Игры диких псов: жажда крови

Гул толпы и чересчур энергичный трёп ведущего доносились из мощных колонок, распространяя по комнате феерию чувств людей от долгожданной игры. Все пятеро правящих молча сидели в массивных кожаных креслах и, казалось, вовсе без интереса смотрели на происходящее через большой экран, расположившийся во всю дальнюю стену. Небольшие столики с напитками и лёгкими закусками стояли по левую руку от каждого высшего, но из присутствующих никто не удостоил их должным вниманием. Просторная зона была отделана в серых тонах, дабы не отвлекать внимание зрителей ни на что другое, и только кресла, выделанные чёрной кожей, выделялись из общей цветовой гармонии, будто кляксы на листе бумаги. Потонувшая в полумраке, где единственным скудным источником света являлся большой экран с синеватым отсветом, комната навевала меланхолию своим сдержанным видом.

Зереф сидел по правую сторону от Джудо и наслаждался представлением. Крики отчаяния перемешались с рёвом зрителей, дурацкими комментариями говорливого комментатора и людской жаждой крови. Улыбка Драгнила медленно расцвела в тот момент, когда Нацу пришёл на помощь Хартфилии и быстрыми, отточенными до автоматизма движениями обездвижил противников. Зереф, разместившись в кресле поудобнее и закинув одну ногу на другую, хмыкнул, подперев подбородок рукой. Все четверо проигнорировали его странный жест и неотрывно смотрели на фигуру в чёрном плаще. Мгновение — и парень на экране загорелся, поджаривая своих оппонентов заживо. Под крики боли участников чёрный плащ бойца медленно сгорал. Красные языки мощного пламени нещадно сжигали тёмную ткань, раскрывая личность участника, которую тот до этого момента скрывал. На пару секунд в комнате повисла тишина. Комментатор замолчал от удивления, а зрители не были готовы к такому повороту.

«Так быстро раскрыл перед врагами свой главный козырь, похоже, Нацу действительно зол,» — весело заметил про себя Зереф.

— Неужели! — сбросив оцепенение, заверещал комментатор. Арена тут же встрепенулась, все зрители замерли от неожиданности.

— Просунул своего крысеныша, — подпирая щеку ладонью, скучающе пробасил Джудо.

— Этот крысеныш спас Вашу ненаглядную дочь, — продолжал ухмыляться адмирал.

— Еще один представитель высших оказался на арене! Быть такого не может! Вот такого поворота не ожидал никто! — Бился в экстазе комментатор. — Да не просто высший, а сам командир авангардного войска Фиора!

— Что за игру ты затеял, Зереф? — Все же Хартфилий удостоил его своим вниманием.

— А это уже не Ваша забота, господин Джудо, — беззлобно усмехнулся тот, смотря на экран. Мужчина лишь неразборчиво хмыкнул и продолжил всматриваться в растерянное лицо дочери.

— Клеймённый, — не спрашивала, а утверждала Локсар. – Надо же, слухи были верны. Это такая редкость.

— Вот как, значит, слава о нём идёт впереди него самого, — беззлобно рассмеялся Драгнил, глядя на обеспокоенное лицо юной наследницы. — В этом весь Нацу.

— Ему всего двадцать два, а он уже командир авангардного войска целой страны. Не думаю, что это благодаря связям, — пробасил Джура, пряча свои руки в рукавах белого кимоно. — После него остаются выжженные поля и реки крови. Талантливый парнишка. Силой и умом не обделён, это очевидный факт.

— Что вы, перехвалите же, — продолжал тихо смеяться Зереф.

— Грязно играешь, — вставил свои пять копеек Жозе, - он является живым оружием, исход игры был бы очевиден, если бы мы были глупцами, которые посылают обычных слуг на шоу. Но каким бы сильным он ни был, он всё ещё человек, а значит имеет слабые места и в любой момент может допустить ошибку. Надеюсь, ты попрощался с ним как следует, потому что живым он отсюда не выберется.

- Мой братишка никому не проиграет, — смотря прямо в глаза Порла, едва заметно улыбнулся старший Драгнил.

- Ах ты дерзкий щенок, — начал закипать мужчина, видя, с какой снисходительностью смотрит на него адмирал.

- Успокойся, Жозе, — коротко бросил Хартфилий. — Не начинай скандалить снова. Он только этого и добивается.

- Да я! Да он! Да я его! — вскочив на ноги, покраснел от гнева один из правящих.

- Эх, молодость, — со смешком проговорил Макаров, глядя на пыхтящего Жозе. — Зереф, ни для кого не секрет, что у тебя братский комплекс. Ты чуть ли не пылинки сдуваешь с младшенького, так что же заставило тебя так поступить?

Все находившиеся в комнате резко замолчали, даже яростно пыхтевший Жозе посмотрел в сторону радушно улыбавшегося старика. Лишь вой комментатора не давал заполнить помещение звенящей тишиной. Слова Дреяра ничуть не удивили Драгнила. Он знал, чего ожидать от каждого из находившихся в комнате. Вспыльчивый Жозе, бесстрастный Джудо, проницательная не по годам Джувия, рассудительный Джура и умный Макаров. Все они — пять правящих семей, которые поддерживали порядок в мире и жёстоко карали нарушителей. С ними игра становилась в разы интересней.

Зереф посмотрел в глаза старика, не моргая. Легкая улыбка, не сходившая с лица мужчины, никак не отражала его внутреннее состояние. Если и говорят, что глаза – зеркало души, то про Драгнила можно было сказать, что у него её нет. Тёмные как смоль глаза не отражали ничего. Лишь тягучее чувство опасности исходило от ауры этого человека. Всегда мягко улыбавшийся, спокойный и учтивый – он никогда не раскрывал другим свои настоящие намерения. Такие люди как Зереф пугали своей холодной идеальностью и искусственной покорностью перед системой.

— Что вы, я просто решил кое-что изменить. Постоянство так наскучивает, да и проверить младшенького никогда не помешает. Если он настолько слаб, что умрёт в развлекательном шоу, то не имеет права быть командиром авангардного войска, – неотрывно смотря в глаза Макарову, который медленно отпивал зелёный чай из своей кружки, продолжал Драгнил.

— Жестко, — отворачиваясь к экрану, проговорила Локсар. — Он же ваш брат.

— Жалеют только слабаков. — Джувия невольно поежилась от того, насколько холодно это прозвучало. Казалось, что даже сам Зереф удивился своему тону.

— Ты мог бы занять одно из мест в пятерке правящих, но отказался, оставшись всего лишь адмиралом армии, — зло сверкая глазами, но уже успокоившись, сказал Порла. — И стоило ли это убийства своих родителей?

— У Вас, господин Порла, есть неоспоримые доказательства того, что именно я убил собственных родителей? — холодно и безразлично смотря на едкую ухмылку мужчины, спокойно продолжил Драгнил.

— Это и так всем очевидно. — Зереф встал и медленно направился к выходу под внимательными взглядами присутствующих. — Что ты, что твой ненаглядный приемыш — чудовища, кото...

Рядом с запястьем мужчины на подлокотник легла бледная ладонь Драгнила. Склонившись над Жозе так, что их глаза оказались на одном уровне, Зереф легко улыбнулся и, наклонившись к самому ухо мужчины, тихо засмеялся.

— Предоставьте доказательства, и я с удовольствием приму наказание от Вас, уважаемый Жозе. А до тех пор искренне вам не рекомендую дразнить чудовище, которое способно в миг дотянуться до Вашего горла и вскрыть глотку в любой момент. — Что-то демоническое было во взгляде Зерефа, когда он отстранялся от Порла, так как мужчина вмиг побелел от ужаса.

- Это угроза? — собравшись с силами, проговорил Жозе прежде, чем адмирал покинул комнату.

- Ну что вы, — приложив палец к губам, улыбнулся Зереф, — всего лишь дружеский совет.

- Ты так и не ответил, — не отвлекаясь от экрана, пробасил Хартфилий. — Что тебе здесь нужно?

- Я всего лишь отвечаю за вашу безопасность на игре, не надо ничего усложнять. – Драгнил одарил мужчину тяжелым взглядом, но продолжил улыбаться. — И именно поэтому меня ждёт работа, которую я должен выполнять. Так что, доброго вам всем дня.

Выйдя из комнаты, Драгнил тут же наткнулся на Инбера. Парень учтиво поклонился и пошёл следом за своим господином. Зереф больше не улыбался, бесстрастное выражение лица и отрешённость в глазах – вот его истинный облик. Улыбка и дружелюбие – лишь способ расположить людей к себе. Дарить им мнимое чувство безопасности рядом с ним и не давать усомниться в его благих намерениях. Именно это и раздражало мужчину больше всего. Люди настолько глупы, что велись на фальшивые улыбки, не обращая внимания на то, что творилось у них под носом. Высшая степень идиотизма.

— Господин Зереф, первый и второй отряд обошли территорию и устранили беспорядки среди толпы зрителей, — поправляя очки, отчитывался парень.

— Хорошо, — кивнул Драгнил, петляя по веренице коридоров. — Ты сделал то, что я просил?

— Да, все приготовления окончены. Сегодня ночью всё начнется, как и планировалось, — сверяясь с ежедневником, проговорил Инбер. — Эти люди Вас не утомили? Не желаете отдохнуть?

— Да, но сначала зайдем ещё в одно место, — уголки губ Зерефа дрогнули, и он усмехнулся. Подчиненный вновь поправил очки и, ничего больше не сказав, последовал за адмиралом.

***

— Тц, ну и проблемная же ты, Люси, — снисходительно проговорил спаситель, протягивая руку, помогая подняться.

Люси невольно поморщилась от солнца, которое ярким палящим диском зависло прямо над его головой. Фиолетово-серая водолазка без рукавов плотно облегала натренированное тело, коричневые ремни опоясывали грудь, а слева примостился серый огнедышащий дракон. Она заинтересованно всматривалась в белый клетчатый шарф на его шее, он привлекал много внимания. Форменные белые штаны, тяжёлые серые ботинки и закреплённый сзади обоюдоострый широкий меч с красной рукоятью и кисточкой на конце. Пф, эта ящерица.

— Я не просила тебя о помощи, Саламандр. — Она отбила его мозолистую ладонь с громким шлепком, поднимаясь самостоятельно.

— О, значит, и такая изнеженная аристократка в восьмом поколении знает о таком скромном работяге, как я? — притворно удивился парень, никак не отреагировав на агрессивный выпад в его сторону.

— Белый клетчатый шарф, водолазка с ящерицей...

— Это дракон! — возмутился Нацу, следуя за ней.

— С ящерицей, — как ни в чём не бывало продолжила Люси и получила в награду обиженный взгляд. — Обоюдоострый меч с алой рукоятью, пропитанной кровью его врагов, и малиновые волосы.

— О, и что это значит, — смотря прямо перед собой и не испытывая особого интереса к сказанным словам, он шёл вперед, закинув руки за голову. Вся его поза говорила о расслабленности, но Хартфилия видела, что он был осторожен. Всё его наигранное спокойствие скрывало напряжение и ожидание действий противников. Настоящий боец.

— Это твой описательный образ из новостей и лайт-новелл твоих поклонниц. — Перехватив рюкзак поудобней, она шла следом за ним. — Но я не знала, что ты ещё носишь кожаные ремни и пижонскую перчатку на левой руке.

— И так благодарят за спасение? Какие вы, аристократки, невоспитанные. Только и умеете романы читать да в окошко смотреть, — зевая, проговорил Нацу. Ох, как он её раздражал.

— Спасибо, что влез не в своё дело и сделал то, о чём тебя не просили, — жмурясь от солнца, продолжала бурчать Хартфилия.

— Вот же злюка, — она невольно заулыбалась от того, насколько невинно и по-детски прозвучало это из уст человека, который на её глазах сжёг заживо двух людей. Стоп. Сжёг. Заживо.

— Откуда ты меня знаешь? — до неё вдруг дошло, что они сейчас находились на смертельно опасной игре, где она шла рука об руку с убийцей, одним из двенадцати командиров армии страны.

— Откуда? — он развернулся к ней лицом и хотел продолжить, как вдруг голос комментатора, как фоновый шум, оборвался.

— Так нельзя! Господин Драгнил, перестаньте! — орал ведущий, на всю округу были слышны крики и шорохи у микрофона.

— Ну и что плохого в том, что я хочу поговорить с братом? — голос адмирала звучал капризно по-детски. — Инбер, разберись.

Шорохи затихли. Было похоже, что тот таинственный Инбер и впрямь разобрался. Обернувшись к Драгнилу, Хартфилия увидела его перекошенное и красное от смущения лицо. Сжав руки в кулаки и прикрыв глаза, он слушал, как его брат прочищал горло и проверял микрофон.

— Раз, два, раз, два, — было похоже, что старший Драгнил просто издевался над младшим. — Нацу, приём. Как слышно?

— Это не игра, господин Зереф! — пиная в летающую камеру камень, закричал красный от смущения и злости Драгнил.

— Да нет же, как раз наоборот, — удивленно проговорил адмирал, зрители притихли, но кое-где были слышны смешки и перешёптывания. — Это и есть игра. «Freedom online» же.

— Чего ты хотел? — отворачиваясь от меня, уже спокойно заговорил парень, устало потирая переносицу.

— Мне стало интересно, как идут дела у моего бойца. — Нацу снова покраснел. Люси показалось, что его уже трясло от гнева. — Будь осторожен и не ломай чужие игрушки, это не хорошо.

— Это не детская песочница, брат! — поняв, что ляпнул, Нацу прикрыл глаза. — Господин Зереф.

— Нацу, — тон голоса резко стал серьезным. — Это приказ.

Парень замолчал и в мгновение перестал кривляться. В его взгляд наполнился ледяной собранностью и серьёзностью. На секунду Хартфилии показалось, что, отбросив всю свою придурковатость и по-детски яркое озорство, он стал выглядеть взрослее. Искусственная расслабленность исчезла, а на её место пришла усталость. Даже черты лица преобразились, стали острее, что ли, придавая ему куда более взрослый вид. Сейчас его холодная аура спокойствия пугала до дрожи в коленках. Это был словно иной человек, а не тот Нацу, что шутил над ней всего пару секунд назад.

— Я сам могу разобраться, — коротко бросил парень и, приняв прежнее расслабленное состояние, закинув руки за голову, снова пошёл вперед, отворачиваясь.

— Удачи, младшенький, — послышался тихий смех, и толпа начала потихоньку оживать. — Не помри здесь.

— Да, да, старик, — лениво отмахнулся Драгнил, уходя вперёд.

— Эй, мне всего-то тридцать восемь!

- А ведёшь меня как старый извращенец, - не удержался Нацу от очередной шпильки в сторону старшего брата.

- К слову, приветствую вас юная Хартфилия, хорошей игры, — обронил напоследок мужчина и затих.

Это что сейчас вообще было?

— Что это сейчас вообще было? — уже вслух озвучила своё недоумение Хартфилия. — Это же был Зереф Драгнил, адмирал армии Фиора?

— Ага, — продолжал Нацу, не оборачиваясь. — Он самый.

— Я думала он куда... серьёзней.

Драгнил остановился и, развернувшись ко мне в пол оборота, улыбнулся. Его лицо выглядело таким усталым, будто он разговаривал с дотошным ребенком. Люси отпрянула от него. Его слишком быстрая смена настроения настораживала и вызывала некий дискомфорт.

— Не всё, что ты видишь перед собой, является истиной. Не дай своим глазам обмануть тебя, — он подошел к ней вплотную и продолжил. — Иногда, чтобы увидеть правду, надо закрыть глаза. Ты такая наивная, не удивлюсь, если ты пришла сюда, не зная истинного смысла игры. Очень странное развлечение для молоденьких аристократок.

Его предвзятое отношение к ней и её происхождению жутко раздражало. За кого он её принимал? Глядя на то, как Драгнил шёл вперед, Хартфилия в итоге не сдержалась. В два шага догнала и схватила его за руку, разворачивая к себе. Он выглядел удивленным, но только внешне. Серо-зелёные глаза выдавали его спокойствие и добродушное расположение духа. Разве могут быть у безжалостных убийц такие живые и яркие глаза? Они словно прозрачные кристаллы без утайки и лжи выдавали его истинные эмоции. Про таких людей говорят: «душа нараспашку». И пусть она знала его только пятнадцать минут, он не внушал особого страха. Рядом с ним было на удивление очень... спокойно. Странное и ложное чувство защищённости окутывало всех, кто находился рядом с ним. Его мимика, действия, движения – все это выдавало в нём настоящего, сильного бойца со стальным стержнем, но очень доброго по своей натуре. Люси даже осмелилась сказать беззаботного. Это пугало.

— А что насчёт тебя? — губы против воли разъехались в едкой улыбке. — Что видишь ты?

Его глаза распахнулись от удивления, а зрачок сузился. Непонятная и необоснованная боль на мгновение проскользнула в его взгляде, но он тут же задушил эту острую эмоцию и уже спокойно посмотрел прямо. Люси не психолог и не экстрасенс, но когда одиночество являлось неотъемлемым спутником на протяжении всей жизни, то неволей начинаешь замечать в людях то, что не видели другие. Существуя лишь в окружении книг в семейной библиотеке, она научилась читать людей так же, как другие читали эти самые книги. Стоило лишь немного понаблюдать за человеком, и ей казалось, что она знала о нём всё. Будто медленно перелистывала пожелтевшие от времени страницы их души, где неровным почерком были бережно сохранены истории их жизни. Манера разговора, тембр голоса, взгляд, мимика и многое другое, что говорило о человеке – это строчки описательного образа. Герои своих собственных романов.

Нацу не был плохим человеком, но он был страшным врагом. Его открытость и сопутствующая иллюзия защищенности – чудовищное оружие. Такие как он разрушали не деревни и не города. Они разрушали миры одной лишь харизмой и обаянием. В таких как он не сомневались, в них верили, им доверяли.

— Реальность, странная Люси, — улыбнулся иронично, но беззлобно. Словно насмешка над самим собой.

— Ну, раз мы разобрались со всем, то я пошла. — Напоследок улыбнувшись, Хартфилия постаралась как можно скорее уйти от него, пока он не вспомнил, что она ему, как бы, враг, и что её, по-хорошему, стоило убить.

— Ага, куда собралась? — перехватив за талию, он закинул девушку на плечо и, как ни в чем не бывало, пошёл своей дорогой.

— Какого черта, Драгнил?! — начала вырываться та. Похоже, она сильно поспешила, назвав его хорошим человеком.

— Во-первых, я спас тебя, — бодро заговорил Нацу и нагло хлопнул её по ягодицам. — И имею право делать с тобой всё, что захочу. Во-вторых, я сильнее тебя, поэтому замолчи. В-третьих, у тебя есть то, что мне нужно, — а это еда и карта. И наконец, в-четвёртых, я не забыл твой удар камнем, было, между прочим, больно, шрам останется — это точно. — Тут его голос стал серьёзней, и Люси поняла, что он не шутил. — Поэтому я не могу позволить кому-то ещё навредить тебе. Люси...

— Ты что, совсем крышей двинулся? — он резко сбросил брыкающуюся Хартфилию с плеча. Она ощутимо ударилась спиной о землю и сквозь шипение и боль посмотрела на него снизу вверх.

Солнце, что висело над его головой, заставляло жмуриться. Он не шутил. Его причудливая тень будто оплела её с ног до головы. От страха виделось, что Нацу резко подрос на пару десятков сантиметров и возвышался над такой маленькой и ничтожной Люси. Если раньше ей чудилось, что она в безопасности рядом с ним, то сейчас его подавляющая аура силы внушала неподдельный ужас. Глаза, холодные и бесстрастные, смотрели прямо внутрь, проникая под кожу отравленным лезвием. Это дезориентирующее чувство, словно он не понимал, кто перед ним, пугало. Просто идеальный пример слов: смотрел, но не видел. Что же творилось в его голове? Кто отражался в этих почерневших от эмоций глазах? Кого он так сильно ненавидел?

Парень действительно подавлял одним лишь своим присутствием, отчего Хартфилии пришлось немного отползти в сторону. Хаотичные мысли в голове девушки кричали об одном: «Он меня убьет. Раздавит бы прямо сейчас. Сожжет, совсем как тех парней».

— Нацу? — дрогнувшим голосом позвала его Хартфилия. — Драгнил, какого чёрта?!

— Люси, — он прикрыл глаза, а потом, будто ничего и не было, спокойно посмотрел ей в лицо. — Не обманывайся на мой счёт. Тем, кто сломает твою шею, буду я. Не питай наивных иллюзий.

— Да что ты несёшь? — он молча подал руку. В этот раз она послушно приняла его помощь. В мгновение удушающий страх пропал без следа, а чувство уверенности и защищённости накатило с новой силой. — Почему?

— Таков уж я, — улыбнулся Нацу, но в глубине его глаз читалась та самая боль, что являлась ранее. — У меня свои причины.

— Это ничего не объясняет, — раздосадованно проговорила Люси, но тут же успокоилась. Бесполезно. — Да пожалуйста, плевать, флаг тебе в руки и обоюдоострый меч в куриное бедрышко. Я все равно не жилец, так что моя жизнь в ваших руках, господин Драгнил.

— Как хорошо, что ты это понимаешь, — усмехнулся он на шутливый реверанс. — Но что сподвигло тебя на такое изощрённое самоубийство? Ты же прекрасно знала, что не вернёшься живой. Так зачем ввязываться в войну, которую заведомо проиграешь?

— Такова уж я, дерзкая аристократка, — оттолкнув Нацу в сторону, она прошла вперёд. — У меня свои причины, а вот с тобой ничего не ясно. Ты же военный. Знаменитый солдат из рода высших, так что ты забыл здесь?

— Ты ведь тоже заметила абсурдность ситуации? — заиграл бровями Драгнил, улыбаясь. — Таков был приказ. Правилами не запрещено. Можно выставлять любого человека на игры.

— И ты, не задавая вопросов, повиновался? Совсем глупый? Вдруг погибнешь, — обернувшись, она заметила его пристальный взгляд. Стало понятно одно. Его уверенность в себе была непоколебима.

— Я не проиграю. — С такой верой и решительностью это было сказано, что Люси поверила в его слова. Он не проиграет.

— Что ж, мне же лучше, — отвернулась Хартфилия, скрывая свою улыбку, и пошла к отвесной скале. — Нацу, ты же будешь защищать меня до конца игры?

— Почему бы и нет, в итоге я всё равно убью тебя, — вторил её шутливой манере Драгнил, забирая из рук тяжёлый рюкзак и закидывая себе на плечо. — Так что наслаждайся возможностью пожить подольше.

— И все же, ты ужасный человек, Нацу.

Их союз - отправная точка к грядущим переменам. Драгнил тоже понимал это. Они, выходцы из высших семей, внесли сумятицу в эти юбилейные игры. Это не могло пройти бесследно. Каждое действие и поступок подобно камню, брошенному в воду, обязательно создаст рябь, запустит реакцию. С сегодняшнего дня в устоявшуюся политическую систему, как в солнечный летний день, надвигалась буря. Уничтожит ли она мир до основания или же оставит руины, по которым отстроят новый, лучший мир, никто не знал. Но Люси гордилась тем, что стала частью этого урагана. Это значило, что и её жизнь чего-то да стоила в итоге.