Голдштейн

29 декабря. 07:15

Куинни открыла глаза на удивление в тихом доме. Якоб спал рядом, между ними лежал Доменик.

Куинни взяла с тумбы палочку, одела теплый пушистый пеньюар и тихо спустилась на первый этаж.

Она взмахнула палочкой и свечи, украшающие гостиную, зажглись. А за окном все также было темно, словно и ночь вовсе.

Куинни только включила свет, как со второго этажа раздалось жалобное:

- МА-МА!!!

Она быстро прошла к лестнице и за секунду поднялась на второй этаж. Она увидела Доменика, стоящего у первой ступеньки и смотрящего на нее словно на самую страшную вещь на свете. Этот предстоящий спуск пугал его.

- Боже мой!- разволновалась Куинни, подбегая к сыну и беря его на руки. - Папа, что, не увидел, что ты вышел из комнаты?

Доменик пожал плечами, и Куинни сказала:

- Ничего, я ему устрою!

Они зашли в спальню, из которой как раз выходил оттуда.

- Якоб! Ты вообще видел, что Ник из комнаты вышел?

- Да. Я уже выходил за ним.

- Тогда ладно. Но, знаешь, секундоное дело.

- Все в порядке, Куин,- сказал Якоб.

Куинни вздохнула, а потом они втроем вышли из комнаты.. 

Куинни опустила Ника на ноги и сказала: 

- Давай. Будем вместе спускаться.

Первый шаг, первая ступенька далась ему с особым трудом, но потом, с каждым пройденным этапом, ему становилось все легче и легче. 

- Ну что, не так уж и страшно оказалось, да? - спросил Якоб. 

Доменик улыбнулся, а потом подошел к красиво украшенной елке. 

Что-то не нравилось ему в ней. Словно чего-то не хватало.

Он глянул на стол, на котором лежал большой золотой шар. 

- Знаешь, а мы забыли повесить эту игрушку! - сказала Куинни. - Может, ты сделаешь это? 

Доменик кивнул и потопал к столу. Он приподнялся на цыпочках так высоко, как только мог; ухватился руками за край стола, но так ничего и не увидел. 

- Давай помогу. - сказал Якоб, подходя к нему и поднимая на руки. 

Ник наклонился к столу и, наконец, дотянулся до шара. Он взял его в руки и, стоило только папе опустить его на землю, побежал к елке, чтобы повесить его. 

Кажется, теперь он был доволен. И Куинни не могла не сказать: 

- Ты прав. Так намного лучше. 

Доменик улыбнулся и сел на пол, наблюдая за большим новогодним шаром. Мальчик взял его в руки и вгляделся в лица жителей города. Ему показалось, что там стоит он же сам. А рядом красивая молодая девушка - его мама. А стоящий чуть поодаль мужчина - папа. Он еще не знал, что мама заколдовала его так. 

Тут из кухни вышла Куинни с двумя чашками горячего шоколада. Она и Якоб сидели на диване  и пили шоколад, а Доменик кружил вокруг елки и напевал какую-то новогоднюю мелодию. 

Он подбежал к родителям, взял Куинни за руку и потянул ее к камину.

Девушка поняла, чего хочет ее чадо и, достав палочку из кармана, взмахнула ею. Огонь тотчас начал дружелюбно потрескивать в камине, и Доменик не мог оторвать от него своего взгляда. 

- Только осторожно. - сказала Куинни. 

Ник с улыбкой посмотрел на маму, а потом аккуратно стал греть свои маленькие ладошки. Куинни провела рукой по его волосам, а потом повернулась к мужу и сказала: 

- Давай вечером сходим в парк? Еще и столько снега, аж дух захватывает. 

Якоб встал и подошел к окну, смотря на белый лес, окружающий Дорсет, на их такой же белоснежный сад и вздохнул. 

- Что, милый? - спросила Куинни, проникая в его разум.

Она подняла сына на руки и подошла к мужу.

- Если честно, мне тоже. Намного лучше лето. Единственная радость зимы- Рождество и Новый Год. 

- Куин, тебя невозможно понять! - рассмеялся Якоб, - Тебе  все на свете нравится, а первому снегу ты вообще радуешься, как маленький ребенок. 

Куинни рассмеялась, а потом сказала: 

- Нет, ну если сравнивать... 

- Жизнерадостная ты моя. - с улыбкой сказал Якоб, притягивая ее к себе.

Мистер Ковальски- младший вдруг с удивлением обнаружил, что окна покрылись странными красивыми узорами, которых он раньше не замечал. Ник потянулся к окну и приложил теплую ладошку к стеклу. Ему нравились эти узоры. 

*вечер. 20:14*

Центральный парк Дорсета был полон детского радостного смеха. Создавалось такое ощущение, будто все детское население города вышло в этот зимний предновогодний вечер погулять в парк, построить огромную снежную стену и устроить потом войну снежками, полежать в снегу, а может даже и попробовать его на вкус. 

В центре парка стояла огромная украшенная елка, и многие стояли, окружив ее.

Доменик медленно поднимался на горку, а Якоб помогал ему в этом. Куинни же поджидала его внизу и даже помогла ему  поскорее скатиться с горки.

Ник весело рассмеялся и снова побежал к горке, чтобы снова с нее скатиться. 

Уже через пять минут щечки Ника раскраснелись на морозе, точно так же, как и у его мамы.

Новый Год был уже совсем близко