Голдштейн

Тина медленно обернулась.

- Куинни...- прошептала она.

Ньют до сих пор обнимал ее, но она все еще не могла посмотреть на булочную.

- Тина, все хорошо, это Куинни, она жива, все в порядке,- шептал ей Ньют.

Тина встала и крикнула:

- КУИННИ!

Блондинка все еще была без сознания.

Тина подбежала к ней. Посмотрев на Куинни, потом на Якоба, она сказала:

- Ньют, они без сознания! Скорее, их надо переместить домой! 

- Так, ты возьми Куинни, я возьму Якоба. А потом...- он посмотрел в глаза взволнованной обессиленной девушки и настойчиво сказал: -  Возьми меня за руку. Я трансгрессирую.

Уже через пару секунд четверка оказалась в доме.

Якоб, не привыкший к трансгрессии, тут же очнулся. Однако Куинни все же была без сознания.

- Господи! Что это было!- выпалил Ковальски.

Его взгяд пал на Куинни, которая лежала на диване и не чувствовала ничего.

- Что с ней?- заволновался он.

- Она без сознания, наверное, наглоталась дыма,- ответила Тина,- Якоб, тебе нужен отдых,- сказала она, окинув его взгядом.

- С ней все будет в порядке? - спросил Якоб, прежде чем выйти из комнаты.

- Да, конечно,- ответила Тина, - А теперь попрошу выйти,- она посмотрела на Якоба и Ньюта, которые все еще были в комнате,- Мне нужно ее осмотреть.

Мужчины вышли, а Тина начала осматривать Куинни.

Не обнаружив ничего серьезного и приняв все нужные меры, Тина прошла на кухню и начала готовить ужин. Повезло, что диван, на котором лежала Куинни, находился в той же комнате. 

Дверь открылась и вошел Ньют.

- Тина, ты обед готовишь? Сейчас?

- Надо же нам покушать. И так наглотались дыма. Как там Якоб?

- Он в шоке. А так ничего.

Тина кивнула. Ньют вышел из комнаты, а Тина продолжила готовить.

- Что...где...где я?

- Куинни! Очнулась!

Тина подбежала к сестре.

- Тина? Что это было?

- Кто-то поджег булочную. Это сто процентов магия. Ты побежала за Якобом и, видимо, надышалась этого дыма.

- И мы, трое волшебников, не могли потушить булочную с самого начала?

- Да мы бы с самого начала это сделали! Но ведь это была темная магия!
 
- Ну да,- вздохнула Куинни, а потом встрепенулась, вскочив, - Как там Якоб!

-С ним все в порядке, не волнуйся! Погоди, не вставай, тебе нужен отдых!

- Ладно,- Куинни снова легла на подушку, - А ты как?

- Я особо не пострадала,- ответила Тина, садясь на краешек дивана.

- Ты побежала за мной, потом оказалась в абсолютно другой стороне, стала терять сознание, но в то время пришел Ньют и спас тебя.

- Мысли читаешь, это уже хорошо,- слабо улыбнувшись, сказала Тина и встала, чтобы продолжить готовку. 

- Ты готовишь ужин?

- Да.

- Эх, хотела бы я тебе помочь,- вздохнула Куинни.

- Ничего. Поправишься- будем вместе готовить!

- Ну хорошо,- улыбнулась Куинни, чем очень порадовала Тину. Сестра снова приходит в себя.

***
Через два дня все чувствовали себя так, будто никакого пожара и не было.

- Хей, может поиграем в снежки на улице?- сказала за ужином Куинни, - Повеселимся хорошенько!

- Я не против!- сказал Якоб, подняв руку.

- Я тоже!- улыбнулась Тина.

- Ну, я тоже не против, - сказал напоследок Ньют.

Никто не успел ничего сказать, как Куинни потянула Тину в комнату одеваться.

Уже через пять минут двор был полон смеха: два звонких девичьих голоса и два мужских. Ясно было, что все они были очень счастливы, как им всем было уютно в таком мире. Мире, где нет Грин-де-Вальда, зла, нечести; где царствует любовь, дружба и счастье.

Тина и Куинни давно столько не смеялись.

Якоб не смеялся давно. Последний раз, когда он смеялся был тогда, когда еще его бабушка была жива.

А сколько не смеялся Ньют... после исключения из школы родители не приняли его домой; без друзей, без семьи; единственным родным человеком, который бы продолжал с ним общаться был брат, но последний год они вообще не общались.

Теперь у них у всех есть друзья.
Теперь у них есть все.

Тина сделала маленький снежок и бросила его прямо в Куинни.

Блондинка рассмеялась, а потом  бросила снежок в сестру.

Якоб сзади бросил снежок в Куинни. Девушка обернулась, увидела Якоба. Не успел никто глазом моргнуть, как Куинни с воплями убегала от Якоба. В конце он поймал ее и повалил в сугроб. Смех не прекращался ни на секунду.

Тут Тина почувствовала, что снег попал ей прямо за шиворот. Она обернулась. Сзади довольно улыбался Ньют.

- Так, да, значит,- сказала она, не переставая улыбаться. Она слепила снежок, бросила его, но Ньют вовремя увернулся и снежок попал ему в спину.

Тина смеялась и не заметила, как снежок со стороны Ньюта летит ей прямо в лицо.

- Два- ноль!- заметил Ньют.

Тина бросила в него еще один снежок, но Ньют снова увернулся.

- Ты где такой ловкости набрался?- спросила она, не переставая смеяться.

Ньют пожал плечами.

- Уже три-ноль,- сказал он, спустя минуту.

- Уверен?- за спиной у Тины стояла горка из снежков. Она брала в руки по два снежка и бросала их в Саламандера.

- Ладно, ты победила. Я потерял счет!- рассмеялся Ньют, как только четыре снежка полетели в него одновременно.

- Хей! - крикнула сзади Куинни,- Не хотите слепить снеговика?

- С удовольствием,- ответила Тина и они с Ньютом поспешили присоединиться к Якобу и Куинни.

- Последний раз я лепила снеговика, когда была на седьмом курсе,- сказала Куинни, катая по снегу шарик.

- А я на пятом,- сказала Тина, убирая прядь волос с глаз, а потом снова присоединяясь к сестре, толкающей вперед большой снежный шар.

Якоб рассмеялся и сказал:

- Это еще ничего! Я, вот, последний раз лепил снеговика с моей бабушкой. Я тогда учился в колледже.

- А ты, Ньют? - спросила Тина.

Ньют усмехнулся и ответил:

- Мне было лет девять!