Часть 39: Побудь рядом.
Ребята, хочу сообщить вам что у меня появился телеграмм канал:
тгк: госпожа писатель.
ссылка: https://t.me/ffdlyatebyaa
Там вы будете сразу видеть все новости о данном фанфике, спойлеры, и не только.
Очень люблю вас, и надеюсь что вы останетесь со мной до конца данной истории! 🫶🏻
~~~
Он стоял у двери, слегка наклонив голову, будто терпеливо и одновременно настороженно ожидая, когда я наконец, решусь войти. Я замерла на месте, несколько секунд молчала, стараясь собраться с мыслями, а потом, наконец, сделав глубокий вдох, осторожно переступила порог.
Квартира встретила полумраком, приглушённым светом, который пробивался сквозь пыльное окно от уличного фонаря. На столе стояли пепельница с недокуренной сигаретой, зажигалка, пустая кружка и аккуратно сложенный блокнот. Всё это казалось до боли знакомым, будто вернуться сюда, значит снова окунуться в прошлое, где всё было так же и одновременно совсем иначе.
Он тихо закрыл за мной дверь, повесил куртку на крючок и, не спеша, направился в комнату, оставляя меня наедине с этим тихим и одновременно тревожным уютом.
— Садись, — сказал тихо, даже не глядя.
Я не стала спорить, просто опустилась на диван, ощущая тяжесть в груди и лёгкое напряжение в плечах. Он какое-то время стоял у окна, опершись рукой на раму, закурил и медленно затянулся, отдавая дыму лёгкий хрипящий звук, словно сама тишина квартиры проглотила этот момент. Потом он плавно повернулся, и его взгляд устремился прямо на меня, холодный и одновременно внимательный, будто пытался прочесть каждую мою мысль.
— Ты хоть понимаешь что творишь? — голос был ровный, но в нём сквозила усталость. — Я, блять, пытался всё забыть. Просто не трогать. А ты приходишь снова, и устраиваешь сцены.
Я замерла, слыша в его голосе холод и усталость, будто каждая фраза резала воздух. Слова висели между нами, тяжёлые, вязкие, и я понимала, что здесь уже не помогут никакие оправдания.
— Я не хотела устраивать сцены, Кис, — тихо повторила я, едва сдерживая дрожь в голосе, — я просто устала. Я просто хотела всё объяснить.
Он усмехнулся коротко, почти насмешливо, но без капли радости.
— Объяснить? — прохрипел он, будто мне самой не следовало этого даже пытаться. — Ты думаешь слова могут что-то изменить?
— Иногда, да.
— Не в нашем случае, Алин.
Он опустился напротив, медленно уселся, согнул локти, облокотился на колени, а взгляд его оказался словно каменным — тяжёлым, острым, сверлящим, и в то же время странно тихим, как будто он пытался удержать весь мир внутри одного взгляда, заглянуть в меня и понять всё без слов.
— Ты думаешь я не хотел прийти сам? Хотел. Но каждый раз, когда вспоминал как ты на меня посмотрела в тот вечер, всё внутри переворачивалось.
— Я знаю, — тихо сказала я. — Я виновата.
— Да не в этом дело, — он мотнул головой. — Я знал что ты врёшь. Знал, когда ты говорила, что тебе всё равно. Знал, но всё равно поверил. А теперь даже не понимаю, что из этого правда.
Я подняла глаза.
— Правда то, что я люблю тебя. Всё остальное, моя ошибка.
— Поздно ты это говоришь. — Он медленно выдохнул, и потёр лицо ладонью.
— Может быть. Но я хотя-бы теперь не молчу.
Между нами повисла тишина. Только слышно было, как где-то на улице проехала машина, и свет фар на секунду скользнул по его лицу.
Он погасил сигарету, наклонился ближе, и посмотрел мне прямо в глаза.
— Если я сейчас тебе поверю, ты опять исчезнешь? Или опять сделаешь глупость?
— Нет.
— Уверена?
— Да, я больше не допущу такую ошибку.
Он смотрел ещё пару секунд, потом тяжело выдохнул и откинулся назад, будто сдался.
— Тогда, может хоть в этот раз без истерик, — сказал устало. — Просто сядь. Побудь рядом.
Я кивнула, и впервые за весь вечер просто села ближе.
Мы молча сели рядом. Он положил руку мне на плечо, потом притянул ближе, и я уткнулась ему в грудь. Его запах, этот знакомый шампунь, запах сигарет и холода. Он мгновенно вернул то чувство спокойствия, которое я не ощущала уже давно. Сердце всё ещё билось неровно, но внутри постепенно становилось тише.
Некоторое время мы просто сидели так, не говоря ни слова. Он машинально проводил ладонью по моим волосам, будто пытался разобраться в мыслях.
А потом тихо сказал:
— Слушай. Если ещё раз что-то случится... — он сделал паузу, глядя куда-то в сторону, — не делай ничего сама. Поняла? Сначала мне скажешь.
Я подняла голову, и посмотрела на него.
— Хорошо.
— Не «хорошо», — он нахмурился, но без злости. — Обещай. Без самодеятельности, без этих «я сама справлюсь». Мы либо вместе, либо никак.
— Обещаю, — сказала я, чувствуя, как будто камень с души сдвинулся хоть на миллиметр.
Он выдохнул, чуть расслабившись.
— Я просто не хочу опять открывать дверь, и узнавать что ты хочешь слить меня. Поняла?
— Поняла. — Я кивнула, и не сдержавшись, чуть сильнее прижалась к нему. — Больше не буду.
Он кивнул, провёл рукой по моему затылку и какое-то время молчал. Потом сказал уже спокойнее:
— Ладно, теперь давай думать, что делать с Хэнкиным.
— Я тоже об этом думала, — тихо ответила я. — Если он действительно слышал всё от Бори, то всё может быть серьёзно.
— Вот поэтому и нужно аккуратнее, — сказал Киса, глядя на меня внимательно. — При нём никаких лишних слов. И вообще держись от него подальше, поняла?
— Конечно.
Он затянулся, выдохнул дым в сторону и добавил:
— И на людях, — сделал короткую паузу, — держим дистанцию.
Я молча кивнула.
— Это правильно, — сказала я, хотя внутри всё сжалось.
Он заметил мою реакцию, и чуть грустно улыбнулся.
— Ничего. Пусть думает, что ты играешь по его правилам. А мы разберёмся. Главное, больше никогда не ври мне.
Я снова кивнула, и он крепче обнял меня.
Тепло от его тела медленно растекалось по коже, стирая остатки страха и злости.
И впервые за долгое время мне стало спокойно по-настоящему.
Он всё ещё держал меня в объятиях, и чем дольше я сидела рядом, тем сильнее чувствовала, как напряжение между нами меняется. Оно уже не было колючим, не раздирало изнутри, наоборот, становилось мягким, тёплым, и почти тихим.
Он провёл ладонью по моим волосам, потом по щеке, и я увидела как в его взгляде злость постепенно гаснет. Вместо неё появилась та самая усталость, которую я всегда в нём замечала, когда он больше не хотел спорить, не хотел воевать, а просто быть рядом.
— Успокойся уже. — сказал он тихо, почти шёпотом.
— Я спокойна. — ответила я, хотя внутри всё переворачивалось.
Он чуть усмехнулся, будто не поверил, и пальцами осторожно коснулся моего подбородка, заставляя посмотреть на него.
Между нами было буквально несколько сантиметров, я чувствовала его дыхание, слышала, как оно сбивается.
На секунду он замер, словно ещё колебался, но потом просто притянул меня ближе и поцеловал.
Никакой спешки, просто тепло смешанное с теми словами, которые мы так и не смогли сказать друг другу.
Я ответила осторожно, будто боялась спугнуть этот момент. Всё что накопилось будто растворялось в этом поцелуе, превращаясь во что-то мягкое, тянущее, и живое.
Он провёл ладонями по моим плечам, потом по спине, и я не сопротивлялась, наоборот, тянулась к нему, чувствуя, как от каждого его прикосновения по телу расходятся мурашки.
Воздух стал густым, а тишина почти звенящей.
Он отстранился всего на секунду, посмотрел мне в глаза, и в его взгляде было всё — и растерянность, и желание, и страх снова потерять.
— Ты уверена? — спросил он негромко.
Я кивнула.
— Да.
Я чувствовала каждое его движение, каждое прикосновение, как будто оно прожигало меня изнутри. Его руки были на мне, его дыхание, и всё это сводило с ума и одновременно успокаивало. Я терялась в ощущениях, в том, как он был близко, так опасно близко, и всё вокруг переставало существовать.
Его губы скользили по моей коже, по шее, по ключицам, дыхание смешивалось с моим. Я ощущала его жар, его напряжение, его решимость, и это сводило меня с ума. Я обвивала его руками, впитывала каждый сантиметр, каждое движение. Мир исчезал, оставались только мы и это странное, горящее напряжение.
Каждое его прикосновение заставляло меня дрожать, каждый взгляд сжигал изнутри. Я слышала его тихое дыхание, чувствовала пульс под рукой. Я хотела быть ближе, хотела почувствовать его, хотела забыться в нём полностью.
И когда мы просто лежали вместе, телами почти слитыми, я понимала, что это не была просто близость. Это не было просто желание. Это было всё, что я хотела сказать словами, всё, что невозможно было выразить. Он был рядом, он был мой, и этот момент стал всем моим миром.
Я прижималась к нему сильнее, тянулась за его руками, за его дыханием. Всё остальное не имело значения. Я забывала про страх, про обиды, про этого чёртового Хэнкина. Сейчас были только он, только мы, и это ощущение, которое невозможно было описать словами.
Я закрывала глаза и впитывала всё: тепло, запах, дыхание, давление его тела. Я знала, что он чувствовал то же самое. И я хотела, чтобы этот момент длился вечно, чтобы всё вокруг исчезло, оставив нас одних в этой жгучей, искренней близости.
И я поняла, что наверное, именно так и должно было быть, без громких слов, без оправданий. Просто мы.
Продолжение следует...