Обреченные страдать

Эмилия
Насколько я помню, на протяжении всего времени пока добиралась до выхода, я не проронила ни капли слёз. Джонатан не был достоин ни меня, ни моих нервов. Я постоянно убеждалась в этом, но как будто не замечала или не хотела замечать.
Я выбежала из здания и направилась в неизвестном мне направлении, потому что предательские слезы всё-таки заволокли мои глаза, и я еле-еле разбирала очертания людей, чтобы не сбить их с ног. Вдруг кто-то резко притянул меня за руку, сковав меня. Не с первого раза у меня получилось разобрать фигуру мужчины. Это был худой, среднего роста мужчина, одетый в тёмную куртку и брюки. У меня не выходило вырвать руки из его цепких пальцев, пока я не разобрала лица и вспомнила его. Блэйк. Этот мудак позволил себе слишком многое, чтобы сейчас так держать меня. Он выглядел болезненно, у него впали щёки, образуя ненормально острые скулы, лицо было белое, под глазами залегли синяки. Что ещё можно было ожидать от наркомана и в общем психопата. Я ещё не забыла, что он сделал с Авелией.
— Отпусти меня, иначе я позову полицию. Ты вообще помнишь, что сделал? Ты не смеешь хватать меня.
— Эмилия, ты должна мне помочь, — он ещё крепче вцепился в меня.
— Блэйк, я серьезно. Отпусти, мне больно, — я начала ещё сильнее тянуть, отчего становилось всё больнее, слёзы снова вылезли наружу. На меня как будто положили тяжелый камень, который давил со всей силой, я чувствовала себя загнанной в угол.
— Эй, парень. Кажется, девушка не в восторге от телесного контакта. Думаю, тебе стоит отойти, — рослый блондин положил свою ладонь Блэйку на плечо и потянул назад, что тот чуть ли не упал, но освободил меня. Наконец я могла вздохнуть полной грудью и успокоиться. Блэйк попятился, не отрывая взгляда от меня, и скрылся за углом.
— Кто это? Надеюсь, вы не вместе, он точно не стоит твоих слёз, — на лице блондина появилась многозначная улыбка.
Вот только слёзы были не из-за Блэйка, в них был виноват человек, которому я полностью доверилась, который, как оказалось, делал вид, что тоже начал что-то испытывать ко мне. Мужчина протянул мне руку для приветствия.
— Спасибо. Слава Богу, он не был моим парнем, он ужасен и сделал больно дорогому мне человеку, — я не знаю почему всё рассказала этому незнакомцу, но он располагал меня к себе, я пожала ему руку.
— Кристофер. Крис, — снова улыбнулся, но не как Джонатан. Его улыбка наполнена чем-то тёплым и светлым, улыбка, которой хочется улыбнуться в ответ, что я и сделала.
— Эмилия. Мили, — повторила за ним.
— Знаешь, что? Тебя провести до дома? Не думаю, что ты дойдешь одна, хватит с тебя приключений.
— Мне нужно позвонить, — я начала копаться в сумке в поисках телефона.
Я набрала Шону, но телефон по-прежнему был недоступен. Уже второй день она не отвечала. Я не знала, где мне её искать, ведь она постоянно переезжала со съемных квартир и номеров отелей.
Я обратилась к Кристоферу, который ждал меня.
— Кажется, я осталась без дома. Видимо, не судьба, но спасибо за предложение, я оценила этот жест.
— Тогда поехали ко мне, — он увидел, как я быстро поменялась в лице, и исправился. — О, нет. Я не в этом смысле. Просто я живу один. Двухкомнатная квартира. Ты осталась на улице. Думаю, это всё взаимосвязано. Всё-таки судьба. Тем более погода намечается нелётная, — я посмотрела на небо. Действительно, над нами нависли темные тучи, знаменующие скорый дождь.
— Ну же, соглашайся. Обещаю, не лезть с поцелуями на первом свидании, — среагировал он, когда увидел мои сомнения.
— Это не свидание, просто дружеский визит.
— Называй как хочешь, — Крис подмигнул мне.

Джонатан
Идеальный, потрясающий, любимый. Другие прилагательные не подойдут под описание этого дня. Мили была не какой-то обычной девушкой, она была мечтой любого мужчины. Я был опьянён событиями последних часов, не употребив ни капли спиртного, она оказалась воплощением чуда. То, что я чувствовал вместе с ней, я никогда раньше не испытывал. Её глупые заигрывания, исходящие из прелестного ротика, способного на большее, чем просто обсуждать последние новости Нью-Йорка, пробуждали во мне что-то, давно умершее, забывшееся, утерянное. Я не знал как, но она рушила ту стену, которую я построил, тем самым отгородившись от мира, реального мира, где родные родители отказались от маленького мальчика, который ничего не сделал, кроме того, что желал любви, который винил себя, что он сделал что-то не так, раз отец ушел из семьи, а мать отдала его на воспитание бабушке, хотя за последнее тот был искренне благодарен.
На вечер, посвященный Новому Году, я не взял Мили. Это было глупо снова святиться с ней на людях, ничего хорошего ей никто не желал. Она осталась дома с Джи, там было гораздо безопаснее. Я платил огромные деньги за охрану этого здания, в частности своей квартиры. Так я был спокоен за неё.
Постоянные светские разговоры, которые я был вынужден вести, сводили меня с ума, и я выглядел уже изрядно помотанным.
— Джон, наконец-то ты вернулся. Всё в порядке? — ко мне подошел Лиам, раскрывая объятия, с счастливой улыбкой на лице.
— Смотря, о чем спрашиваешь, — я усмехнулся. Он знал обо мне с Эмилией и был главным фанатом этой пары. Также он знал о поставке в Луизиану и вытекающих из нее проблемах.
— Сегодня праздник, оставим работу. Расскажи, как продвигаются дела с Мисс Сексуальность? — он толкнул меня в плечо.
— Оо. Всё просто прекрасно. Что у тебя?
— Братан, это не женщина. Это тигрица. Самая что ни на есть настоящая хищница. Я уже так замучился с ней.
— Она того стоит?
Я покрутил бокал с виски.
— К ней так сложно подобраться, но думаю да, она того стоит.
— Где ты её нашёл?
— Честно, я не знаю можно говорить или нет, но ты же не разболтаешь, — он приблизил свое лицо ко мне. — Шона Гарднер, подруга твоей Эмилии, — я остановил бокал с виски у рта, не донося до него. Если бы я пил в этот момент то, точно подавился бы. Новость была неожиданно впечатляющая, хотя я вспоминал как он интересовался ею после клуба.
— Ладно, не буду в это лезть. Не уверен, что хочу все знать. У вас всё серьёзно?
— Я сам не знаю, всё сложно, — друг замялся на этом ответе. Я понял, что нужно было от него отстать, он сам ещё не разобрался с этим, я как никто понимал его. Я направился в туалет освежиться, после долгого вечера.
— Мамина Прелесть, мы так давно не виделись. Что нового в Луизиане? — я обернулся на знакомый мужской голос, встретившись с чёрными как бусины глазами, полными безразличия и жестокости.
Кармелло стоял перед мной в тщательно выглаженном синем костюме с усмешкой на лице. Не знающий его человек подумал бы, что он просто пытался завести светский диалог. Но я прекрасно знал его, и он не вел таких разговоров. Он добивался моей реакции, моих эмоций, он питался ими, воплощая собой вампира. По его лицу и позе я понял, что ответ на свой вопрос он уже знал. Он знал, что произошло в Луизиане. Это было шахматное поле, теперь был его ход.
— Кармелло, ближе к делу. Ни тебе, ни мне не хочется тратить свое время на пустую болтовню, узнавая кто что делал на выходных, — проговорил максимально холодным тоном, скрестив руки на груди и встав в более собранную позу.
— Отлично. Хотел сказать, что ты классно придумал, увезти свою суку из города, мне было и вправду сложно до неё добраться. Теперь она вернулась. Вы же вместе приехали? Конечно, вместе. Ты держишь эту киску на коротком поводке. Я прав? — Нуцци просмаковал каждое слово. Заметив моё безразличие, он напрягся, — Что? В вашей розовой вселенной произошёл раздрай? Мистер Серьёзность выгнал эту шлюху на улицу?
— Мне пора, меня ждут, — я протиснулся рядом с ним, пока я не сорвался.
Он остановил меня, крепко сжав мою руку.
— Если ты думаешь, что я одену розовые очки и сделаю вид, что смерть брата – очередная новость про семью Кардашьян, то, ты глубоко ошибаешься, Джонатан, — я выдернул руку и направился в главный зал.
Оставляя Нуцци с мыслями о мести, я уже знал, что нужно было делать для того, чтобы запутать его. Нужно было устроить шоу. Шоу, в которое поверили бы все. Возможно, даже я сам.
Как только я вернулся на праздник, отыскал взглядом Элинор, которую заметил уже час назад, и направился к ней. Она повернулась ко мне со своей привычной улыбкой, предназначенной исключительно лицам мужского пола.
— Джон, я так рада тебя видеть. Ты уже закончил с той девчонкой? — я приблизился достаточно близко к ней, что все были уверены, что это не официальный разговор.
— Ещё слово, и я передумаю, — я дотронулся до её волос не таких, как у Мили, не таких мягких и шелковистых. Вот была проблема, я больше не должен был вспоминать о ней, если хотел спасти её. Тогда я решил наклониться ближе к уху Элинор и прошептать:
— Больше не упоминай о ней, если хочешь, чтобы это продолжалось, — я уловил её улыбку в знак согласия.
Игра началась.