Застрелись, если не любишь.| Киса

Ребята, хочу сообщить вам что у меня появился телеграмм канал:
тгк: госпожа писатель.
ссылка: https://t.me/ffdlyatebyaa

Там вы будете сразу видеть все новости о данном фанфике, спойлеры, и не только.
Очень люблю вас, и надеюсь что вы останетесь со мной до конца данной истории! 🫶🏻

~~~

Сегодня был выходной, и редкая тишина в квартире будто специально звала меня в дела, до которых всё время руки не доходили. Я включила музыку погромче, открыла окна настежь, и воздух с улицы ворвался внутрь вместе с запахом свежей листвы и чуть приторным дымком от соседей, которые жарили что-то на балконе.

Я двигалась по комнатам с тряпкой и веником, подпевала вполголоса и старалась не думать о том, как внутри всё ещё ноют мысли о Кислове. Пыль летела в лучах солнца, а я злилась на каждую пылинку, будто они виноваты в моей растерянности.

Кухня блестела, полы скрипели от свежей тряпки, когда вдруг сквозь ритм музыки пробился звонок в дверь. Я вздрогнула, выключила музыку и бросила тряпку в ведро.

— Кто там ещё? — пробормотала себе под нос, вытирая ладони о джинсы.

Когда я открыла, сердце неприятно кольнуло, на пороге снова стоял отец Хэнка. Взгляд тяжёлый, лицо хмурое, будто он пришёл сюда не в гости, а с обыском.

— Ну здравствуй, — сказал он сухо, даже не подумав улыбнуться.

Я на секунду замялась, но всё же отступила назад. Он прошёл так нагло, будто эта квартира принадлежала ему.

Снял кепку, повесил её на крючок и уверенно зашагал на кухню. Я шла следом, пытаясь придумать хоть что-то, что поставило бы границу, но видимо все возможные границы он уже пересёк.

На кухне он уселся за стол, рассеянно постучал пальцами по клеёнке и огляделся, как хозяин.

— Мама дома? — спросил он, хотя прекрасно понимал что нет.

— Нет, — ответила я сухо.

— То-то и видно. У тебя тут порядок, — кивнул он, но в голосе не было похвалы.

Я встала у двери, скрестив руки на груди.

— Вы зачем пришли?

Он посмотрел прямо в глаза, и от этого взгляда у меня внутри стало холодно.

— Поговорить надо, Алина. Серьёзный разговор, не для лишних ушей.

Он откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и посмотрел на меня так, будто видел насквозь.

— Ты, Алина, с каждым днём зарываешь себя всё больше и больше.

Я нахмурилась, пытаясь уловить смысл.

— Что значит «зарываю»? — переспросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри будто холодной водой окатило.

Он помолчал пару секунд, словно проверяя мою реакцию, и потом медленно выдохнул.

— Я, знаешь ли, я извинится хочу. В прошлый раз сорвался, пришёл сюда, начал обвинять тебя, когда ты и правда ничего не знала про дуэли. Погорячился, признаю. — на его лице скользнула улыбка. — Но сейчас дела обстоят иначе, теперь я уже точно знаю, что ты уже замешана в этом по самые уши. И не делай вид, что не понимаешь о чём идёт речь.

Эти слова ударили так, будто сердце на секунду остановилось. Я машинально зацепилась пальцами за край дверного косяка, чтобы не выдать дрожь.

— Я не понимаю, — ответила я упрямо, сжав губы. — Если вы опять пришли бросаться в меня обвинениями, то я думаю вам лучше сейчас же уйти.

Я старалась держать спину прямо и голос твёрдым, но внутри меня всё сжалось в тугой узел. Мне было страшно, и он это прекрасно чувствовал.

Он наклонился вперёд, локти упёрлись в стол, и комната словно напряглась вместе с ним. Его взгляд был сосредоточенным, и я почувствовала как всё сжалось когда он продолжил.

— Смысла врать нет, девочка моя, — сказал он тихо, но каждое слово звучало твёрдо. — Боря мне всё уже рассказал.

Услышанное оказалось ещё хуже чем я могла ожидать. В голове сначала возник шок, потом лёгкий нервный смех, который сразу сменился горечью.

— Что?.. — выдавила я, не сразу понимая как слова вышли наружу. — В любом случае, я не знаю что вам наплёл Боря, но никто никого не убивал.

Он же и не торопился отвечать. Хэнкин наклонил голову, внимательно изучая меня, будто планируя свои дальнейшие шаги. В его лице не было ни сожаления, ни удовольствия, только уверенность в том, что он держит ситуацию под контролем.

— Не думай, Алина, — сказал он наконец, — что я какой то зверь. Твою мать я уважаю, и тебя клеветать не стану. Но ты связалась с Кисловым, и этом сама же зарываешь себя в грязь, понимаешь?

Его слова были спокойными, но твёрдыми. Я сжала пальцы в кулак, чтобы не показать дрожь. Сквозь окно в комнату дул ветер с запахами двора, но в воздухе между нами было напряжение, которое нельзя было игнорировать.

Я старалась держать лицо ровным и говорить спокойно, но внутри всё противилось.

— К чему вы клоните? — спросила я, потому что понимание казалось зыбким и я не хотела терять контроль раньше времени.

Он усмехнулся коротко, без тёплого оттенка. Это была усмешка человека который уверен в своём результате.

— Пока что у меня прямых доказательств нет, кроме слов моего сына, — сказал он тихо. — Но они появятся, и очень скоро. Поверь мне, я этого добьюсь. Но я ещё подумаю, нужно ли мне это, или нет. Но в таком случае от тебя требуется только одно.. разорвать все связи с Кисловым полностью, и без оговорок.

Слова ударили точно и ясно. Мир, в котором я спокойно занималась своими делами, внезапно перестал быть привычным. Лицо вспыхнуло, и я поняла что это не просто страх, это страх с оттенком раздражения за то что кто-то решает за меня.

— А если я не сделаю этого? — спросила я, стараясь не дрогнуть голосом, ведь страх был сильнее дерзости.

Он улыбнулся, но улыбка была холодной и хищной.

— Тогда, Алина, — сказал он спокойно, будто излагал план, — я лично засажу за решётку этого Кислова. Мне это не составит труда, и я не буду церемониться. И заодно расскажу всё Софье Павловне. Какая бы она ни была понимающая, узнавать о том что её дочь связалась с убийствами, приятного принесёт мало. Понимаешь о чём я говорю?

Он произнёс последние слова медленно, акцентируя внимание на каждой угрозе. В комнате воцарилось молчание. Слышно было обычные шумы с улицы, но они будто растворились в напряжении.

Я отступила на шаг, стараясь не смотреть ему в глаза. Мой разум искал выход, но внутри возник другой вопрос, что для меня сейчас важнее? Спокойствие матери и свобода дорогого мне человека, или мои личные желания? Я чувствовала что подвести нельзя ни Ваню, ни собственную мать.

— Если я сделаю, как вы скажете, Кислову будет что-то угрожать? — прошептала я.

Он встал медленно, без спешки.

— Если всё сделаешь правильно, дело замнут, и никому ничего не будет угрожать.

— А какая вам выгода? Почему именно я должна разорвать связи , именно с Кисловым?

— Это для твоего же блага и для спокойствия твоей матери, которую я.. чрезмерно уважаю.

Я молча проводила его к выходу, обдумывая как поступить дальше.

— Подумай, — сказал он на прощание. — И лучше тебе сделать правильный выбор.

Едва он повернулся к двери, как снова зазвонил домофон. Я выглянула в глазок и увидела Кислова.

— Чёрт, чёрт, чёрт, — засуетилась я, толкая Хэнкина обратно на кухню. — Прошу, сделайте вид что вас тут нет!

Он посмотрел на меня недоумённо.

— Дайте мне пару минут, прошу.. — попросила я, и закрыв дверь на кухню, побежала к Кисе.

— Привет, а ты чего тут? — спросила я, пытаясь держать натянутую улыбку.

— Захотелось тебя увидеть. — он сделал шаг ближе, но я тут же его остановила. — Ты чего? Что-то не так? Я могу уйти если надо.

Сердце за стучало быстрее, но разум уже сделал правильный для всех выбор. Да, так будет лучше для всех..

— Кис, помнишь я сказала тебе что подумаю? — и посмотрела ему в глаза, которые тут же наполнились надеждой и нежностью.

— Помню, ты уже согласна? Я так и знал что ты долго упрямиться не будешь. —заулыбался он.

— Нет.. Я подумала, и решила что будет лучше если мы вообще не будем общаться. Извини что дала тебе ложную надежду, но я тебя не люблю, а то что ты там чувствуешь, меня не сильно волнует, прости.

— Ты чё несёшь? Ты же сейчас шутишь?

— Нет, я не шучу, Кис, — я сделала шаг назад. — Уходи пожалуйста, и не трать моё время.

Он посмотрел на меня такими глазами, что мое сердце разрывалось на куски. В них читалась смесь разочарования, боли, злости и обиды.

— Знаешь что.. пошла ты нахуй. — закричал он. — Приехала вся из себя, прыгнула под меня, нервы трепала. То хочу, то не хочу, то могу, то не могу, дурака из меня делаешь. Да ты же сама, блять, всё это начала, а сейчас заднюю даешь. — он вылетел из квартиры, и перед уходом лишь крикнул, — Не приближайся ко мне, хоть шаг в мою сторону еще раз сделаешь, и я клянусь, я убью тебя!

Дверь захлопнулась, и я опустилась на колени, словно мир подо мной разлетелся на куски. Слёзы сами катились по щекам, горькие и бесконтрольные, смешиваясь с комом в груди. Было невыносимо тяжело врать ему, и смотреть на пустоту которую я ощущала между нами, и понимать что для него я стала ничем, просто пустым местом в которое он больше не сможет вложить ни доверия, ни надежды.

Сердце сжималось с каждым вдохом, дыхание дрожало, а в ушах звенела тишина, куда не долетал ни один звук из внешнего мира. Я сидела на полу, чувствуя, как внутри всё ломается, и понимала что то, что между нами только начало зарождаться по настоящему, теперь ускользнуло навсегда.

Наконец, Хэнкин вышел из кухни, и посмотрев на меня абсолютно равнодушным взглядом сказал:

— Ты сделала правильный выбор. Всего хорошего.

Он вышел так же бесцеремонно как и вошёл, оставив меня сидеть на полу, с ощущением что мир сдвинулся

Продолжение следует..