☤
"И самое лучшее лекарство не поможет больному, если он отказывается его принять".
— Марго, милая, ты опоздаешь в школу.
Бабушка подымалась по лестнице. Ей было тяжело, дыхание сильно сбилось. Она придерживалась рукой перил и с трудом шагала по ступенькам. Она долго не ходила на второй этаж. Здоровье не позволяло. Но в этот раз что-то случилось. И бабулю это насторожило.
Старушка оказалась возле комнаты внучки и решила немного перевести дух, подышать и восстановить дыхание. Постучав и не услышав ответ, она открыла дверь. Девушка лежала на полу и тряслась. Одеяло спало с постели, а простынь вся извожена. Видимо она упала, когда спала.
— О Господи, Марго! — Бабушка помогла подняться внучке, а та еле держалась на ногах и что-то бормотала себе под нос.
Усевшись на кровати, старушка потрогала лоб девушки. Она вся горела. Руки ее были хладны как лед, а состояние ее не предвещало ничего хорошего. Ее трясло, она учащенно дышала – все говорило о лихорадке. Бабушка достала из аптечки градусник и вернулась к Марго измерить температуру. Страшные ее опасения подтвердились. Девушка заболела.
Это случилось за две недели до четырнадцатого февраля. Раньше этот праздник не сильно отличался от обычных дней из ее календаря, но с появлением в ее жизни Люка, она почему-то стала нервничать из-за этого особого дня. Возможно, она хотела, чтобы ее тоже поздравили в этот день, как это обычно происходит у всех влюбленных.
Но кто говорил, что Люк влюблен в Марго, а она в него?
Первые дни температура держалась высокая. Бабушка бегала по дому, доставая из всех аптечек, что были дома, все жаропонижающие лекарства. Стаканами приносила ей воду. Марго находилась в состоянии делирии. Сознание было спутанно. Ей мерещился отец первое время, потом уже поплыли неосознанные бредовые иллюзии, галлюцинации.
Редко по ночам она кричала, ей все казалось, что кто-то душит ее. Желает ее смерти, хотя такого в действительности не было. Иногда у нее были состояния эйфории. Жуткие головные боли не позволяли ей ступить и шагу. Она совсем перестала питаться.
Сколько бабушка не уговаривала ее поесть, внучка все отворачивалась от пищи и пила только воду. Где-то в конце первой недели ей стало лучше, потому что бабуля насильно заставляла ее поесть, впихивала в нее геркулесовую кашу. Это помогло, но ее ждало огромное разочарование. Бабушка желала объяснений. Столь недавно, сколь Марго заболела, старушка узнала о внучке весьма неприятные вещи.
Например, что она курит.
Девушка сидела на постели, облокотившись спиной о спинку кровати. Она смотрела на противоположную стену и тихо ждала, когда бабушка заговорит. В ее взгляде была пустота. Некий блеск в ее глазах, искра исчезла; болезнь испортила ее.
— Я понимаю, что ты пережила уход матери, смерть отца. Поверь, мне тоже было нелегко. Но пожалей и ты меня. Подумай, что будет со мной, если ты умрешь от дряни, которую куришь. Никому не будет легче от этого. Она же разъедает тебя изнутри. Ты просто этого не видишь, Марго.
Девушка нахмурилась. Потянувшись к подушке, девушка не нашла пачки сигарет и зажигалки. Видимо, старушка заметила курящую Марго, когда та пыталась расслабиться. Она впервые взглянула на бабушку, которая была вся измотана. Долгие бессонные ночи, проведенные у постели внучки плохо отразились на ее состоянии.
— Не это ли ищешь? — Бабуля положила коробочку на прикроватную тумбочку, а затем вытащила зажигалку.
— Как ты узнала? — Девушка хотела забрать вещи, принадлежавшие ей, но не шевелилась. Во взгляде бабули читалось удивление. Но она так ничего и не ответила. Она лишь тихо качала головой и повторяла, какую ошибку совершила ее любимая Марго.
В ту ночь, девушке снова стало плохо. Температура на градуснике показывала высокую и не очень хорошую цифру. Вызывали врачей. Сбить жар удалось. Бабушка впервые смогла спокойно поспать.
Во сне, в бреду Марго все повторяла имя Люка. Звала его, возможно, где-то внутри она хотела, чтобы он пришел и побыл рядом с ней. Чтобы посидел возле ее кровати и подержал за холодную ладонь, поглаживая по костяшкам, рассказывая очередную лекцию о вреде курения.
Индиго несколько раз подменяла бабулю и сидела рядом с Марго, когда та, отвернувшись к стене, пыталась игнорировать весь мир. Болезнь сделала ее холодной, она утратила всю веру в выздоровление, иногда бормотала, что хочет умереть. Что нет никакой надежды на дальнейшую здоровую и долгую жизнь.
— Может стоит позвонить ему? — Индиго сидела с бабулей Марго на кухне, помешивая сахар в чае.
— Думаешь, это поможет? — засомневалась старушка.
— Люк будет на подобии лекарства. Рядом с ним она захочет снова жить. И принимая ежедневную порцию лекарств, будет направлять себя на выздоровление. Организм получит тону оптимизма и препаратов, и у нее будет стремление жить дальше. Вы не успеете заметить, как она расцветёт на ваших глазах, словно бутон алой розы.
Узнав, что возлюбленная девушка сильно больна, Люк навестил ее сразу после того, как ему позвонила Индиго с просьбой приехать к заболевшей Марго. Он купил килограмм мандарин, и принес ей цветы. Было четырнадцатое февраля. Марго совсем и забыла про этот день. Она и сама кое-что приготовила Люку, но из-за плохого состояния здоровья ее планы рассыпались словно осколки разбитого стекла.
Он присел напротив ее кровати, положив почищенные мандаринки на прикроватный столик, а букет цветов поставив в вазу и на подоконник. Он посчитал, что ее комната довольно-таки неярка, а красивый букет алых роз украшали помещение. Это был бы прекрасный подарок для Марго.
Он осторожно взял ее ладонь. Она была такая холодная, что мурашки пробежали по его руке. Кожа была ее бледная-бледная, казалось, что она и неживая. Он признавал ту вещь, что она ему нравится, но еще возможно, что он был влюблен в нее. Был влюблен в нее с самой первой встречи.
Она несильно сжала его ладонь. Он почувствовал это. А после она распахнула глаза и увидела Люка. Марго впервые улыбнулась за то время, что болела.
— Люк, — хриплым голосом еле проговорила девушка.
— Т-ш, все хорошо. Я рядом. — Он гладил ее по костяшкам рук, что успокаивало ее. На мгновение она забыла о том, что болеет. Она закрыла глаза и снова провалилась в царство Морфея, но теперь ей больше не снились кошмары.
Девушке безумно понравился подарок от юноши, а она, вспомнив что для него ее подарок не был готов, поцеловала того в щечку, посчитав это благодарностью и маленьким сюрпризом для Люка. Юноша же был на седьмом небе от счастья.
За неделю Марго стало лучше. Она начала нормально питаться, поправилась и больше не походила на скелет, температура стала чуть ниже, озноб прошел и ей больше не приходилось просыпаться ночью. Люк дежурил возле ее постели каждый день. Он, словно робот, не уставал, всегда улыбался, был рядом с ней.
Марго проснулась в полдень. Она еще неважно себя чувствовала. Неведомая сила заставила девушку сесть на кровати, а после она коснулась холодного пола стопами. Она поднялась с кровати впервые за время болезни. Ее мучила жажда, но что-то еще, тянуло ее вниз. Она хотела увидеть Люка.
Медленно спускаясь по лестнице, она услышала доносившиеся снизу голоса юноши и родной бабушки. Девушку качало в разные стороны, но придерживаясь перил, ей удалось спуститься. Она не хотела, чтобы Люк ушел, а она не попрощалась с ним.
Услышав, что девушка вошла на кухню, бабушка перевела взгляд на внучку, а Люк развернулся в сторону Марго. Она обняла юношу. Люк обвил руками ее талию, прижимая к себе. На девушке была рубашка, которая была ей огромной и длиной, доходила до середины бедра.
— Спасибо. — Тихо шепнула она ему на ухо и еще крепче обняла его.