29
Джейден
Я купил ей гребаные тампоны? Что, черт возьми, со мной случилось? В прошлом сезоне, играя в эти игры, я был совершенно счастлив трахнуть любую девку с хорошими сиськами и благосклонным отношением к хоккею, а теперь все, чего я хочу, – это женщина, которую я не могу заполучить.
Понятия не имею, когда это случилось, в какой момент она начала становиться для меня целым миром, но что-то изменилось.
Джесс – все, о чем я думаю. Когда я на льду – я катаюсь для нее. Когда я дома в Лос-Анджелесе, она – тот человек, с которым я хочу проводить все свое свободное время.
В путешествиях мой разум постоянно считает разницу временных зон, пытаясь понять, смогу ли я поговорить с ней. Я едва узнаю человека, которым стал.
Меня поимели.
«Жестко», – как, вероятно, добавил бы Джош.
И Брайс … ну, я даже подумать не могу о том, что сказал бы Брайс.
Я вполне себе представляю, как он отнесется к тому, что я встречаюсь с его сестрой, и, скажем так, разговор наш кончится сбитыми в кровь костяшками и разбитыми носами.
А это не тот расклад, которого мне хотелось бы в отношениях с ним.
– Ты готов? – спрашивает Брайс с другой стороны баскетбольной площадки.
Я киваю и поднимаю обе руки. Он бросает мне мяч, тогда как остальные парни выходят на свою половину площадки.
Она вдруг кажется еще меньше с шестью огромными хоккеистами, которые болтают, подтягивают ся и соперничают за место.
У нового владельца команды имеется баскетбольная площадка, которую он добавил к тренировочному залу и тренажерке.
Там мы встречались для быстрых матчей между основными играми, чтобы отвлечься от хоккея и расслабиться.
Мы разделяемся на команды: я, Брайс и Гриффин против Джоша, Купера и нашего запасного вратаря Блэйка.
Когда игра начинается, я чувствую, что расслабляюсь, ведя мяч, огибая защитника, делая передачи и бросая мяч в кольцо. В тех спортивных играх, за отличную игру в которых мне не платят, есть нечто, что успокаивает меня.
Должно быть, другие парни чувствуют то же самое, поскольку все мы играем расслабленно.
– Я открыт! – кричит Грифф
Брайс передает ему мяч.
Наш капитан кидает мяч в кольцо и мажет, но мяч отскакивает ко мне рикошетом.
Мы играем, пока, потные насквозь, не устаем, а потом шаркаем к скамейкам, чтобы взять воду и стереть пот полотенцами.
Сажусь на пол, чтобы сделать растяжку. Я немного запыхался, и Брайс присоединяется ко мне.
– Пойдешь развлечься сегодня? – спрашивает Купер Брайса, опускаясь рядом с нами.
Раньше я присоединялся бы к ним при любой возможности… теперь это все кажется таким непривлекательным – бродить по барам, выискивая девчонок, чьих имен наутро я и не вспомню.
Брайс пожимает плечами.
– Не. Не сегодня. Я обещал Джесс, что приду сегодня на ее школьное мероприятие.
– Что еще за школьное мероприятие? – спрашиваю я, постаравшись, чтобы мой голос звучал ровно.
Джессика уже рассказала мне об этом, но я не могу позволить Брайсу понять, что я в курсе.
Я перехожу на растяжку подколенного сухожилия, пока Холл нас просвещает.
– Они оформили рисунки некоторых дошколят в рамки и продают их, выручка пойдет на благотворительность. Я собираюсь зайти и купить несколько, а потом отвести ее на ужин.
Купер смахивает со лба пот краем футболки.
– Она все никак не оправится от разрыва с тем парнем, а?
Брайс качает головой.
– Нет, она в порядке.
– Она говорила о том, чтобы снова с кем-то встречаться? – спрашиваю я.
Купер уже открыл дверь, и ничто не мешает мне переступить порог.
– На самом деле нет. – Брайс смотрит на меня критически. – И я вполне согласен с этим. Джессика из тех, кто влюбляется раз и навсегда. Не стоит ей пока влюбляться в кого-то по-настоящему. Ей стоит выждать. Понимаешь?
Раздумывая над его словами, я ощущаю поселившееся внутри беспокойство.
– Мне пора. У меня массаж через час, – говорит Джош, вставая.
Я киваю.
– Развлекись там с Тором.
Он отмахивается от меня. Тор – так мы, любя, называем невероятно огромного массажиста команды.
Он из Швеции, росту в нем – не меньше шести футов шести дюймов. Спортивный массаж часто неприятен, особенно если есть ушибы и старые травмы, но в его исполнении это совершенно новый тип пытки. И все мы практически уверены, что ему даже немного нравится причинять нам боль.
Холл встает и начинает собирать свои вещи: толстовку, спортивную сумку, бутылку воды. И с каждой секундой узел у меня в животе затягивается.
Он направляется на выход, рассчитывая принять душ дома, тогда как я пойду в спортзал и закончу тренировку, которую начал, когда парни пришли поиграть.
– Эй, можно поговорить? – Я вскакиваю и встаю рядом с ним.
Даже если это – последнее, чего мне хочется, я решаю, что именно об этом я должен поговорить с Брайсом. Мне нужно повзрослеть и просто решить с ним все как мужчина с мужчиной.
Мы слишком долго были друзьями, и мне ненавистна мысль о том, что между нами есть тайны. Может быть, это единственный способ не разрушить все окончательно. Пока я жду его ответа, узел затягивается еще туже.
Брайс бросает на меня удивленный взгляд.
– Конечно. О чем?
– Об Джессике, – отвечаю я неожиданно пересохшими губами.
– А что стряслось?
– То, что ты сказал о ней, что она ни с кем не встречается…
Он прищуривается.
– И что?
Я пожимаю плечами, стараясь вести себя как обычно, в то время как сердце пускается вскачь. Вот он. Мой шанс. Теперь пути назад нет. Просто, мать твою, скажи это, Хосслер.
– Что, если бы я хотел встречаться с ней?
Он щурится, глядя мне в глаза, и так стискивает бутылку с водой, что белеют костяшки пальцев. Шок проявляется в его лице, глаза широко распахиваются.
– Ты? Ты ни с кем не встречаешься, ты трахаешься со всеми подряд, так что нет. Я не даю тебе своего благословения трахать мою сестру.
Он встряхивает головой, будто отметая саму мысль об этом как самую абсурдную из всех, какие он слышал.
Мы стоим еще мгновение, он смотрит на меня так, будто у меня вдруг выросла вторая голова.
– Да, но, может, это все уже позади. Может, я готов для хорошей девушки. И нет никого лучше Джессики, ты сам это говорил.
Он снова качает головой, плотно сжав губы.
– Не заставляй меня надирать тебе задницу, Хосслер. Ты знаешь, моя сестра – под запретом.
– Я знаю, что она – твоя сестра, но серьезно, Брайс, подумай об этом. В какой-то момент она снова начнет встречаться с кем-то.
– Это что, по-твоему, шутка? Я не знаю, что с тобой не так, – отвечает Холл.
Я знаю, со мной что-то не так. Только я не могу сказать своему лучшему другу, что именно.
Хотя он прав. Что-то внутри меня изменилось. С тех пор, как я решил, что у меня скоро будет ребенок, разговоры в раздевалке стали казаться тухлыми. Весь мой образ жизни начал казаться мне тухлым. Хотя это ложь.
Мне все еще нравится играть в хоккей, и я надеюсь, что смогу еще по меньшей мере лет десять заниматься этим профессионально.
Дьявол, может, после я даже стану тренером.
чего я устал, так это от постоянного женского внимания и бессмысленного секса. И прежде чем показывать мне красную карточку, дайте мне объясниться.
Как бы ни был приятен выброс эндорфинов, как бы мне ни нравилось физическое удовольствие, было в этом нечто, что меня беспокоило.
Дело было в том, что девушкам, которые, словно безумные, бросались на игроков команды, было все равно, в чьей постели приземлиться.
Я не был особенным. Просто мне повезло носить толстовку, которая привлекала ко мне много внимания.
– Джейден? – спрашивает Брайс, прерывая бег моих мыслей. – Что за фигня, чувак?
Я пожимаю плечами, стараясь, чтобы мой голос звучал обыкновенно.
– Я не шучу. Мне просто интересно, как бы ты отнесся к тому, если бы я предложил ей встречаться.
Вена на его шее пульсирует, и он смотрит так, будто хочет что-нибудь ударить. И скорее всего, это что-нибудь
– я.
Возможно, он думает, что этот разговор возник на пустом месте, но в последнее время все больше и больше я хотел чего-то, кого-то только для себя. Я знаю, это чертовски странно слышать от парня, который последние десять лет был королем случайного секса.
Я не собираюсь игнорировать тот факт, что у меня было много интрижек на одну ночь.
Это часть моего прошлого. И плюс у меня есть надежда, что девушка, с которой я останусь в конце концов, вероятно, оценит мои познания в интимных вопросах.
Я все еще не уверен, что этой девушкой станет Джессика. Отчасти потому, что знаю –она слишком хороша для меня, плюс моя дружба с ее братом станет препятствием.
И все же я должен надеяться, потому что никогда ни к кому не испытывал таких чувств, как к ней.
Брайс медленно, напряженно выдыхает.
– Во-первых, мы оба знаем – нет никаких шансов на то, что тебе и в самом деле интересна Джессика или любая другая приличная девушка, если уж на то пошло. Ты постоянно повторял, что никогда не женишься и у тебя не будет семьи, потому что брак твоих родителей был полной лажей.
Я сглатываю ком размером с шайбу.
– Верно. Я знаю. Я просто… не обращай внимания.
– Во-вторых, – продолжает он. – Это усложнит между нами слишком много всего. Ты действительно хочешь рискнуть этим?
Я стискиваю кулаки и киваю.
– Нет, и ты прав. Я понимаю. Правда.
Брайс фыркает, бормоча что-то себе под нос, и уходит.
Черт подери, это было ужасно.