Голдштейн

Шум.

Будто бы что-то упало.

Куинни открыла глаза и первым делом посмотрела в сторону мужа.

Но Якоб уже встал.

Девушка встала с кровати и накинула на себя теплый черный кардиган.

Она прошла в комнату сына и, убедившись, что он все еще спит, и его не напугал звук падающей посуды ( она уже поняла, где муж и чем он там внизу занимается), вышла из комнаты.

- Ну как готовка?- спросила она, входя в кухню.

- С добрым утром, любимая,- широко улыбаясь, сказал Якоб,- Как спалось?

- Очень даже неплохо. А тебе?

- Точно так же.

Куинни подошла к нему и нежно поцеловала в щеку.

- Вот скажи, почему ты почти весь вымазываешься в муке, когда готовишь?- стирая пальцем с его щеки муку, улыбнулась Куинни.

Якоб рассмеялся, а потом сказал:

- Садись за стол, я тут тебе завтрак приготовил.

Куинни снова улыбнулась, не переставая любоваться Якобом.

Это же надо быть таким милым, таким заботливым, таким... неповторимым.

Как же сильно она его любила!

Каждое утро у них непохоже друг на друга. Даже несмотря на то, что каждый день Якоб встает первым и готовит умопомрочительный завтрак своей жене, но при этом сам не кушает. Они всегда завтракают вместе, иногда вдвоем, иногда втроем.

После этого, Якоб уходит на работу. Но сегодня воскресенье, и никому никуда не надо. Можно спокойно позавтракать, пообедать и поужинать с семьей, не спеша, мило беседуя.

Но это воскресенье уж точно не простое. Оно-то сто процентов будет отличаться от всех остальных.

Сегодня, десятого декабря 1929 года, маленькому Доменику исполнялся год. Его первый день рождения.

- Словно вчера Ник появился в нашей жизни, а сегодня ему уже год,- прошептала Куинни.

- И не говори,- чуть громче сказал Якоб,- Клянусь, Куин, я даже и представить не мог, что когда-нибудь у меня будет расти сын!

- Зря ты так думал,- усмехнулась Куинни.

Со второго этажа послышался слабый сонный голос Доменика:

- Ма-ма!

Куинни и Якоб встали из-за стола и поднялись в комнату сына.

- Ну что. - улыбнулась Куинни, поднимая его на руки. - Как настроение, хороший мой?

Доменик улыбнулся, показывая, что все у него хорошо и он уже готов праздновать свой день рождения.

Через несколько часов, где-то в половину второго, к ним пришли Тина и Луи. Луи и Доменик каждый раз очень радовались, когда видели друг друга. Они были словно лучшими друзьями, что не могло не радовать их родителей.

- Ладно, давайте, садитесь за стол, обед уже стынет, - позвала всех к столу Куинни.

Миссис Ковальски сказала- миссис Ковальски сделала. Чего на этом столе только не было. Будет, что рассказать сыну, когда он станет чуть старше. И жареная курица, шницели из говядины, копченая свинина, оладьи, хлеб из кукурузной муки, рыба, всевозможные бифштексы и пироги. А какими вкусными они все были! Прям аж пальчики оближешь, и добавки попросишь.

- Как Луи первый день без Ньюта воспринял? - улыбнувшись, спросила у сестры Куинни, когда они обе убирали со стола немагическим способом.

- Все удивлялся тому, почему он никак не вернется с работы. А потом стал рваться в чемодан.

*неделю назад*

Тина сидела на диване, на коленях у нее сидел Луи и они вдвоем рассматривали фотографии: старые и новые.

Луи потянулся к фотографии его родителей, мило обнимающих друг друга.

- Это где?- спросил он, беря в руки фотографию.

- Это наша свадьба,- улыбнулась Тина, вспоминая тот день.

- А это?- он показал рукой на следующую фотографию.

Тина взяла ее в руки и сказала:

- Это здесь, дома. Но только тогда мы еще даже не были обручены.

Луи зевнул, и Тина посмотрела на время.

- Лу, пошли спать,- сказала она, вставая.

- Но я не хочу,- возразил он, снова зевнув.

- Пойдем, пойдем,- улыбнулась Тина.

- Но я не хочу! Я хочу в чемодан! К зверям,- совсем раскапризничался Луи и заплакал.

Тина опустила его на землю и сказала, сев к нему на корточки и взяв за руки:

- Луи, послушай меня. Сейчас ты никак не можешь спуститься в чемодан.

- Но почему?

Тина вытерла его слезы и сказала все, как есть:

- Потому что папа сейчас очень далеко. Он плывет в другую страну. И чемодан с ним. Но я тебе обещаю, когда он вернется, ты первым делом спустишься в чемодан. Хорошо?

Луи всхлипнул, но ответил:

- Хорошо.

Тина улыбнулась ему и сказала:

- Пойдем.

- Спать?

- Да.

- Ну ладно,- вздохнул он, понимая, что другого выбора у него нет.

Они поднялись наверх и через полчаса Луи уже лежал в своей кроватке, засыпая.

- Спокойной ночи, хороший мой,- прошептала Тина, наклоняясь к сыну и целуя его в щеку.

- 'покойной 'очи,- пролепетал Луи, еще раз зевнув.

Он практически сразу заснул, и Тина вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Она зашла в свою спальню,  переоделась в пижаму и легла в кровать, укрывшись одеялом. Но сна все не было.

Тина повернулась на другой бок, легла на спину, снова повернулась набок, но все было тщетно.

Да...

Она поняла, в чем дело.

Слишком уж она привыкла спать, прижавшись к Ньюту, и теперь уже не могла заснуть без его тепла.

Девушка встала и достала из шкафа его футболку. Она одела ее, а потом снова легла.

Факт, что она не может заснуть без мужа безумно начал ее раздражать.

Тина в очередной раз встала, включила лампу и взяла в руки книгу, лежащую у нее на тумбе и открыла 345 страницу - ту, на которой она как раз остановилась.

Тина читала, совсем не замечая, как быстро шло время. Вот уже половину первого, час, пол второго...

Наконец, она почувствовала, что засыпает. Тина выключила свет, убрала книгу обратно на тумбочку (не забыв оставить закладку на 497 странице), и удобно легла. Она словно проваливалась в некое царство, как вдруг...

- Ма-ам...

Тина открыла  глаза и посмотрела на сына, который стоял около кровати и смотрел на нее своими сонными глазами.

- Лу, в чем дело? Ты почему не спишь?

- П'осто там очень ст'анные звуки. Мне ст'ашно быть там одним,- Луи мотнул головой в сторону его комнаты,- Можно я с тобой посплю?

- Да, - ответила Тина,- Конечно, ложись.

Она укрыла его одеялом, и Луи прижался к ней, снова начиная засыпать.

Тина провела рукой по его волосам, поцеловала в макушку, снова проверила, хорошо ли укрыт Луи, и только потом, наконец, заснула.

На следующее утро Луи, как обычно, встал первым. Он посмотрел на маму, спящую рядом и принялся ее будить. 

- Мама! 

- М-м-м...? 

- Мам, я встал. 

- Хорошо. 

- А ты? - он улыбнулся. 

- Встаю. - вздохнув с улыбкой, ответила Тина. 

- Ой, мама, а ты в папином! - рассмеялся Луи.

Тина улыбнулась и протянула Луи руку, помогая ему слезть с их большой высокой кровати. 

*нынешее время. * 

Ник сидел довольный перед большим тортом, на котором горела одна свеча. 

- А теперь давай, задувай свечи! - с улыбкой сказал Якоб, стоя около него.

Доменик со всей силы дул, и свеча погасла. Он и Луи заливисто рассмеялись, а остальные с улыбкой смотрели на них.

Куинни подняла сына на руки и расцеловала его в обе щеки, а потом сказала: 

- Подождите,  а он еще не родился. - рассмеялась она. - Осталось ровно... - ее взгляд пал на часы. - Двадцать пять минут! 

Все рассмеялись, после чего продолжили пиршество. 

Вдруг в дверь постучали.

Куинни поспешила открыла дверь и восторженно воскликнула: 

- Мартин! Лиза Вот  это сюрприз. Какими судьбами?

- Ну... мы подумали, что если у Доменика день рождения, то...

- Проходите скорее! 

- Мартин! - обрадовался Якоб. - Но ты ведь говорил, что вас не будет. Вы вроде как собирались в Ирландию. 

- Да, но планы сильно поменялись, так что мы с Лизой решили... вот так. 

- Здорово! - сказал он. - Хорошо, что вы пришли! 

И теперь тут стало еще веселее. 

С днем рождения тебя, Доменик!