идеально подчеркивали ясность глаз. То, как запах ванили бил в нос, приводя меня в экстаз. Я всегда рвался туда. Сколько бы ненависти, столько бы страха или отчаяния не было в моем желании, мне всегда хотелось вернутся к ней.

Стоя возле Кэсси сейчас, смотря как ее тело бьет дрожь, а тусклый взгляд превращается в океан страх, мое желание защитить ее возрастало с каждой секундой. Она вырывалась, просила пустить ее, но мои руки сами не хотели разжиматься вокруг ее талии. Повернувшись ко мне, смотря на меня своими сапфирами, она покачала головой.

- Это не конец, - прошептал я, стараясь успокоить девушку. - Я постараюсь все исправить. Обещаю.

Телефон в моем кармане издал сигнал. Скользнув ладонью по женскому телу, проклиная себя за то, что не могу сейчас же увести ее от стольких глаз, достал мобильник. Кэсси кинула взгляд на О'Коннора, надеясь, что тренер хотя бы посмотрит в ее сторону. Мне предстоит долгая беседа с ним, чтобы закрыть вопрос о разглашении и держания в секрете то, что ему пришлось узнать. Спускаясь с трибун я смог услышать только небольшие отрывки разговоров. Джастин утверждал, что у него в руках прямое доказательство неспособности Арчерон присутствовать на соревнованиях. Черт, мне следовало бы догадаться, еще тогда когда Вероника показалась на поле. С ней разберусь позже, уверен, разговор будет весьма увлекателен.

Разблокировав экран, склонив голову набок, открыл сообщение. Строчка с именем отправителя была скрыта под надписью "Неизвестный номер". Сжав мобильник сильнее, прошелся по сообщению.

"Я нашел твое слабое место, Уиллсон. Как думаешь,я понравлюсь твоей девчонке?"

Ниже красовалась фотография: я стоял спиной к объективу, притягивая блондинку к своей груди. Мое лицо слишком близко к ее шеи, пока брюнетка стоящая рядом смотрит куда-то влево. На заднем плане застыли лица болельщиков, а неразборчивый силуэт Джастина закрывал несколько девушек на первых рядах.

В голове, что-то прозвенело. Подняв взор на лицо Кэсси, я отшатнулся. Странный ужас заполнил каждый сантиметр моего тела, вызывая мурашки и ярость. Смотря сквозь тела напротив, в глазах потемнело. Он здесь. Этот ублюдок наблюдает за мной. Сцепив зубы, моля, чтобы никто рядом не слышал того скрежета, посмотрел на Дженни. Ее дерзость превратилась в испуг. Тонкая фигура азиатки казалась необыкновенно маленькой сегодня. Кэсси сделала шаг ко мне, совсем забыв о своей проблеме и стекляных от непролитых слез глазах.

- Айзек, - осторожно, словно приводя в чувства зверя, произнесла она. - Что произошло? Что-то не так? Айзек, скажи хоть слово! - ее голос дрогнул, когда наши глаза встретились. Блять, как же мне нравилось слышать свое имя с ее уст.

Положив свою ладонь мне на плечо, проверяя слышу ли я ее вообще, Арчерон испуганно вздохнула. Повернувшись назад, ища среди студентов этого ублюдка, мысленно ругая себя за глупость. Я ведь даже не знаю ни кто он, ни как выглядит. Осенние листья давно покинули деревья, окружая сырой погодой и мерзкой атмосферой. Среди студентов были и их родители, преподаватели и знакомые, мне никогда не найти нужного мне среди сотен. Выругавшись, я посмотрел на Ким, которая с интересом наблюдала за происходящим.

- Уведи Кэсси в комнату. Не открывайте никому дверь, с тренером я поговорю. - повернувшись лицом к Огоньку, продолжил: - Пускай ты ненавидишь меня, считаешь ублюдком и уродом, но сейчас мне необходимо, чтобы ты сделала то, что я прошу, хорошо? Я все объясню, но позже. Клянусь, Вероника заплатит за то, что сделала. Каждый, кто причинит тебе боль, будет наказан.

- Ты так уверенно говоришь, что накажешь любого, кто причинит мне боль. Сможешь ли ты наказать себя? - прошептала девушка, всматриваясь в мое лицо.

Я уже несу наказание, Огонек.

***************************

Дым сигареты ударил в нос, когда мы обошли очередное дерево, стараясь не уронить запутанное в плед тело. Не знаю сколько мы уже идем, возможно полчаса, а может и час. Алкоголь сплел все время воедино, не позволяя проследить минуты. Алан выругался, беспокойно оглядываясь назад, наверное, уже десятый раз за последние наши шаги. Небо исказила молния, ударяя куда-то вдаль, оглушая адским громом. Мои руки потянулись за сигаретой во рту, стараясь одновременно держать ноги мужчины. Мысль о том, что в данный момент мы держим мертвеца немного ужасала, но думаю особой паники я не чувствовал. Спасибо "Джеку Дэниелсу" и нескольким бутылкам пива. Мне кажется, в моей голове это воспринималось как должное. Возможно, придя в свою комнату, я буду тереть руки до крови, желая смыть все, что было сегодня. Но об этом следует подумать позже.

Говорят, что жизнь полна сожалений, которые грызут нас каждый день, словно желая поработить наше будущее. Интересно, станет ли этот поступок одним из тех, о которых я буду ужасно сожалеть? Будет ли это преследовать мои сны, превращая их в кошмары?

Холодный поток ветра ударил по листьям деревьев, откидывая несколько веток в сторону. Где-то далеко слышался вой койота, заставляя Алана вздрогнуть от неожиданности. Коул сказал, что позаботиться о машине, словно эта авария и чья-то забравшая жизнь его вовсе не волновала. Он всегда казался мне роботом. Всегда был самый опасным среди нас и всегда вызывал во мне странное чувство негодования. Никсон никогда не был человеком, с которым хотелось посмотреть обычный фильм в кино или сходить выпить пиво. Каждый раз, когда наши вечера начинались скучно, он превращал их в нечто незаконное и рискованное. Ну, знаете, когда одним людям нравится посидеть дома и попить кофе под хороший фильм, а другим украсть тачку, подорвать ее в центре города и наблюдать как металл тлеет на фоне ночного неба. Иногда, я ловил себя на мысле, что мне это тоже по душе, но даже у меня были принципы и границы, чего нельзя сказать о нем.

Деймон остановился, осматривая все вокруг, решая здесь ли заканчивается наш путь. Вставив лопаты в сырую землю, он вытер ладони о джинсы, переведя взгляд на руку, торчащую с большого кокона в наших с Адамом руках.

- Вряд-ли кто-то так далеко зайдет, поэтому, можем остановится здесь.

Адам кивнул, осторожно опуская мужчину на траву. Поляна усыпана бурьяном и несколькими заросшими деревьями. Пару сухих веток раскидались под ногами, заставляя слух стать острее. Ночное небо закрывали черные тучи, казалось сам Господь тоскует по этому бедолаге. Несколько капель дождя упали мне на плечи, обращая внимание на испорченную погоду. Молния снова скрасила пейзаж, вызывая дикий восторг и ужас одновременно. Если не труп в наших ногах, я бы даже улыбнулся.

- Черт,давайте просто позвоним легавым, - запустив пятерню в свои короткие волосы, вздохнул Алан. - Вы хоть понимаете, что мы сделали? Мы убили человека, блять! Отняли у кого-то жизнь, а сейчас собираемся закопать его тело в лесу. Я не хочу быть душегубом.

Его истерический голос испугал нескольких птиц, вынуждая их взлететь вверх. Я отошел на пару шагов от мужчины, наблюдая как на его футболке красовались алые потеки. Мясистая рука торчала из под пледа, напоминая нам, что с этого момента мы - убийцы. Возможно у него была семья. Может его кто-то ждал домой, а может и вовсе его родные молились о его пропаже. Последняя мысль давала мне некую надежду на более спокойный сон. Что, если он был ужасным человеком? Что, если его боялись собственная жена и дети? Тогда, мы не будем жестокими уродами, похоронив его здесь... Да, лучше думать именно так.

Келси поднял взор на Алана, искренне удивляясь его мыслям. На самом деле, я уже думал о том, чтобы сдаться. Меня пугала одна мысль о будущем за решеткой. Конечно, отец не позволит мне сгнить там, но заставит хорошо заплатить за это. Семья Уиллсонов не должна пострадать от моей глупости и невнимательности. Да он меня лично придушит за такое. Уж лучше так, чем смерть.

- В тюрьму захотел? - спрашивает Адам, переступая через труп, словно это какой-то мусор. - Я не собираюсь портить свою репутацию этим. И не позволю вам зайти в это болото. Уверен, отец поможет мне скрыть улики, а вы просто помогите избавится от тела. Не волнуйся, - положив ладонь на плечо друга, продолжил он: - мы не станем преступниками. С этого дня, мы никому не скажем о том, что было на трассе 101. Я не хочу в тюрьму, а вы и подавно. Мы спрячем тело, а я позабочусь обо всем остальном, пойдет?

Улыбнувшись дивным ходом Келси, поднял вторую лопату, оставленную Коллинзом. Адам не был идиотом. Золотой мальчик, мой лучший друг, был слишком умен, чтобы понять как обезопасить себя. Теперь, когда мы здесь, даже если кто-то из нас скажет хоть слово об этой аварии - все будем соучастниками и пойдем цепочкой ко дну.

- Скоро пойдет дождь, - сказал я, ища подходящую почву. - поэтому давайте уже начнем.

Коридоры академии были пусты. Я шел, шаг за шагом вслушиваясь в эхо своего дыхания. Прошло всего три часа с момента соревнований. Атика Лейквуд забрала золото, приводя свою школу к началу соревновательного сезона с победы. Мне не удалось узнать что за номер прислал мне фотографию, но обязательно выясню. Если этот придурок учится, или преподает в "Деморе", мне не будет стоить больших усилий узнать кто он. Номер был скрыт, и видимо, его сразу же отключили после отправки сообщения. Черт, даже помощник моего отца не смог узнать кто это. Меня не волновало, что Генри расскажет моему папаше о моей просьбе, ведь, можно было считать, что он был моим работником, нежели Дориана. Мужчина работал у нас с момента когда мне исполнилось двенадцать. У него не было ни детей, ни жены, что не изменилось до сих пор, поэтому все внимание он уделял мне и сестре, словно был нашим родным дядей, поэтому ему не было нужды отчитываться отцу. 

Кэсси все еще была у себя в комнате, что довольно сильно меня удивляло. Она послушала меня. Впервые. Ее слова крутились в моей голове, будто ища какой-то ответ на все недостающие детали. Смогу ли я наказать себя за то, что сделал с ней? Буду ли я трусом признав, что мне не все равно? Не знаю когда все началось заново. Не знаю, когда мне стало отвратительно от самого себя за то, что сделал. Меня никогда не занимала чья-то жизнь. Мне никогда не было жаль за свои поступки. Даже та ночь, несколько лет назад, не преследовала меня по ночам. Но почему-то сейчас мне ужасно хочется все исправить. Если бы не мое решение два года назад, я бы мог стать для нее не просто другом?

Звук моих шагов наполнил пустые коридоры, пронесся несколько искаженных ноток по углам академии. Повернув в сторону лестницы, я остановился. Голоса дошли до моего слуха раньше, чем кто-то из собеседников увидел постороннего. Сделав шаг назад, убеждаясь, что никому не видно мой силуэт, прислушался.

- Зачем тебе это? Ты же бросил футбол несколько лет назад, почему сейчас? - говорит тренер, слегка усталым голосом. - Не понимаю, почему господин Уиллсон вообще настоял на этом. Ты даже пропускаешь тренировки. Капитан тебя не видел толком. Скажи честно, зачем на самом деле тебе заниматься этим?

Оперевшись о стену, мое тело напряглось. По коридору пронесся смех. Шагнув на О'Коннора, Мейсон вздохнул:

- Вы действительно не рады меня видеть в команде. А ведь вы были для меня как отец: наставляли, помогали, давали советы. Что случилось сейчас? Помниться, - задумчиво протянул молодой голос, - вы сами умоляли меня несколько лет назад вернуться в команду. Вот я и здесь. Неужели передумали?

- Слушай меня внимательно, малец, - рычание отдало эхом в стенах, отбивая мое желание надрать Джонсу задницу прямо сейчас. Если его и послал отец, мне следует выяснить с какой целью этот придурок вообще согласился на очередную игру Дориана. - раз так хочешь вернуться в команду, будь добр, иметь хотя бы три часа своего сраного времени на тренировки, иначе я наплюю на слова директора и его гребаной шишки по-поводу тебя и выкину твой вонючий зад за поле, ясно?

Молчание поглотило ответ в пропасть, словно парень вообще не собирался отвечать, будто, все это не требовало от него ответа. Если Мейсон пришел к тренеру, чтобы в очередной раз ставить ультиматумы, то у меня было десяток вопросов, почему О'Коннор вообще играет в эту гребанную игр.

Удаляющиеся шаги позволили мне сделать вздох облегчения. Мне не нужно было прятаться, но как еще вы узнаете информацию, если только люди не будут знать о вашем присутствии? Мои ладони коснулись холодной стены, словно запоминая это место, вырезая рельеф каждой помехи под пальцами в памяти, делая некоторые заметки. В главном здании академии давно никого не было. Я знал, что в связи с сегодняшним провалом, Джексон останется заполнять бланки и журналы, писать объяснительную, и возможно, нехило получать от начальства за свою беспечность на работе. Это был отличный шанс сгладить ситуацию Арчерон. Был. До момента, когда моих ушей коснулась важная информация. Если, тренер не хотел принимать Мейсона в команду, тогда зачем моему отцу вводить в игру нового игрока?

- Не стесняйся ты так, - прогремел  издевательский тон голоса. - Это все таки твоя академия по праву, почему тогда прячешься, как мальчишка? Тебе не говорили, что подслушивать не хорошо? Видимо такие темы вы с родителями в детстве не обсуждали.

Шагнув вперед, выходя на свет, я засунул руки в карманы брюк, удивляясь как естественно наглая улыбка растягивается губами Джонса. За окном успело потемнеть, будто меняя атмосферу ситуации на более киношную. Чертов Бог, видимо любит наблюдать за моей жизнью. Свет от фонарей криво падал на молодое лицо, подчеркивая скулы и широкие брови парня. Если бы мне не приходилось встречаться с ним раньше, я бы сказал, что выглядит он словно маньяк из корейской дорамы с участием Ли Дон Ука. Форма академии немного помято смотрелась на его фигуре, не пропуская ни единого мелочного недостатка. Кто же тебя так сильно потрепал?

- Я прогуливал уроки добродетелей, - отвечаю я, не решаясь нарушать расстояние между нами. - Ну, знаешь, они как раз были между уроками отца по подлости и убийством котят на заднем дворе.

Ухмыльнувшись моему ответу, Мейсон ступил вперед, спускаясь с последней ступеньки лестницы:

- Что-то узнал интересного из этого разговора? Если ты не понял, то я, как твой старый друг, мог бы расшифровать тебе некоторые слова. Например, к твоему разочарованию, теперь я буду нападающим в твоей команде, Уиллсон. Как думаешь, нам стоит стать товарищами? Будем пить пиво по субботах и обсуждать тренировки по пятница. Как тебе такое? Думаю, тогда ты точно сможешь насолить Кэсси.

При упоминании ее имени, я вздрогнул. Почему с его уст это звучит как угроза? Мне не нравилось, что Огонек таскается с этим ублюдком, но и сделать что-то было не в моих силах. Если она и нашла в нем друга, то должна была хотя бы проверить всю его подноготную, прежде чем, лезть, блять, в его рот. Не знаю почему мне сейчас вспомнился этот момент, но спасибо ему, за то, что привел меня в чувства. Теперь мое желание вырвать глотку Джонса умножилось.

- Ах да, я забыл. Ты же теперь ее большой серый волчонок. Неужели думаешь, что она простит тебя за то, что ты с ней сделал? - подходя все ближе с каждым словом, улыбался Мейсон. - Ты хоть знаешь, как это, когда первые прикосновения которые она почувствовала, оказались прикосновениями твоих собак, которые хотели ее изнасиловать? Видел ли ты ее взгляд, когда она спустилась вниз, вся испуганная и сломлена? Видел ли ты как она дрожит, когда спит в моей кровати, желая чтобы ее защитили и отомстили за нее? Нет, ты не видел ничего из этого, Уилсон. Ты считаешь, что раз принес свои долбанные извинения, то уже прощен, уже имеешь право ошиваться возле нее, как щенок. - его лицо сравнялось с моим. Странное покалывание в груди вызвало ужасную ярость. Горячая кровь поднималась с пальцев ног к самым кончикам волос, заставляя сжимать кулаки, желая сломать собственные кости. - Мой тебе совет: не приближайся к ней. Иначе, и тебе и ей будет туго.

Первый удар пришелся по его лицу. Жар ярости достиг кончиков пальцев, вызывая дикий адреналин. Гребанный инстинкт взял вверх, когда мои ноги сами толкнули парня на пол. Тело Мейсона впечаталось в пол. Смех прошелся по моим ушам, словно единственная нить с реальностью. Схватив Джонса за край рубашки, я нанес еще один удар. Костяшки рук пронзила тупая боль, окрашивая их красными пятнами. Какого хрена он не сопротивляется? Почему позволяет себя бить? Откинув его в сторону, я посмотрел сверху вниз. Тело ломила усталость. Голова гудела от всего сказанного, пытаясь переварить множество информации сразу. Крепко сжимая челюсть, я присел возле парня, наблюдая как омерзительная улыбка украшает его разбитую губу.

- Не останавливайся, - перевернувшись на спину, засмеялся он. - Покажи свое истинное лицо, которое носит фамилию твоего отца. Ты его так отчаянно ненавидишь, но не замечаешь как сильно на него похож. Ты - монстр. Ты - Уиллсон. А она не будет с таким ублюдком, как ты. Даже если ты падешь в ее ноги с мольбами.

- С чего ты взял, что мне это нужно? Что мне нужна она? - сквозь зубы, прошипел мой голос. - С чего ты взял, что это не очередная месть? Вот только, - поднимаясь над парнем на ноги, возвышаясь над ним, будто сам Бог, держа его жизнь в своих руках. Я мог бы просто убить его. Мог бы просто уничтожить, стереть с лица земли... Если бы не его папаша и их связи с моей семьей. Черт. - Не суйся туда, где тебе не рады, Джонс. Если конечно твоя жизнь еще имеет для тебя хоть какую-то ценность.

- Я знаю вашу историю, - прокатившись на колени, придерживаясь за стену, поднялся вслед за мной, Мейсон. - Только идиот не догадается, что твои заминки в мести были из-за старых ванильных чувств. На самом деле, я тебя понимаю. Кэсси была девушкой твоего друга. Ты в нее втюрился, это естественно.

Его фигура пошатнулась, размывая материю передо мной темными пятнами. С каждой секундой, которую он тратит на разговоры о Арчерон, я все больше верю в то, что смогу спрятать и второе тело в лесу. Меня злила одна только мысль, что у Мейсона имеются даже малейшие планы на счет девушки. Он что-то задумал. Если Джонс заодно с моим отцом, значит ничто они не делают просто так. Если парень начал действовать, тогда...

- Мой отец в академии, - прерывая очередной порыв слов, сделал шаг назад. - Ты меня отвлекаешь. Ты знал, что я приду к О'Коннору. Но зачем?...  Это хорошая возможность, чтобы оставить Кэсси одну.

Мейсон замолчал. Страх сковал тело, вызывая жуткое дежавю. Он ведь не может ничего сделать в стенах академии? Не может же... Моя рука обхватила горло этого придурка, посильнее сжимая его, толкая к стене. Глухой удар пронесся коридорами, выбивая весь воздух с его легких. Не понимаю. Черт, я не понимаю! Если ему нужна Кэсси, почему он позволяет Дориану приближаться к ней? В моей голове проносились теории, пытаясь найти хотя бы какую-то логику в его действиях.

- Какого хрена ты творишь? - прорычал я, сильнее прижимая голову парня к стене. Надеюсь его череп треснет, разукрасив все вокруг алым цветом.

- Всего лишь хочу показать ей, какой ты на самом деле. Какая твоя семья на самом деле. Она уже знает, что именно Дориан стоит за смертью ее родителей? Как думаешь, как скоро она нанесет тебе удар первой, когда узнает?

Отпустив Мейсона, я шагнул назад. Потерев ладонью шею, парень стряхнул невидимую пелену с рубашки. Я поднял глаза на него, пытаясь прочитать очередную подсказку на его лице, но ничего кроме дикого удовольствия мне не удалось заметить. Свежая рана на губе растянулась, разрываясь, выделяя небольшие капли крови, сочетаясь с улыбкой.

- Так ты тоже не в курсе. Увлекательный аттракцион получается...

*********

Ноги казались "ватными", когда переступив порог конюшен, я словно в трансе побрел вперед. Несколько мгновений казались мне вечностью. Может это сон? Может же быть такое, что это просто сон? Пожалуйста. Потерев лицо руками, продолжая идти, наблюдая как все вокруг казалось каким-то замедленным. Почему я не чувствую пальцев рук? Почему мои руки в крови и почему все кажется кадрами фильмов? Подул холодный ветер, открывая завесу усталости, напоминая мне, что мне стоит поспать. Белая пелена начала спадать, когда тонкие струи света провели визуальную нить к ангару. Несколько лошадей фыркнули, привлекая внимание на себя. Вечерняя мгла покрыла всю поверхность земли, замораживая песок и щебень под ногами. Протянув руку к воротам ангара, я остановился. Неровные срезы дерева царапали кожу, выделяя пару тонких царапин на пальцах. Тяжело сглотнув, поднял взгляд. Светлые локоны скрыли лицо девушки, пока та сидя на корточках застегивала свои сапоги для верховой езды. Буря спокойно ждал, видимо Кэсси уже напомнила ему о себе. Сомневаюсь, что он вообще забывал.

Поднявшись, Огонек повернулась к лошади. Потерев его морду, приложила свой лоб к нему. Я несколько раз наблюдал за такой картиной, но никогда не спрашивал, что это значит. Оттолкнув дверцу алгара, я вдохнул. Арчерон обернулась, застывая на месте. Ее глаза, такие грустные, потерявшие искру... Это я погубил тот свет? Она отошла от коня, продолжая молча наблюдать за моими попытками передвигаться. Опустив глаза на свою одежду, я остановился. Мокрая рубашка прилипала к телу, будто мне пришлось пробежать не один марафон. Прикоснувшись к лицу, поежился. Из носа все еще шла кровь, но почему то мне было совершенно плевать на это. Кэсси двинулась мне навстречу, сокращая расстояние быстрее меня. Опустив руки, я поднял взор на нее. Ее голубо - серые глаза потемнели.

- Что произошло? - были ли это нотки волнения или обычное раздражения, я не знаю. - Что с твоим лицом?

Она развернулась ко мне спиной. Подбежав к трибунам, достала свою сумку. Вытащив мобильник из кармана, вернулась на место напротив. Продолжая спрашивать о чем-то, девушка набирала номер, не сводя глаз с экрана мобильника:

- Черт, ты приносишь одни проблемы, Уиллсон? Какого черта ты вообще здесь, а не в медпункте?

- Огонек... - от моего голоса она заметно вздрогнула. Подняв на меня взгляд, словно что-то хотела сказать, разомкнула губы. - Пожалуйста...

- Пожалуйста, что?

- Пожалуйста, полюби меня...