39. Первый встречный.
Грибной дождь, наверное, гостья проспала, потому что только этим девушка могла объяснить резкое увеличение популяции светящихся мухоморов. С легкими хлопками любители «отгрести сапогом по хлебальнику» выпрыгивали то тут, то там, разбавляя бесконечно колышущееся море фосфора красными сполохами.
- Я хочу домой, - пожаловалась кому-то невидимому девушка. - Кушать хочу.
Но заклятие не сработало: грибы остались грибами, все такими же непригодными к употреблению.
Натерпевшаяся и изголодавшая за день Ковалева, решила, что пора на боковую. Бесцеремонно заняв большее, чем предполагало тщедушное тело, пространство, Ира расстелила тонкую перину и, не забыв сбросить сапоги, улеглась спать.
- Чертов ночной светильник, - Ковалева крутилась с боку на бок, пытаясь увернуться от противного всепроникающего сияния. - Гриттер, твою дивизию, найду - стану членом вашей долбанной организации! Потом воскрешу и потребую дать категорию «два ноля». Со вторым всегда проще.
Проснулась Ира внезапно. От того, что наступила темнота. Сознание сработало неожиданно, бросив тело в сторону. Но темнота не исчезла. Уже открыв глаза, Ковалева сообразила, что ее окружает не ночь, а тень. Тень от чего-то большого, проплывающего мимо и закрывающего от двойного солнца.
- Земля! - заорала попаданка, протирая глаза.
Трава больше не светилась, грибы исчезли. Следующий параллельным курсом остров был в сотню раз больше малыша, доставшегося Ире: с видимых девушке сторон падало с полдесятка водопадов, наросты и корявые корни придавали рельефа, прослойки глины и черной земли плели замысловатые кружевные узоры.
Давным-давно решив, что ноги больше не будет ее на проклятом островке, Ира приготовилась прыгать. Выждав момент, девушка разбежалась и подпрыгнула, хватая в полете длинный корень, свисавший с соседнего плывущего острова.
- Йиеху! - обрадовалась Ковалева.
«Фиг тебе», - решил корень и оторвался.
Падение было недолгим, но позорным. Бутерброд из отборного мата пролетающий сверху остров сдобрил толстым слоем чернозема.
Решив, что к следующему падению следует подготовиться и подстелить соломки, Ковалева обмоталась свернутым в несколько раз пуховиком, уплотнила конструкцию шарфом и, высмотрев корень потолще, разбежалась.
«А я слова заветные знаю...»,- сообщило сознание, а Ира споткнулась.
- Какие слова?
«Земля, прощай!»
- Тьфу ты! В добрый путь! - пожелала сама себе Ковалева и прыгнула.
На этот раз корень покорился. Более того, Ира обнаружила довольно удобный подъем к поверхности: корешки и камни выступали из общего массива земли, образуя лесенку в наклонной стене.
- Если б мишки были пчелами, то они бы нипочем... - цитировала Ира набитого опилками стихоплета, медленно передвигаясь по уступу.
Дорога из грязного макраме закончилась округлой нишей. Небольшой выступ и сферическое углубление - вероятнее всего, последствие столкновения с... с... с чем? С самолетом? С параболической антенной? С огромным кегльбанным шаром?
Ковалева присела передохнуть и отдышаться. Неподготовленное к подобным физическим нагрузкам тело предательски задрожало. Спасибо, хоть излишествами нехорошими Ковалева не была обременена.
В нише было прохладно. Ни одно из солнц не заглядывало сюда. Через некоторое время Ира почувствовала холод. Настоящий, леденящий душу холод. Следовало менять дислокацию.
Но лесенка не желала более помогать гостье-потеряшке. Дороги с холодного выступа просто не было. Ира сменила теплую темницу на холодную.
- Тут же лето, блин! Два солнца и ни грамма сострадания!
Разозлившись, Ковалева пнула земляную стену ногой. Черная пыль брызнула фонтаном. А на голову приземлилось нечто.
- А! Змея! - Ира вжалась в нишу, застыв от ужаса.
Напрасно. Змея оказалась не змеей, а еще одним корнем, слишком длинным, и слишком подвижным.
- Твою дивизию, - прошипела Ира, выбираясь из укрытия.
Корень был на диво чистым и мягким. Чего только стоило Ковалевой перебороть брезгливость и дотронуться до растения рукой! Стараясь не потерять равновесия, девушка вытянулась, на сколько смогла, глянула наверх, но начала спасательного каната так и не увидела.
- Это экзамен по физкультуре?! - Ира не скрывала раздражения. - Я сдала все нормативы еще полвека назад!
Никто не ответил. Прислушавшись к ворчанию желудочно-кишечного тракта, Ковалева принялась разоблачаться. Шарф и пуховик полетели в пыль, сапоги заняли достойное место рядом. Однако, трудно расставаться со всем, что нажито нелегким трудом. Ира скривилась и сообразила котомку из пуховика, завернув в него сапоги, завязала узлом и прицепила маленький баул к кончикам бахромы. Второй конец шарфа был благополучно закреплен на шлице джинсов.
- Все свое ношу с собой, - гордо анонсировала девушка и ухватилась за корень повыше.
Кряхтя и сопя, обещая несостоявшемуся мужу все прелести совместного существования в браке и вне его, Ира продвигалась по канату. Десять сантиметров, еще десять, еще пять.
- Фак, даже не длина шарфа! - Ира глянула вниз - тряпочный буй оставался недвижим.
А когда снова перевела взгляд на руки, в ужасе отпрянула - чуть не свалилась.
На руке сидел комар. Огромный. С детским лицом.
- Фу! Фу! Кыш!
Ира не знала, чего больше испугается насекомое - силы легких или аромата нечищеных зубов, но попыток не прекращала.
Насекомое спокойно перенесло пытку и продолжало рассматривать гостью.
