Голдштейн

05:17.

С улицы, со стороны центрального парка послышались очень странные, страшные и неприятные звуки, от которых многие жители встали.

Сестры Голдштейн были не исключением.

Тина простонала и закрыла лицо подушкой, но вскоре встала и открыла окно.
Куинни встала и тоже подошла к сестре, которая немного высовывалась из окна.

Руки девушек были на подоконнике, а сами они высовывались из окна.

Тина и Куинни прошли в комнату мужчин и резко открыли дверь.

Кровати были пусты...

Тина недовольно на это посмотрела и побежала в комнату одеваться.
- Мы же сварили им какао! - сказала Куинни и прошла в комнату, где Тина уже одевала пиджак,- Что ты делаешь?
- Звуки из Центрального Парка. Ньют и Якоб там. Я отправляюсь за ними.
- Хорошо, а я останусь дома, чтобы наверняка.
- Да,- кивнула Тина, взяв палочку, - Если они вернуться, придумай что-нибудь. Способ меня известить.

Тина трансгрессировала прямо из квартиры.

Оказалась она на мосту.

- Отлично! Два на месте, еще один.

Тина сразу узнала этот голос- Ньют Саламандер.

Она быстро нагнулась, чтобы ее не заметили и стала следить за ними.

Мужчины были под мостом.

Тина привстала, чтобы ей было легче видеть происходящее и услышала щелчок.

- Полезай!- сказал Саламандер.
Якоб и Ньют зашли в чемодан, а Тина спустилась с моста и увидела закрытый, но не запертый чемоданчик. Быстро сев на него, она закрыла чемодан и решила действовать решительно, настойчиво и терпеливо.

И что бы сейчас не говорили, важно одно. Она дожна доложить обо всем в Магический Конгресс!

Не долго думая, Тина встала и пошла в направлении МАКУСА.

Девушка пересекла две улицы и оказалась в хорошо освещенном квартале.

Внезапно послышались какие-то устрашающие звуки и огни по очереди стали потухать.

Поднялся небольшой, но холодный ветер, который 100 % не был настоящим, а вызванным магическими силами.

Тина остановилась и посмотрела назад.

Света не было, но будто бы невидимая сила направлялась в какую-то сторону, туша при этом огни.

Становилось очень жутко и Тина прижала к себе чемоданчик.

- Нет, нужно трансгрессировать,- прошептала Тина и трансгрессировала прямо с места.

Никто не мог ее увидеть- было слишком темно.

Уже спустя секунду Тина поднималась по лестнице Магического Конгресса.
Был час совещания.

Тина это хорошо помнила.

Не было такого работника МАКУСА, который бы не знал, когда будет то, или иное совещание.

Было темно, людей практически не было, но Тина решительно направлялась в Зал Совещаний.

Тина вновь ворвалась в Зал, где в центре стояла госпожа президент, рядом сидел Грейвс на диване, а на специальных сиденьях- лестницах у стенки сидели люди.

- Госпожа президент, простите,что прерываю, но это очень, очень...

Тина не договорила и осмотрелась.

На совещании были все важные люди - волшебники со всех стран, министры и президенты, депутаты и мракоборцы.

На потолке что-то блестело, но Тина не обратила на это внимания.

Все взгляды были устремлены к ней. Голдштейн же, в свое время, смотрела прямо в глаза президенту.

- Надеюсь, нечто чрезвычайно важное привело вас сюда, мисс Голдштейн?- сурово спросила Серафина.

Тина кивнула:

- Да. Так и есть,- Тина сделала пару шагов вперед,- Мадам, вчера в Нью-Йорк прибыл волшебник с чемоданом,- Тина мотнула головой в сторону чемодана,- И в нем было полно магических существ. К несчастью, некоторые сбежали.
- Он прибыл вчера?- так же сурово спросила Пиквери. Тина кивнула,-Вам уже целые сутки известно, что у незарегестрированного волшебника в Нью- Йорке сбежали магические существа, и вы сообщаете об этом только тогда, когда погиб человек.
- Кто...погиб?- дрожащим от страха и волнения голоса сказала Тина.
- Где этот волшебник?- Серафина оставила вопрос Тины без ответа и решила, что нужно принимать какие-то меры.

Тина поставила на пол чемодан, открыла застежки и постучалась.

Все с замиранием сердца ждали, что же будет.

И вот крышка чемоданчика открылась и оттуда показалась рыжая человеческая голова.

Ньют непонимающе вышел, не отрывая глаз от Тины, а за ним, улыбаясь, вышел Ковальски.
Увидев такой состав улыбка Якоба мгновенно изчезла.

Небольшой гул охватил зал.

Ньют наклонился и закрыл чемодан, взяв его в руки, как кто-то из присутствующих его узнал:

- Саламандер?

Ньют посмотрел на мужчину и поздаровался:

- Оу, здравствуйте, министр.
- Тесеус Саламандер? Герой войны? - удивленно спросил кто-то сзади.
- Нет, это его младший брат. Что вы делаете в Нью-Йорке?- спросил у магозоолога министр.
-Я приехал купить апполоскую пушишку, сэр.
- Ну конечно,- чуть рассмеялся министр,- А на самом деле?

Но президент Америки прервала его:

- Голдштейн! Кто второй?
- Это Якоб Ковальски, госпожа президент, он не-маг, его укусило одно из существ мистера Саламандера.

Неодобрительный гул прошелся по залу.

- Забвение! Заклятие Забвения на него! -говорили присутствующие.

В ту самую минуту Ньют увидел парящее тело сенатора Шоу и воскликнул от ужаса:

- Мерлинова Борода!
- Вы знаете, кто из ваших тварей способен на это, мистер Саламандер? - спросила Йа Чжоу, сложив руки крестом на груди.

Тина тяжело и беззвучно вздохнула, смотря на тело сенатора.

Такого ужаса она не видела еще никогда и нигде.

Ей почему-то очень хотелось верить, что это не твари Ньюта, но и не то, о чем она подумала сразу, увидев его лицо.

- Это был...они здесь непричем! Не притворяйтесь, вы посмотрите на эти отметины. Это был обскур!

Казалось, хуже и быть не может.

Еще более сильный гул неодобрения и возмущения прошелся по залу.

Тина подняла глаза на тело и мурашки пробежались по ее спине.

"Все же видят,что это обскур!- подумала девушка, - Видят! Видят,но не хотят верить! Как это ужасно! Ведь все они учились в школах, они видят, что это! Нет , нет, нет, так не правильно! Это же обскур, как бы не хотелось верить! Как бы тяжело не было поверить!"

- Вы зашли слишком далеко, мистер Саламандер, - терпеливо, но очень холодно сказала Пиквери,- У нас, в Америке, нет обскуров! - она повернулась к Грейвсу,- Конфискуйте чемодан, Грейвс.
- Стойте, нет! - Ньют дернулся, но было уже поздно. Чемодан лежал у Грейвса под диваном.
Ньют потянулся за палочкой, но Грейвс одним движением руки поднял в воздух Ньюта, а заодно и Тину с Якобом, стоило только призиденту дать приказ :" Арестовать их!".

Грейвс встал и направился в свой кабинет с чемоданом,но его остановил Ньют:

- Не губите этих существ! Прошу вас, они совершенно не опасны! Совершенно!

Тина прожигала Серафину взглядом, моля пощадить животных, но президент будто не видела:

- Это нам решать! Отведите их в камеру.

Тройку подняли за руки, нацепили наручники и поволокли прочь из зала.

- Не трогайте этих существ, они не опасны! Не губите моих существ,они не опасны! Умоляю вас, они не опасны! Они не опасны!- кричал Саламандер, но никто его так и не послушал.

Один из сотрудников открыл дверь в камеру, а те, что держали их за руки, расцепили наручники и в буквальном смыле швырнули в камеру.
Тина и Ньют еде удержались на ногах, а Якоб упал прямо на " кровать".

Да и кроватью это назвать было нельзя- сплошное холодное железо.

Сделав " дело", сотрудники поспешили удалиться.

Ньют обессиленно сел в угол, Якоб сел на кровать, а Тина осталась стоять, положив руки на решетку и смотря куда-то вдаль.

Никто не смел говорить.

Посмотрев на Саламандера, Тина первая решила нарушить эту гробовую тишину и сказала то, что действительно чувствовала:

- Мне так жаль ваших питомцев, мистер Саламандер. Правда,- она еле сдерживала поступавшие слезы.

Ньют вообще никак не отреагировал на слова Тины.

Что я наделала!- подумала Тина и слезы отчаяния, вины и стыда были готовы брызнуть из ее глаз. Голдштейн закусила губу, но слезы сдержала.

Потом Якоб , непонимающе переводя взгляд с Тины на Ньюта, спросил:

- А можете объяснить мне, что за обскурий, обскуриус или... как там его?

Тина повернулась к Якобу и сказала:

- Обскуров не было тут уже сотни лет.
- Я видел одного в Судани, три месяца назад,- заговорил Ньют,- Когда-то их было в разы больше, но они не все исчезли. Волшебники ушли в подполье, потому что на нас охотились магглы. Юные дети волшебников пытались подавлять свою магию, чтобы избежать приследований. Они не научились управлять своей силой и она превратилась в нечто, получившее название " обскур".
- Это неконтролируюмая сила, которая может внезапно атаковать,- продолжила Тина,-А потом исчезает.
Тина обратилась к Ньюту:
- Обскурии живут недолго, верно?
- Нет ни одного свидетельства, что обскурий пережил свое 10-летие,- ответил Ньют,- Той, что я видел в Африке было восемь... было восьмь, когда она умерла.

Тина посмотрела на Ньюта с ужасом.

Восемь...восемь лет...

-Что, ты хочешь мне сказать, что сенатора Шоу убил...ребенок?- переспросил Якоб.

Ньют посмотрел на Якоба и ответ стал очевиден.

Дверь открылась.

Появились мракоборцы и... палачи.

Тина нервно сглотнула, а глаза вновь застелила пелена слез.

- Вы!- огрызнулся мракоборец и посмотрел на волшебников,- Вас мистер Грейвс ждет.

На них надели наручники и поволокли к кабинету. Якоб остался в камере и смотрел, как Тина и Ньют уходят.

Ньют повернулся перед выходом из "подземелья камер" и крикнул Якобу:

- Я очень рад нашему знакомству, Якоб! Надеюсь, ты откроешь свою булочную.

Якоб махнул ему рукой, но этого уже никто не видел.

В кабинете Грейвса за стол посадили Ньюта, Тина же осталась стоять у дверей с двумя палачами около себя.

Грейвс молча смотрел на магозоолога, изредка поглядывал на Тину.

- Интересный вы человек, мистер Саламандер,- начал Грейвс и Тина немного вышла вперед.
Она взвесила все.
Решила.
Поняла.
Разобралась: Ньют невиновен. Он прав. Это действительно был обскур. МАКУСА лжет.

Что бы сейчас ни было, Тина всегда будет на его стороне.

- Мистер Грейвс,- прошептала девушка, но Грейвс показал жест " молчать" , и Тина отошла назад.
- Вас выгнали из Хогвартса за угрозу человеческой жизни.
- Это был несчастный случай...
- С тварью?

Тина смотрела на это непонимающе, у нее возникало множество вопросов, и, конечно же, ноль ответов.

- Но один из ваших учителей активно протестовал против вашего отчисления. Скажите. Что такого Альбус Дамблдор нашел в вас?
- Если бы я знал...- с сожелением и грустью ответил Саламандер.
- И теперь несколько опасных сбежавших существ... другой несчастный случай?- Грейвс уже обращался не только к магозоологу, но и ко всем присутствующим, чтобы те подтвердили его слова, - Я прав?
- Зачем мне выпускать их намеренно?
- Продемонстрировать могущество. Спровоцировать войну между магическим и немагическим мирами,-утверждал глава отдела расследований.
- Массовое убийство ради светлого будущего? - спросил Саламандер.

Грейвс кивнул и вновь обратился к присутствующим:
- Да. Примерно.

Ньют посмотрел в глаза Грейвсу и сказал:
- Я не принадлежу к фанатикам Грин-де-Вальда, мистер Грейвс.

Грейвс как-то странно улыбнулся и притянул что-то рукой:
- Что вы можете сказать вот об этом, мистер Саламандер.

В прозрачном шаре бурлило что-то черное.

Тина, завидев это, легонько помотала головой.

" Нет, нет! Нет! Пожалуйста, скажите, что я ошибаюсь,- думала девушка,- Скажите, что это не то, о чем я думаю!".

Ньют повернулся к Тине и начал говорить:
- Это обскур.

У Тины в животе что-то оборвалось.

Саламандер продолжил:
- Но это не то, что вы думаете. Я сумел отделить его от суданской девочки, пытался ее спасти.

Тина верила. Верила всему, что говорил Саламандер.

- Я забрал его домой для изучения,- продолжал Ньют,- Он не выживет за пределами оболочки! Он не мог никому навредить, Тина!
- То есть без хозяина он бесполезен?- вставил свое слово Грейвс, рассматривая обскура.

Ньют разочарованно посмотрел на Грейвса:
- Бесполезен? Бесполезен?! Это паразитическая магическая сила, которая убила ребенка! Как вы хотите ее использовать?

Тина уже смотрела на Грейвса по-другому. Она не могла понять, зачем и почему Грейвс все это делает.

Грейвсу же, кажется , все это надоело и он встал:
- Кого вы обманываете, мистер Саламандер? Вы притащили этого обскура в Нью- Йорк с целью вызвать массовые беспорядки и раскрыть людям существование магического мира...
- Я не могу причинить кому-нибудь вред, вы же знаете...
- За измену и предательсво своих коллег-волшебников вы приговариваетесь к смерти.

У Тины дрогнули плечи, сердце забилось еще сильнее, и она не смогла сдержать приглушенного вздоха.
- Что?- не понял Саламандер, но к нему уже подошла женщина-палач и приставила палочку к шее.
- Мисс Голдштейн за способничество вам...
- Она ничего подобного не делала!- пытался заступиться за девушку Ньют, но Грейвс будто не слышал:
- ...Ждет та же самая участь.

Берданетт, чернокожая волшебница- палач , тоже приложила палочку к ее шее и Тина от шока, страха и безысходности не смогла сдержать слез. Она смотрела на Грейвса прожигающим взгядом, не веря в приговор.

Когда-то мистер Грейвс считал ее самым лучшим мракоборцем, поручал ей самые большие и тяжелые задания, а теперь он приговорил ее к смерти.

Грейвс приложил руку ко лбу:
- Исполняйте немедленно. Я сам извещу президента Пиквери.
- Тина!- повернулся к ней Ньют, чтобы что-то сказать, но Грейвс шикнул на него, и Тина расплакалась навзрыд.

Она не могла поверить! Не хотела верить! Была не в силах верить... Она не могла поверить, что их жизнь так быстро закончится. В тот момент она думала именно не о своей судьбе, а о судьбе их обоих, или, наверное, даже больше о дальнейшей судьбе Ньюта и его животных.

И в голове ее не укладывалось все это.

А вспомнив Куинни, девушка разрыдалась по полной.

- Прошу,- указал на дверь Грейвс и их увели из кабинета.

Тина плакала настолько громко, что, казалось, ее слышно на весь этаж, но об этом в тот момент Тина не думала.

Где-то в конце коридора послышались звуки бьющейся об пол посуды, а потом быстрые приближающиеся шаги.

Тина сразу их узнала. Она слышала и узнавала эти шаги за километр. Она не могла их ни с чем и ни с кем спутать. Тине сейчас надо было увидеть Куинни, попрощаться, обнять, в последний раз посмотреть на сестру, запомнить все ее черты лица, сказать, насколько сильно любит ее. Попросить беречь себя и спасти Якоба Ковальски от забвения, а главное- быть счастливой. Без нее. Держаться. Быть сильной и доброй. Верить в волшебную силу любви. Но этого не произошло. Подсудимые и палачи прошли в комнату казни.

Это была белая комната, с поржавевшими белыми стенами и большим бассейном, полным какой- то кислоты.

Над бассейном парил один единственный стул, на котором и суждено было казнить Тину и Ньюта.

- Не делай этого, Берданетт, прошу тебя! - умоляла Тина.
- Больно не будет.

Тина оглянулась назад, посмотрела на Ньюта. Саламандер смотрел на происходящее, в глаза девушки, и явно не понимал, что это за казнь. Ему, скорее всего, было очень интересно узнать, почему их отвели к какому-то бассейну, а не прибили на месте Авадой Кедаврой. Но ответа, он, наверное, никогда не получит.

Берданетт поднесла к виску Тины палочку и извлекла ее самые светлые воспоминания. Тина пыталась сопротивляться, но не могла. Не была больше в силах.

Чернокожая бросила в бассейн воспоминания, и он стал отдаваться приятным серебренно-голубым цветом.

- Тина!
- Мама...

Маленькая Тина смотрела на всех и улыбалась.

Та же Порпентина, что и в бассейне, только уже повзрослевшая, улыбнувшись, смотрела в бассейн, не отрывая глаз. Она будто бы попала в детство. Смогла снова увидеть маму...

- Тина! Пойдем, мышонок, пора спать. Ты готова?

И вот уже ее мама смотрела на Тину, будто зовя, ожидая.
- Ну разве не прелесть? - спросила Берданетт.
Тина лишь выдохнула, улыбаясь.
- Ты ведь хочешь туда, да?
Тина кивнула, не отрывая взгяда от тогда еще безоблачного детства.

Стул подлетел к Тине и она села на него. Ньют дернулся, но никто внимания на него не обратил. Стул летел прямо над бассейном, а Тина не могла оторвать глаз от картинок прошлого. Вот уже и Куинни появилась на свет, девочки чему-то заливисто смеются, какой-то бал, где маленькие сестры Голдштейн вальсировали с родителями- Тина с мамой, а Куинни с отцом.

Но тут сцена снова переменилась. Появился дом, коридор.
Церковь Вторых Салемцев. Проишествие, которое случилось совсем недавно.
И Тина вернулась в реальность. Она вдруг поняла всю сложность ситуации, насколько плачевно ее состояние, и даже если бы она и хотела бы выбраться ( а она очень хотела!), то не смогла бы. Ее жизнь обречена. Это конец.

Кислота в бассейне забурлила, и стала подниматься все выше и выше, чтобы захватить с собой Тину.

-Ведьма!- крикнула Мэри Лу, и Тина почувствовала, как стул коснулся чего-то. Она огляделась, и увидела, что жидкая и горячая масса стала вырисовываться из бассейна и потихоньку подниматься все выше и выше, чтобы накрыть новую жертву.

А Ньют в то время управился со всеми палачами и смотрел на Тину.

- Мистер Саламандер! - вскрикнула Тина, забираясь на стул.

- Спокойно, без паники! Сейчас, - напряженно думал он, глядя на Пикирующего Злыдня, кружащего над Тиной.

- А что мне еще остается? - едва ли не плакала девушка, глядя на него.

- Прыгай! - внезапно сказал Саламандер, смотря на ящера-бабочку, выжидая момент.

- С ума сошел? - от удивления ее голос стал ниже, Тина смотрела на него недовольно, как на последнего безумца. Не самое время для шуточек, она тут умирает, вообще-то.

- Прыгай на него! - повторил он громче, и глаза ее наполнились слезами, которые снова готовы были хлынуть из глаз. Мужчина подошел ближе, не отрывая от ее карих заплаканных и напуганных глаз свой взгляд. - Тина, послушай меня, я тебя поймаю, - Голдштейн не шевелилась. Стул под ее ногами расплавился уже наполовину. - Тина, - во взгляде мелькнуло отчаяние и девушка пыталась ему поверить. В то время масса из бассейна уже была Тине выше головы, - я поймаю тебя. Не бойся, Тина... Давай!

Вскрикнув, Тина вырвалась вперёд, шагнула на Злыдня, и упала в его руки, задыхаясь. Саламандер поймал ее, прижал к себе обмякшее тело и Тина посмотрела на его лицо, как прозревший слепец на звезды.

- Бежим!- Ньют поймал уменьшенного Пикирующего Злыдня в ладонь, и, не отпуская руки девушки, побежал вперед, открывая дверь.

Громкий звонок раздался по МАКУСЕ. Слышно было, как мракоборцы бегут, чтобы вернуть " преступников" на место.

Тина и Ньют бежали из подземелья, но им преградили дорогу два мракоборцы, которые стреляли в них вневозможные заклинания, но Ньют потянул Тину на себя и они оба спрятались за столбом.

Саламандер снова выпустил Пикирующего Злыдня и существо стало по очереди падать на головы мракоборцев.

Пробегая мимо лежащего на полу мракоборца, который, казалось, был убит, Ньют позвал поедающего мозги мужчины, Злыдня:
- Оставь его мозги! Прекрати! Скорей!

Огромный ящер-бабочка в буквальном смысле был щитом для убегающих.

- Что это за тварь?- спросила Тина, запыхаясь.
- Пикирующий злыдень!
Девушка слегка усмехнулась:
- Он мне нравится!
Ньют улыбнулся, но продолжил бежать и не отпускать руки Тины.

Только хотели они выбежать из здания, как из угла выскочила Куинни, с чемоданом в руках и Якобом рядом.

Тина не могла поверить , что видит сестру и не смогла сдежать улыбки, и Ньют отпустил ее руку.

Четверка тяжело дышала, но Куинни показала на чемодан:
- Залезайте!

Ньют кивнул и взял из рук Куинни чемодан. Он устроил его на полу и протянул руку Тине. Ее рука тряслась, но Голдштейн всеми силами старалась эту дрожь унять. Она залезла в чемодан, потом туда зашел Якоб, а после него- Ньют.

Куинни закрыла чемодан и пошла в кабинет. Там она одела пальто и быстрыми шагами поспешила удалится из здания.
Она уже шагнула на Главную Лестницу, как вдруг:

- Куинни!

Девушка медленно повернулась и увидела Абернетти.
- Куда вы собрались?- спросил он

- Я...приболела, мистер Абернетти,- быстро придумала уважительную причину Куинни и для завершения своего "больного" образа кашлянула.
- Опять?- немного нервничая, ответил Абернетти. Его взгяд пал на чемоданчик, который Куинни старательно прятала за собой,- Что же у вас там?

Куинни вытащила из-за спины чемодан, поднялась к Абернетти и, ослепительно улыбаясь, сказала:
- Дамские штучки. Хотите взглянуть, я не против.

Абернетти немного подался назад и ответил:
- О, ну что вы, не хочу...я... поправляйтесь...

Куинни мягко улыбнулась и поправила галстук Абернетти:
- Спасибо.

* в то время в чемодане*
Крышка чемодана закрылась.

Тина села на табуретку, осматривая сарай.

Она все еще тряслась и не могла понять, что произошло.

Секунду назад она была в двух шагах от смерти. Секунду назад она была готова распрощаться с жизнью. Секунду назад она чуть не повелась на воспоминания и не умерла.

Когда она стояла на стуле, который почти расплавился, ее охватывала паника. С ней это вообще редко случалось. Ньют уверял ее в том, что поймает. И она поверила. Она хотела верить! Поверила, и выжила. Он спас ее. От мысли, что ее тут бы могло было бы не быть, Тину бросало в дрожь, но тогда времени на думы не было.
Во время побега от мракоборцев тоже не было времени на мысли. Слишком много беготни. А тут...

Тишина, спокойствие.

Доходит смысл происходящего за последние пять- десять минут.

А ведь Тина хотела сдать своего спасителя МАКУСЕ, за что сейчас она ругала себя.

Ну и как можно было так с ним поступить!

Тина встала и , игнорируя то, что она еще трясется, вышла из сарайчика, и открыла рот от удивления.
- Он...такой большой! И великолепный!- прошептала Тина на выдохе.
- Тина? - вывел девушку из размышлений голос, от которого она вздрогнула.
- Н-ньют, я... - она не знала, что сказать.

" Боже, Тина, да что это с тобой! Поблагодари, он тебе жизнь, вообще-то, спас! Попроси прощения за свои поступки, что-ли! Не тупи,а!- грозно сказал ей ее внутренний голос".

- Ньют, я...- Тина смутилась и посмотрела в пол, слабо улыбнувшись. Сию же секунду она подняла глаза на Саламандера и ответила,- Я бы хотела поблагодарить тебя.
- Да за что же?
- Если бы не ты, меня бы тут уже не было,- Тина едва сдерживала слезы, и произнесла следующую фразу одними только губами,- Ты спас мне жизнь...
Ньют слабо улыбнулся и посмотрел девушке прямо в глаза.

У Тины что-то екнуло в груди, а сердце бешено забилось, когда их взгяды встретились, и она почувствовала, что еще секунда, и она зальется краской, и быстро отвернулась.

- Все в порядке?- послышались короткие тихие шаги. Ньют приближался к девушке.
- Да, да, все хорошо,- Тина хотела посмотреть на магозоолога, но тело будто не слушалось.
- Ты не хотела бы экскурсию по чемоданчику?
Тина искренне улыбнулась и ответила, заставив посмотреть себя в его глаза:
- С удовольствием!