Contract

Как же надоело терять сознание! Но, видимо, моей голове виднее, когда - бдеть, а когда – терять себя. Хуже всего – это галлюцинации. Они, видимо, приходят в момент, когда желудок начинает поедать сам себя. Сколько я уже сижу в каменном мешке? Сутки? Неделю?

Сначала я вижу свет в конце тоннеля, но не слышу собственного крика, хотя уверена, что кричу. Затем слышу голос спасителя. И не кого-нибудь, а – моего мужа по контракту. Это ужасно. Это такие игры моего подсознания. Галлюцинации. И под занавес – ангел с ликом моего благоверного сходит ко мне с небес.

Вот так лежи и думай – рай ли это, ад? Если рай, тогда почему ангел, спустившийся с небес, лицом схож с мужем. А если – ад, то все объяснимо. Значит, я - в аду... Все, финита ля комедия...

Мне конец, а я улыбаюсь. Разве человек в здравом уме будет улыбаться концу?

- Ты жива...

Правда? Жива? А зачем?

- У тебя ничего не болит? Ты руками-ногами шевелить можешь? А ну, пошевели!

Боже, сколько у ангелов требований! Отстань от меня, ангел-Женя! Дай умереть спокойно!

- Ну, отлично! Позвоночник не поврежден.

Господи, как же тепло в объятиях ангелов! Или чертей... ведь рядом именно черт. Или ангел, но падший... и он какой-то слишком подвижный. Эй, ты куда меня тащишь?

- Не пора ли вернуться на землю?

Ой, это я спросила или он сказал? Видимо, два вопроса подряд окончательно возвращают мне сознание. Потому что я понимаю, что Женя, действительно, спустился ко мне с потолка, из люка, свет которого я предположительно приняла за свет в конце тоннеля, а слишком быстрый спуск и разлетающееся в стороны белое одеяло представили мужа в образе ангела-спасителя. Ох, и фантазия у меня! Тут и галлюцинаций не надо.

На земле хорошо. Свободно дышится. Я пока не готова отпускать далеко Женю, хоть и вижу – угроза нейтрализована и привязана веревками к дереву. Роуз Кайхер... как жестоко обошлась с ней жизнь!

Женя слишком сильно сжимает меня в объятиях. Мои попытки выяснить, как он меня нашел, приводят к выводу – я хреновый конспиратор. Хотя один момент, когда я сообщаю ему о машине, взятой напрокат, повергает его в пучину смятения. Ну, хоть так...

Ловлю себя на мысли о том, что создала для себя некое подобие соревнования. И тут же укоряю – зачем? Разве мы не одна команда?

Нет, и следующим заявлением Женя это доказывает. Он требует, чтобы я показалась психотерапевту.

- Это потому что ты, как мой официальный муж, теперь имеешь право командовать мной?! Знаешь, что, Женя?! Иди ты к черту! В контракте не было прописано ничего подобного.

Я не могу сидеть на месте. Меня распирает настолько сильно, что я готова порвать мужа на мелких хомяков. Это все стресс и переживания последних дней. Сначала эти фото, затем – смерть родителей, теперь – мой плен... Я обязана показаться психотерапевту, но я не должна делать это по указке человека, совершенно меня не знающего! А тем более – так нахально показывающего свое превосходство.

- Хватит насмехаться надо мной, Гайсин!

- Даже в мыслях не было! Но уверен, что твоему психологу надо обязательно сказать, чтобы переписал твой психологический портрет. Ты совершенно изменилась.

В сумасшедшем па меня выворачивает наизнанку реальность. Вспоминается недавний разговор в библиотеке. Как тогда говорил Женя? Он хотел, чтобы я сопротивлялась жизни в своей манере, чтобы никогда не срывала маску холодности и отстраненности? Что он будет всегда рядом, чтобы контролировать, в маске я или без... И вот сейчас он сидит напротив, ухмыляется, потому что помнит эти слова, и он видит меня без маски. Боже, это же и есть настоящая командная игра! Это же и есть моя полная капитуляция.

Слишком долго размышлять мне не дает звук вращающихся лопастей геликоптера. Это, по всей видимости, за нами. Мне остается лишь снова надеть маску и принимать решения. Впереди – возвращение к цивилизации. Я обязательно расскажу историю своего пленения. Лиз создаст вокруг меня новую легенду, это сможет помочь выбраться из бюджетной ямы.

В мыслях и новых заботах я не замечаю, как меня осматривает врач, слышу только, что он обещает моему мужу не выпускать меня из клиники до полного морального восстановления. Но мне не верится в мое полное выздоровление. Снова ноет сердце, когда я вспоминаю фото, на которых запечатлена моя первая брачная ночь. Женя бросил меня тогда. Одной мне было нескончаемо трудно. Но сегодня я уже не держу на него зла. Все забыто...

Меня подталкивают к вертолету. Я пытаюсь обернуться, чтобы спросить, летит ли муж со мной, но он не видит, его взгляд прикован к Роуз. Ему еще предстоит задержаться здесь и решать формальности. Головой я понимаю, а вот сердце отказывается принимать очередную разлуку. Надеюсь, хоть антидепрессанты помогут мне пережить эти несколько дней.

o��(�9�a+

Сам себя не похвалишь... никто не похвалит( Это я намекаю про звезды...