Пыльный воротник [18+]

- Осталось поставить подпись здесь, - проговорил пухлый мужчина, стоя прямо перед нами, возле письменного стола. Его очки с толстой оправой, немного старили его. Мне стало интересно, почему именно этого юриста выбрала Грейс? Он не был слишком умен, что немного пугало меня, если учесть его грубость и небольшие проблемы со знанием закона. Я знала, что тетя не может позволить себе дорогого, хорошего юриста. Ее зарплата в маленькой компании, на окраине Лондона не давала разгуляться в этом плане. Меня удивляло, что она вообще согласилась взять над нами с Эриком опекунство. Она слишком молода для этого. Да она сама, как ребенок, о чем вообще речь.

Грейс ступила к столу, перечитывая документ с самого начала.

Эрик дернул меня за рукав, стараясь незаметно привлечь внимание. Опустив взгляд на младшего брата, я немного нервно улыбнулась. На нас все еще был только черный цвет. Со дня похорон родителей прошло всего ничего. Может дня три? Не знаю. Я давно потерялась во днях.

- Мне страшно, - прошептал мальчик, посильнее схватив мою ладонь.

Когда я в последний раз говорила с кем-то? Мои голосовые связки, наверное уже и забыли как это. Брат никогда не заставлял меня этого делать, а после смерти мамы и папы, он вообще смирился со всем.

Приобняв малыша, зажмурившись от резкой боли в теле, я вздохнула. Пересадка сердца была неделю назад. Стойте. Это получается с похорон прошло?... Сколько? Меня не пустили на кладбище и в церковь. После операции меня ждет длительный этап терапии. Если я конечно захочу ее. В любом случае, мне не нравиться это сердце. Оно не любит прикосновения к телу. Я заметила это несколько дней назад, когда врач... кажется ее зовут Мильди, молодая женщина лет двадцати семи, проверяла швы. От ее рук пошел неприятный ток. Но даже тогда я сказала лишь одно слово: больно.

Грейс посмотрела на нас с братом. Милая, слегка нервная и взволнованная улыбка окрасила ее лицо, словно в желании успокоить мое нервное дыхание. На самом деле, я больше похожа на овощь, ну, или зомби. Живой мертвец. Так меня называли здесь, в стенах больницы. Когда-то, после операции, мне удалось услышать, что говорили медсестры в коридоре. Эти идиотки настолько тупые, что не могли даже отойти от моей палаты, перед обсуждением. "Ой, что же это будет с деткой? Говорят, у нее еще брат есть. Жаль мальчика. Она то, вряд-ли выживет..."

- Кэсси, - протянув ко мне руку, произнесла женщина. - пошли в палату, дорогая. Тебе не стоит долго находиться на ногах.

В чем смысл, если я скажу, что мне надоели эти стены? Что, если мне просто сказать о том, что все впорядке? Наверное это глупо, говорить спустя стольких дней молчания. Интересно, а я хоть помню как это, говорить? Может стоит хотя бы попытаться?

Грейс положила своих ладони нам на плечи, подталкивая к дверям. Они так похожи на те, что стояли в нашей маленькой квартирке... Нет, глупо. Ты глупая, Кэсс.

Вдохнув полной грудью, тетя обошла нас спереди. Посадив Эрика на лавочку в больничном, ужасном, пропитанном запахом спирта коридоре, девушка повернулась ко мне.

- Послушай, - запустив пятерню в свои темные волосы, она опустила взгляд в пол. - я признаюсь честно. Я не знаю, что с нами будет дальше. Мне неизвестно, что я вообще буду делать, Кэсси. Просто... Если ты мне поможешь. Совсем немного. Просто скажи, как мне стать вам... как мне стать для вас семьей и, я не знаю как заботиться о детях вообще. И, если честно, я никогда и не хотела, мне не приходило в голову заводить их. Как и вам, мне страшно. Мне страшно, что я не справлюсь, но я клянусь, что буду пытаться...

- Торт, - мои связки обожгло огнем, сдавливая горло до истошной, непривычной тяжести.

- Что? - моя хрипота, наверное, не дала девушке четко услышать мои слова.

- Эрик хотел торт. Шоколадный.

Сквозь веки просачивался тусклый свет. Вокруг одна тишина, и ужасный жар по всему телу. Почему так жарко? Стараясь подавить желание снова отправиться в сон, я повернула голову в сторону, стараясь рассмотреть комнату: большая кровать сбоку от меня, два письменных стола. Один был полностью пустым, словно его хозяину нет нужды его использовать. Среди идеальности в чистоте и минимализме виднелся один большой шкаф-купе черно-серого цвета, идеально дополняя общий интерьер.

Голова гудела, будто после хорошей вечеринке, отдавая криком и шумом в каждый сантиметр мозга. Нащупав рукой на себе одеяло, я вздохнула. Тело ломило от боли, а жар ставал все больше. Во рту пересохло, откинув все мои попытки позвать кого-то. Желудок воротило от странной боли, завязывая органы внутри в тугой узел. Я вздохнула, когда попытка подняться увенчалась провалом. Что-то сбоку от меня издало сонный звук, и по коже прошел странных холод. Айзек положив голову на край кровати, совсем недалеко от меня, сидя спал. Мой испуг заставил шестеренки в голове двигаться, стараясь вспомнить, что именно произошло на поле. Мне дали первое приглашение. Имя на бумажке, которое будет моим заданием. Я ведь не обязана этого делать, верно?

Наши тайные встречи были пустыми и ничего не несли, кроме тупых заданий. Он говорил, что мне стоит научиться самообороне, якобы, на всякий случай. Не понимаю даже зачем ему это делать.

Протянув руку к карману кофты, я прикрыла глаза. Черт, идиотка. Могу поспорить, что мои таблетки уже давно в каком-то болоте.

- Ты говоришь во сне. - пробормотал мужской голос возле меня.

Медленно подняв голову, парень посмотрел на меня. Его волосы в полном беспорядке спадали на лоб, а глаза, еще не отойдя ото сна имели легкое покраснение. Проведя рукой по волосам, привлекая мое внимание к их прядям, Айзек оперся на локти. Откуда появилось это желание прикоснуться к ним? В моей голове проносились картинки, как мои пальцы прикасаются к черным волосам, наслаждаясь от их жесткости. Откинув глупые мысли в сторону, я отвела взгляд.

- Почему я в твоей комнате?

- Как часто у тебя кошмары? - словно не слыша мой вопрос, произнес Уиллсон. - Это уже второй раз, когда я слышу как ты кричишь во сне. Мне просто интересно. Как часто тебе это сниться?

- Издеваться решил? - меня возмущала его резкий настрой к "интересна ее жизнь". - Если тебя это утешит, и мой ответ повлияет на то, чтобы ты отвалил... Каждую ночь.

- Тебе сниться авария или что-то еще? - продолжал он свой допрос. - Я читал твое дело. Работа с психологом так и не дала никаких результатов. Антидепрессанты тоже. Могу поспорить, что ты не пила их даже.

- Хватит. - откинув одеяло со своих ног, отрезала я. - Перестань притворяться, что тебе интересно все это. Я не пью и не вернусь к таблеткам, потому что...

- Ты чувствуешь себя не в своем теле от них. - поднявшись на ноги, продолжил парень: - Твое тело тебя не слушает. Ты словно в невесомости и тебе кажется, что каждый день похож на один. А когда все проходит, ты кричишь в середине себя, находясь в агонии, будто сам ад поселился в каждой частице твоего тела.

Так описывать это состояние мог только человек, который сам прошел это. Ни одной живой душе не известно, что такое ад, который становиться одним целым с тобой, пока действие таблеток, заставляет тебя смотреть на все это. Если Айзек и играет роль сейчас, то клянусь, я готова в нее поверить.

Встав с кровати, немного пошатнувшись от слабости, мои ноги обдало холодом. Мокрая одежда уже высохла, но тело молило меня вернуться в тепло.

- Твоя тетя будет в порядке. - подойдя к своему столу, пустому, тому, у которого будто нет хозяина, Айзек усмехнулся. - Отец предложит тебе сделку.

- Я не собираюсь участвовать в этом.

- Согласись на нее, - спокойно произнес он. - Он поможет тебе с перевозкой тети в штат, оплатит лечение и поможет ей выбраться с этого дерьма. Соглашайся. Это хорошая возможность. Ты ненавидишь меня. Так почему же не убить двоих зайцев одним махом?

- Заманчивое предложение, - я сделала шаг навстречу парню, стараясь подавить легкое смятение от своего неряшливого вида. - но я сама разберусь со своими проблемами. Спасибо, что помог. Мы квиты.

Если Грейс в самом деле нужна будет помощь, которую я не потяну, мне придутся что-то придумать. Возможно согласиться на предложение Дориана не такая уж и плохая идея, а может, я просто пытаюсь оправдать свою гордость и принципиальность.

Мне нужно вернуться в комнату. А лучше пойти искать свои таблетки. Это был последний пузырек. Если мне станет плохо, и я не смогу справиться с атакой, то мне придется несладко. Если честно, может стоит и задуматься о том, чтобы бросить медикаменты... Не уверена.

Айзек переступил с ноги на ногу, стараясь медленно и плавно контролировать свое тело. Подойдя ко мне на расстояние вытянутой руки, Уиллсон склонив голову набок, сложив губы в тонкую линию.

- Кто это был на поле? - тихий, слегка хриплый голос разрезал слух, будоража каждый волосок на моем теле. - Что он хотел? Почему ушел, когда тебе стало плохо? Если это твой друг, то почему вы дрались? Если честно, у тебя слегка слабый удар.

- С каких пор ты думаешь, что я буду отвечать на твои вопросы? - я сделала шаг назад, поддавшись давлению парня. - Что ты делаешь?

Гребанное предвкушение поселилось в груди, когда Уиллсон продолжал подходить ближе, загоняя меня в угол. Что-то холодное заставило меня остановиться, когда кровать уперлась в мои ноги, не давая сделать очередного шага назад. Дыхание Айзека обожгло мою шею, когда тот слегка наклонился ко мне. Проведя носом по коже, не давая шанса даже вдохнуть кислород в легкие, я ощущала его улыбку.

- Я задам вопрос еще раз, - пробормотал он. - Кто это такой?

Горло больно сдавило, когда сухость прорезала стенки. Отклонившись немного назад, стараясь не подавать вида, как сильно мне хотелось прикоснуться к нему, я вздохнула.

- Трахаемся мы с ним. - посмотрев в темные ониксы, хмыкнула. - Такой ответ тебя устроит?

Резкий толчок повалил меня на матрас. Испуганно пискнув, я ухватилась за руку парня. Нависнув надо мной, Айзек остановил взгляд на моем лицо. Его челюсть сжалась почти до хруста, придавая лицу угрожающей манере. Проведя ладонью по моей ноге, вызывая мурашки по коже, он посмотрела на мои губы. Соединив брови на переносице, продолжая поднимать свою руку, уже до самой талии, Уиллсон молчал.

- Повтори это еще раз, Огонек. - хрипота в его голосе сжала что-то внизу живота в узел, выворачивая ощущения наизнанку, моля о том, что он снова произнес, хоть что-то. - Просто скажи это. Если осмелишься, конечно.

- Встань с меня, придурок, - уперев свои ладони в его грудь, возмутилась я. Какого хрена вообще он творит?

Тело парализовало от тока, когда кончики его пальцев добрались под кофту, прикасаясь к оголенной коже живота. Судорожно вздохнув, я ухватилась за руку Айзека, стараясь оттолкнуть его от себя. Нет, я не могу ощущать желание. Не могу хотеть его. И уж тем более не хочу, что мое тело реагировало на него. Никогда. Опустив ладонь ниже, оттолкнув мою руку, парень не отрывал взгляда от моего лица. Он изучал. Запоминал каждую реакцию тела, словно в какой-то лаборатории. Я была его проектом, подопытной змейкой, которая будет извиваться в его руках. Прикрыв глаза, не в силах сопротивляться давнему, забытому чувству, отпустила руки на его плечи. Если мне и суждено проиграть, то пускай это будет такой проигрыш.

Холод обдал тело, когда чужой вес стал неощутим. Открыв глаза, сопротивляясь резкому свету, вздрогнула. Айзек поднялся на ноги, стряхивая невидимую пыль со своих штанов. Внутри сжался ком непонимания и отвращения. Ты проиграла, Кэсси. Ты показала, что он сильнее. Вскочив на ноги, толкнув Уиллсона плечом, я возмущенно фыркнула. Идиот. Придурок. Имбицил. Он просто играет. Просто хочется, чтобы я сдалась ему.

- До встречи на уроках, Кэсс, - будто ничего и не было, произнес Айзек, подойдя к своему столу. - Он все равно придет к тебе. Если не сегодня, так завтра. Дориан умеет настаивать и добиваться своего.

- Как жаль, что из всех качеств своего отца тебе не досталась эта. - хлопнув дверью, напоследок выпалила я.

************************

Наука гласит, что человек является животным. Мы хищники, идущие на поводу эволюции и инстинктов. Если нам грозит опасность - мы нападаем, словно крысы загнанные в угол котом. В этом мире мы глупее чем кажемся. Да, человек разумное существо по своей природе, но его проблема заключается в том, что чаще всего мы делаем ошибки идя на поводу эмоциям и страхам. Есть простое объяснение данному феномену - выживание. То, что будоражит нашу кровь, адреналин, заставляет наш мозг включать базовый инстинкт самосохранения. Стресс вызывает глюкокортикоидный стероидный гормон, который повышает уровень глюкозы в крови. Обычными словами, все мы зависимы от эмоций и чувств. Животные умеют ощущать только страх. Им не подвластен стресс вызванный экзаменами и тупым раставанием с парнем. Им неизвестно, что такое бессонные ночи перед работой или эмоциональное выгорание. Так, кто же слабее и глупее в этом мире? Человек, который имеет ряд ряд слабых качеств, или животное, у которого единственная цель - выжить?

Чтобы научиться верховой езде, мне пришлось научиться контролировать страх. Лошадь и всадник всегда будут одним целым. Если вы хотите победить - сделайте так, что ваш конь доверял вам. Держите эмоции и страх в узде, иначе животное подведет в самый неподходящий момент. В восемь лет, когда я только начала заниматься конным спортом, у нас была небольшая конюшня у дедушки на ферме, в маленькой деревушке за стенами Лос-Анджелеса. Как-то ночью, когда мама запрещала мне весь день тренироваться, я пробралась в конюшни. Оседлав коня без экипировки - одно из моих самых глупых решений в таком возрасте. Сломав ногу и заработав несколько ушибов, попутно выслушав лекцию от матери о том, что, возможно, лошадь почувствовала мой страх и занервничала, мне пришлось сделать несколько выводов.

- Ты хорошо держишься. - прервав мою тренировку, проговорил знакомый голос. - Но, еще нужно поработать с несколькими азами.

Остановив Снежку, я перевела дыхание. Пот катился моим лбом, обдавая холодом горячую кожу. Мне нужно было снять напряжение. После ситуации в комнате Айзека, мне не хотелось возвращаться к себе, поэтому лучшего занятия чем тренировка мне в голову не пришло. Посильнее ухватив поводье лошади, я повернула голову в сторону стоящей Эльзы. Женщина склонила голову набок, сложа руки на груди, наблюдая за тем как я встаю с седла.

- Я помню азы, но не могу приучить свое тело к тем же нагрузкам, - спрыгнув на землю, я перекинула поводье. - Словно мозг помнит, а тело не хочет слушаться.

- Сколько ты не ездила? - оттолкнувшись от стены, начала Браул. - Все наоборот. Твое тело помнит, а вот мозг, не хочет позволять воспроизвести то, что было. Если мне не ошибает память, то ты не ездила два года. Это длительный срок, если учесть столько потрясений в течении этого времени тебе пришлось пережить.

- Я хочу вернуться. В спорт, я имею ввиду. Я хочу снова вернуться к этому. - мне хотелось снова побеждать. Хотелось снова оседлать лошадь. Не просто так, как это делаю сейчас, а для дела. Для новых вершин. - Но мне не дает уверенности.

Эльза улыбнулась, подходя ко мне уверенными шагами. Погладив Снежку по морде, наслаждаясь прикосновением руки к шерсти лошади, девушка посмотрела на меня. Ее черный костюм идеально смотрелся на фигуре, напоминая мне как приятно ощущать эту ткань на кожу. Если я и вправду вернусь в спорт, то надеюсь, в скором времени.

- Я знаю, что случилось с Грейс, - сказала Эльза. - Не волнуйся, она выкарабкается. Она любит тебя и твоего брата. Кстати, как малыш отнесся ко всему этому?

После звонка мне пришлось дождаться окончаний уроков, чтобы встретится с Эриком в его комнате. Не было ни плача, ни истерик, что меня очень пугало. Малыш принял информацию спокойно, даже слезы не проронил. Он быстро повзрослел. В его возрасте, дети должны кричать, плакать и говорить, что не хотят, чтобы что-то плохое произошло с их близкими. Но это не про него. Он должен быть обычным ребенком. Обычным мальчиком, который просто живет своей жизнью, мечтает стать супергероем и спасать мир. Который будет говорить глупости и врать на каждом шагу, в надежде, что никто не узнает, что именно он спрятал пять баксов в карман куртки. Но нет. Эрик стал взрослым. Насильно им стал, и этого мне уже никак не исправить.

- Вполне... мужественно. Он верит, что с тетей все будет хорошо.

- А ты нет?

- А я верю, что в мире есть обыкновенная месть. Она может и не достойна времени или сил потраченных на это, но по крайней мере, успокоит мою душу. - сняв перчатки, я передала поводье Эльзе. - Давайте начнем тренировки. Можно начать с самого начала, чтобы все вспомнить. У меня еще есть несколько дел, перед тем, как созвониться с офицером и врачами. Грейс в критическом состоянии, и я не могу полететь в Лондон, оставив Эрика одного. Но мне нужно быть в курсе дела и, надеюсь, уже можно будет говорить с врачами о перевозке.

- Ты слишком много валишь на себя, - идя в ногу со мной, проговорила женщина. - Если ты хочешь вернуться в спорт, я помогу. Но если ты не уверена в этом, какой смысл данных стараний?

Сняв резинку с волос, наслаждаясь небольшой болью от тугой прически, я посмотрела на тренера. Мне хотелось вернуться не из-за этого. Возможно, это было самонадеянно или что-то такое, но... может, мы с Эриком могли бы просто жить как раньше?

- Как насчет завтра? После уроков. Я хочу начать усиленные тренировки.

- Ты параллельно готовишься к соревнованиям по бегу. - остановившись возле свободного стойла, сказала Эльза. - Это большая нагрузка, Кэсси. Работать с двумя видами спорта сразу. Я не раз видела тебя на поле, ты не даешь себе элементарного отчета о своей усталости. Это глупо и неразумно. Вместо постепенного возврата в это, ты решила угробить себя. Куда вообще смотрит О'Коннор? Так ты не только проиграешь, ты - угробишь себя.

Снежка позволила мне снять с себя седло, тихо фыркнув на мою неосторожность с ремнями. Оставив лошадь поедать свой обед, я посмотрела на наручные, слегка потрепанные временем часы. У меня было еще время до звонка врача и, буквально час до урока. Нужно успеть принять душ и переодеться, чтобы не выглядеть полной идиоткой. Закрыв за собой заборчик, повернулась к тренеру.

- Завтра. Подходит? - не уверена, что мои слова были вежливыми, но таково было мое настроение. Мне нужно много чего решить. Первым делом, убедиться, что Грейс все будет хорошо. - Давайте в часов пять. Хорошо?

Потерев переносицу двумя пальцами, женщина кивнула. Она не была старше Грейс и, возможно, мы могли бы даже называть друг друга просто по имени, но мое уважение к ней, как тренеру, было выше этого.

Когда Эльза только пришла в академию на пост преподавателя, а точнее тренера, все распускали грязные слухи о том, как именно она попала сюда. Ну, конечно. все как всегда. Никому не известная спортсменка становиться тренером в самой элитной академии Америки. Кто бы вообще поверил, что она просто профессионал в своем деле?

После первой моей побед, когда женщина старалась вытянуть мои умения на новый уровень, Эльзу Браул начали называть " всадницей". Она стала одним и лучших тренеров в штате. Ее успехи в спорте, в прошлом, стали намного значимыми для общественности, чем было сначала. Проблема всего этого заключалась в том, что сама Эльза не хочет возвращаться в спорт. Тренировать кого-то - да. Но никак не становиться самой чемпионкой. Может когда-то она и расскажет тяжелую историю о том, как именно мир так и не узнал мисс Браун как наездницу. Не уверена, что она вообще расскажет это кому-то, но, все может быть. Не так ли?

- Встретимся завтра, Кэсси, - отойдя в сторону, пропуская меня к выходу из конюшен, сказала девушка. - Подумай о том, что я сказала.

Подумаю. Но никто же меня не заставляет бросать все, да? Выйдя на улицу, наслаждаясь холодным осенним воздухом, я достала телефон из кармана. Новое смс заставило меня остановится на дорожке, возле футбольного поля. Зайдя на трибуны, села на одно из свободных местов.

Неизвестный: Ты же помнишь, что сегодня должна быть на месте?

Неизвестный: Я серьезно, Арчерон. У тебя еще есть время. Жду тебя там.

Заблокировав экран, тяжело вздохнула. Сильный ветер рнул голые ветки деревьев, позволяя поморщиться от холода. Ненавижу осень. Несколько студентов пробежали мимо поля, спеша на урок, и я поблагодарила небеса, что наш учитель по английскому заболел и нам отменили первые два урока. Странно, что замену так и не нашли.

Мобильник завибрировал. Мистер Боннер - лечащий врач Грейс, который по своей доброте согласился проводить мне видеовстречи для держания меня в курсе дела состояния тети, звонил ровно один раз в день. После операции Грейс была все еще в критическом состоянии, но клянусь, я верила в то, что она поправится.

Заставка на экране сменилась общей картинкой. Грейс лежала на своей кровати с элементарными приборы: один измерял пульс, второй позволял кислороду поступать в легкие женщин, пока та без сознания, бледная как полотно мирно спала.

- Как видите, мисс Арчерон, - переключив камеру на себя, начал мужчина. На вид доктору было лет сорок. Слегка морщинистый для своего возраста, но кажется, с такой работой и недосыпа, это нормально. Его густые брови делали акцент на национальности. Он точно не американец. Возможно азербайджанец. Что-то в его внешности мне подсказывало, что этот ответ правильный. - Как я уже и говорил, через пару дней вы сможете подписать документы на перевозку. Это будет довольно дорого процедурой, но уверяю вас, с вашей тетей все будет хорошо.

- Сколько это будет стоить? - мне нужно знать точную сумму, чтобы за эти пару дней иметь возможность собрать хотя бы половину. Вытянув с кармана небольшую бумажку, я посмотрела на имя написанное слегка неровным почерком. - Я достану деньги. Скажите до когда.

*************************

Дым сигарет разъедал глаза, не позволяя четко видеть то, что происходит впереди себя. Шум и крики заглушали музыку в колонке. Старички AC\DC как раз допивали очередной куплет своей песни, когда мое внимание привлекло какое-то ругательство справа. Тусклый свет ели как позволял рассмотреть то, что происходило. Молодой парень двигался слишком резко и рвано для утверждения своей трезвости. Кто-то схватил мою руку прежде, чем я успела выйти с этого долбанного коридора.

Повернув голову в сторону, замечая мужчину лет двадцати пяти, поморщилась. Его хватка стала слишком настойчивой. Выдернув руку, сказав отвалить, двинулась дальше. Резкий свет ослепил мои глаза, когда мужские крики стали намного громче. Небольшой бар в стороне был забит пивом и более крепкого алкоголя. Осмотрев зал получше мне не удастся. Слишком много людей для этого.

Проведя ладонями по своим кожаным штанам, которые отлично облегали мою задницу, что должно было подкупить мужчин в этом месте, напомнила себе, что нужно найти того, кто мне нужен. Черный топ оголял живот, выставляя наружу легкий рельеф мышц. Бег и верховая езда дает некие преимущества. Откинув пряди волос за плечо, повернула голову в сторону ринга. Два парня, не могу сказать знаю ли я их, по внешнему виду: разбитыми лицами и смешанным потом с кровью, могу сказать, что вряд ли. Ринг огражден высокой сеткой в потолок, не позволяя кому-то из зрителей вмешаться в бой. Толпа довольно заревела, когда парень с короткими светлыми волосами нанес следующий удар. Это место было пропитано кровью и омерзительным удовольствием болит. Пол ринга покрылся лужами крови, которые все будто и не замечали, продолжая свои возгласы.

Заметив очередную дверь, я двинулась вперед. Он говорил, что будет ждать меня в раздевалках. Если это и есть они, то как мне незаметно туда зайти?

Пройдя толпу, толкая этих придурков плечом, кинула взгляд назад. Всем все равно, Кэсси. Это не то место, где кто-то будет обращать внимание на девчонку,которая просто собирается пробраться в мужскую раздевалку.

Открыв дверь, вдохнула более чистый воздух. Мои легкие уже кричат о пощаде.

Услышав женский голос, я прошлась узким коридором. Проходя мимо нескольких дверей, наслаждаясь хорошей звукоизоляцией, заметила открытую дверь почти в конце коридора. Струи света отражались на стене напротив комнаты, и я молилась, чтобы не застукать какую-то пару во время их игр.

- С каких сранных пор, тебе что-то должна, ублюдок? - словно рык, проговорил женский голос. - Давай я лучше вырежу твои глаза, а вместо них вставлю кассетные диски?

По коже прошел странный холод. Подойдя к двери, решаясь, нужно ли мне заходить туда, застыла.

- Папочка будет зол на тебя, Фрай, если узнает, что ты связалась с таким ублюдком как я. - знакомый мужской голос, позволил застыть.

- Это мой клуб. Так что завались к чертям собачьим.

- Ты вовремя, Арчерон. - с легкой насмешкой, крикнул парень. - Видишь ли, тут у нас небольшой разговор, но не волнуйся, больше крови чем есть не будет.

Выйдя в проем, я посмотрела внутрь комнаты. Высокая брюнетка, прижав кинжал к горлу этого придурка посмотрела на меня. Ее ярко голубые глаза казались слишком светлыми, будто белыми. Удивительно редкий оттенок. Длинные волосы, идеально уложенные, касались поясницы, почти достигали задницы. Тонкие пальцы с идеальной точностью обхватили кинжал продолжая давать на шею ублюдка, пока струи крови стекали по его футболки. Я могла бы наблюдать за этим вечно. Могла бы наслаждаться тем, как какая-то девчонка имеет стальные яйца, для того, чтобы так общаться с Никсоном. Вопрос, который меня интересовал еще больше: почему он позволял ей это делать?

- Вот и поиграем, девочки. - произнес Коул, с удивительной легкостью схватив лезвие кинжала, отвел его от своей шеи. - Мне надоело. Пошли, Арчерон. У нас есть работа.