Глава 33.1
Капитан сказал: У меня нет двойных стандартов, у меня, очевидно, такие же стандарты, как у маршала.
Лэй Энь по привычке дразнил бету, возвращая очки, которые Линь Цзинъе снял, чтобы надеть экзоскелет.
— Спасибо, — еще раз сказал Линь Цзинъе, затем поднял руку, чтобы взять их.
Но как только он подошел, Лэй Энь нахмурился, на его лице появилось выражение отвращения, и вместо того, чтобы отдать очки, он схватил Линь Цзинъе за плечи и толкнул в кресло, быстро расстегнул верхнюю часть брони, и пока он в замешательстве смотрел на него, достал со стола салфетку, засунул руку под накладку, выдавил двумя пальцами пакет с кровью и быстро выбросил его в мусоропровод в салоне.
— Э-э...
— Воняет! Воняет, как просроченное поддельное вино, отвратительно!
Линь Цзинъе: ...
Что ж, феромоны альф часто конфликтуют, начальные генетические фрагменты несут в себе инстинкты завоевания и исключительности, омеги страдают от регулярных физических вспышек, а когда дело доходит до альфы, то это проявляется как дикие инстинкты, которые время от времени проверяют их силу воли.
Поэтому теперь даже команды, состоящие из одних альф, должны носить браслеты-ингибиторы. Это делается для того, чтобы никто из членов команды, обычно не соблюдающих правила, не был втянут в драку феромонами, не потерял рассудок и не повернулся чтобы напасть на своих товарищей по команде.
Пакет крови с ароматом рома, конечно же, достался ему от Тебара, Линь Цзинъе придумал как манипулировать темпом боя, когда они с Лэй Энем привели этот план в действие, а военный врач Ли Ранран была настолько искусна и опытна, что даже рассчитала максимальное количество кровопотери, которое мог выдержать альфа уровня А-.
Когда кровь покидает тело, феромоны, естественно, не имеют хозяина, чтобы контролировать их, и становятся необузданными и властными, излучаясь бесконтрольно, создавая естественную иллюзию серьезного ранения и выхода из-под контроля, когда дело доходит до боя.
Поэтому было нормально, что Лэй Энь чувствовал себя не комфортно.
К счастью, все прошло как и было запланировано, и его адъютант, который потерял сознание в лазарете и был облит сладкой водой, пострадал не даром.
Лэй Энь приблизился к лицу Линь Цзинъе, его нос дернулся, а затем выражение стало таким же напряженным, как если бы он увидел предателя Федерации:
— Почему ты все еще так сильно пахнешь?
Молодой человек в кресле подсознательно потер затылок, выражение лица Лэй Эня сейчас было не только таким, как будто он увидел предателя, но этот предатель горячо танцевал перед ним в травяной юбке.
Линь Цзинъе потерял дар речи, но, подумав, решил, что, в конце концов, маршал был А. Разница для беты между пахнущими феромонами и духами действительно была не слишком большой, только А и О могли почувствовать в них уникальную биологическую информацию, иначе почему эта штука называлась феромонами, а не ароматическими веществами?
— Является ли задняя часть твоей шеи черной дырой, в которую ты не боишься засовывать все подряд? — Лэй Энь поднял бровь, его голос был холодным, и Линь Цзинъе почувствовала слабость без видимой причины.
— Я ничего себе туда не впрыскивал, феромон альф обычно сильно действует, будет реакция отторжения. — честно ответил Линь Цзинъе, снимая с шеи маленький мешочек размером с большой палец.
Сильный запах рома распространился во все стороны.
Лэй Энь выхватил его с черным лицом и тоже выбросил в мусоропровод.
— Эх...
Какая трата!
Ли Ранран почти осушила бедного Тебара, чтобы получить такой большой пакет! Оказалось, что осталась еще половина, и все это Лэй Энь тут же выбросил на помойку.
Линь Цзинъе с сожалением посмотрел на мусоропровод, как и ожидалось от человека, который лично взорвал свой флагман.
Раздался холодный голос Лэй Эня:
— Поторопись и смой все это, я отравлюсь этанолом если слишком долго буду это вдыхать.
Линь Цзинъе: ...
А и О феромоны только ароматом на что-то похожи, а на самом деле состав совершенно другой. Понюхать феромон и отравиться алкоголем? Тогда как ты будешь пить вино на вечеринке?
Но маршал был большим начальником и симпатичным, так что в его словах был резон.
Линь Цзинъе встал с ничего не выражающим лицом:
— Сэр, ваш подчиненный сейчас же все уберет.
Он вошел во внутреннюю гостиную и слегка удивился.
Транспорт маршала, естественно, был полностью оборудован, а гостиная была небольшой, но удивительно удобной. Лэй Энь был настолько спонтанным, что мог поменять свой флагман на разбитый транспортный корабль в любой момент, и Линь Цзинъе ожидал, что он будет одним из тех военных психов, у которых в спальне стоит походная кровать и больше ничего.
Это правда, что в маленькой комнате была только одна кровать, но посмотрите на эту кровать, на ней лежала куча мягких подушек!
Линь Цзинъе попытался представить, как Небесный Меч возвращается в дом, заваливается на кучу мягких подушек и катается по ним, и не удержался от негромкого смеха.
Но на середине смеха он тихонько охнул, а затем плотно сжал губы.
Не задерживаясь, он быстро распахнул дверь ванной и протиснулся внутрь, не снимая доспехов.
Из душа хлынула теплая струя воды, кровь на полу была густой, алой и пахла ромом, аромат которого вскоре улетучился вместе с водой.
В воде появилась свежая багровая полоса.
Особого запаха не было.
Линь Цзинъе нахмурился и быстро снял экзоскелет, к счастью, Лэй Энь только открыл соединительные застежки, а не снял все целиком.
Под доспехами был плотный обтягивающий черный боевой костюм. Когда он снял тяжелую броню, все его тело вдруг стало выглядеть тонким и стройным. Линь Цзинъе выбросил наружу отмытый экзоскелет, и это как будто забрало все его силы, он выдохнул, и прислонился спиной к стене, позволяя воде окутать его с ног до головы.
Черный костюм был разорван на талии, отчего его кожа выглядела еще бледнее.
Казалось, это был лишь легкий ожог от высокочастотного электрического ножа, но изнутри текла струйка крови, и Линь Цзинъе закрыл глаза и нахмурился, потянув за костюм и разорвав его...
...Отвратительная рана тянулась от средней части живота, по боку на талии и вниз к задней части спины. Рваная рана на поясе была самой глубокой и выглядела еще совсем свежей, в то время как края раны по бокам уже затянулись и покраснели. В это место по стечению обстоятельств и попал удар Аоке, и сила удара заставила самую глубокую часть раны вновь открыться.
Линь Цзинъе откинул голову назад, чтобы вода текла прямо на грудь, избегая рта и носа, и достал шовный материал из набора, который был у него с собой.
Оглядевшись, он достал с полки чистое, мягкое, небесно-голубое полотенце и прикусил его.
Простите, маршал, я одолжу ваше полотенце, потом я обязательно его постираю.
Поток воды смыл пыль и песок с раны, и в следующий момент все тело Линь Цзинъе сильно задрожало, его голова еще сильнее откинулась назад, вены на бледной шее внезапно проступили, и бисеринки пота сконденсировались на его лбу, смешиваясь с водой, которая намочила его волосы.
Это простой шовный аппарат, использовавшийся в военное время, нить для наложения швов биоразлагаемая, игла для наложения нитей также содержит антисептик, не нужно знать медицину, просто зажмите рану, и как степлером скрепите ее, просто и эффективно.
Линь Цзинъе зажмурил глаза, шум воды в ушах словно утих, остался только гул и звон, он сильнее прикусил полотенце во рту, что бы не издать ни звука.
Мысли его потускнели, он даже забыл о том, где находится на какое-то время, потом пришел в себя и самоуничижительно улыбнулся.
Даже если он бета, то все равно будет разгорячен битвой, ах. Линь Цзинъе подумал, что даже когда бой был в самом разгаре, может из-за адреналин, но эта рана тогда так не болела.
Когда он был на 927-м... то не чувствовал такой боли, в конце концов, за ним наблюдал звездолет подчиненных.
Он покачал головой, немного помедлил и слегка пошевелил рукой, чтобы продолжить.