Мы дома
Куинни ходила по комнате, не в силах унять волнения.
Она все ждала, надеялась получить хоть какую-то весточку от сестры, но нет.
- Я думал, ты спишь,- сказал Якоб, войдя в комнату.
- Нет, - ответила Куинни, выныривая из собственных мыслей.
- Ложись, поспи, Куин,- сказал он,- Ты уже столько ночей подряд не спишь!
Куинни ответила:
- А разве я смогу заснуть?
Якоб попытался выдавить улыбку:
- Ну ты хотя бы попытайся, солнышко. Ты же очень сильно устала. От всего этого.
Куинни села на стул, потирая виски.
- Хорошо,- ответила она, вставая.
Девушка зашла в ванную и посмотрела на себя.
Волосы растрепались, глаза красные от постоянных слез, а под ними появились небольшие мешки.
Нет, так нельзя.
Куинни открыла холодную воду и принялась приводить себя в порядок.
Через пятнадцать минут она вернулась в свою комнату, легла в кровать и укрылась теплым одеялом. Только сейчас она поняла, как же все-таки сильно устала.
Якоб обнял ее и Куинни поняла, что, наконец, засыпает.
Мистер Ковальски же, слегка улыбнувшись, убрал с ее лица золотые локоны и сказал:
- Все наладится. Поверь мне.
"Ночной рыцарь". Близ Дорсета.
Тина лежала на кровати, закрыв глаза.
Автобус " Ночной рыцарь" приближался к Дорсету, и от этой мысли Тине становилось намного легче. К тому же, выдержать эту поездку мог далеко не каждый.
Ньют и миссис Скамандер сидели на соседней кровати, и разговаривали, однако Тина не слушала.
Кажется, ей показалось, что автобус, наконец, остановился.
- Тинни,- позвал Ньют.
Тина открыла глаза и Ньют сказал, улыбнувшись:
- Мы приехали.
Тина слабо улыбнулась и села.
- Приехали?- еле слышно сказала она.
- Да. Мы дома.
Тина аккуратно встала на ноги и улыбнулась. Из окна она увидела родную улицу, и от этого стало так приятно и тепло на душе.
Они вышли из автобуса и, стоило только миссис Скамандер сойти, как " Ночной рыцарь" исчез.
Девятнадцатый дом...
Двадцатый...
Двадцать первый...
Двадцать второй...
Тина уже видела сад их дома.
Двадцать третий, двадцать четвертый, двадцать пятый, и, наконец...
- Ну, вот и наш дом,- сказал Ньют, указывая рукой на двадцать шестой дом.
Они медленно прошли к нему и Ньют открыл заклинанием дверь.
Ньют и Тина зашли в дом, а миссис Скамандер топталась у двери, словно не зная, имеет ли она права войти.
- Проходите, миссис Скамандер,- улыбнулась Тина.
Миссис Скамандер пристально посмотрела на нее, а потом зашла в дом, закрыв за собой дверь.
Она действительно чувствовала себя неловко, неудобно, но больше всего она чувствовала стыд. То самое чувство, когда хочется отмотать время назад и исправить все ошибки.
- Это ваш первый Новый Год?- спросила она как бы между прочим, разглядывая фотографию в рамке, что висела на стене, стараясь не показывать свою грусть.
На фотографии были изображены Ньют, Тина, Якоб и Куинни, которая тогда еще была мисс Голдштейн. Они стояли на улице, обняв друг друга, на лицах - радость и счастье.
- Да,- ответила Тина, подходя к картине,- 1928 год.
- Это здесь?
- Да, фотография была сделана в нашем саду, почти сразу после наступления Нового Года.
Миссис Скамандер улыбнулась. Она провела рукой по рамке, а потом, вздохнув, сказала:
- Знаешь...
- Тина!- позвал Ньют из соседней комнаты.
- Да, Ньют?- спросила Тина, проходя в гостиную.
Ньют сидел на корточках и искал в нижнем шкафу что-то.
- Где лежала чернильница?
- Наверху,- ответила Тина, доставая из верхнего шкафчика чернильницу и протягивая ее мужу.
- Точно, спасибо,- рассмеялся Ньют и, взяв перо и пергамент, сказал: - Послание для Куинни и Якоба. Они просили сообщить о том, что с нами все хорошо, сразу после прихода.
Миссис Скамандер стояла у входа, прислонившись к двери и разглядывая фотографии.
- Мам, не стой в дверях,- сказал Ньют, улыбнувшись,- Проходи, садись.
Женщина прошла в гостиную и взяла в руки фотографию.
На той фотографии была изображена Тина, на руках у нее был Луи.
- Это Луи у тебя на руках?- спросила миссис Скамандер.
- Да,- улыбнулась Тина.
- А сколько ему сейчас?
- Семь месяцев недавно было.
Миссис Скамандер снова улыбнулась, и опять повторила свою фразу, сказанную ранее в Нурменгарде:
-Сколько же всего я пропустила.
Бландфорд- Форум.
Настойчивый стук в окно.
И он не прекращался.
Якоб открыл глаза и посмотрел на спящую рядом жену. Он поспешил встать и открыть окно, чтобы сов юнаконец, успокоилась. Не дай Бог она разбудит Куинни! У нее была такая тяжелая неделя, она столько ночей подряд не спала, не отдыхала, переживала. Сейчас ей нужно выспаться.
Он открыл окно и свежий мартовский воздух хлынул в его лицо. Якоб развязал письмо и совушка улетела. Ковальски оставил окно открытым и подошел к кровати, чтобы укрыть Куинни получше. Он сел на кровать и прочитал:
" Мы дома, с Тиной все хорошо.
Проблем никаких не возникло.
Ньют"
Стоило только Якобу прочитать это, как он чудом удержался, чтобы не разбудить Куинни.
Он встал, положил письмо на тумбочку Куинни и максимально тихо спустился на кухню.
Он достал все нужное и замесил тесто. Тихо напевая себе под нос джазовый мотив, он не заметил, как прошло полчаса, и вниз спустилась Куинни.
- Доброе утро, милый,- зевнув, сказала она.
- Ты не увидела записку?- спросил он, улыбнувшись.
- Нет... Ах, Якоб! - воскликнула Куинни, бросившись на шею и разразившись рыданиями,- Господи... Слава Богу... Слава Богу...
Якоб гладил ее по спине, вымазывая ее в муке, ведь он даже не успел вытереть руки.
- Все хорошо, Куин, все в порядке.
Куинни вытерла слезы и счастливо рассмеялась.
- Поедем сегодня вечером к ним? - спросил Якоб.
- Нет, - улыбнулась Куинни, - Поедем завтра. Сегодня они едут в Мунго.
Прошло еще полчаса. Луи сидел на руках у Куинни, а Доменик сидел у Якоба на руках и кушал.
20:24. Дорсет, дом номер 26.
Тина сидела на диване в гостиной и читала книгу. Тут дверь открылась и в комнату зашел Ньют. Он улыбнулся жене и спросил:
- Что читаешь?
Тина слегка улыбнулась и показала ему обложку его же собственной книги. Самое первое издание (а их уже было 3), самый первый экземпляр.
- Сколько раз ты ее уже читала? - спросил Ньют, слегка усмехнувшись.
- Не знаю. - ответила Тина, закрывая книгу и убирая ее на полку. - Но она нравится мне. Особенно нравятся мне те главы, в которых написано про животных из нашего чемодана.
- Как ты себя чувствуешь? - спросил он, минуту погодя.
- Нормально.
Днем они были в больнице Святого Мунго. Опасности ее жизни ничего не представляло, да и то, что ей стало намного лучше, было видно и без консультации у целителя. Она уже перестала говорить шепотом. Тогда ей было словно сложно выдавить и слова. Но сейчас все уже было хорошо. Все снова становилось так, как и должно было быть.
Следующее утро. Бландфорд-Форум, 62.
Куинни проснулась рано. Словно что-то мешало ей спокойно спать.
Да, она была очень возбуждена. Известие о том, что ее сестра дома и ей ничего не грозит, очень обрадовало ее. Она даже не могла передать это счастье словами.
Куинни вышла на балкон и вдохнула свежий мартовский воздух.
Да...
Спокойная жизнь. Снова.
Как же она была рада этому.
Но она и не думала, что ее счастье сможет стать даже еще больше, но когда в три часа дня в их дверь постучали и она отчетливо услышала мысли Тины, девушка едва удержалась, чтобы не вскрикнуть и разрыдаться, словно маленькая девочка.
Обняв сестру, стоило ей только переступить порог дома, Куинни прошептала:
- Слава Богу, мы дома. Мы все дома.
Как же все-таки много значит эта, обычная, на первый взгляд, фраза.