Адамово яблоко.

– Когда ты молчишь, выглядишь гораздо лучше, – прошептал Кам, рассматривая утром мальчишку, спавшего рядом.

Влажные от температуры волосы, прилипли к коже, закрывая пол лица. Мальчишка калачиком свернулся в кровати, и когда Кам убирал от милой мордашки одеяло, он начинал искать источник тепла, и носиком рыть подушку. Это невероятно повеселило фотографа, поиграв так еще несколько минут, он, наконец-то, выпал из теплых оков постели.

Перво-наперво, Кам открыл окна в ванной и спальне, так как в комнате стоял стойкий запах перегара. Гадая, какое месиво алкоголя в желудке малыша, что выдало такой кумар, мужчина спустился в кухню. Часы кофеварки показывали начало десятого, а значит, как минимум пару часов на спокойный сон у гостя еще было.

Любимый кофе освежал и придавал силы, солнечное утро поднимало настроение, и расслабленный выспавшийся фотограф, двинулся в сторону рабочего компа. Время за ретушью пролетает для Кама незаметно, каждое движение стилусом по экрану, как мазки художника, преображали фотографии в произведения искусства. От медитационной деятельности фотографа отвлек телефонный звонок.

– Ммм... – вместо приветствия произнес мужчина.

📞– Мы вообще собираемся сегодня есть? – из трубки донесся ноющий женский голос, с явным упреком.

Кинув взгляд на угол монитора, Кам понял, что просидел за работой больше четырех часов. На обед он собирался с друзьями в новый ресторан итальянской кухни и, скорее всего, сейчас за стеной его ждут двое голодных и злых соседей. А в его спальне все еще спит Матис.

– Прости родная, заработался, – сделав сладкий голос Кам, и продолжил, – у меня есть еще одно маленькое дело, и я к вам присоединюсь.

📞– Мы умрем с голоду!

– Не успеешь, – уверил девушку Кам и встал из-за стола.

«Может он вообще по-тихому сбежал», – успокаивал себя мужчина.

Мечтам о легком избавление от мальчишки, не суждено было сбыться. Из под одеяла торчала только кучерявая макушка, хотя в комнате было очень тепло, весеннее солнце нагрело воздух и спать укрытым мог только сумасшедший.

– Пора вставать, не знал, что у детей принято спать до обеда, – потормошив по одеялу то место, где предположительно должно быть плечо, Кам пытался разбудить гостя.

– Ммм..., – тихий стон, послышался из укрытия.

Желая еще немного подразнить Матиса, Кам сходил, намочил руки холодной водой и сунул их к спине мальчишки.

– Черт, ты такой горячий, – взволнованный мужчина, открыл Матиса, поняв, что тот больше сейчас похож на креветку, чем на взрослого сильного парня.

Молодой человек еще больше скукожился, на висках блестела испарина, сторона одеяла, которым был накрыт Матис, промокла от пота, а кожа парня местами была алая.

– Пообедал... – ругал себя мужчина в поисках градусника.

Новомодный гаджет показывал почти 40 градусов, а ничего из того, что могло бы сбить температуру в доме не было. Кам был из тех людей, что с любым чихом обращается к врачу, и не ест ничего химознее чая с лимоном и имбирём, если простыл.

– Лула, мне нужна твоя помощь, глянь есть ли в аптечке жаропонижающее, – звонил подруге мужчина, вспоминая первую помощь при температуре.

📞– Я так понимаю, обед отменяется? – хрипловатый голос друга, раздался в динамике.

– Возникли непредвиденные проблемы, – слыша стук в дверь, спускался Кам, – Ты знаешь, как часто давать лекарство?

📞– Если ты мне расскажешь кто заболел, то скажу. Там же все от пола зависит.

– Не неси фигни! Что таблетки поперек горла встанут, если девушке дать? «Мы на это не подписывались, девок не лечим, возвращаемся в блистер?» – ерничал Кам, забирая в дверях таблетки, – Ладно, все потом расскажу.

Это был ответ обоим друзьям.

Лула, перед которой закрыли беспардонно дверь, даже не сказав спасибо, крикнула другу, что он неблагодарная скотина, а Вилмер спокойно отключил звонок. Раз Кам не говорит, значит на это есть причины, зачем приставать с расспросами, если единожды уже сказали нет?

– Ну же, пей, – пытаясь открыть рот Матиса, пыхтел Кам.

Усадить полностью расслабленное тело было сложнее, чем до этого думал мужчина. А удержать в вертикальном положении вообще казалось нереальным. Матерясь, он то подкладывал подушки, то подтыкал одеяло. В ходе экспериментов Кам догадался, что эффективнее будет подвинуть мальчишку к изголовью, и утрамбовать в подушки. Матис хоть и слышал чертыханья мужчины, но не собирался упрощать ему жизнь, и время от времени жалобно поскуливал, так как тот не отличался сообразительностью и усаживал его на болезненно саднящую попку.

Встав ногами на кровать, Кам прижав к себе Матиса, перетащил его к краю кровати.

– Вот же бугай здоровый, – запыхавшийся мужчина, сел на ноги парня, проверяя устойчивость больного.

Матис не выдержал и хрюкнул от смеха, что давно в себе подавлял.

– Раз проснулся, поехали в больницу! – предлагал воду открывшему глаза молодому человеку.

– И что ты им скажешь? Был жесток, порвал любовника? Репортеры будут тебе очень рады. Заработаешь, – хриплый голос мальчишки контрастировал с ангельским личиком, – Мне надо отлежаться, а ты обязан обо мне позаботиться!

Молодой человек еще ночью решил, что до понедельника из этого дома не выйдет и получит все то, что изначально хотел.

Вспомнив, кем является паршивец, Кам согласился с логичностью его доводов.

– Хорошо, спадет температура, вызову тебе такси.

– Я не могу прийти домой в таком состоянии, у меня все бедра в синяках от твоих пальцев. Родители вызовут врача. Ты меня вышвырнул сразу как воспользовался, значит, я все еще ношу в себе твое ДНК. Кто знает, какие обследования запросит мамуля. Тебе светит статья за изнасилование, – несмотря на высокую температуру, мальчишка был весьма разговорчив.

Организм парня был действительно силен, так как даже высокую температуру Матис всегда переносил на ногах. Конечно, он не робот, чувствует и усталость, и боль, но при этом остается таким же активным, как и раньше. Естественно молодой человек не собирался рассказывать о своей маленькой особенности. И будет молча наслаждаться своим планом мести, выстроенном на чувстве вины.

Видя, как мужчина наливается кровью от злости, молодой человек сладко потянулся и улыбнулся.

– А еще я хочу есть.

– Кухня внизу, что найдешь твое! – рявкнул Кам, собираясь покинуть комнату.

– Какой ты... Придется нести ответственность за свою несдержанность! – цокнул языком Матис, обнимая одеяло.

Здесь должен быть потрясающей красоты Матис,  но политика партии не приветствует обнаженки, поэтому он доступен только в ТГ канале или на Бусти)

Кам еще больше закипающий от слов мальчишки, дернулся к кровати, и навалившись на больного, забыл, о чем хотел сказать, взглянув в эти сияющие глаза. Матис был настолько уверен в себе, бесстрашен и бессовестно счастлив, что ругать его казалось абсолютно бесполезным занятием.

– Чего ты хочешь? – шипел мужчина, угрожающе положив руку к тому на шею, поглаживая большим пальцем шейную впадинку.

– Все, как и прежде, тебя, – облизнув губы, мурлыкнул Матис.

– Ты же даже не представляешь, что нажми я вот тут, чуть сильнее, мне не составит труда лишить род Хинкс наследника, – зажимая артерию, ругался Кам.

– Папочка любит грубость, мне это нравится. Как только температура спадет, я покажу что умею, – Матис запустил руку под майку мужчины, проходясь кончиками пальцев вдоль линии резинки его штанов.

– Да пошел ты! С меня обед и кровать отоспаться, как только встанешь, выметаешься отсюда в ту же минуту!

– Тогда мне нужно охладиться, – парень скинул с себя одеяло, демонстрируя подкаченное тело и стояк.

Матис заливисто смеялся, когда Кам спешно покинул комнату.

Немного освежившись, молодой человек хотел спуститься в кухню, но остановился на полпути, услышав разговор.

– Мне жаль, я больше никогда так не поступлю, тысячи лет и все следующие жизни я буду готовить тебе, а главное оставлять вокруг себя чистоту, – молящий и такой нежный голос Кама удивил Матиса, с ним он никогда так не говорил.

📞– Кобель ты, скажи хоть кто это, это будет наш маленький секрет, – Матис уже слышал этот голос раньше.

📞– Я тоже хочу знать! – поддержал женский голос.

– У них там что, шведская семья? – надул губы парень на лестнице.

– Секрет говорите, – усмехнулся Кам,– Трое могут хранить секрет, только если двое мертвы, давайте определимся кто будет второй?

📞– А кто первый?

📞– Ты, конечно, разве это не очевидно, – смеялся мужчина из динамика.

📞– Тогда пусть Кам остается, от него пользы обществу больше! – обиделась девушка.

– Готовь бульон, каши. Больному организму не нужна лишняя нагрузка.

Дослушивать милование этой троицы желание отпало, Матис вернулся в спальню в поисках телефона. Ответив друзьям в чате, что он в порядке и до понедельника будет занят, молодой человек открыл вкладки со вчерашними советами.

– Соблазнение, привлечение внимание и удивление? Мне только что бант на шею повязать осталось, и то не нужен, – бурчал обиженный парень.

Пока Кам копошился на кухне, Матис осмотрел хозяйскую спальню, проверил все обновления соцсетей и от скуки вернулся на кровать. Открыв скаченный учебник, парень увлекся чтением.

Когда на лестнице послышались тяжелые шаги, Матис тут же сменил положение. Став на колени, он опустил плечи на матрас, прогнувшись в спине. Одна рука спадала с кровати, а второй он листал страницы учебника. А на лице нарисовалась вселенская скорбь. Единственное, о чем сейчас сожалел парень, это то, что не увидит первое впечатление.

– Удобно? – первое, что пришло в голову Каму, когда он увидел аппетитные ягодицы, парящие на уровне его члена, а тот в свою очередь предательски дернулся.

– Нет, но по другому лежать больно, а ты никак не способствуешь моему выздоровлению.

– Я тебе дал таблетки, что тебе еще надо? – буркнул Кам, нагло пялясь на гладкую кожу и ямочки поясницы.

– Нанести заживляющую мазь, дать противовирусное и жаропонижающее, в дорамах еще полотенчиком обтирают трижды в день, гладят по головушке и кормят с ложечки, – не поворачиваясь к мужчине, перечислял Матис, а после того как закончил говорить? обреченно вздохнул, – Но если ты хотя бы пантенолом помажешь, я буду признателен.

– Я?

– Кто порвал, тот и лечит.

Молодой человек демонстративно игнорировал присутствие хозяина комнаты, и вернулся к чтению.

– Я нашел тебе крем, – тихо произнес Кам, и Матис лукаво улыбнулся.

– Молодец, действуй.

– Как ты себе это представляешь? Сам мажь!

– Снимаешь трусы, наносишь крем, надеваешь трусы, ничего сложного, – улыбался парень, повиливая попкой.

– Ааааау! – взвыл Матис, когда почувствовал болезненное жжение, – Ты с ума сошел?!

– Написано рану надо продезинфицировать, – держа за ягодицу парня, объяснял Кам свои действия.

– И ты решил вылить мне в задницу спирта? Офонарел совсем? – чувствуя соответствующий запах, брыкался Матис.

– Не шуми, или делай все сам!

Спирт, наверное, и правда был лишним, видя как сильнее покраснел и без того опухший вход, Каму стало немного жалко малыша. Поддавшись импульсу, он наклонился и подул на попку Матиса. Мама всегда дула на ссадины, чтобы боль утихла. Матис, что не ожидал такого действия от мужчины, ахнул, почувствовав облегчение.

– Просто расслабься и глубоко дыши, – успокаивал Кам мальчишку, пока наносил крем.

Он старался быть очень аккуратным, но этот дьяволенок даже в такой момент выводил Кама из себя. Немного сжимая попку, и сильнее прогибаясь, Матис продолжал провоцировать Кама.

– Да, папочка, – улыбался все шире парень, – Душ принять поможешь?

Кам бросил на веселящегося парня взгляд полный подозрения, а точно ли болен этот человек. После чего вновь взял термометр и измерил температуру.

– 38, ничего не понимаю, – глядя на результат, бормотал Кам, – Тебе нельзя в душ. Пошли есть.

Смирившись с мыслью, что избавиться от гостя, которого сам же принес домой не удастся, Кам решил не менять запланированных дел. Клиенты вот-вот должны были прийти, и мужчина, оставив обед для Матиса на кухонном столе, принялся готовиться к фотосессии.

Несколько часов спустя Кам вышел на кухню и нахмурился, увидев нетронутую тарелку с куриным бульоном и слипшуюся пасту. В спальне его ждал спящий парень, что и не догадывался о негодовании мужчины.

В отсутствие хозяина, Матис переоделся, приняв быстрый душ и заснул, включив фильм. Кам проверил вновь температуру, и обрадовавшись, что та не поднялась с обеда, сел на край кровати. На подушке лежал разблокированный телефон, с активной перепиской группового чата. Хоть это было и неправильно, но мужчина листнул сообщения, стандартная забота о болеющем, обмен заданиями, но больше всего мужчину зацепило фото Матиса, сделанного в его кровати.

– Ты даже в поношенной майке выглядишь как на обложке глянцевого журнала, – положив обратно телефон, он собрался уже вставать, но Матис положи ему на колени голову, обнимая Кама за бедра.

– Не уходи, мне страшно болеть одному.

Вселенская грусть в глазах и нижняя губа чуть выступила вперед, ну сущий ребенок. Кам неосознанно улыбнулся, раньше он никогда не имел дел с детьми, все его партеры были с разницей не больше трех лет, и не вели себя так. Его умилял вид Матиса, а еще он очень хорошо понимал, что это просто капризный мальчишка, который почему-то даже болеет красиво.

– Ложись нормально, – сквозь улыбку говорил Кам, думая, что это останется незамеченным, но хитрый прищуренный взгляд сквозь ресницы уловил это легкое движение губ.

– Погладь меня по голове, и вообще мне холодно.

– С чего бы это? Жар спал, максимум легкое недомогание.

– Ты ничего не слышал о фебрильной температуре? С твоей халатностью, я умру в судорогах, – потерся щекой о бедро провокатор.

Кам зарылся пальцами в мягкие волосы. Перебирая кудряшки, он решил игнорировать игривость молодого человека. Играя в телефоне, он старался даже не смотреть в сторону парня. Слыша мирное сопение, он понял, что Матис спит. Кам аккуратно вылез из под спящего, и перебрался на свободную сторону кровати. День мужчины был насыщенный, и к вечеру появилась небольшая сонливость.

Кам проснулся, когда часовая стрелка стремилась к полуночи. Дверь в спальню была приоткрыта, пуская луч теплого света в комнату. На кровати он оказался один. Посидев пару минут в кровати и потерев лицо, мужчина решил встать и поискать гостя.

Обнаружив Матиса на кухне уставившегося в экран телефона и уплетающего ароматную пасту, Кам немного расстроился, что тот не ушел.

– Что читаешь? – наливая себе воды, спросил он.

– Однако преобладание в менеджменте молодых людей означает, что в течение долгого времени молодые менеджеры, которые могли бы обновить состав руководства, будут лишены возможности карьерного роста. Поскольку все высокие посты в компании уже заполнены людьми, которым предстоит занимать высокие руководящие посты в течение двадцати и более лет. Перспективные управленцы либо не поступят на работу в такую компанию, либо уйдут из нее. Если же они останутся, то рано или поздно утратят свою квалификацию и энтузиазм. Через двадцать лет сегодняшний «молодежный» менеджмент превратится в менеджмент солидного возраста, а освободившиеся в нем места просто некому будет занимать.

Пока Матис зачитывал выдержку из учебника, Кам отметил про себя, что он великолепно владеет ораторским искусством. Его голос был ровным и притягательным. Он ни разу не запнулся, а значит либо повторяет пройденный материал, либо он много тренировался в чтении и выступлениях на публике.

– Мог бы просто сказать, что учебник, к чему такие подробности?

– Когда человек интересен, то хочется узнать, чем он живет. Разве нет? – поднял бровку Матис, а после с характерным звуком всосал спагетти.

– Когда интересен, то, конечно. Но как это относится к нам? – улыбнулся Кам, ткнув пальцем в носик упрямца.

– Неужели у меня совсем нет шанса?

– Угум... – делая большой глоток воды, кивнул Кам, и вышел к рабочему компу.

Когда Матис доел, то пришел к мужчине. Сидеть одному было скучно, а уходить, не добившись цели, не хотелось. Двое провели пол ночи в работе, один занимался ретушью недавно сделанных фото и печатью тех, что прислал Вилмер вечером. Второй, как и ранее, повторял пройденный на лекциях материал, готовясь к экзаменам. Оставалось меньше двух недель до конца семестра, и он был просто обязан хорошо закрыть сессию.

– Твой дом слишком чистый для холостяка, – поделился размышлениями Матис, когда Кам потягиваясь в кресле, отвлекся от работы.

Мужчина за работой и забыл о его присутствии, и испуганно дернулся оглядываясь на звук.

– Если это комплимент, то я передам его владельцу.

– Тому, кто подписан «Женушка»?

– Именно.

– Тебе вообще не стыдно ему изменять? Или у вас свободные отношения? Почему днем ты ему не сказал, что у тебя в доме мужчина?

– Слишком много вопросов, если здоров, проваливай.

– Вот и пойду, – обиженно надув щеки, Матис поднялся в спальню, громко хлопая дверью.

Кам понадеялся, что молодой человек покинет его дом, и не стал идти за ним. Вернувшись к работе, он все время посматривал на время. Но ни через пять, ни через пятнадцать минут Матис не вышел. Почему-то вспомнив про судороги, о которых парень говорил вечером, Кам заволновался и решил проверить.

Пора привыкнуть, что Матис и ожидания ставить в одном предложении нет смысла, он постоянно делает то, что идет в разрез с логикой Кама. Вот и сейчас, обидевшийся ребенок лежал поперек кровати, укрывшись одеялом. Фотограф, пряча порыв беспокойства, ушел в душ, сделав вид, что он просто пришел лечь спать.

Подвинув ноги мальчишки, он лег на привычную сторону кровати, но как только он нашел удобную позу, ноги Матиса вернулись на прежнее место, и теперь Кам был вынужден засыпать с перекинутыми, через его поясницу ногами.

Упрямости мальчишки можно было позавидовать, если бы в книге Гиннесса был пункт «Самый вредный» - Матис бы был победителем. Как бы Кам не поворачивался, скидывая с себя конечности парня, тот возвращал их на место в ту же секунду.

Весь следующий день, Кам, как и ночью, подвергся натиску Матиса. Он, как укусивший жертву варан, везде следовал за мужчиной. Приносил крем для заживления, аж трижды за день. И Кам бы отказался, но этот засранец не замолкал ни на секунду, и ворчал все громче, взывая к состраданию. Парень стоял под дверью и рассказывал о забитых голах, пока Кам был в туалете. На перебой струям воды он жаловался на сервис в отелях островных государств, сидя на стиральной машинке, не забывая уточнять слышит ли его Кам, и прося повторить последнюю фразу. Рассказывал, как учился плавать, пока мужчина готовил. И даже о самых страстных ночных приключениях, лишая фотографа концентрации во время работы. И лишь пол часа было тихих в сегодняшнем дне, когда Матис, сославшись на то, что устал, ушел в спальню.

Кам чувствовал себя опустошенным и замученным. Если бы Матис только говорил, проблем было бы меньше, но этот мерзавец всячески искал физического контакта: то встанет вплотную, то к спине прильнет, то в наглую ноги сложит мужчине на колени, пока они обедали. А уж о стонах в процессе нанесения крема и говорить не стоило. Все нутро закипало так, что пара движений этих говорливых губ по члену, и он кончит. Мечтая о том, как завтра Матис покинет его дом, Кам потягивал вино, наслаждаясь тишиной.

Следуя за зовом громкоголосого мальчишки, Кам тяжело вздыхая и собирая всю силу воли, поднимался по лестнице.

–Время мягких процедур, – взгромоздившись попкой к верху, мурлыкал Матис.

В этот раз колечко мышц было намного мягче, стоны громче, а Кам молился что бы ему это только казалось. Но нет, поймав момент, похотливый мальчишка насадился на палец мужчины, и виляя попкой издавал такие звуки, что любой здоровый мужчина сорвался. Глубокий вздох, и Кам все же отстранился, собираясь возмутиться, как Матис уложил его на лопатки, оседлав сверху.

Молодой человек не спрашивая позволения, приблизился настолько близко, что дыхание двоих объединилось, разогревая и так наколенную обстановку. Их губы были в миллиметрах друг от друга, язык Матиса прошелся по контуру губ мужчины, а в ответ он получил тихий вздох. Прижимаясь крепче, Матис начал неспешные ласки, пока Кам не ответил на поцелуй.

Поддавшись страсти, Кам приоткрыл губы, позволяя Матису углубить поцелуй. Каждое движение парня было наполнено похотью, он не прерывая поцелуй, ерзал попкой на пахе мужчины, сильнее разогревая возбуждение. Его губы то парили по лицу и шее в поцелуях, то посасывали губы, бесстыдно изучая языком каждый уголок его рта.

Приглушенным стоном, молодой человек встретил руки Кама на своей попке. Тот повторял ритм парня, покачивал его на собственном члене, усиливая трение. На его живот упало несколько капель с сочившейся головки Матиса, вызывая табун мурашек.

Когда одна из рук Кама переместилась на член, Матис выгнулся в спине, запрокидывая голову назад. То потирая мокрую головку, то проходясь по всей длине, зажав кулак на аккуратном члене, Кам доводил до изнеможения парня. Матис шипел и громко втягивал воздух, когда влажные пальцы проходились по натянутой уздечке.

– Подожди, нет, нет, не доводи до конца, – стонал Матис, пытаясь вырваться.

Но был прижат к телу мужчины, и опрокинут на кровать. Кам, что теперь сидел на кровати, обхваченный длинными ногами за талию, имел всю власть над парнем. Матис дотянулся до резинки штанов, освобождая полностью вставший член Кама.

– Я хочу его, черт, или сначала так, уфф, – Кам наслаждался видом Матиса, что теперь не мог мыслить последовательно.

Он довел-таки до оргазма мальчишку, и воспользовавшись моментом, пока тот в невминозе, быстро скинул штаны, и приставил к заранее разработанному парнем входу член. По спальне разнесся двойной стон удовольствия, когда головка прошла сквозь колечко мышц.

Матис приподнял бедра навстречу столь желанному члену, чувствуя вкус победы. Легкая боль сменялась наслаждением с каждым толчком, он стонал имя мужчины, притягивая того за руку к себе. Кам же с охоткой прижимался к его груди, совершая плавные толчки входя все глубже. Парень в его руках плавился от ощущения наполненности, сгорая каждый раз, когда крупная головка Кама проходилась по его чувствительному месту.

– Ты такой горячий, такой крепкий, – шептал Матис на ухо мужчины, проходясь по коже языком.

Пока движения Кама становились резче, Матис облизывал его шею, покусывал кадык, сходя с ума от вкуса его кожи.

– Даааа, – стонал парень в губы мужчины, когда тот сменил тактику, – как же я этого хотел... сильнее.

Кам перешел на медленные движения, его член входил до упора, а после выходил практически полностью. Он быстро и глубоко засаживал Матису, а потом медленно выходил из него. Каму хотелось довести мальчишку до сумасшествия, отомстить за все грязные игры, что тот устроил в его доме.

Спальню наполняли звуки развратных шлепков от соприкосновения тел, глухое рычание и непрекращающиеся стоны. Кам развлекался как мог, изводя Матиса. Как только тот был готов кончить, мужчина прерывался, и переходил к неспешным ласкам, покусывая грудь, оставляя яркие следы своего существования на шее мальчишки, а после возвращался к начатому. Матис извивался и выл, стонал и кричал, молил и требовал, но Кам был жесток.

За пару раундов, он вымотал молодого человека так, что в душ после секса он вылезал из кровати под тихое сопение. Стоя под обжигающими струями, Кам уговаривал себя, что это всего лишь игра, и мальчишка не успел запасть ему в душу. А когда ложился, надеялся, что с утра с Матисом все будет в порядке и в качестве доброй воли, он даже отвезет того домой и на учебу.

Мужчина уснул, и так и не услышал, легкого прикосновения к своему лицу, тихого шепота и уведомления о приехавшем такси. Матис же, в свою очередь, поблагодарил за очередную галочку в своем списке спящего фотографа и бесшумно покинул спальню с чувством полного удовлетворения.