33. Хорошего отдыха!
- Ирка! Это тебе? За что?
Зависть и восхищение подруги дополнялись широко раскрытыми глазами и загребущими руками.
- Он решил превратить наш кабинет в розариум... - то ли гордо, то ли с сожалением произнесла Ковалева.
- Кто?
- Один мой знакомый.
- Тот, который на «Ровере»?
- Нет, тот который на «Ровере» благополучно кончился, - Ира откинулась на спинку офисного стула, качнулась и запрокинула голову.
- Чего?! Умер что ли? - нерешительно уточнила Зоя.
- Нет. Пропал. Испарился.
- Может, занят? - подруга облегченно вздохнула - не умер.
- А телефон зачем?
- Ты ж говорила, они видели друг друга. Может, решил, что не в той весовой категории и струсил?
- Кто?! Шеф? Струсил? Нет, никогда. Не думаю. Уверена.
- А этот, который цветы шлет. Он кто? - Ирина сотрудница обернулась к цветам, подкатила, чтобы еще раз аромат коснулся аккуратного носика.
- Киллер.
- Кто?!
- Киллер. Убивца.
Соседка по кабинету захлопала глазами.
- Ай, да расслабься. - Ира махнула рукой. - Обычный бизнесмен средней руки.
- А красивый?
- А кто говорил, что мужчина должен быть чуть красивее обезьяны?
- Богом клянусь - не я!
Звонок телефона прервал разговор. Защебетав в трубку, Зоя выскочила из кабинета, набрасывая на плечи пуховик.
Ковалева в который раз за неделю задумалась над вопросом: где же пропадает Гриттер? И что за задание он выполняет сейчас? И зачем так много цветов? И что же она все-таки хотела получить на день рождения?
- Ирка, Зою не видела?
Ковалева вынырнула из раздумий.
- Курит?
- Мерси, - дверь захлопнулась.
- На море хочу. Вот чего подарите мне на день рождения!
Старый новый год и десяток звонков с самого утра. Поздравительные. Повествовательные. Здраво-желательные.
Вот, говорят, люди желают того, чего хотели бы иметь сами. Тогда какого черта замужние подруги желают Ире мужа? Какого лешего зажравшиеся коллеги пророчат богатство, а родственники - духовность? Почему каждый день рождения превращается в день самобичевания и рассматривания себя со всех неприкрытых положительными чертами сторон?
Незамужняя, одинокая, бездетная и небогатая. Нездоровая, с вредными привычками, малообразованная и худая.
- Идите к лешему! - сказала Ковалева очередному вызову и перевела телефон в беззвучный режим.
На свой день рождения, как обычно, взяла отгул. Потом два законных выходных. Можно съездить к маме в гости.
- Риночка, родненькая моя! Похорошела-то как!
Ира удивилась: мама не критиковала, а сразу сообщила о том, чего быть в принципе не могло быть. Ира не бросила курить, не поправлялась, не ходила к парикмахеру.
- Мам, с тобой все в порядке?
- Все очень-очень хорошо!
Загадочная улыбка и суетливость матери навеяли беспокойные мысли. Ира поспешила в дом.
Но беспокойству не суждено было оправдаться: никого, кроме Анатолия Ивановича Ковалева-младшая не обнаружила.
- О, Ришка-мышка, здравствуй! - новое прозвище резануло слух. Но лишь по первой.
Жилистый дедушка так добродушно улыбался, что сердиться на него не было ни малейших сил.
- Здравствуйте, Анатолий Иваныч. С праздником вас. Мама!
- Да, золотце.
- Мам, а есть чего-то покушать?
- Уже грею.
Ира кивнула и села рядышком с новоиспеченным отцом. Гражданским.
- Анатолий Иваныч, откуда письма от Светы?
- Оттуда.
- Не думаю.
- А ты не думай, Ришка. Не думай.
- Сами пишете?
- Пишу. И для тебя писать буду.
Ира дернулась, ошалело уставилась на деда. Но тот лишь улыбался. А еще подмигнул.
- Твою ж дивизию! - Ира не умела по-другому ругаться.
День рождения решили отметить по-семейному. Пожарили шашлык, наваяли тазик «Оливье».
- Ришечка, тут вот для тебя...
Родительница вытащила из-под стола плоский конверт. Красочный. Большой.
- Что это?
- Это... это подарок.
- Я поняла, что это подарок. - Ира обозначила свою образованность и понятливость. - Что внутри?
- Открой и посмотри.
- Мама, - Ира прислушалась к интуиции, а та вопила о сюрпризе. - Что? Это?
Любовь Егоровна расстроилась и, поджав губы, отвернулась. Анатолий Иванович укоризненно покачал головой.
Чтобы успокоить родительницу, Ира открыла конверт. Внутри оказался сертификат на приличную сумму и пожелания хорошего отдыха. На море.
- Мама, от кого это?
Повернувшаяся было и обрадовавшаяся женщина сникла под холодным взглядом дочери. Подбородок задергался, на глаза набежали слезы.
- Не можешь сделать маме приятное? Не можешь просто принять подарок?
- Мама, родная. Этот подарок не от тебя - это понятно. Ты бы не собрала столько денег. Это крупная сумма.
Ира протянула бумажный сертификат - Любовь Егоровна посмотрела и побледнела. Затем покрылась красными пятнами.
- Риночка, милая. Езжай, отдохни.
- Да, ежкин кот! Мама, от кого этот подарок?!
- От мужчины.
- Один из двух, да?
- Двух?
Искреннее удивление, отразившееся во взгляде матери, натолкнуло на мысль.
- Ты знаешь этого дарителя лично. И если про второго я тебе не рассказывала, тогда остается один единственный, которому ты благоволишь. Гриттер?
Мать снова поджала губы.
- А вот и поеду! Не хочу огорчать ни тебя, ни его. Я курить!
Ковалева выбрала простую поездку на СПА-курорт и ровно через два дня сидела в кресле выезжающего на взлетную полосу самолета.
У Иры было десять дней, чтобы обдумать, взвесить и подвести черту.
в[k