Прости, пойми, прими

«Человека делает то, что он отдает, а не то, что получает».
Джо Аберкромби «Лучше подавать холодным»

Рид

— Я тебя... люблю.

Слова, которые Рид не надеялся услышать.

Слова, которые он так хотел услышать.

Слова, резанувшие сердце.

Слова, залечившие сердце.

Я. Тебя. Люблю.

Всего три слова. Всего десять букв, имеющих самую могущественную и самую прекрасную силу из возможных.
Любовь — это самая сильная магия.

Рид чуть растерянно обвел лицо Элли взглядом. Он не ожидал. Внутри всё перевернулось. Всё, что, казалось, умерло, вновь начало дышать. Бабочки, цветы, душа, сердце — всё, всё, что угодно. Ураган чувств поднимался в нем, и Рид даже не думал о том, что остановить этот поток.

Всего три слова смогли возродить его.
Всего три слова.

Рид медленно убрал руку с затылка Элли, проводя пальцами по щеке и утирая слезы. Она затаила дыхание, когда второй рукой брюнет накрыл её ладони на своей груди, прижав к сердцу, которым, безусловно, теперь управляла лишь она одна. Всегда это была она.

Он медленно приблизился к её лицу, вдруг ощущая, насколько волнительный и важный это был момент для него. Для них обоих. Момент прощения и принятия. Ведь в конце концов все шло именно к этому.
Рид аккуратно, чуть ощутимо потерся своим носом о нос Элли, затем накрыл её губы своими, увлекая в поцелуй медленный, долгожданный, пленительный. Возрождающий.
Отпустив её руки, Рид обвил талию девушки и притянул к себе, пальцами сжимая завязки кофточки у неё на спине. Несмотря на то, что они целовались, Рид чувствовал, как ему становится легче дышать. Потому что она и была его воздухом.

Если вы никогда не чувствовали ничего подобного, значит, вы никогда не любили по-настоящему.

Рид почувствовал, как она перенаправила свои руки ему за спину, своими тоненькими пальчиками комкая его футболку. Он так скучал по этому. По её разным прикосновениям. Неловким, неуверенным, скромным. Но Рид знал, что Элли могла быть с ним и другой. Раскрепощенной, смелой, страстной.
Элли отвечала сначала медленно, становясь все более настойчивой. И даже сквозь поцелуй Рид чувствовал, как дрожали её губы. Он ощущал её слезы на своих щеках, не стараясь отстраниться и стереть их. Элли давала волю эмоциям, и Рид не хотел её останавливать: сам чувствовал то же самое.

Этот поцелуй имел привкус боли и разочарования, надежды и прощения. И, конечно, любви. Сейчас Рид ощущал её так, как никогда прежде.
Любовь исходила от Элли. Любовь исходила от него. И появлялась их общая.

Молодой человек мягко прервал поцелуй и провел губами по щеке Элли, ощущая солоноватый вкус, склонился к её уху и зашептал:

— Я тоже люблю тебя. Люблю больше, чем кого-либо и когда-либо. Люблю до изнеможения. До того, что начал сходить с ума без тебя. Я постоянно думал о тебе, Элли.

Рид говорил, говорил и говорил, и не мог остановиться. Поразительно, но в нем тоже сидело огромное количество чувств, которые он не способен был контролировать, и теперь они лезли наружу. Пора было всё это отпустить.

— Думал каждый божий день, ругал себя за это, но продолжал думать. Надеялся, что со временем полегчает, но ничего не менялось. Прошлым летом ты поселилась где-то в сердце, и как бы я ни пытался вытравить тебя оттуда, у меня ничего не получалось. Я изматывал себя работой, бесконечными тренировками и выпивкой. Но ничего не помогало.

Рид мягко перебрал её волосы, слушая тихие, почти бесшумные всхлипы. Чувствовал, как её дрожащие пальцы легли ему на спину и как это просто действие разбудило в нем миллионы приятных мурашек. Как же он тосковал по этому.

— Без тебя смысла нет, без тебя жизни нет. Без тебя вообще ничего нет, потому что ты и есть всё.

Вот она — та самая правда, что жгла его изнутри всё это время. Он не мог без Элли, он не хотел без Элли. И принять это сейчас оказалось гораздо легче, чем отрицать весь этот год.
Рид чуть отстранился, чтобы заглянуть в её глаза. И так они смотрели друг на друга, а правильность происходящего окутала их, словно теплое, мягкое одеяло. Вот так все должно было закончиться прошлым летом. Они должны были сказать друг другу «я люблю тебя», а не «мы должны расстаться».

— Целый год... — словно прочитав его мысли, прошептала Элли, — мы потеряли целый год.

— Не жалей о потерянном времени, Элли, — мягко ответил Рид, — мы не сможем вернуть его, но в наших силах не потерять следующие годы.

Они долго смотрели друг другу в глаза, запоминая этот момент ещё на долгие, долгие годы. Момент воссоединения, обрамленный ореолом легкой тоски и безмерной надежды.

Рид нежно прикоснулся ладонями к её щекам, утирая последние слезы. Наклонил голову и мягко прижался своим лбом к её лбу, слабо улыбнувшись, когда почувствовал, как Элли обвивает его шею руками.

— Прости меня.

Сказали одновременно, не сговариваясь, прижавшись к друг другу плотнее.

— Пойми меня.

Голоса их звучали тихо, но уверенно.

— Прими меня.

Губы сомкнулись на последнем слоге, запечатывая эти слова, как их собственную клятву. Прошел год, а по-другому закреплять клятвы они так и не научились. Элли чуть прикусила нижнюю губу Рида, заставляя его тихо засмеяться сквозь поцелуй.

— Я люблю тебя, — повторила Элли и улыбнулась так нежно, что внутри Рида что-то приятно кольнуло. Снова поцеловала его, и Рид знал, что поцелуев сегодня будет много. Но был ли он против? Нет. Конечно же нет. — Знаешь... есть тут кое-что странное, — задумчиво добавила Элли, слегка наклонив голову набок.

— Что? — Чуть приподняв уголки губ, спросил Рид.

— Мы с тобой и раньше много целовались, но сейчас поцелуи ощущаются иначе.

— После слов «я люблю тебя» поцелуи и должны ощущаться по-другому, Элли.

И словно чтобы подтвердить это, Рид снова поцеловал девушку в губы.

***
Элли и Рид

Они сидели на полу, облокотившись спинами на край кровати. Элли устроила голову на плече Рида и задумчиво вырисовывала узоры на его правом запястье, где должен был покоиться браслет. Сохраняли молчание, не нарушая эти минуты блаженного покоя разговорами. Сейчас хотелось просто помолчать, ведь сказать друг другу множество разных слов они еще успеют. Рид прижался щекой к её макушке, вздыхая до боли знакомый запах, и радовался, что это все было наяву, а не являлось его очередной игрой воображения. Её мягкие волосы щекотали щеку, и Рид не чувствовал ничего более приятного. Элли же тихо баюкала в груди это нежное, приятное ощущение взаимной любви. Наконец-то.
Снизу доносилась приглушенная музыка, но это был другой мир, далекий от двух сердец, что наконец воссоединились. И большего было не надо.

Первым приятную тишину нарушил Рид.
Ему нужно было сказать Элли ещё кое-что. Это было важно.

— Я не целовался с Кэтрин.

Элли подняла голову и взглянула ему в глаза. На самом деле она уже успела забыть о том, что случилось перед тем, как прибежала сюда. Слишком сильные были эмоции после, затмившие все остальное. И сейчас, когда Рид напомнил, Элли почувствовала, как сжалось всё внутри. Она бы предпочла не разговаривать об этом, но никакие отношения не будут крепкими, если начнутся с недосказанностей.

— Она попыталась поцеловать меня, но я отвернулся. Так что никакого поцелуя не было.

Элли задумалась, вспоминая, действительно ли видела, как их губы соприкоснулись. Или же ей тогда это только показалось? Люди постоянно перегораживали ей вид на пару, да и слезы на глазах могли исказить развернувшуюся перед ней сцену.

— Правда? — Тихо спросила она, хотя уже верила Риду. Он умел её обманывать, но сейчас этого не делал.

— Клянусь, — ответил Рид.

— Хорошо, — кивнула Элли, плотнее прижимаясь к нему и переплетая пальцы их рук. Как же давно они этого не делали.

— И... — продолжил Рид, и девушка видела, как дёрнулась его щека от напряжения. — Когда я сказал, что не скучал по тебе, — я соврал.

— Я знаю, — просто сказала Элли, и уголки её губ сами поползли вверх.

— Как? — чуть вскинул брови Рид. — Я звучал неубедительно?

— Ты звучал очень убедительно, — хмыкнула Элли, — и если бы у меня не было доказательств обратного, я бы тебе поверила.

— Каких ещё доказательств?

Элли с неуверенностью достала телефон из кармана джинсов, провела пальцами по экрану и через пару мгновений по комнате разнесся голос Рида, искаженный динамиком, музыкой и алкоголем:

— Элли, Элли, Элли... Ты, наверное, спишь, да?

Рид изменился в лице. Нести чушь пьяным и не помнить об этом — это одно, но звонить в таком состоянии любимой девушке, бубнить что-то нечленораздельное и услышать теперь это со стороны — совершенно другое. Он почувствовал, как неприятно кувырнулось что-то внутри. Вина? Стыд? Точно что-то из этого. А, может, всё вместе и сразу.

— Удали это, — поморщившись, сказал он, протягивая руку к телефону, когда голосовое подходило к концу.

— Ну уж нет, — Элли отвела руку с мобильником в сторону, — я не буду ничего удалять. Ты даже не представляешь, сколько раз меня спасало это голосовое сообщение. Я слушала его каждый раз, когда мне было тяжело. И когда я скучала по тебе так, что не хватало сил даже дышать. Твой голос успокаивал меня, вселял какую-то маленькую надежду на то, что ещё все может наладиться.

Элли вспоминала те кошмарные ночи с содроганием. Тогда на неё накатывало слишком сильно, она плакала, уткнувшись лицом в подушку и прижимая оделяло к себе, как будто оно могло заполонить дыру в груди. Дрожащими пальцами она искала телефон на тумбочке, включала голосовое, записанное ей на память, и слушала.
Покой нахлынивал, как лёгкие волны на море. И становилось лучше.

— Так что я не удалю его, даже несмотря на то, что ты там очевидно очень пьян.

— Я не просто очень пьян там, Элли, — горько усмехнулся Рид, — я вообще не помню этого. На утро я увидел кучу пропущенных от тебя и звонки в четыре часа утра от себя. И решил, что нужно со всем этим завязывать.

— Поэтому ты не отвечал на мои звонки и сообщения?

Рид нехотя кивнул, а воспоминания бросились на него бурным потоком. Тогда он был на волосок оттого, чтобы все бросить и уехать к Элли. Но так и не поддался этому чувству. Может, зря. Возможно, что всё это — все их мучения — закончилось бы гораздо раньше. А, может, оно было и к лучше. Может, этот год дал им обоим понять, что между ними было что-то гораздо большее, чем простая привязанность.
Но в любом случае они так и не узнают, какое решение было верным.

— Ну хотя бы честно... — пробурчала Элли, проведя указательным пальцем по чуть выпирающей косточке на запястье Рида. Он слабо улыбнулся, смотря на неё. Элли впору было злиться на него, как было некоторое время назад, но от неё исходило сейчас столько нежности, что у Рида кружилась голова.

Он вдруг достал свой телефон из кармана, когда в голове возникла забавная идея. Зашел к ним с Элли в диалог, где было множество проигнорированных сообщений от девушки. И решил наконец ответить. Зажал микрофончик в углу и поднес телефон ко рту.

— Ты не захотела удалять то ужасное голосовое, — начал он, глядя на Элли. Она, нахмурившись, смотрела на него, не сразу понимая, что он собирался сделать. — Поэтому я решил записать тебе новое и сохранить этот момент для нас двоих хотя бы в таком виде. Мы сидим с тобой в одной из множеств комнат в доме Брайана. Он устроил вечеринку столетия, на которую приехал почти весь город. И мы с тобой, помотав изрядно нервы друг другу, наконец-то помирились. Спустя целый год, представляешь? Знаешь, мне кажется, не было в моей жизни года труднее. Возможно, это было мое испытание, потому что ты выглядишь, как самая лучшая награда на свете.

Элли слабо улыбнулась дрожащими губами, ощущая, как на глазах вновь выступили слезы. Рид не сводил с неё взгляда, продолжая говорить, а она чувствовала, как каждое его слово покрывается волшебной печатью и прячется где-то глубоко-глубоко в груди. Магия любви в действии.

— Я скучал по твоим глазам, в которых я ловил маленькие искорки. По твоим рукам, от которых я получал самые нежные и ласковые прикосновения. По твоим губам, вкус и мягкость которых я не мог забыть. По твоему голосу, по твоему запаху, по твоему смеху. По твоему пониманию меня. Я скучал по тебе.

Элли провела тыльной стороной ладони по щеке, утирая слезы и сдерживая всхлипы. Ей так не хотелось портить этот момент посторонними звуками.

— Ну вот, — вздохнул Рид, протягивая вторую руку и проведя большим пальцем по щеке девушки, — я снова довел тебя до слез. Я надеюсь, это слезы радости и счастья?

Элли закивала головой и прижала ладонь Рида к своей щеке. Он негромко рассмеялся, ласково водя большим пальцем по её коже. То, что казалось трогательным и смущающим, сейчас давалось с легкостью. Говорить о любви было легко. И принимать её тоже было легко.

— Я хочу, чтобы ты слушала это голосовое, когда тебе будет плохо, а меня не окажется рядом. Хочу, чтобы ты помнила, что ты была, есть и будешь моей путеводной звездой, за которой я готов отправиться куда угодно и для которой я готов сделать всё, что угодно. И дальше больше. Помни об этом, Элли, прошу тебя.

Задержав дыхание, Элли слушала всё, что говорил ей Рид.
Она ошибалась, когда думала, что счастье — понятие эфемерное.
Она ошибалась, когда считала, что так и не узнала, что такое счастье.
Её счастье сидело перед ней и говорило самые прекрасные слова из возможных.
Её счастье заключалось в нем — в его голосе, в его глазах, в его руках.
Её счастье — это и есть Рид Майлз.

— И обязательно дослушай это голосовое до конца, потому что там я говорю самое важное... Я люблю тебя, Элли. Моя самая прекрасная звездочка.

Рид улыбнулся и отпустил палец удерживающий микрофончик, и голосовое сообщение с тихим звуком отправилось в их общий чат. Завибрировавший телефон Элли подтвердил, что сообщение было получено. Она откроет его позже и будет слушать часами напролет. Каждый раз, когда душу будут царапать кошки, каждый раз, когда она будет чувствовать себя одиноко. Но всё это будет потом.

Элли бросилась Риду на шею, а он, громко смеясь и не удержав равновесие, рухнул на пол, увлекая сводную сестру следом. Она тоже засмеялась ему в шею, распластавшись на его груди как кошка.
И они растворились в потоке этой нежности, обращенной друг к другу.

— Теперь ты удалишь то жуткое голосовое? — Спросил Рид через какое-то время, поглаживая девушку по спине.

— Ни за что, — спокойно ответила Элли, и они вновь рассмеялись.

***

— А что, если он её убьет? — Спросила Мия, нервно теребя нитку на рваных джинсах и постукивая ногой по полу.

— Что ты несешь? — Поморщился Джек, сидя журнальном столике напротив. Он мягко сжал её колено, прекращая этот нервный тик. — Это же Рид, он её не тронет.

— Ты вообще видел, как он посмотрел на неё? Так, как будто...

— Кажется, они идут! — Перебила подругу Кэролайн и вскочила со своего места, смотря в сторону лестницы. Друзья последовали её примеру.

Рид и Элли, держась за руки, спускались по ступеням, аккуратно обходя парочки, которым не хватило места на диванах. Пробирались сквозь толпу, ловко уворачиваясь от чужих локтей, и все это время не отпускали друг друга. Остановились напротив друзей, и каждому из них понадобилось несколько секунд молчания, чтобы осознать происходящее, чтобы принять происходящее. И чтобы этому происходящему обрадоваться.

— Ребята, вы... — Брайан уставился на их переплетенные руки, затем поднял взгляд на них. — Помирились?

Элли и Рид одновременно кивнули, расплывшись в самых довольных и легких улыбках, и это стало для их друзей лучшим завершением вечера из возможных.

Джек, Брайан и Фредди похлопали Рида по плечу, улыбаясь широко и искренне радуясь за друга и подругу. Никто из них не сказал ни слова, но это и не требовалось. Рид прекрасно видел всё по их взглядам.

Мия кинулась к Элли в объятия, еле сдерживая слезы, затем к ним присоединилась и Кэролайн. Слушая о переживаниях Мии и Кэролайн и о том, что они безумно рады, что сводные наконец нашли в себе силы поговорить, Элли прикрыла глаза. Она слушала всё это, а её сердце сладко сжималось от переполнявший его благодарности.

— Получается, всё налаживается? — Негромко спросила Мия.

— Похоже на то, — ответила Элли, смотря на свое счастье сквозь полуопущенные ресницы.