Часть 37
Если ваш парень является вашим учителем — сочувствую. Это сущий ад! Особенно по утрам. Мое утро началось с фразы: «Вставай или я тебе двойку поставлю», а потом: «Если ты не встанешь, я тебе буду читать тему сегодняшнего урока по слогам». Очень жестоко. Я, конечно, выспался, так как вчера лег раньше обычного, но вставать не хотел. После долгих угроз Арсений ушел на кухню, а я в душ. Из ванной комнаты я вышел почти полноценным человеком. Правда, очень сильно хотелось курить, а от осознания того, что мне нельзя, хотелось в два раза сильнее. Я зашел на кухню и, показывая все свое негодование, сел на диван. — Зайчонок, что такое? — ласково спросил Арсений, поставив тарелку с омлетом передо мной. — Ничего, — грубовато ответил я. — Ты что, не выспался? — все тем же голосом спросил Арс. — Выспался, — все так же ответил я. — Тогда что? — Не важно, — я обиженно выдохнул. Мне не хотелось говорить причину своего плохого настроения, но под внимательным взглядом Арса сдался, — просто курить хочу. — Всего-то, — Арсений расслабленно выдохнул. — Тебе всего-то, а мне - мучения. — Ничего. Немного помучаешься и привыкнешь, — как маленькому ребенку, объяснял Арсений, — курить вредно, если ты не знал. — Да знаю я это все! — я взмахнул рукой, чуть не разбив чашку кофе, — Но курить-то все равно хочется. — Потерпишь, — сказал, как отрезал. Я ничего не стал говорить и спокойно (ну, почти) начал завтракать. После нашего завтрака Арсений очень бодро начал рыться в сумке с моими вещами, которую сам же и забивал. Он достал белую футболку и черные джинсы. Смотри-ка, почти по форме! Я без лишних слов надел этот комплект и стал ждать Арса, который теперь очень долго собирал себя. От ожидания курить хотелось еще больше. Из-за нервов я прокусил до крови губу. Солоноватая жидкость аккуратно скатывалась по языку к горлу. И я подавился. И в тот момент, когда я уже начал задыхаться от кашля, появился Арсений. Спаситель, блять! С ним можно поверить в единство душ, серьезно. Как только мне грозит опасность, он рядом. Как так? В науке есть объяснение этому? К этому моменту Арсений полностью собрался и мы направились в сторону школы. Наконец-то, мой личный водитель (главное ему так не сказать) понял, что за мои опоздания из-за него он тоже будет страдать. Директриса теперь так от него не отстанет. Или же у Арсения сегодня тоже есть первый урок и он сам боится опоздать. Хотелось верить в первое, но у Арса сегодня и правда есть первый урок. Когда машина остановилась возле школы, Арсений сказал, что боится в школе сорваться и затянул меня в долгий настойчивый поцелуй. Я не сильно-то и сопротивлялся, но то, что все видят, что мы приехали вместе и у меня опухли губы, Арса вообще не смущает? После того, как мне вернули возможность говорить, я озвучил свой вопрос: — Арс, вот это сейчас было, как ты сказал, чтобы в школе не сорваться. То есть, чтобы не спалиться. Но из окон видно, что мы приехали на одной машине. А еще у меня теперь опухшие губы. Наши школьные Шерлоки могут нас раскрыть. — Ну и кто такие слухи по школе распространяет? — строгим, почти серьезным голосом спросил Арсений. — В смысле? — Что за бред! Я встречаюсь с учеником. Кому это в голову пришло? — строгости уже слышалось меньше. — А машина? — Что плохого в том, что я подвез своего ученика? — уже улыбаясь, снова спросил Арс. — Арсений Сергеевич, вам бы в театре выступать, — выдохнув, сказал я. — Пошли давай, а то что-то мы уже долго сидим, — мы вышли из автомобиля и, натянув серьезные лица, пошли в школу. Кто вовремя зашел в класс ровно со звонком? Это я, это я! Кто последний идиот? Я не буду отвечать. Здесь у каждого свое мнение. Я уже говорил, что не люблю русский? Если нет, то я не люблю русский. Если да, то я все еще не люблю русский. Частичка постоянности в моей жизни. Я же не учу эту тварь правильно курить, хотя сам лично видел, как она дымила за школой. Причем так ужасно, что я чуть дымом не подавился. Еще летом, гуляя с Серегой по ночному Питеру, мы видели нашу руссичку вусмерть бухую. Вот такая у нас Олеся Алексеевна. Физика. Физика, физика, физика, физика, физика, физика. Фи-зика. ФИЗИКА! Почему этого никто никогда не записывает? Замечательно звучит. Так же замечательно, как и прошел урок. А урок прошел на высоте. Нам показывали какой-то опыт и что-то пошло не так, и провода задымились. Но все живы, все целы, все хорошо. Столовую я проебал и пошел на биологию. Там было полкласса. Мне, конечно, было интересно, почему все так же как и я пропустили прием пищи, но я молча сел на свое место и достал телефон. Позов и Матвиенко спокойно сидели и ворковали, а я, короче, по старой схеме. «— Привет)» — Ирина.
«— Привет.»
«—Чем занимаешься?» — Ирина.
«— Чем можно заниматься в школе? Делаю вид, что учусь.»
«— Я делаю примерно то же самое) А что собираешься делать после школы?» — Ирина.
«— Пока ничего. А ты предлагаешь что-то?»
«— Ну да. Может погуляем?» — Ирина.
«— Почему нет? Я не против)»
«— Отлично! У тебя во сколько уроки заканчиваются?» — Ирина.
«— В четыре, а у тебя?»
«— Блин. У меня в два. Ладно. Я к тебе в школу приду. Ок)» — Ирина.
«— Ага.»
Переписка была долгой, так как у Иры тоже был урок. Договорились обо всем мы уже под конец первого урока биологии. Именно поэтому я и не помню первый урок. Второй урок я помнил, но лучше бы, блять, забыл. Это было так противно, что даже не хочется об этом говорить. После биологии наш класс опять разделился на две части: те, кто пошли почти спокойно на обществознание и те, кто пошел блевать в туалет. Кстати, те, кто пошел на обществознание не ходили в столовую. — А где вы остальных потеряли? — спросил Арс, когда увидел после звонка в кабинете половину класса. — А они не пережили жестокую биологию, — ответил Дима немного убитым голосом. — Понятно. Ну, сегодняшний урок все равно проводить буду не я, так что нормально, — немного радостно, что очень странно, произнес Арсений. — В смысле нормально? — возмутился Павел Алексеевич, — Мы сегодня будем проводить тест. Он определит вашу склонность к суициду, — весь класс удивился, а я охуел, — Последнее время, это очень серьезная проблема. — А когда можно будет узнать результаты предыдущего теста? — неожиданно спросила Маша. — В пятницу. И на предыдущий и на этот, — спокойно объяснил психолог. Это был пиздец какой-то! Как мне надо отвечать на вопросы, чтобы никто не узнал правду? Но надо же еще отвечать так, чтобы никто не понял, что я вру. А в голове у меня было перекати поле. Я сам не знаю, что отвечал. Дополнительные прошли, наконец-то, спокойно. Нас, наконец-то, было трое. Просто мечта, а не допы. После дополнительных я долго объяснял Арсению, почему не могу с ним поехать домой. Получилось не плохо. На улице меня уже ждала Ира. — Привет, — Кузнецова мне очень мило улыбнулась. — Привет, — я ей ответил тем же. — А чего тебя так долго в школе держат? — мы шли куда глаза глядят и было ощущение, что мы видимся не второй раз в жизни, а девятьсот второй. — Шесть уроков, плюс дополнительные, — ответил я, пытаясь найти в карманах несуществующие сигареты. Когда я это вспомнил, случайно озвучил свои мысли, — блять! — Что такое? — обеспокоенно спросила Ирина. — Да так. Арсений хочет, чтобы я вел здоровый образ жизни. — Разве это плохо? — Ира и правда ничего не понимала. — Нет, это не плохо, но я курить хочу! — под конец предложения я уже немного заныл. — У меня есть тонкие, но думаю, тебе не понравится, — расстроено сказала Кузнецова. — Я сейчас любые буду! — Ирина достала из своей сумочки пачку сигарет, — Ира, боже, я тебя люблю! — Я так понимаю, тебе для счастья нужна сигарета? — немного посмеиваясь, спросила Кузнецова. — Нет, просто сейчас так получилось, — я уже сам начал смеяться. — Я забыла! — резко крикнула Ира. — Что ты так пугаешь? Я чуть сигаретой не подавился! — я, сам от себя не ожидая, прокричал это. — Я же тебе подарок приготовила, — Ира достала все из той же сумочки браслет. Я сильно удивился. — Ты, что, серьезно? — мне делают подарок. Просто так. Не хотят меня обмануть. — Конечно. Держи, — я аккуратно взял кожаный плетенный браслет. — Спасибо! — на моем лице появилась глупая улыбка. Я сам не понял, в какой момент обнял Кузнецову. — Не за что! — радостно ответила Ира. Наша прогулка продлилась до восьми часов. Я уже хотел идти домой, но вспомнил, что теперь живу у Арса. Он встретил меня с улыбкой. Я, наверное, был счастлив в этот момент. Правда, по старой традиции меня усадили делать уроки, а потом чуть ли не с ложечки кормили. Я был счастлив от того, что Арсений не уловил запах сигарет. Это было смешно. И меня опять отправили спать в десять.
***
Дорогой Дневник,
Я сегодня очень легко проснулся. Конечно, ложиться рано полезно, но не очень-то хочется. А вот курить очень хочется. А еще я подавился своей же кровью.
В школе все спокойно. Если не считать то, что полкласса вырвало после урока биологии. Ну еще и теста на самоубийцу. Кажется, это будет первый тест, в котором у меня все сто баллов. Хотя, не хотелось бы.
После уроков я пошел гулять с Ирой Кузнецовой. И, наконец-то, покурил! Пусть тонкие, пусть втихаря, пусть с моей новоявленной сестрой, но я покурил. В этот момент я достиг полного счастья. Но потом Ира просто так сделала мне подарок и счастье перелилось через край.
Дома Арсений снова включил заботливого папочку. Я делаю вид, что мне это не нравится, но это не так. Мне это ужасно нравится. Но я же не могу это так просто сказать.
37 день.
7 октября. Антон.