Уолт Уитмен. Листья Травы

ВСЕ БЛИЖЕ ВРЕМЯ

Все ближе время, и все угрюмее сумрак,

Ужас того, что мне неизвестно, мрачит меня.

Я еще поброжу,

Я еще поезжу по этой стране, но не знаю, где и как долго,

Может быть, скоро, средь бела дня или ночью, когда я пою, мой голос внезапно умолкнет.

О, книга! О, песни! или это и весь наш итог?

Или мы лишь приходим к началу себя? - но и этого довольно, душа;

Душа, мы поистине были на свете - и этого довольно.

ГОДЫ СОВРЕМЕННОСТИ

Годы современности, годы несовершенного!

Ваш занавес поднимается, вижу, как выступают все более высокие трагедии,

Вижу, как готовятся не только Америка, не только страна Свободы, но и другие страны,

Вижу грандиозные явления и уходы, новые союзы, согласие народов,

Вижу силу, двинувшуюся с непреодолимой энергией на мировые подмостки

(Сыграна ли роль старых сил, старых войн? Выполнены ли их задачи?),

Вижу Свободу во всеоружии, победоносную и величавую, с Законам по одну сторону и Миром-по другую,

Потрясающее трио, выступающее против идеи иерархии:

Какова историческая развязка, к которой мы стремительно приближаемся?

Вижу марши и контрмарши спешащих людских миллионов,

Вижу, как рушатся рубежи и границы древних аристократии,

Вижу опрокинутые пограничные столбы европейских монархий,

Вижу, что сегодня Народ начинает ставить свои пограничные столбы (все прочее уступает ему дорогу);

Никогда вопросы не стояли так остро, как сегодня,

Никогда простой человек, его дух не был столь деятелен, столь богоподобен,

Слышите, он требует и требует, не давая толпе передышки!

Вот он смело проникает повсюду, на суше и на море, покоряет Тихий океан, архипелаги,

С помощью парохода, телеграфа, газеты, оптовой торговли оружием,

Вместе с распространившимися по всему миру заводами он связывает воедино всю географию, все державы;

Какие шепоты бегут перед вами через океаны, о державы?

Общаются ли все нации? Наступает ли для земного шара эпоха единомыслия?

Формируется ли единое человечество? Ибо - слушайте! Тираны трепещут, потускнел блеск корон,

Земля в волнении, она приближается к новой эре, быть может, ко всеобщей грандиозной войне,

Дни и ночи изобилуют такими знамениями, что никто не ведает, что же будет;

Годы вещие! Пространство, лежащее предо мной, переполнено призраками-я тщетно пытаюсь проникнуть в него взглядом,

Меня окружают образы незавершенных, предстоящих деяний,

О, невероятный пыл и напор, странный, экстатический жар видений ваших, о годы!

Меня пронизывают ваши видения, годы! (Я не знаю, во сне я или наяву!)

Америка и Европа, свершившие свое, тускнеют, отходят в тень,

Несвершенное, небывало грандиозное, надвигается, надвигается на меня.

ПРАХ СОЛДАТ

Прах солдат Юга и Севера-

О недавнем я размышляю, бормочу слова песни,

И война начинается вновь, и я вижу ваши призраки,

И вновь продвигаются армии.

Беззвучные, точно туман или дымка,

Восстают из братских могил в окопах,

Из кладбищ во всей Виргинии и Теннесси,

Из каждой точки обширного края бессчетных могил-

Легкими облачками, мириадами туч, взводами и поодиночке они приходят

И молча толпятся вокруг меня.

Ни звука больше, о трубачи,

Не трубите моей кавалерии, гарцующей на норовистых конях,

Со сверкающими шашками наголо, с карабинами у бедра (о,мои храбрые всадники!

Мои красивые загорелые всадники! Какая жизнь, какие радость и гордость,

Какие опасности принадлежали вам).

И вы, барабанщики, ни побудки на утренней заре,

Ни долгого грома тревоги, ни приглушенной дроби на похоронах-

Ни звука от вас сегодня, о барабанщики с походными барабанами.

Но вдали от барабанщиков и трубачей, от торжищ и многолюдных бульваров,

Собрав вокруг себя товарищей невидимых и безгласных,

Убитых, восставших и вновь оживших, ожившие прах и.руины,

Я пою песнь моей безмолвной души во имя всех павших солдат,

Лица бледные, глаза изумленные, дорогие мои, идите ко мне,

Ближе ко мне, но молчите.

О несчетные призраки павших,

Не видимые другим, отныне станьте моими друзьями,

Будьте со мной, не оставляйте меня, пока я живу.

Прекрасны цветущие щеки живых, прекрасны поющие их голоса,

Но прекрасны, о, как прекрасны немые глаза убитых.

Дорогие друзья, все прошло и давным-давно миновало,

Но любовь не прошла-и какая любовь, о мои товарищи!

Благоуханье возносится с бранных полей, благоухание из смрада.

Благоуханьем наполни песнь мою, о любовь, о бессмертная,

Дай мне омыть память о всех павших солдатах,

Дай мне одеть их в саваны, и окропить благовониями, и укрыть их нежною гордостью.

Благоуханье всему-благотворность всему,

Пусть прах павших солдат питает собою цветы,

О любовь, дай разрешенье всему, оплодотвори все последней своей химией.

Дай мне неиссякаемость, позволь мне всюду, где бы я ни был,

Выдыхать любовь, падающую вокруг меня влажной вечной росой,

Во имя павших солдат Юга и Севера.

ДУМЫ:1

Я пою о моем времени,

О прошлом и настоящем, которые корежатся в муках, как будто роженица,

О том, как Америка рекламирует рождаемость, закаленность молодежи, перспективы, легкодоступность цели, безграничность успеха, игнорируя при этом людей,-рекламирует зло наравне с добром

И отчаянную борьбу за то, чтоб каждый жил в согласии с самим собой;

О том, сколько людей еще цепляются за отжившие идеалы-долготерпение, знатность, безверие, долг,

О тех немногих, кто воспринял новые идеалы,-мужественность, освоение Запада,- кто стремится к духовности и свободе, кто верит в конечные завоевания

(Мне же видна эта мужественность, я вижу завоевания, которые последуют за неизбежной и победоносной войной, а за ними жди новых завоеваний);

О рождении великих городов, о народных массах, своевольных и буйных, какими я и люблю их,

О вихре, сражении, сшибке добра со злом, о несмолкающем гуле, которому нет конца,

О нации, очутившейся между старым и новым и ждущей, что из нее вылепят,

Об Америке, континенте славных побед и триумфа свободы и демократии, о достижениях нашего общества, о всех начинаниях,

И о том, что все Штаты-единое целое, как едины наша слава и наши победы, почему мы и можем двигаться дальше,

И о том, как вся эта цельность, моя и страны, наконец содрогнется, и последуют новые схватки и новые перемены,

И о том, как каждый из нас, все, что есть и связано между собой, в том числе и народные массы, работает на будущее-любое событие, даже война с ее ужасами работает на будущее,

И о том, как сегодня и всегда все это чудесным образом отодвигает смерть.

2

О семенах, раскиданных в поле и дающих всходы,

Об укреплении Америки вглубь и вверх, пока не станет изобильна и неуязвима,

О том, что ждет Индиану, Кентукки, Арканзас и прочие штаты,

О том, чем станут через несколько лет Небраска, Колорадо, Невада и другие штаты

(А также те, что забрались на север, где Ситка и Аляска омываются Тихим океаном),

О том, чем в Америке сменится пора цветения, о просторах, убегающих к северу, югу, востоку и западу,

О нашем Единении, спаянном кровью и добытом ценою немалой, о безымянных потерях, немеркнущих в памяти;

О поспешном освоении ресурсов во имя самоутверждения,

О том, что есть, но уходит, исчезнет, о мужании человека, впервые действительно цельного,

О склонах, сбегающих вниз, где течет наша мать,.Миссисипи, не жалеющая своих, щедрот,

О мощных цитаделях в глубинке, куда не добраться,

О взошедших славных именах, современных застройках и кровных наделах,

О простом, не стесненном ничем укладе, с грубой пищей и незамутненной кровью,

О таком укладе, когда спорится дело, и лица красивы, и ладны тела, и ясно смотрят глаза,

О неслыханных взлетах духа в ближайшие годы на Западе, по обе стороны Анахуако,

О песнях моих, которые там понятны (потому что они тем местам адресованы),

О традиционном презрении в тех краях к выгоде и накопительству

(Денно и нощно сверлит меня тайная мысль-чем эта выгода может грозить необузданности и свободе?).

ПЕСНЬ НА ЗАКАТЕ

Величаво кончается день, затопляя меня,

Час пророческий, час, подводящий итоги,

Ты за горло берешь, и, пока еще светит твой луч,

Я пою тебя, жизнь, и тебя я пою, земля.

Рот души моей радость вещает открыто,

Взор души моей видит одно совершенство,

Настоящая жизнь моя преданно сущее все превозносит,

Подтверждая навек превосходство вещей.

И да славится каждый! Да славится все!

И да славится то, что зовется пространством, и духов несчетная сфера,

И да славится тайна движения в любом существе, даже в малой букашке,

И да славится речь, и да славятся чувства и плоть,

И да славится свет мимолетный, - да славится бледная тень новорожденного месяца в западном небе,

И да славится все, что я вижу и слышу, к чему прикасаюсь!

Благо во всем,

Благо в довольстве животных,

В ежегодных возвратах зимы и весны,

В ликовании юности,

В упоении мужества,

В грациозном величии старости,

В прекрасных проекциях смерти.

Отбывать удивительно!

И оставаться чудесно!

Сердцу-с силой толкать все ту же невинную кровь:

Наслаждение-воздух вдыхать!

Говорить-и ходить-и руками за что-то хвататься!

Собираться ко сну, созерцать свое тело в постели!

Ощущать свое щедрое тело, довольное тело!

Быть немыслимым богом и жить меж богов!

Меж мужчин И меж женщин, которых люблю!

Удивительно, как прославляю я вас и себя!

Как участвуют мысли мои в спектакле, идущем вокруг!

Как спокойно над нами плывут облака!

Как несется Земля, мчатся Солнце, и месяц, и звезды!

Как поет и играет вода! (Я уверен, живая!)

Как деревья встают и стоят на могучих корнях, размахнув свои ветви в листве!

(Я уверен, что каждое дерево-это живая душа.)

О забавность вещей - даже самой ничтожной крупицы!

О духовность вещей!

О напев, что течет, омывая столетья и материки, настигая сегодня меня и Америку!

Я беру твои мощные звуки, рассыпаю вокруг и бодро вперед прохожу.

Я тоже пою тебя, солнце, твой восход, и зенит, и закат,

Я тоже взволнован красой и рассудком земли и всего, что растет на земле,

Я тоже почувствовал неодолимый свой собственный зов.

Когда я проходил Миссисипи,

Когда странствовал в прериях,

Когда жил и глядел из окон моих глаз,

Когда шел я вперед поутру, когда видел зарю на востоке,

Когда окунался с побережья Восточного моря и снова с отмелей Западных вод,

Когда я по Чикаго скитался и где только я ни скитался.

В каких городах или тихих лесах, даже между прицелом войны,

Где бы я ни бывал, я всегда заряжался торжеством и довольством.

Я пою, наконец, равнозначность сейчас или в прошлом,

Я пою бесконечность финалов явлений,

Я пою продолженье Природы, пою продолжение славы,

Я хвалю электрическим голосом,

Потому что не вижу я несовершенства вселенной

И не вижу причины бояться дурного исхода.

О закатное солнце! Хоть время уже наступило,

Я в восторге еще, я еще распеваю под солнцем, уж если не слышно других!

ПОСКОЛЬКУ И В МОИХ ВРАТАХ СЕГОДНЯ СМЕРТЬ

Поскольку и в моих вратах сегодня смерть,

Вступающая в мои суверенные, беспредельные, сумрачные владенья,

В память о моей матери, об этом божественном эликсире, о материнстве,

О ней, отторгнутой и погребенной, но не погребенной и не отторгнутой от меня

(Снова я вижу спокойное доброе лицо, свежее и еще прекрасное,

Я сижу над гробом,

Я целую судорожно вновь и вновь сладчайшие старые губы, щеки, закрытые очи, склонясь над гробом),

В память о ней, идеальной женщине, деятельной, духовной, из всех на свете, в жизни, в любви, для меня лучшей,

Я высекаю надгробный стих, прежде чем сам уйду, среди этих песен,

И ставлю здесь могильный камень.

МОЕ ЗАВЕЩАНИЕ

Богатый стяжатель, делец,

После усердных годов подсчитывая всю свою наживу, собираясь уйти,

Распределяет между своими детьми земельные участки, дома,

И завещает акции, фонды, товары какой-нибудь больнице или школе,

И оставляет деньги кое-кому из близких, чтобы купили себе на память о нем сувениры из золота и драгоценных камней.

Я же к концу жизни, подводя ей итог,

Ничего никому не могу завещать после всех ее беспечных годов-

Ни домов, ни земель, ни золота, ни драгоценных камней,-

Лишь несколько воспоминаний о войне для вас и ваших детей,

И маленькие сувениры о боевых бивуаках, о солдатах, и с ними мое нежное чувство.

Все это я связываю воедино и вот-завещаю вам в этой охапке стихов.

ПЕЧАЛЬНО ГЛЯДЯ НА МЕРТВЫХ

Печально глядя на мертвых сынов Матери Всего Сущего, я слышал, как она говорила-

Я слышал-на горы трупов и человеческие останки, усеявшие поля сражений, взирая

(Когда отгремел последний выстрел, но запах гари еще оставался),-

Как она, шагая куда-то, скорбно взывала к своей земле.

«О земля, прими, упокой их,-она стенала,-заклинаю тебя беречь моих сыновей, беречь все, весь их прах до крупицы;

Вы, потоки, примите их, упокойте, вберите в себя их бесценную кровь,

И вы, укромные уголки пространства, и вы, ветерки, почти невесомые в своем паренье,

И вы, духи почв и роста растений, и вы, глубины моих полноводных рек,

И вы, склоны гор, также и вы, леса, по которым бегут алые струйки крови моих дорогих детей,-примите,

И вы, деревья, у самых корней приютите, чтоб завещать их другим деревьям, грядущим,

Примите, на Севере и на Юге, мертвых моих, тела моих мальчиков дорогих примите, их бесценную, драгоценную кровь примите,

Чтобы, надежно все сберегая, возвращать мне многие годы

В виде незримых сущностей и ароматов земного пространства и трав в продолженье столетий,

С дуновеньями ветра возвращать мне моих любимых, возвращать мне бессмертных героев,

Выдыхать их веками, давать мне дышать их дыханьем, не потеряв ни крупицы их праха,

О, могилы и годы! Земля и воздух! О, мои мертвые, сладостный аромат!

Дыши ими с этого дня, о сладкая смерть, многие годы, столетья!»

ЗЕЛЕНЫЕ ПАЛАТКИ

Палатки, не только белые, о, старые товарищи по войне,-

Когда после приказа вперед, после долгого перехода,

Сбив ноги, усталые, чуть смеркнется, останавливаемся на ночлег,

Измученные винтовкой и рюкзаком валятся и засыпают,

Другие ставят палатки, и костры начинают мерцать,

Выставлено охранение, часовые во тьме начеку,

Как полагается, назначены пароль и отзыв,-

До зари, пока барабанщики не разбудят нас барабанным громом,

И мы встаем, окрепшие, ночь и сон позади, и снова пускаемся в путь или вступаем в бой.

Вот поля зеленых палаток,

Они заполняются в дни мира и в дни войны

Таинственной армией (ей тоже приказ вперед? она здесь только на время,

Пока не пройдут ночь и сон?).

Так в этих зеленых палатках, стоящих по всей земле,

В родителях, детях, мужьях, женах, в старых и молодых,

Спящих под солнечным светом, спящих под лунным светом, наконец-то довольных и тихих,

Узри всемирный привал и всеобщий ночлег

Всех рядовых и генералов, и президента, который выше всех рядовых, и генералов,

Всех нас, о солдаты, и всех, с кем мы воюем,

(Там без ненависти все мы встретимся).

Ибо очень скоро, солдаты, мы остановимся на ночь в зеленых палатках,

Но не надо будет выставлять охранение, назначать пароль и отзыв,

И нас не разбудит утренний барабан.

РЫДАНИЯ КОЛОКОЛОВ

Рыдания колоколов, нежданные голоса, возвещающие о смерти, кругом, везде,

Побудка спящих, единение Нации

(Так полновесно и ощутимо это ночное посланье, томительное эхо,

Перекличка в груди, в сознании, печальный рокот),

Неистовый похоронный стон и трезвон -

От города к городу, сливая нерасторжимо, смолкая и вновь возвещая

Биенье народного сердца в ночи.

ТЕПЕРЬ, КОГДА ОСКУДЕВАЮТ ИСТОКИ

Теперь, когда оскудевают истоки

Моих ранних песен - моих упований,

Скудеют зерна, щедро иною посеянные,

Тускнеет радость, светлая радость, сквозь годы и годы

(Для песен, для песен я жил, в них моя повседневная забота),

Подходят к концу сокровенные желанья, неиссчетные мечтанья и надежды;

Сквозь Пространство и Время, сплавленные в хорал,

В цветоносное вечное единство,

Ко вселенной, объемлющей Пространство и Время, исполненной Творцом,

К восторженному животворящему сущему,

Принимая восторг Смерти, равно и восторг Жизни,

И право человека петь во весь голос;

Связать воедино, вы, отчужденные, розные жизни, вас

Возродить,связь гор, скал, потоков,

Северных ветров, дубрав, сосновых рощ

С тобою, о душа!

ЛИКУЙ, КОРАБЕЛЬНЫЙ ПОПУТЧИК, ЛИКУЙ!

Ликуй, корабельный попутчик, ликуй!

(Душе моей до смертной истомы близкий,-кричу.)

Нашей жизни-конец, нашей жизни-начало,

Мы уходим, с затянувшейся долгой стоянки,

Наконец наш корабль свободен, он рвется вперед!

Так быстро от причала мы отбегаем!

Ликуй, сотоварищ, ликуй!

НЕВЫСКАЗАННОЕ ЖЕЛАНЬЕ

Невысказанное желанье, земле и жизни не под силу,

Отплытия час настал, плыв и- да обрящешь.

ВРАТА

Что тебе врата знания, кроме пути в непознанное,

И что тебе в жизни, если ведет она к смерти?

ЭТИ ПЕСНИ

Эти ликующие песни, они звучали, ободряя меня на всех земных путях,

Я, в завершенье, посвящаю миру тайному.

ПОРА ПРОЩАТЬСЯ И С БЕРЕГОМ

Пора прощаться и с берегом,

Пора покидать землю и жизнь и прощаться,

Пора, Мореплаватель, в путь (много, много еще для тебя сокрыто),

Столько раз ты искал приключений в морях,

Умело ходил в рейс, зубрил морские карты,

В срок возвращался в гавань с неотвязной, затаенной мечтой:

Обнять своих друзей, и, приведя все в порядок,

Вернуться в порт, и, буксирный канат отвязав,

Отправиться в путь, в вечный рейс, о старый Моряк.

ДО СВИДАНЬЯ!

Под конец я возвещаю, что останется после меня.

Помню, еще до того, как листья мои распустились, я сказал,

Что возвышу свой голос, веселый и сильный, начав подводить итоги.

Когда Америка выполнит свои обещанья,

Когда через эти штаты проляжет дорога миллионов достойных людей,

Когда остальные расступятся перед ними и начнут помогать им,

Когда потомства от матерей наиболее совершенных обозначат Америку,

Тогда для меня и для нас настанет час увенчанья трудов.

Я настаивал, ибо считал себя правым,

Я пел о душе и теле, о войнах и мире, я пел песни жизни и смерти и песни рождений

И я показал, что рождаются много раз.

Я предложил всем и каждому свои понятья о жизни, я шагал уверенным шагом,

И, пока я полон еще желаний, я шепчу: «До свиданья!» -

И в последний раз пожимаю руку молодой женщины и руку молодого мужчины.

Я возвещаю-придут настоящие люди,

Я возвещаю-справедливость восторжествует,

Я возвещаю-бескомпромиссные равенство и свободу,

Я возвещаю-восстановленье в правах искренности и достоинства человека.

Я возвещаю-подлинность этих штатов является единственно подлинной,

Я возвещаю-Союз, еще более прочный и нерушимый.

Я возвещаю-величие и благородство людей на этой земле сделают политиканство ненужным.

Я возвещаю - способность к участию, я говорю, что будет она безусловной и безграничной,

Я говорю, ты найдешь себе друга, которого ты искал.

Я возвещаю - приход женщины или мужчины грядущего, и, может быть, это-ты (до свиданья!),

Я возвещаю-великую личность, свободную, как Природа, беспорочную, готовую к любви и сочувствию, укрепленную против любого соблазна.

Я возвещаю-жизнь, которая будет щедрой и бурной, духовной и дерзновенной,

Я возвещаю-закат, который легко, беспечально будут встречать, словно преображение.

Я возвещаю-приход миллионов юных, красивых, больших, полнокровных,

Я возвещаю-племя прекрасных, несломленных старцев.

О, как неодолимо и плотно (до свиданья!),

О, как вас много и как вы рядом,-

Я столько всего провижу, оно означает больше, чем думал я,

Мне кажется, я умираю.

Не медли, горло, грянь свой последний

Привет мне-еще раз привет мне от жизни,

Еще раз-трубный, привычный крик.

Издавая вопли восторга, жадно вдыхая воздух,

Бросая на что ни придется взгляды, вбирая глазами все, что замечу,

Поспешая вперед и вперед, не давая себе передышки,

Рассылая забавно оформленные посланья,

Роняя горячие искры наземь, кидая бесплотные семена в черную землю,

Себя самого не зная, подчиняясь предначертанью свыше и не смея оспорить его,

Оставляя потомкам выращивать их, мои семена,

Поручая отрядам, приходящим с войны, сражаться во имя целей, которые я поставил,

Завещая женщинам кое-что, мною произнесенное шепотом, уясняя себе их способность к любви,

Предлагая молодым мужчинам свои проблемы-времени зря не теряя-проверяя тем самым мышцы их мысли,-

Вот так прохожу я мимо, лишь мгновение видимый, слышимый, своевольный,-

А следом мелодичное эхо-страстно устремленный

(смерть делает меня в самом деле неуязвимым),-

Теперь, когда я больше не видим, это не просто я, это лучшее, что есть во мне,-устремленный к тому, что я подготавливал неустанно.

Что еще остается-почему я мешкаю, медлю, припадаю к земле, ни на мгновенье не закрывая рта?

Неужели остается всего лишь сказать «прости»?

Песни мои иссякают, я расстаюсь с ними,

Из-за ширмы, скрывавшей меня, я выхожу навстречу тебе.

Камерадо, это-не книга.

Кто прикасается к ней, дотрагивается до человека

(Что сейчас-ночь? мы вместе и никого вокруг?),

Это - я, и ты держишь в объятьях меня, а я обнимаю тебя,

Я выпрыгиваю со страниц прямо в твои объятья-смерть призывает меня.

О, как усыпляют меня твои пальцы,

Дыханье твое освежает, подобно росе, твой пульс усмиряет тимпаны моих ушей,

Я чувствую, что исчезаю, от головы до кончиков пальцев,

О, как прекрасно, довольно!

Довольно, о дело, построенное на экспромте и тайне,

Довольно, о зыбкое настоящее, довольно, о прошлое, с подведенным итогом.

Мой друг, кто бы ты ни был, прими от меня поцелуй,

Я дарю его только тебе, не забывай меня,

Я ощущаю себя человеком, который решил отдохнуть после целого дня трудов,

Я выбираю сейчас из множества преображений одно, из множества аватар

Одну - восхождение в горние выси, другие преображения, конечно же, еще впереди.

Незнакомый мир, реальнее, чем я его мыслил, вполне ощутимый, мечет в меня пробуждающие лучи. До свиданья!

Запомни мои слова, я могу возвратиться,

Я люблю тебя, я расстаюсь с вещным миром,

Я словно разъят на части, торжествующий, мертвый.