Глава 39 Академия моды
После того, как гувернантка забрала Гвен на какие-то занятия, ребята еще долгое время просидели в зимнем саду перед озером. Ген так много всего рассказывал: о матери, бабушки, Гвен. Об отце он упомянул лишь однажды и больше ни слова не проронил о нем. Зато охотно вспоминал детство. Его веселые, по-детски глупые истории заставляли воображение разыграться. Воспоминания о том, как маленькая Меланте решила подстричь себя, после чего Ген судорожно пытался подровнять волосы под одну длину до прихода родителей без промедлений сменялась на ту, где она же, каким-то неведомым образом, прятала у себя в комнате трех котят, пока один из них не попался на глаза бабушке.
Еуген рассказывал и смотрел на Меланте, ожидая ее реакции. Девушка рисовала у себя в голове все эти истории, но внутри ничего не вспыхивало, как в случаи с ленточками. Каждый раз ловля на себе взгляд брата, она скромно хихикала, отводя глаза в сторону. Ее поедал стыд: Ген так старается разбудить воспоминания, а они никак не хотят выходить из спячки. Видимо, одних слов мало...
- Извините, я, наверное, уже утомил вас своей болтовней, – почесал голову Ген.
- Конечно нет! – отозвалась Меланте. – Я так много нового узнаю о себе!
- Все это, конечно, очень интересно, - вздохнул Тим, - но может лучше расскажешь о том, как Меланте пропала?
Глаза Еугена округлились. Девушка повернулась к Тимофею, бросив на него свой грозный осуждающих взор. Тим покосил голову, пристально смотря на Меланте. Безусловно, она тоже хотела задать этот вопрос, но только не здесь, не сейчас и уж точно не при посторонних. По итогу безмолвных секундных переговоров глазами девушка не стала переводить тему. Она вернулась в прежнее положение и, также, как и Тим, стала ждать ответа. Ген растерялся:
- Не знаю, что вы хотите нового от меня услышать об этом. Бабушка вполне четко объяснила ситуацию...
- И у тебя нет никаких мыслей по этому поводу? – Тим продолжал выдавливать из парня сведения.
- Я сам был тогда еще ребенком...
- Дети обычно хорошо запоминают травмирующие события.
- Я могу приукрасить некоторое...
- Без проблем, мы слушаем.
- Может не сейчас?
- Что-то не так?
- Прости, Ген, – не выдержав, вмешалась Меланте. – Мы не хотели задеть тебя.
- М-да, пожалуй, этот вопрос был лишним. И вообще, что я только о нашем! Хотелось бы послушать и о вашем!
- О нашем? – напрягся Тим.
- Да. Где вы познакомились?
- В отеле, – опередив Тимофея, ответила Меланте.
- Что за отель?
- Большой и красивый! – улыбнулся Тим. – Почти как этот.
- Не помню названия... - Меланте потерла переносицу, словно пыталась что-то припомнить.
- Я тоже, – подхватил Тим. – Это было так давно!
- Ого, получается, вы уже давние товарищи?
- Да! – в один голос крикнули ребята.
- Тим, а ты откуда?
- Не уверен, что ты знаешь об этих местах...
- Через наш отель проходит много разных существ, но не припомню, чтоб я когда-нибудь встречал таких, как ты...
- Да, я - редкий экземпляр, – наигранно улыбаясь, перебил Тим.
- Лучше не допрашивай его, - Меланте придвинулась к Гену и, прикрыв губы ладонью, прошептала так, чтобы и Тимофей смог расслышать ее слова, - он никому не рассказывает о себе. Даже мне.
- Вот оно что... - усмехнулся Еуген, после чего неожиданно вскочил на ноги, - А пойдемте я проведу вам небольшую экскурсию! Отель расположен в прекрасном месте, здесь есть на что посмотреть.
Ген не соврал: местность вокруг была словно из сказки. Всюду раскинулись гектары плодородных полей, на которых выращивали различные культуры. Если взглянуть на этот пейзаж с высоты птичьего полета, то легко представить, будто бы поля – это полотно, сшитое из разноцветных кусочков ткани. Полотно лежало среди густых лесов, которые Ген назвал дикими. Но их пронизывали каменные дорожки, вдоль которых были расставлены фонари с плоскими головами. Помимо этого, среди деревьев, словно в дырах, прогрызенных мышами, виднелись каменные стены, огораживающие огромные особняки, по всей видимости, состоятельных персон. Их дома окружали сады, которые выглядели не очень примечательно в этот сезон, ведь листва еще не появилась на деревьях.
- Эти дома, - говорил Ген, - принадлежат не самым честным фтериям. Знаете, я нахожу во всем этом некую метафору: они настроили домов в лесах, будто пытаются спрятаться. А они-то, уж поверьте, мастера скрываться от законов. Лучше б уж встретились лицом к лицу со своими проблемами и поселились в городе, чем выкорчевывали многовековые деревья ради своих жилищ.
Еугену так легко удавалось говорить все, что он думает о жильцах этого затаенного в лесах коттеджного поселка, не стесняясь работников, изредка высовывавшихся поглядеть на него, что неохотно начинаешь проникаться уважением. К тому же, удивляла еще и его невероятная способность ориентироваться в чаще. Ген знал каждую тропинку, каждый бугорок, номер каждого особняка, да еще и про его владельца расскажет, будто бы они старые знакомые. «Господин Батильон имеет несколько обувных магазинов в городе. Честно говоря, не испытываю симпатии к его продукции, хотя отец носит исключительно его сапоги, когда едет в очередную командировку»; «У Госпожи ля Роб неделю назад умер муж. Интересно, как быстро их швейная мастерская разорится без него? За дело может взяться ее сын, но его такое ремесло вряд ли интересует»; «Салон Мадам Бель приобрел свою популярность лишь тогда, когда ее старшая дочь Изабелла взялась за него. Вот только она, как мне известно, собирается поступать в Академию имени Ланиме. Ха, посмотрел бы я на лицо ее матери после этого. Думаю, что исчезновение дочери поможет ей, наконец, сбросить пару лишних килограммов.»
- Академия имени Ланиме... - задумалась Меланте. – Где-то я уже это слышала...
- Не удивительно. Это самая знаменитая модельная школа во всем мире! Туда пытаются поступить существа из всех реальностей, но жесткий отбор рушит мечты.
- Академия находится в этом городе? – равнодушно спросил Тим, чтобы поддержать разговор.
- Нет, во Флюпенсе находится лишь ее филиал. Сама академия стоит в столице. Вообще, филиалы есть во всех более-менее крупных городах реальности – так проще находить новые лица.
- А этот Ланиме, - продолжал Тим, - он какой-то великий кутюрье?
- Сабилита Ланиме – самая знаменитая манекенщица. В свое время она совершила революцию в мире моды. Именно после нее все женщины Акривиса стали стремиться к пышным формам, высокому росту. Теперь, куда ни глянь, все одинаковые, как по шаблону. Редко натыкаешься на что-то уникальное, - Ген скромно улыбнулся, когда заметил ухмылку на лице Меланте.
- А чем сейчас она занимается? – заметно приободрившись, снова поинтересовался Тимофей. – Или померла уже?
- Живее всех живых! – посмеялся Ген. – В расцвет своей карьеры она вышла замуж за тогдашнего Верховного судью. Всем было ясно, к чему это приведет: дедуле давно было пора на пенсию. Через 2, а может 3, да, скорее 3 периода Господин Ланиме отправился на тот свет, а супруга с честью переняла его пост.
- Верховный судья? – удивился Тим. – Это судья, который судит других судей?
- Ты, правда, не знаешь, кто такой Верховный судья? – еще больше удивился Еуген. – Я думал, что путешественникам частенько встречается это звание.
- Но мы ведь правильно путешествуем! – воскликнул парень, сообразив, что случайно начал палить кантору. – Нас на суд не вызывали!
- Да я шучу, не обижайся! – легонько ударив Тимофея локтем в грудь, рассмеялся Ген. – Верховные судьи – существа, контролирующие перемещения из разных реальностей. Когда жители одной реальности хотят перейти в другую, Верховный судебный совет должен быть проинформирован об этом. Он решает, позволять такое перемещение или нет. Обычно, вся эта бумажная волокита летает в низких кругах, поэтому простым существам редко выпадает честь попасть к Верховным судьям. Надо заработать серьезное нарушение, чтобы привлечь их внимание.
- А где находится Верховный суд? – позабыв обо всем, упорно продолжал допрос Тим.
- Единицы знают об этом...И вам повезло встретить одного из них! – Ген величественно поднял руки, словно фокусник после демонстрации сложнейшего трюка. – Конечно, точного адреса я не знаю, но то, что совет заседает в залах Пневмаса – это точнейшая информация!
- В первой реальности? Ты так думаешь? – на этот раз Тимофей проглотил свои эмоции и сообразил максимально хладнокровный вид.
- Я так знаю! – кивнул Ген.
Внезапно от Еугена послышались заглушенные гудящие звуки. Парень встрепенулся и принялся шарить по карманам пальто. Не прошло и секунды, как в его руке оказался плоский сверкающий предмет – это и был источник гудения. Ген провел по нему пальцем и прислонил к уху. «Привет. Да. В городе. Нет. Хорошо. Ладно. Скоро буду. До встречи.» - быстрый сухой разговор с аппаратом вызвал недоумение у ребят.
- Отец дома, просит подойти, – пояснил Ген, убирая предмет обратно.
- Это был отец? – Меланте выпучила глаза на карман Гена.
- Это был телефон... - Еуген замолчал в ожидании улыбок своих спутников, но они оба стояли с каменными лицами. – Эх, ладно, пошли домой.
- Стойте, я знаю ту девушку! – воскликнул Тим. –Эй, Аннет!
Меланте тоже узнала в прохожей щедрую продавщицу из кондитерской. На руке Аннет висела плетеная корзина, содержимое которой скрывалось под белым платком. Меланте, в отличии от Тимофея, не была рада очередной встрече с девушкой. Ей не хотелось заводить дружбу с кем попало.
- Что ты здесь делаешь? – подойдя поближе, наконец спросил Тим.
- О, это опять ты... - вяло отозвалась Аннет. – Разношу заказы. В последнее время эти мажоры оформляют доставки все чаще и чаще. Нет бы прийти своими ножками в пекарню, но нет же, боятся лицом посветить в городе!
Вдруг Аннет побледнела еще больше, чем была до этого. Девушка удивленно раскрыла рот. Она уставилась на Еугена, скромно стоящего в сторонке вместе с Меланте. Аннет явно хотела что-то сказать, но, по всей видимости, позабыла родной язык, из-за чего могла лишь ошарашено подергивать губами.
- Аннет, знакомься, это мой друг – Ген, – Тим подтянул Еугена к себе.
- Великие создатели... - промямлила перепуганная девушка.
- Еуген Санглан, – парень протянул руку. – А вы?
- А я нет...То есть, я – Аннет... - она робко протянула ручку в ответ, после чего Ген поцеловал ее, заставив девушку превратится в розового поросенка.
- Рад знакомству!
- А что у тебя в корзине? – поинтересовался Тим, приподнимая платок.
Внутри лежали шоколадные плитки. Ему в глаза тут же бросилась темно-коричневая, почти черная упаковка, на которой красными буквами было выведено слово «Mars». Меланте тут же признала знакомые буквы, которые частенько видела на холстах Марсовых картин.
- Марс?! – удивленно произнесла вслух девушка.
- Да! Это наша новинка! – отозвалась Аннет. – Кстати говоря, вам удалось попробовать ее первыми! Как вам?
- Вкусно... - прошептала Меланте, хоть и не попробовала ни одного кусочка.
- Если хотите, могу угостить еще!
Аннет поставила корзину на ближайшую лавку и, достав плитку, поспешила вернуться обратно. Ее походка была чересчур ломаная, неестественная: спина прямая, плечи назад, подбородок вверх.
- У тебя что-то болит? – поинтересовался Тимофей.
- Нет-нет, я просто тренируюсь перед просмотром в Академию Ланиме.
- Вы хотите туда поступить? – Ген осмотрел Аннет с ног до головы.
- Да! Мне надоело торговать сладостями! Я по параметрам настоящая манекенщица!
- Что ж, желаю удачи!
- Спасибо большое! – девушка улыбнулась, оголив свои белоснежные зубы, и протянула шоколад Гену. – Возьмите! Платить не надо!
- Нет, что Вы... – опешил Еуген. – Я не любитель сладкого. К тому же, если раздавать товар бесплатно, то так недолго и разориться.
- Для Вас ничего не жалко! Прошу, возьмите в качестве подарка!
- А мне жалко Вас, так что, - парень пошарился в карманах, откуда наскреб несколько переливающихся на свету монет. – Надеюсь, столько хватит. Можете теперь всем рассказывать, что я купил у Вас шоколад!
Аннет уставилась на свою ладонь, в которой лежали монеты. Она быстро хлопала ресницами, пытавшись избавиться от слез.
- Спасибо большое! А, может, вы хотели бы посетить нашу кондитерскую в городе? Я могу вас туда проводить!
- Почему бы и нет... - улыбаясь, отвечал на предложении девушки Тим, но его тут же перебил Ген.
- Прошу прощения, но мы торопимся. Нас ждут в отеле. Как-нибудь в другой раз.
Ребята попрощались с Аннет на перепутье. Тимофей недовольно ворчал, утверждая, что это была последняя возможность попасть еще раз в царство сладостей. Но Ген был непреклонен: «Отец, наверное, заждался уже. Надо поторопиться, иначе получу подзатыльник, а у отца рука тяжелая...»