Часть 8: Щелчок.
Я выдохнула, выключая воду. Горячий пар мягко оседал на коже, волосы тяжело липли к плечам, а в воздухе висел запах фруктового геля для душа. Где-то за стеной музыка гремела так, что в ванной дрожали баночки, и я вдруг поняла, что за те двадцать минут, пока я отмокала под струями, тусовка успела перейти на новый уровень шума.
Рита постучала и протянула мне полотенце, за что я была ей искренне благодарна. Я обмоталась полотенцем, которое едва закрывало ягодицы, и на автомате начала расчесывать волосы. Хотелось уже поскорее переодеться и влиться в веселье, но вдруг за спиной щёлкнул замок.
Щелчок был резким и совсем не в тему.
— Занято! — я громко сказала, подходя к двери и толкая её обратно, прижимая всем своим весом.
С той стороны тоже был напор. Чужая ладонь врезалась в дверь, толчок стал сильнее, и вдруг дверь распахнулась так, будто я вообще не сопротивлялась.
В проёме появился незнакомый парень. Высокий, плечистый, с холодной, почти хищной уверенностью в осанке. Волосы аккуратно уложены, на нём была тёмная куртка и дорогие ботинки, не вяжущиеся с хаотичной атмосферой. Взгляд был липкий, неприятный, оценивающий, с той самой ноткой самодовольства, от которой внутри сразу замирает.
Он шагнул внутрь, закрыл за собой дверь, и сделал пару медленных шагов ко мне.
— Приветик, познакомимся? — губы его растянулись в странной, совсем не доброй улыбке.
— Серьёзно? Сейчас? — я нахмурилась и чуть сильнее запахнула полотенце. — Тебе не кажется, что момент не очень подходящий?
— А мне нравится — ответил он без малейшей тени смущения.
Его взгляд скользнул по моему телу так, что по спине пробежали мурашки. Я сделала шаг назад к вешалке с одеждой.
— Выйди, пожалуйста. Мне нужно одеться.
Но вместо того чтобы уйти, он быстро пересёк расстояние, схватил меня за руку и резко притянул к себе. Его другая ладонь легла мне на поясницу, а пальцы уже дёрнули за край полотенца. Я вцепилась в ткань, держала изо всех сил, чувствуя, как в груди всё стягивает от паники.
— Да отъебись же! — крикнула я, но он зажал мне рот и толкнул к стене.
— Тише... — он говорил тихо, но в этом шёпоте была мерзкая усмешка. — Зачем сопротивляешься? Любишь по жёсткому, да?
Он скользнул губами по моей щеке, и в этот момент внутри всё рвануло. Страх смешался с яростью, и я начала судорожно искать глазами, чем можно ударить. Но шансов почти не было — он держал меня крепко.
Музыка за дверью гремела, но мне вдруг показалось, что я услышала чьи-то шаги. Это дало мне толчок и я резко подалась вперёд и со всей силы ударила его лбом в нос.
Он застонал, отшатнулся, хватаясь за переносицу, и я, пользуясь моментом, сорвалась с места.
— РИТА! ПОМОГИТЕ! — я закричала так, что сама удивилась силе своего голоса.
Но он снова схватил меня и сжал рот ладонью.
— Сука... сказал же — не брыкайся, — прошипел он мне в ухо, но на этот раз его голос дрогнул.
Но видимо удача была на моей стороне. Дверь ванной распахнулась. На пороге стояли Рита, Киса и Хэнк, держа в руках по банке пива. Лица застыли — у Риты испуг и растерянность, у Хэнка напряжение, а у Вани... у него в глазах был ледяной, тяжёлый гнев.
— Рита... мать твою... — он сказал тихо, но через секунду голос взорвался. — И это ты мне втирала, что Рауль нормальный?!
Рита побледнела и отступила в сторону.
Рауль вдруг усмехнулся и, не сводя с меня глаз, сказал полушёпотом, но так, чтобы все слышали:
— Упс... говорил же — не брыкайся.
Щелчок бьющегося стекла пронзил воздух. Ваня ударил бутылкой об угол стены, и от неё остался острый, опасный осколок.
— Киса... — попытался остановить его Хэнк, но Гена вытянул перед ним руку.
— Пусть.
Ваня шагнул вперёд медленно, но в его спокойствии было что-то угрожающее.
— Отпусти её и съебывай отсюда, — его голос был хриплым и низким.
Рауль толкнул меня в сторону, словно сбрасывал с себя ненужный груз. И в ту же секунду Киса сорвался.
Он влетел в него как разъярённый зверь, даже не целясь, просто бил куда попадёт. Первый удар пришёлся в челюсть, сразу за ним в висок, потом в живот. Кулаки летели без перерыва, дыхание у него сбилось, но он будто этого не замечал. Каждый его замах был с таким весом, что от ударов глухо звенели стены.
Рауль пошатнулся, попытался прикрыться, но Киса сбил его с ног и продолжил. Он рванул его за воротник, впечатал спиной в стену и ударил коленом в голову. Лицо Вани в этот момент было искажено так, что я не могла понять, где в нём человек, а где чистая ярость.
Рауль сполз, но Киса не остановился — он снова навалился, прижимая его уже к полу, и бил, пока руки не потяжелели.
— Всё! Хватит! — Мел кричал, но голос тонул в грохоте сердца и моём дыхании. Его держали Гена и Хэнк, но он рвался, будто хотел добить.
Кое-как вытащив из под Кисы, Рауля выволокли в подъезд, бросили, а дверь захлопнули. Киса стоял, тяжело дыша, кулаки всё ещё сжаты, взгляд стеклянный.
Я смотрела на него и впервые видела настолько злым, будто весь мир в этот момент сжался для него до одного человека, которого нужно уничтожить. И это было страшно... и одновременно безопасно.
Теперь я понимала, что это и был тот самый Рауль, которого Киса не хотел видеть, и причины этого больше не требовали объяснений.
Он вернулся в гостиную, но уже не веселился.
Я, переодевшись, осталась в комнате с Ритой. Она сидела, опустив голову, пальцы нервно теребили край одеяла.
— Я... я не знала, что он... — её голос дрогнул. — Он всегда со мной был нормальный, я... прости.
— Всё нормально, Рит, — я тихо ответила, хотя внутри ещё колотилось. — Ты не можешь отвечать за каждого придурка, который заходит на вечеринку. Пойдём, мне нужно ещё с Кисой поговорить.
Она подняла глаза, и в них была такая вина, что мне стало даже неловко.
— Ты могла... ну, серьёзно пострадать, — сказала она, почти шёпотом.
— Но не пострадала, — я пожала плечами. — И знаешь, я не из тех кто потом лежит и жалеет себя просто потому что «испугалась». Всё закончилось, и я рада, что никто не пострадал. — Я машинально улыбаюсь. — Ну кроме Рауля.
Когда она кивнула, я вдруг поняла, что адреналин медленно спадает, оставляя после себя спокойствие. В груди было ощущение, что меня кто-то выжал, а в голове всё ещё стоял взгляд Кисы — злой, безумный, но в тот момент направленный на того, кто действительно этого заслуживал.
Продолжение следует...