Ты моя луна, а Ты мой свет

Не первая и не последняя тренировка в этой жизни у мальчишек не была полна разнообразиями. Кайоси с Кохэку неотступно тренировали удары, блоки и выпады в паре на друг друге. И так продолжается из года в год. Отец всё чаще стал давать наставления им тренироваться в одиночку, без его участия, как и прежде оправдывая это тем, что, если ты одарëн искусством владения меча, тебе не требуется постоянный надсмотрщик, но, ежели ты бездарность, то как ни старайся у тебя так или иначе ничего не выйдет. И вот если старший сын во всём старался соглашаться с главой семьи, как и в этом случае, то с Кохэку было всё иначе.

— Да чëрт! Аргх! — не сдерживается от ругательств младший, пропустив удар тыловой стороны рукояти от катаны брата в плечо, отходя. — Погоди... Надо бы дух перевести.

— Нам нельзя расслабляться, — не соглашается старший из сыновей Саито с такой просьбой, но нападать дальше всё равно не стал, остановившись. — Ты сегодня какой-то чересчур дëрганный. Случилось что?

— Случилось. И каждый день случается, — стряхивает мальчик громадные капли пота со лба, которые напрочь успели промочить насквозь красные волосы. — А ты не видишь? Он совсем не тренирует нас. Бросил в нас, как собачкам, мечи, односложно сказал что делать и всё! Ничего больше! Разве так поступают настоящие учителя? Я даже спросить не могу что делаю не так, не уточнить что-то, не попросить совета. Почему я должен догадываться сам? Ему ведь виднее. Так почему в полной мере он отказывается делиться с нами опытом, но при этом требует слишком много? Будто тебя это не злит, нет?

— Не бросил, а указал путь, — угрюмо опровергает Кайоси, не довольствуясь такими словами в сторону отца. — Если у нас что-то не получается, то это сугубо наша вина. Он нам не сиделка, чтобы контролировать каждый наш шаг. И нет, злить меня это не должно. Меня больше злит, что у тебя закрадывается такие негативные мысли и подобного рода сомнения о правильности его техники обучения.

Кохэку не сдержал ироничного фырканья. Отвернувшись, он с ядовитой усмешкой протëр своё мокрое лицо, презрительно скалясь.

— Другого от тебя и не следовало ждать, — роняет младший, с трудом сдерживая себя, чтобы не продолжить наваливать на брата всё то, что у него скопилось на сердце, всё его негодование. — Ты как всегда... Своего мнения как не было, так и нет. И не будет, судя по всему... — уже шëпотом глаголит он, но не слишком тихо, зная наверняка, что другой его прекрасно слышит.

— Поясни? — наступает твëрдо вперёд Кайоси, сдвигая в хмуром жесте свои брови.

— Не важно. Забудь.

— Ну уж нет. Раз начал, то будь добр закончи, — старший наследник подходит в упор к брату и насильно его разворачивает к себе, ища правду в этих полных недовольства голубых глазах. — Что ты имел ввиду? Думаешь, я безвольный? Не имею своей точки зрения? И специально стараюсь угодить отцу? Скажи это. Скажи это громче, чтобы я услышал.

Кохэку принимает более суровый вид, начиная ещё больше заводиться. Зря он всë-таки так нелепо проговорился, дал воли эмоциям. Теперь то уже не отвертеться.

— Да. Я так считаю. И давно стал замечать, — сбрасывает чужую руку он со своего плеча. — А сам не видишь? Ты скоро отправляешься на Окончательный отбор. И только и делаешь, что пытаешься подражать ему во всём и везде, будто бы таким образом подсознательно надеясь, что это сулит тебе удачу в будущем. Ты цитируешь его, говоришь как он, да ты даже смотришь прямо сейчас на меня так же как он!

— Тебе кажется, брат, — еле сдерживается Кайоси, чтобы не начать пререкаться, но он мысленно понимает для себя, что этим он ничего сейчас не добьётся, пока младший так слишком взвинчен. Ему сейчас бесполезно что-либо доказывать. — Это всего лишь дань уважения к нему. И к твоему сведению, тебе бы стоило тоже этому подучиться. Он и так старается как может.

— И это ты называешь «старается»? Да он только и может, что отдавать приказы и ждать себе угодных результатов. Я долго терплю, но чувствую, что уже больше не могу. Я хочу стать мечником. Настоящим сильным мечником. Но всё наследие в конечном итоге уже предначертано тебе! С чего бы? Конечно, потому что ты старший.

— Успокойся, ты не в себе. Мы оба знаем, что это не так.

— «Не так»?! Ты издеваешься?! — всплëскивает руками Кохэку и вновь истерично подаёт смешок, устремлённый в голубое чистое небо. — Ну да... Конечно. То-то он тобой лишь и хвастается перед всеми своими знакомыми, а не мной. Хотя бы раз словом заикнулся, но даже вскользь не упоминает. Немудрено, что старший сын — его бывалая гордость, подкреплённая ещё и тем, чтобы выгодно походить на него. А дом? Он в любом случае достанется тебе, как и всё остальное имущество. Почему-то тебя он поправляет, говорит как лучше отработать приëм, а меня лишь критикует. Глупо отрицать, что ты у него в любимчиках. А Кирико? А Кэзухиро? А Кимура? А я? А как же мы? Нам что прикажете делать?

— В тебе говорят эмоции, а не здравый смысл, — невозмутимо пытается развеять убеждения младшего Кайоси, но уже скрипя зубами. — Ты знаешь наш закон. Если кто-то из старших погибает, то всё нажитое передаётся по старшинству следующему. Нет ещё никакой гарантии, что все эти владения достанутся по итогу мне. А что же до остальных, то с ними будет всё нормально, ничего не случится. Нечего сеять панику.

— Да ну? Ну как знать. Это не будет иметь смысла, когда уже всё решено. И кстати, раз уж ты упомянул закон, то что-то я не припомню, чтобы там был пункт, где написано, будто бы Кирико запрещено заниматься вместе с нами. Ей по сей день играться с боккэном не надоело.

— И ты туда же? Мы ведь это уже обсуждали. Мы пошли на это лишь бы угодить. И времени прошло не так мало, чтобы судить. Это всё не серьёзно.

— Ты даже шанса не даёшь ей.

— Потому что... Потому что так надо. Женщинам не пристало таким заниматься.

— И вновь ты опять проецируешь его мысли.. — закатывает глаза младший.

— В данном случае я просто считаю, что он прав. Так будет правильнее и лучше. Он не без причин всегда выдвигает какое бы то ни было решение.

— Угу, как же... Как и во многих других вещах ты полагаешь, что он прав... Само собой...

— Слушай, я не понимаю чего ты добиваешься. Ссоры? Спасибо, ты уже добился её. Доволен? И к чему это привело? Да ни к чему. Так зачем? — по пыхтевшему лицу Кайоси стало заметно, как он сам начинает закипать. Он обещал себе не начинаться собачиться с братом, но получилось ровно наоборот, как бы он не старался.

— Зато я понял для себя одно, — прошипел голубоглазый Кохэку, на секунду приблизившись, задрав голову к лицу старшего. — Второго мне такого учителя не надо. Хватает и одного.

И вонзив в гневном порыве катану в землю, тяжëлым шагом уходит, покидая площадку. Кайоси косо смотрит ему вслед, мрачнея на мгновение. Мало ему было выслушать столько непристойной околесицы, оскверняющей честь родного человека, так финалом ещё и послужило слишком фривольное поведение брата. Удумал так просто показательно показать характером, а после сразу уйти? Как по-умному.

— Ну и вали давай! Как угомонишься и всё осознаешь, тогда и поговорим! — всё же перестал сдерживать себя другой основательно, в гневе разрубив три стебля толстенного бамбука в мгновение ока. — Тоже мне самый умный нашёлся! Иди поплачь, жалей себя и дальше, какой ты бедный и несчастный!

Кайоси хоть и был взбешён под конец до предела, он всё ещё понимал, что сам переборщил. Им следует обоим прийти в себя, прежде чем приступить к обсуждению того, что их обоих не устраивает. Вот только вопрос — а настанет ли такой день, когда они придут к общему понимаю своего сложившегося положения? Сейчас ведь ещё и приставучая сестра как раз должна выбежать и напроситься на «тренировку» как рыба-прилипала... Как же это всё осточертело для наследника семьи. Вечно младшие всему помеха.

Массируя порывисто свой затылок, Кайоси удостоверился, что ему жизненно необходимо прямо сейчас выпустить пар как можно скорее.

***

На протяжении всех двух недель, где Кирико упорно работала в местном ресторане в именитом Токио, не покладая рук, она всё никак не могла поймать хозяина, дабы потолковать. Тот имел привычку или покидать заведение сразу после закрытия, или же вести разговор в присутствии обоих своих подчинённых. Но юной Саито жизненно нужна была деликатная беседа тет-а-тет с господином Факуда, чтобы распросить поподробнее о тех мечниках, которые редко, но всё же посещают данное заведение. После рассказа Сигэру об этом, она никак не могла выбросить данный факт из головы. Возможно, Кирико слишком тянула с этим, но работа в действительности отнимала слишком много сил, чтобы бродить по огромной столице с допросами о воинственных столпах, и то, как её предупреждали, не было никаких гарантий, что такой способ бы окупился, а тут хоть какая-то, но зацепка. Несомненно, и этот метод она активно практиковала, что выходило безуспешно.

И всё же девочка устала терпеть. Ей порядком надоело ждать, вследствие чего она решилась действовать. До начала смены оставалось минут двадцать, чего вполне должно хватить. Другого более момента просто может уже и не быть. Стоя напротив деревянных сëдзи, ведущих в кабинет главы, параллельно сглатывая накопившуюся слюну волнения, Кирико постучала, медленно отодвигая двери.

— Господин Факуда? — осторожно обронила красноволосая юная работница, предупреждая о своëм визите и мельком заглядывая в просторное помещение. — Вы не слишком заняты?

— А что, что-то срочное? — не отвлекаясь от своих бумаг, проронил Томоя-сама. С приходом на должность Кирико его состояние значимо улучшилось — мешки с синяками под впалыми глазами испарились, а тон кожи лица приобрёл куда более телесный вид, нежели чем худо бледный. Конечно, его порядком тяготил сам факт, что последний его официант так и не вернулся к работе, уходя с концами после больничного, но в целом в сравнении с тем, что было, когда Томоя приходилось исполнять обязанности своего персонала до упада, мужчина пребывал в куда добром здравии. — Разве ты с Сигэру не должны готовить рабочее место? С минуты на минуту уже прибудут гости.

— Разумеется, господин. Но всё уже приготовлено — продукты расфасованы, утварь начищена и зал отмыт до блеска. А так, пока время позволяет, я бы хотел поговорить с вами, если позволите, — так и располагаясь за дверью, отчеканила девчушка, натянув повыше бандану, дожидаясь послушно разрешения.

Отложив ненадолго документ, тяжëлый человек поднял взгляд к сëдзи, встречаясь с худощавым силуэтом своего работника.

— Что ж, валяй, если так нужно. Но только побыстрее.

Кланяясь, девочка зашла в кабинет, окружённый массивными книжными полками. Зорький блестящий ниц маленькой не устоял перед тем, чтобы не оценить добротную коллекцию. Это навеяло новые воспоминания о тëплом доме, где красовалось немного побольше литературы, отзываясь болезненным чувством в груди, но она никогда внешне не подавала, что скучает, опасаясь, что это подорвёт её мотивацию в глазах посторонних.

Господин Факуда вновь переключил своё внимание на письмена перед ним на столе, выглядя по-старому даже будучи в сидячем положении на коленях слишком громоздким в комнате. Его молчание навело на мысли, что стоит заговорить первой, раз уж её радушно пригласили войти.

— Видите ли… Господин, тут такое дело… Не знаю даже с чего и начать, по правде говоря, — с покалывающей нервозностью в кончиках пальцев молвит маленькая, чего собеседник не замечает. — В общем, Сигэру-сан мне поведал о том, что в ваше заведение бывают захаживают мечники время от времени. Скажите пожалуйста, это правда?

— Хм, ну есть такое. Допустим, — говорит мужчина с гладкой лысиной, во что-то упорно вчитываясь на листе.

— Так вот… По словам Сигэру-сана, вы в хороших отношениях с одним из таких. Кажется, это женщина…

Хоть и говоря общими понятиями, Кирико смогла дать наводку о ком имеет ввиду. Тучный Томоя с мягкими широкими плечами внезапно глянул на неё в ответ, отвлёкшись от последнего занятия.

— Да, знаю такую. Но тебе то зачем это, юнец? — уже более заинтересовано спрашивает тот.

— Скажите, вам известно, кто такие столпы? — вот так сразу вопрошает Саито, избегая вопроса от хозяина.

Тот мигом меняется в лице, в конец отодвигая деловые бумаги. Едва заметные брови, если их таковыми можно считать, хмурятся, кончик носа вздирается, а губы поджимаются.

— Так вы знаете… — в удивлении для себя самой догадалась она. В удивлении, скорее, потому что ещё ни разу не встречала за весь период своего приключения того, кому известно о существовании подобного рода деятельности.

— Да, знаю… К глубочайшему сожалению, — прокашлялся Факуда. — Не ожидал, что такое дитë, как ты, в курсе о… Таких людях.

— Уверяю вас, господин, я и не о таком наслышан.

— И в демонов веришь?

— Да.

— Личный опыт?

— Что-то вроде того.

— Ясно, — настроение мужчины в мгновение ока омрачилось, когда речь зашла не о самых приятных воспоминаних. Его осанка не перестала сохранять ровное положение. — В таком случае, повторяю свой вопрос — с какой целью ты решил этим поинтересоваться то, а, Кикуя?

— Потому что хочу стать одним из них, столпом, — повторяет, кажется, уже в тысячный раз Кирико, поджимая губы. — И вы знаете такого лично. Кроме вас, мне больше не к кому обратиться. Это знак судьбы не иначе, господин. И потому… Прошу вас. Пожалуйста, расскажите всё, что можете. Для меня это очень важно.

Мужчина отводит взгляд в сторону, задумываясь. Он какие-то секунды блуждает зрительно по комнате, особо не зацикливаясь на вещах здесь, после чего без лишних слов, молча заворачивает рукав кимоно по локоть. Кирико открывает случайно на прерывистом вдохе рот от вида зажившего большего бугристого шрама, напоминающий укус.

— Приблизительно лет десять тому назад одна из таких тварей напала на меня, когда в моих владениях ещë не было этого места, — погружëнный в ностальгию, повествует Томоя-сама. — Мы с супругой мечтали о бизнесе, да только средства не позволяли. Сами-то мы тоже родом не отсюда, от того и жизнь в столице казалось нам сказкой — не более, особенно для деревенских, вроде нас. И как-то раз… — было не привычно видеть начальника без ехидства в глазах. Напротив, он был серьёзен, чем когда бы то ни было. — Мы с женой вместе поздно возвращались домой, а ввиду с тем, что мы горбатились на полях до самых сумерек, то для нас это была распространëнная практика. Вот только… Тогда-то откуда ни возьмись на нас впервые напало оно.

— Демон…

— Да. Было очень темно, почти ничего не видно, но эту тварь я запомнил при свете луны на всю свою жизнь. Как она, набросилась на нас, опьянëнная диким голодом. Уродливая, гадкая, рычащая в ночи… Я то отделался простым шрамиком, пытаясь оттащить эту дрянь от своей супруги, но вот только она сама… — жмурясь, Факуда на мгновение прикрыл веки, словно прокручивая перед собой тот самый злополучный день. — …её постигла участь куда хуже в тот самый момент. И я не смог ей помочь.

— Мне… Мне искренне жаль… — попыталась вставить свои соболезнования Кирико, но её мигом прервали, продолжая рассказ. Раз уж она сама выпросила историю, то пусть слушает дальше.

— Я бы и сам отправился на тот свет без сомнений, если бы не подоспела она. Лишь одним взмахом меча, как сейчас помню, она снесла голову этой сволочи, что смертельно успела ранить мою жену. Тогда то я и узнал о существовании óни, о существовании столпов, о существовании тайной организации… Что мы далеко не первые, кому не посчастливилось столкнуться с этой ересью, — провёл по напряжённому лицу хозяин ресторана. — После этого инцидента я поставил перед собой твëрдую цель — исполнить нашу совместную мечту, чего бы то мне не стоило, даже если это будет значить угробить собственное здоровье ради её достижения. И вот, спустя пять лет я приобрёл это место. А госпожа Лин, узнав о моём деле, раньше часто навещала меня. Приходила лишь ко мне, чтобы спросить о моём самочувствии. Я по сей день ей безмерно благодарен за то спасение и не виню за то, что ей не хватило совсем немного, чтобы выручить нас обоих. Сейчас же она стала приходить реже.

— Госпожа Лин — это и есть столп, который спас вас? — удивилась, как и в первый раз ещё от слов Сигэру, от того факта, что речь идёт о женщине. Коль помнит она, то отец всегда настойчиво утверждал, что не женское это дело — становиться мечником, что таких попусту не бывает… Но почему он так говорил? Иль не знал или же не хотел знать? Для самой Кирико ещё тогда это известие стало большим сюрпризом, словно делая этот мир ещё больше, когда углубляешься в его познание.

— Да. Лин Шань. Знаю, о чëм ты думаешь. Мне тоже её имя показалось необычным сперва. Она позже объяснила мне, что имеет прямую связь с китайскими корнями. Но большего она не говорила, не любила этого. Всегда замалчивала о своей личной жизни, насколько бы мы хорошо не ладили. Как и не высказала причины, по которой жизнь привела её к такой… Работе. Лин — единственный столп, с которым я знаком лично. Сам-то я и не в курсе вообще сколько таких смертников у них там.

— Вот как… — шепчет Кирико, ощутив небывалый груз на сердце после короткой повести. — Но почему она стала реже навещать вас?

— Да кто ж его знает… Причины всяко есть. Кто уж разберёт этих мечников. Мне всегда с трудом давалось понять, как можно добровольно избрать такой путь… — сипло произносит Томоя-сама, оперевшись о столик, взгромоздив на него мягкие локти. — Хотя… Имеется и от них весомая польза. И ты, значится, хочешь быть одним из них, — больше с утверждением, нежели чем с вопросом, говорит он.

— Всё так.

— И понимаешь, к чему такой выбор может привести?

— Понимаю.

Мирная тишина охватила всю комнату, где два человека глядели упорно друг на друга. Недомолвку хорошо сглаживало движение стрелки часов на стенах. Пока хозяин ресторана почëсывал загривок, юная Саито поспешила нарушить молчание:

— Спасибо вам. За то, что поделились. И простите, что вынудил вас вспомнить об этом…

— Я не настолько мягкотел, чтобы распустить себя перед событиями многолетней давности. Погоревать, потосковать могу, но не унывать. Те, кто погиб, не хотели бы этого, — будто бы опомнившись со сказаннного, мужчина натянул стремительно на себя привычную гримасу ехидства. — Из-за тебя, пацан, что-то я расклеился. Завязывай. Давай, иди лучше на своё место. Сигэру, небось, там скучает. На этом всё. Мне больше нечего тебе сказать.

Нежно улыбнувшись, Кирико склонилась.

— Конечно! Обещаю, сегодня посетители непременно, как и положено, останутся сытыми и довольными, господин. И денег мы обязательно соберëм в приличных объëмах. Даю слово.

— Буду надеяться, что так оно и будет, — в ответ поднимается уголок губ у того.

Прощаясь с временным покровителем, девочка на секунду притормозила у сëдзи, когда покинула кабинет. Облокотившись о них, она ещё раз прокрутила в голове всё то, что смогла узнать. Хоть так и получилось, что господину Факуда пришлось переворошить не самую лучшую часть из своей жизни, для себя Саито посчитала, что этот недолгий разговор немного, но как-то чуть-чуть сблизил их. И разумеется, она не могла не вспомнить параллельно о том загадочном демоне, повстречавшийся ей месяцами ранее.

«По описанию он не похож на таких, какими описывают обычно демонов», — не в первой напоминает себе об этом девочка. — «Он не выглядел, как обезумевший зверь. Скорее, наоборот, более располагающим, нежели чем те господа… И он воин. Очень статный и добрый. Интересно, а сколько людей он съел? Много? А каких?», — Кирико сама не видела неких противоречий в собственных домыслах. Называя его добрым, её никоем образом не смущало осознание, что он гарантированно кормился человеческой плотью, как и сами риторические вопросы по поводу этой делемы. — «Но то, что случилось с господином Факуда, это ужасно… Настоящий кошмар… Неужели демоны могут быть такими разными?».

Так или иначе, малышке Саито пришлось вернуться в зал, обдумывая на ходу всё, что получилось разведать. И недопонимание ко многим вещам всё крепчало.

***

— Кикуя! Четвëртый заказ готов! Пятый на подходе!

— Уже бегу!

Завершившийся третий месяц не заставил себя долго ждать. К этому моменту жизнь текла своим чередом. Столица — чудеснейшее место, не перестающее восхищать. Люди здесь иные — красочные, яркие и такие особенные. Кирико и подумать не могла, что столько иностранных гостей может заглядывать к ним на обед, не зная толком и местного языка. Это необъяснимое чудо. С каждым хотелось как-то наладить хоть минимальный контакт — распросить о внешнем мире, о протекающих в нём событиях, но, увы, работа давала о себе знать. Девочке с трудом удаётся поймать крупицу свободной минуты, чтобы посещать периодически городскую баню, сдерживая тем самым обещание, данное Сигэру, в первый день знакомства с ним, что она будет стараться больше не быть замухрышкой. И то приходилось наведываться в купальни лишь по ночам, когда ресторан на закрытии. В остальном же необходимо как-то изголяться и за всем поспевать. Одно радует — благодаря Кирико поток в заведении стремительно увеличивался. Всё-таки было что-то в том, что она привлекала посетителей своей лучезарной улыбкой, беседуя с ними и впечатляя своей ловкостью и провороностью, подсабливая главного повара на кухне. Это и послужило тому, что Саито ухитрилась начать зарабатывать. Не так много, как высокопоставленные лица, проживающие здесь, но всё же это было важно. Ведь это её труд, её честно заработанные деньги. И от такого наплыва гордости за саму себя давалось сдерживать себя всё сложнее. Да и этого вполне хватало, чтобы спокойно жить, особенно для столичного города.

Томоя-сама также разрешил остановиться на проживание здесь, прямо-таки на рабочем месте, как и своему дорогому поварëнку, и как-то прогнозировал сам Сигэру. Сперва девочка опасалась того потеснить, но деваться было некуда — оба свыклись с приятной компанией друг друга сразу же в первые дни. Да и как утверждал сам Сигэру, преимуществ проживания здесь вполне достаёт — вкусная еда на пару с тёплым спальным местом всегда под рукой, а умыться всегда можно в любой поблизости общественной бане. И платить за жильё нет нужды. Ну разве не идеально, особенно в сравнении с тем, что было до этого?

Но что же до заветной мечты? Разумеется, Кирико не оставляла попыток розыскать подходящего учителя вне работы, но опять лишь по ночам. Большинство прохожих не понимало, чего от них добивалась девочка, вытягивая из них информацию о неких столпах, о которых многие впервые слышали. Находились, конечно, и те, кто что-то могли знать, но не более, чем господин Факуда. Это огорчало Кирико. Надо признать, с каждой такой попыткой её боевой пыл подрывался. Но столица ведь очень огромна… Если продолжать дальше прилагать усилия, то обязательно должно же что-то получиться, верно?

Затянув бандану потуже на своей голове, что успела напитаться потом, Саито быстрыми манëврами нарезала нага-имо, горный сладкий картофель. Следуя наказам от главного повара что делать в какой последовательности, она не переставала работать и продолжать тем самым впечатлять гостей своей проворностью, в особенности немалую роль играл маленький возраст для её возраста. Взрослые спустя три месяца в подавляющей части приходили именно за тем, чтобы поглазеть на этого способного ребёнка. Но сама же Кирико не могла оценить в полной мере таких почестей, не понимая от чего так, ибо Сигэру, её наставник и друг, куда опытнее в этом деле и куда искуснее.

Работники так увлеклись своим делом, что вовсе не замечали, кто выходил через двери, а кто входил. И приблизительно к трём часам дня за порог ступила женская нога с никкои-гэта. Подошва такой обуви располагала к тому, чтобы не скользить по скалистым поверхностям и в зимнее время по льду. Оглядев помещение, тайная особа одобрительно заулыбалась, примечая для себя, как сильно прирос поток клиентов у давнего друга.

Как и положено, женщина направилась в зал, найдя свободное местечко, примостившись на коленях в ожидании, когда к ней подойдут. Под подолом хаори лососьевего цвета с языками солнечных лучей не так-то просто было разглядеть поглялывающую катану. Еë лицо, где в уголках глаз уже прослеживались морщинки, было слегка на тон теплее, нежели чем у местных. Среднего роста с кругловатыми и аккуратными чертами лица. Густые каштановые волосы, собранные в пучок особенно выделяли длинную шею.

— Кикуя, там ещё гости пришли, — оповестил Сигэру, отвлекая от нарезки продуктов. — Давай, иди, нужно заказ принять.

— Сделаю! — вытерев руки об себя, девочка успела подхватить уже готовые блюда, по пути раздавая их. Когда очередь дошла до столика на котором сидела неизвестная госпожа, Кирико, как и положено, склонилась и широко заулыбалась.

— Здравствуйте! Очень рады вас приветствовать сегодня у нас! Желаете что-то определëнное, иль вам же подсказать с чем-нибудь?

Устало натянув уголки губ, женщина вежливо отвечает, не припоминая данного работника здесь раннее по той причине, что давно не навещала сие место:

— Благодарю. Мне по мелочи — простой моцунабэ— знаменитое блюдо из Фукуоки, в котором мясо говядины и свинины готовится в кастрюле с различными овощами, такими как капуста и китайский лук-порей, а в процессе в него добавляется либо лапша, либо рис. пожалуйста, дитя. И зелëный чай. Этого будет достаточно.

Приняв у госпожи и ещё парочки посетителей свои пожелания, Кирико вернулась в рабочему месту повара, докладывая обо всём Сигэру. За этот промежуток времени, пока неизвестная терпеливо дожидалась своей очереди, её золотистый ориентир оглядывал до боли знакомое и родное помещение — как оно малость, но успело измениться. В особенности ей по душе было то, что её старый знакомый, наконец, выставил больше зелени в зал, что придало антуражу больше живого эффекта. Кстати, о господине Факуда. Сам-то он частенько выходит из своей коморки, когда документации накапливается не так много, лично толкуя с клиентами и приветствуя их. Какого же стало его удивление, когда его угораздило выбраться по той же причине, завидев знакомое лицо аж с другого конца помещения. Не беспокоя остальных посетителей, тучный мужчина поспешно зашагал в её направлении, не забывая лучезарно приветствовать всех остальных на ходу.

— Лин! — не без восторга всплеснул своими крупными руками Томоя. — Вот так встреча! Не ожидал тебя здесь снова увидеть! Я уж было начал думать, не померла ль ты коль!

— Как видишь, ещё не посчастливилось, — бросает насмешливо та, оценив шутку. — Прости, что так долго не появлялась. Знаю, что ты не рад этому. Я ведь и весточку тебе не прислала хоть раз. Извини за это. Буду признательна, если ты компанию мне составишь, пока я в городе, если, конечно, ты не слишком завален делами.

— Ишь ещё извиняться мне тут удумала, женщина, — фыркает мужчина, присаживаясь напротив. Не будь они бы на людях, то незамедлительно бы обнялись. — Я-то как раз с этими чëртовыми бумажками только закончил. Думай, выйти бы стоило, а тут ты. И правда ведь посчитал за призрака. Что же до компании, то, боже, Лин, ты же знаешь, я не имею права отказать.

— Как же я рада тебя видеть, — чуть не ли перебивает давнего друга женщина, не спуская довольного взгляда, прокашливаясь. Её изнемождëнный лик постепенно принялся приобретать более расслабленные черты. — Ну, давай, рассказывай. Вплоть до мельчайших деталей. Мне обо всём хочется узнать, чем ты тут занимался в моё отсутствие.

— Нашла что спросить. Да по сравнению с твоей жизнью, моя наполнена лишь серыми буднями. Сама ведь знаешь. Не думаю, что тебе по нраву слушать мои россказни про контракт с новым поставщиком.

— Да уж… Это… Занудно, признаю, — ëрничает в ответ Лин. — А в целом, как с бизнесом? Коль погляжу, у тебя всё идёт в гору.

— А то. Сам в восторге. Только вот загвоздка в том, что побольше бы подчинённых не помешало, а то мои два балбеса всё на своих плечах одни держат. Жалко как-то их. Но радует, что хотя бы Сигэру проще стало, нежели чем одному.

— Да, я заметила. Гляжу, нового себе уже подыскал, — поворачивает женщина голову в направлении кухонного места повара, ненароком засмотревшись на Кирико. — Он же совсем маленький ещё. И десяти ему не дашь.

— Ему семь, если быть точнее, — Томоя в случайном порядке словил недовольный взгляд от собеседницы, после чего по воле рефлекса всплеснул руками. — Эй, не смотри на меня так. У меня и впрямь были не самые лучшие времена, но он сам пришёл ко мне. Потребовал работу и всё тут. Сначала я сам как-то сомневался по той же причине, как и ты, но потом он как-то ухитрился завоевать моё внимание. Пацан шустр не по годам, да и не так слаб, каким кажется на первый взгляд. Я был под впечатлением, когда лично разглядел. Да и гостям он нравится. Они в нëм души не чают, — с прослеживаемой гордостью твердит хозяин ресторана, удовлетворëнно щурясь.

— Хм, интересно, — молвит Лин, потирая подбородок, осматриваясь. Люди вокруг в самом деле с особым восторгом смотрели, как кашеварят два поварëнка, не отвлекаясь ни на какие внешние раздражающие факторы. Лин Шань воочию рассмотрела, как малец легко, пусть и слишком рванными движениями, продолжал шинковать лук, глухим стуком набивая ритм по деревянной доске, но зато ножами такого размера, которые бы любой другой ребёнок вряд ли бы смог поднять в его возрасте.

Лин задумчиво не перестала чесать свой подбородок, не выпуская из своего цепкого внимания красноволосое дитя. Совсем скоро сама Кирико уже в спешке бежала с её заказом.

— Вот, прошу! Ваш суп моцунабэ и зелëный чай! — девочка старается положить большую порцию перед женщиной более изящно, но выходит, как всегда, слишком по-детски небрежно. Она привыкла несколько заказов сразу возлагать на себя. В буквальном смысле. А вот ручки пока что коротковаты, чтобы придерживать в полной мере, как подобает.

— Благодарю, — учтиво кивает женщина юному официанту, берясь за палочки. Движения её были очень грациозны и легки, даже когда та надломила те самые палочки. — Скажи, как тебя зовут?

Встав в ступор, девочка растерялась, ибо никто раньше из гостей не задавал ей вопроса подобного толка.

— Кикуя, — неуверенно отвечает маленькая, не понимая зачем госпоже такая информация.

Больше ничего не сказав, Лин приступила к трапезе, натягивая с аппетитом лапшу на палочки. Ниц её был куда-то направлен в пустоту, свидетельствуюший о большой волне раздумий. Томоя-сама зрительно намекнул, чтобы Саито возвращалась к работе. Дожидаясь этого специально, госпожа Шань поднимает серьёзный взгляд на своего друга по ту сторону столика, покончив со своими раздумываниями.

— Я хочу забрать его, — внезапно выпалила Лин, прожëвывая горсть лапши. — Под свою опеку.

От такого твёрдого известия господин Факуда аж поперхнулся слюной, хлопая кулаком себя по широкой груди, дабы прекратить подскочивший недуг.

— Чего-чего? — спрашивает он, разинув глаза, будто бы не веря в то, что только что услышал. — Прости, конечно, мы давно с тобой знакомы и я готов был всегда к любой твоей просьбе, но с какой стати я должен тебе его отдавать? Ты вообще знаешь сколько он мне денег стал приносить? Да он мой оберег! Я его ни за что не отдам!

— Я хорошо заплачу.

— И по-твоему меня это утешить должно? — пытается не повышать тона Томоя, чтобы не привлечь внимание клиентов по соседству.

— И найду тебе нового работника. Даже двух, — добавляет условие Лин. — Запросто.

— И всё равно это не то. Такие, как этот пацан, редкость, на вес золота. Сам не понимаю чем именно, но он чем-то привлекает мою публику. Многие приходят сюда лишь ради него. Думаешь, я готов отказаться от такого золотого билета по одной твоей хотелке?

— Среди моих знакомых найдутся куда более особенные, которые активно ищут работу, — не прекращает надавливать женщина, обедая с прямой, как тростинка, осанкой. — Поверь, они принесут тебе куда больше заработка. Да и две пары рук лучше, чем одна. Согласен?

Под клоцанье посуды Факуда замирает. Сглатывая слюну, он по-настоящему призадумался над словами гостьи, пока не решил поинтересоваться ещё кое-чем:

— А тебе то он зачем сдался? Хочешь взять в ученики? Насколько я помню, ты сама говорила ещё так года два тому назад, если мне не изменяет память, что больше не берëшься за учительство. Да и вообще, я нахваливал его тут перед тобой не с этой целью!

— Знаю. Прости, — скрещивает руки перед собой за столом Лин, ещё не доев. — Ты прав. Да и я понимаю, зачем ты поделился со мной этим. Уж не этого ты ожидал… — поводит натужено губой. — Но… Да, я помню, что сама говорила. Незачем напоминать, — кашляет. — Но, пожалуй… Я хочу дать себе ещё один шанс, — вновь смотрит на ребёнка, бегающего между столиками. — Меня и раньше посещали эти мысли, просто… Не было повода как-то прибегнуть к практике. А может я просто боялась. Да кого уж там? Я и сейчас боюсь, если по-честному, — выдаёт откровение она. — Поэтому… Моё предложение в силе. Я готова обменять его на двоих куда лучше, в придачу с денежной надбавкой, если, конечно, ты не хочешь добавить ещё парочку условий.

Томоя скептически как-то вслушивался в условия сделки, не готовый решить даже с учётом весьма выгодного предложения. Он помнил про тот самый разговор с этим мальчонком (девочкой), за счёт чего и прокладывал на ходу параллели. Вот так ирония, не правда ли? В тот самый час он поведал Кирико о Лин, и вот, она здесь, сидит перед ним и просит забрать себе на попечение к себе этого пацанëнка. Если судьба и могла бы, то она посмеялась бы с этого редкосного совпадения.

— Тебе действительно так сильно сдался этот пацан? — хмуро косится тот на подругу.

— Полагаю, что да. Но… Только в том случае, если он сам того захочет.

— Захочет. И непременно, — дёргает щекой господин Факуда, проецируя слова своего подопечного, касаемо своей мечты. Имеет ли он права отказать? Особенно, после того, как прознал об этом. Помнится, Сигэру однажды тоже с пеной у рта доказывал, как его сердце горит к кулинарии и как он мечтает об этом, а тут этот ребёнок… Пришёл неизвестно откуда и ради чего? Ради этого. — Ладно… — всё-таки через силу даёт согласие мужчина. — Но с условием, что ты приведëшь мне свою кандидатуру сегодня же. И то я посмотрю так ли они хороши, как ты говоришь.

Лин с благодарностью склоняет голову.

— Рада слышать. Всенепременно приведу ребят сегодня же. Но что же до суммы? Сколько ты хочешь за него?

— Денег я с тебя не возьму, — наотрез отказывается он. — Не спрашивай почему. Всё равно не отвечу.

— Как скажешь, — доедая суп, Лин прикидывает сколько у неё времени до закрытия. — Пусть он пока не будет знать о нашем уговоре. Тебе ведь ещё моих предентов оценить необходимо, прежде чем выносить вердикт.

Согласившись с поставленной просьбой, старые друзья успели обсудить ещё несколько увлекательных тем, не затрагивая больше ту, что связана с их скромным договором. В конце концов, не виделись они приличный срок. Им было что обсудить. А когда блюдо было доедено, а наличные в придачу с чаевыми были оставлены, Лин удалилась, обещая вернуться к вечеру к закрытию, как они и договорились. Признаться, Кирико удивило, что незнакомка предпочла впервые расплатиться не с ней лично, а с хозяином, оставив его понурым одного за столиком. Она так и ничего не заподозрила, не поняв, что эта была та самая Лин Шань, про которую ей рассказывали. Она не имела понятия, как выглядит форма истребителей, от чего и ни о чëм не догадалась. Да и не до того было, когда тут такая суматоха в самый разгар работы. Вместе с Сигэру они по обыкновению трудились, а Томоя-сама, не имея на сегодня больше других дел, также принимал активное участие в процессе, развлекая посетителей и изредка принимая у них заказы.

— Не против сегодня сходить в баню? А то, кажется, от нас обоих уже за милю несёт, — принюхался к себе повар, насмехаясь с этого, пока протирал рабочее место за кухонным столом после окончания смены.

— Есть такое. Ты прав. Надо бы сходить, как приберëмся, — помогая с уборкой, как и всегда, Кирико не видела ничего такого в том, чтобы посетить общественную купалью вместе с напарником. Конечно, она стала замечать, что физиология мужчин и женщин весьма… Отличительна друг от друга, ещё будучи дома, ибо это в порядке вещей среди местных принимать ванную всей семьёй и всем вместе, но тогда она как-то не придавала этому значения. Лишь сменив имя, и называя отныне себя Кикуя, она стала иначе относиться к этой детали, начав посещать сэнто— японская общественная баня. . Конечно, она мало что в этом понимала, да и толком спросить об этом не у кого, но в одном Кирико была уверена — ей бы не хотелось, чтобы Сигэру расстроился, узнав об обмане. Ей было боязно за то, что вдруг он перестанет к ней так хорошо относиться, поняв её настоящую природу, как это сделал папенька или как по-первости поступали её братья. Ей не хотелось снова кого-то в этом разочаровать.

Ей нравился Сигэру. Он мил и добр к ней, всегда помогает ей, когда чему-то учит по готовке или по другим сферам их работы, терпеливо объясняя, не говоря уже о том, что поделился с ней спальным местом и целой крышей над головой, договорившись с господином Факуда. Он не заслуживает того, чтобы быть обманутым. Но Кирико и не хотела врать. Она просто боялась. Боялась не получить работу, если бы вскрылось то, что она по своей природе девочка. Боялась, что Сигэру не был бы так обходителен и дружелюбен с ней. Ещё с самого начала своего путешествия она неосознанно стала… Стыдиться этого? Возжелала быть кем-то другим, чтобы заполучить хоть какое-то уважение. И как водится, у неё это выходит успешно. Но… Лишь тот загадочный демон-самурай просёк сразу, кто она есть, не напрягаясь. Даже сейчас она не переставала вспоминать о нём.

Обсуждая прошедший день, попутно хохоча с некоторых забавных происшествий в прошлом за малые промахи во время работы, дети не заметили, как к ним в заведение кто-то зашёл, оповещая звоном колольчиков над входными дверями.

— Прошу прощения, но мы уже закрыты, госпожа, — оповестил Сигэру нагрянувшую вместе с двумя подростками, отвлекаясь от мытья посуды, вытерев руки об свой замызганный фартук.

«Это же та самая госпожа, что приходила к нам сегодня днём…», — вдруг вспомнила это лицо Саито, опустив взгляд пониже, заприметив кое-что, от чего спëрло дыхание. — «Это… Это что, катана?! Она что, мечник?! И я не видела?!», — ахает девочка, не скупаясь на эмоциях, вытягиваясь в лице, не имея должного понятия, что и сказать вслух, чтобы прояснить ситуацию.

— Всё в порядке, дети. Они ко мне, — выходит из тени хозяин, успокаивая жестом, а затем направляется на подругу, огибая зал. — Да ты как всегда — сама пунктуальность.

— Прошу прощения. Возникли некоторые… Осложнения. По дороге, — осторожничает Лин в своих словах, зрительно как бы давая намëк о «проблеме» определëнного характера. — Признательна, что меня всё ещё готовы выслушать.

«Да что происходит? Кто эта женщина?», — девочка переглядывается настороженно с поваром, а затем ловит на себе взгляд той самой мечницы, к которой возникло сразу кучу вопросов, но с каждой пройденной секундой сердце начинало отдаваться громким стуком в груди всё громче от осознания, что это мечник! Самый настоящий! Нахлынувший тильт не позволял мыслить трезво.

— Ну так, мы же договорились, — машет Томоя-сама в сторону кухонного рабочего места, за которым стояли юные роботяги. — Что ж, милости прошу. Пусть покажут на что способны твои рекомендованные детки. А вы, — обращается он к Кирико и Сигэру. — Пока брысь оттудова. Вы там пока что ни к чему

«Так это наши новые товарищи?», — предположила девочка, повинуясь, отходя от пространства персонала подальше вместе с поваром. — «Госпожа привела их для теста? Как и со мной было? Но почему так поздно? Почему именно она? Она же мечник! Я ничего не понимаю!».

Лин Шань успокаивающе моргнула двум подросткам, что пришли с ней, давая тем самым разрешение. К этому моменту же, что Кирико, что Сигэру не могли отвести от неё взгляда. И если второй её только сейчас смог узнать, то вот первая и столпа в ней пока что разглядеть не сумела. Но обоим было без устали теперь любопытно чем всё должно закончиться.

— Я как раз собиралась сделать заказ себе в дорогу, — объясняет шатенка, непринуждённо проходя к одному из столиков, присаживаясь. — Пусть они за него и возьмутся, если ты не возражаешь.

— Будь по-твоему, — не раздумывая, согласился тучный мужчина, скрещивая руки на своей широкой груди. Теперь его внимание было полностью приковано к новым кандидатам, которые толком и не скрывали, что немного волнуются перед предстоящим испытанием. — Валяйте. Можете начинать.

Озвучив весьма не малый заказ по объëму, оба подростка вмиг поняли, когда нужно начать. Ножи застучали по доскам, посуда зазвенела, а по комнате стал поспешно разноситься привычный аромат для заведения. Всего бы ничего, да вот только двум уже официально устоявшимся работникам было чертовски обидно, что посуда была ими только что домыта и тут опять испачкана…

Но юные поворята двигались быстро, с волнением, но правильно, как и положено. Сигэру особенно следил за тем, кто что кладёт, сыплет, поливает и прочее, так и не обнаружив до чего бы смог придраться. Сразу видно, что ребята опытные. Но вот Кирико было не до них. Если еë напарника больше интересовали будущие коллеги, то вот её саму завлекла исключительно таинственная женщина. Она глазам поверить не могла, что такая личность сидит совсем близко. До неё рукой подать. Но обида была в том, что в такую секунду и как-то голос постыдно подать, чтобы обо всём распросить, а самое важное — напроситься в ученики. Ведь она столько ждала этого! Так долго шла к этому, в буквальном смысле через голод, слякоть, холод и многие другие препятствия. Надо только подождать… Подождать, пока закончится испытание, и Кирико непременно поговорит с незнакомкой. Она ни за что не готова упускать эту великую выпавшую возможность.

Женщина с виду за тридцать ппосчитала также равильным заказать что-нибудь, что можно будет попробовать совместно с давним другом. Это бы поспособствовало бы тому, чтобы тот лично оценил кулинарные навыки не только зрительно, но и на собственный вкус. И её выбор упал на оден— японское блюдо, в котором дайкон, мясные и рыбные шарики, вареные яйца и другие ингредиенты варятся в бульоне из сушеного бонито или конбу, смешанного с соевым соусом. .

Таким образом, когда все приготовления подошли к своему финалу, настала очередь пробовать. Два взрослых человека оказали эту честь, вооружившись деревянными столовыми палочками, пока все остальные за этим пристально наблюдали. Прожевав как следует по несколько ингридиентов, Томоя-сама застал на себе вопросительно изогнутую бровь на лице Лин. То ли к своему счастью, то ли к сожалению, мужчина сразу всё понял, что должен сказать.

— Вы наняты, — не мог соврать в очевидном он, когда прочувствовал всю изысканность вкуса на себе. Оба же подростка с огромным облачением повыдыхали, не скрывая своих улыбок. — Признаться… Не ожидал, что твои хвалëнные слова окажутся настолько правдивыми.

— А ты думал, я преувеличиваю? — хмыкает Лин, понимая, что сделка удалась. — Ну так и?

До господина Факуда доходит к чему этот последний вопрос. Лениво поднимаясь с колен, он угрюмо бурчит, давая знак согласия, не смея нарушать договор.

— Сигэру, иди пожалуйста помоги ребятам прибраться, — просит хозяин. — Прости, что тебе снова придётся этим заняться. Знаю, ты устал. Прости меня ещё раз это, что не предупредил.

— Вам не за что извиняться, господин, — по-обыденному мягко улыбается парень, вставая по просьбе мужчины.

И только Кирико собралась последовать было примеру наставника по привычке из вежливости, как была остановлена наказом Томоя-самы:

— Нет, ты сиди, — сухо говорит он и кивает Лин, отходя в сторону, чтобы не мешать предстоящему приватному разговору.

Ни она, ни Сигэру ничего не понимают, но последний вынужденно покидает её, идя знакомиться с новыми товарищами, пока Саито с напряжением во всём теле не следит за тем, как к ней совсем близко пересаживается загадочная госпожа, одним лишь своим усталым внешним видом как-то бессознательно успокаивая, но не до конца.

— Привет, — с дружелюбием здоровается она, видя, как дитë перед ней чувствует себя не в своей тарелке, что логично. Чтобы ещё больше расположить к себе, женщина начинает говорить тише, игнорируя бреньканье посуды и негромкие переговоры юных услуг сие ресторана. Прибывшие подростки всё равно их не услышат на таком расстоянии даже если бы хотели. А пока что им дела до этого явно нет. — Мы уже виделись сегодня, помнишь? Меня зовут Лин Шань. Сегодня ты обслуживал меня, юный Кикуя.

И всё. После данной новости всё встаёт на свои места. Кирико напрочь забывает как дышать, широко распахнув свои веки, проверяя не шутит ли женщина, сидящая совсем рядом с ней. И нет… Это никакой не розыгрыш.

— Так это вы… — шепчет девочка в неверии.

— Ты слышал обо мне?

— Д-да…

— Хорошо. Значит, понимаешь чем конкретно я занимаюсь? Если быть точной, какая именно на мне лежит работа?

Кирико всё ещё под состоянием глубокого шока медленно кренит голову вперёд, не моргая.

— Замечательно. Тем проще. Тогда я дополню — я истребитель демонов, и по совместительству световой столп. Или иначе столп света. Разницы никакой. Я хотела бы взять тебя к себе на обучение, поскольку… За последние годы мне так и не удалось найти себе замену, наследника, что продолжит моё дело, а в нашем ремесле — это особо важная часть нашего пути, каждого из нас, — последнее Лин озвучивает с каким-то особым сопровождающим хмурым видом, цокая. — Понимаю… Моё предложение может показаться весьма… Специфичным, если так можно выразиться. Ну раз ты уже в курсе, кто я, то нет нужды объяснять зачем и для чего я всё это делаю. И я пойму, если ты…

Но юная Саито не позволяет женщине договорить. Более того, она приводит ту в оцепенение, когда на полном серьёзе налетает на столпа, крепко стиснув ту в объятьях за шею. На ресницах девочки стремительно начали скапливаться слëзы.

— Я согласен! — громче обычного отзывается Кирико, так и не отпустив женщину. — Спасибо… Спасибо вам…

Нечего греха таить. Лин такое поведение смогло поразить. Она не видела, а если быть точным, не знала причины, чтобы так реагировать. У Шань механически затряслись руки, когда она потянулась обнять ребёнка в ответ.

«Он… Счастлив?», — про себя рассуждает женщина, впервые такое наблюдая. Ещё нникто из её учеников с таким рвением не откликался на её приглашение.

Томоя-сама неотрывно следил за обстановкой из угла, понимая, что поступил правильно. И теперь его душа чиста перед той, кто когда-то его спас. Отныне он вернул долг. Спустя почти десять лет. Сигэру же ненарочно тоже поглядывал со стороны, изредка отвлекаясь от беседы с двумя новыми знакомыми. А последний возглас Кирико его тем более заинтересовал. Но ему ведь и до этого было не безразлично что происходит. О чëм его друг говорил с этой женщиной, от чего смог даже слезу пустить? Почему они обнимаются? В голове сразу вспыли воспоминания, когда он лично рассказал про эту самую женщину, подругу господина Факуды, и про слова напарника о его заветной мечте… Сигэру нахмурился, отказываясь принимать все протекающие обстоятельства всерьёз.

Когда же с уборкой было покончено, к всеобщему удивлению, заведующий своим бизнесом впервые не покинул рабочего поста преждевременно, чего-то бы нарочно дожидаясь. А вот Лин Шань в этот самый разгар подошла к Кирико, кладя руки той на худые плечи.

— Ты иди пока собирай вещи, а я провожу ребят, — указала на подростков, что явились с ней. — Я им пообещала, да и поздно уже. Надолго я не задержусь, даю слово. Когда вернусь за тобой, мы сразу же отправимся.

— Да, конечно! Я подожду!

Женщина-столп улыбается, после чего забирает свой большой заказ и покидает здание вместе с молодыми. Саито-младшая же пулей улетает в подсобку собирать свои нажитки, но, благо, из собственного у неё не так много, потому и этот процесс не занял так много времени.

А госпожа Лин, как и обещала, вернулась незамедлительно, меньше чем за десять минут. И более того пришла не одна.

— Ого! Мы что, поедем на лошади?! — пришла в восторг от увиденного, когда они вдвоём покинули здание. Не пройдя и нескольких метров, Кирико разглядела получше взрослую чёрную кобылу. — Ва-а-ау!

— Да, это обычный мой способ сокращать себе дорогу между миссиями, — поясняет Лин, приблизившись к зверю, чтобы поправить ремни, на которые повязала все припасы. — К тому же, я проживаю к югу отсюда, за деревней Кавасаки. Путь не близок, предупрежу сразу. Но мы доберëмся за несколько часов.

— Я ещё никогда не ездил верхом… — с долей восхищения протягивает девочка, зачарованная красотой чёрного, как ночное небо, животного.

— Может немного укачивать с непривычки. Но это пройдёт, — уверяет Лин, оглядывая Саито, завидев у неё в руках лишь ту самую потрëпанную скудную котомку и ничего более. — Точно всë с собой взял? Мы ещё долго не вернёмся в Токио, будь готов.

— У меня больше ничего при себе не имеется, госпожа, — отвечает на вопрос Кирико.

Лин Шань сдвигает брови, ещё больше про себя заинтересовшись историей сие Божьего создания. Её друг, Томоя Факуда, толком не объяснил предыстории мальчонка (девочки), покуда, наверное, и сам не ознакомлен с ней во всех подробностях. Но это потом. Сейчас дело. Женщина не упустила из виду, как в дверях на в ходе в ресторан застыли самые важные его сотрудники — непосредственно сам начальник и его любимый поварëнок. Кирико сразу подметила, что столп смотрит на тех, вследствие чего первая подошла попрощаться.

— Опять пропадёшь ещё на полгода? — наконец, дойдя до крепких объятий с Лин, что они упустили при встрече, вопрошает высокий Томоя-сама.

— Буду стараться всеми возможными силами, — с иронией отозвалась она, пробив и себя и друга на улыбку. Ей было в некотором смысле совестно уезжать так скоро, толком и проведя время с приятелем, но, впрочем, она изначально предопределчлк для себя планах именно это.

С Сигэру она толком не знакома, потому и просто помахала. Но вот Кирико не могла так просто уйти, оставив новоиспечённого друга, полного недопонимания и растерянности.

Когда Шань уступила место, Кирико первым делом бросилась на господина Факуду, стискивая того в обнимашках, но не способная обхватить и половины его живота. Такой порыв порядком засмущал мужчину, исказив его круглое мягкое лицо сначала в гримасу удивления, но а после него смущения. Сигэру с Лин позабавил растерявший вид Томоя-самы. Они еле сдержали проскальзывающие парные смешки.

— Ладно, ладно тебе… — всё ещё смущённый, он похлопал девочку по макушке, теряясь ещё больше от лучезарной улыбки маленькой, направленной на него. Такой искренней, такой беззаботной и счастливой, от которой любое сердце вряд ли бы способно было устоять. — Не буду греха таить, тебя мне будет не хватать, пацан.

Мужчина не стал добавлять «не только как работника», чтобы не пробивать себя и дальше на сентиментальность. Ему казалось, что он и без того позволил себе слишком много. Но вот когда настала очередь подойти попрощаться с милым наставником Сигэру, то тут и он сам ответил взаимными объятиями, горько улыбаясь.

— Жаль, что ты так быстро уезжаешь. Хоть мы ещё и увидимся, я всё равно буду скучать. Теперь снова будет слишком одиноко спать одному.

Оба потешились с последнего подмечания. Но девочке в самом деле было очень приятно услышать подобные слова в свой адрес.

— И я буду скучать, Сигэру-сан. Прошу, продолжай и дальше заниматься своим любимым делом. Поверь, у тебя настоящая рука мастера.

Сигэру вновь с горечью натянул уголки своих губ, подражая своему покровителю, похлопал по голове Кирико. Он до конца не мог свыкнуться с терзаниями в своих мыслях по поводу, что его товарищ уезжает на полном серьёзе под опеку к именитому мечнику. И не простому, по словам самой Кирико, а истребителю демонов, чëрт вас побери! Но это же просто байки? Деревенский вымысел и не более, разве нет? Демонов ведь не существует? А все эти сказки были придуманы специально для слишком проказливых детей, чтобы те не шлялись по ночам где попало? Разве это не так?..

«А вдруг правда?..» — начал всё больше сомневаться в своём скепсисе юноша с густыми бровями, примечательно ещё и то, что хозяин как-то слишком спокоен, будто бы знает больше. Но ведь и сам Сигэру прежде не интересовался у своего покровителя о его знакомых, не считая это за что-то увлекательное, из-за чего должен проявиться якобы хоть какой-то интерес. Неужели... Кирико ему не приврала?.. Ему стоит бесспорно будет нужно потолковать на эту тему с господином Факуда.

Эти прошедшие пять месяцев изменили Кирико. Она стала ответственнее, дисциплинированнее, общительнее и целеустремлëннее. Обзавелась новыми знакомыми, которые ещё на очень долго остануться в её детском сердце. И сейчас покидать этих людей оказалось ещё тем испытанием. Не легче, чем было тогда в тот день уходить из дома. Но появление госпожи Лин — истинное чудо. Юная Саито носилась по столице несколько недель, не находя и мельчайших зацепок, а тут эта особа сама снизошла к ней. Кажется, что великий Дзидзо-сама поистине исполнил её желание, причём уже во второй раз.

Помогая взобраться ребёнку на свою кобылу, женщина-столп забралась на неё в последнюю очередь, когда удостоверилась, что ничего не забыла взять за чем навестила столицу. Кирико же ещё долго сидела в пол-оборота, глядя, как Сигэру машет ей на прощание, испуская грустное выражение лица. Томоя-сама хоть и более сдержан, но тоже остался до самого конца, провожая двух особ. Когда столп на пару с новообретëнной ученицей отправились в путь, уже стояла глубокая ночь. И выходя за пределы Токио, как и прежде, Кирико сильнее всего ощутила тот самый прохладный прилив сумерек, поëжившись. В следствии такой интуиттвной реакции Лин разом обнаружила, что на чадо всего лишь простое старое летнее кимоно. Разумеется, в таких обносках она быстро продрогнет, что уже и сделалв.

«Чëрт… Надо будет решить эту проблему», — обещает себе Шань, когда столичный город уже оказался позади. Они и без того доберутся туда куда нужно ближе к утру — возвращаться за дополнительными покупками уже смысла нет, это ещё сильнее их затормозит. Всё равно на дому у женщины имеются её собственные старые детские вещи, так что девочка не пропадёт.

На данную минуту же столп ловким движением сняла с себя своё огромное хаори, накрывая чуть не ли с головой маленькое существо, сидящее перед ней на скаку.

— Так лучше? — заботливо интересуется Лин, берясь опять за поводья.

— Лучше. Спасибо вам, — щерится маленькая, укутываясь посильнее в огромный кусок ткани, только сейчас вспомнив, что всё-таки что-то да позабыла, а именно тот самый плед, который ей любезно подарили учтивые прохожие на момент её пути тогда к Токио. Собственная забывчивость, несмотря на раннюю уверенность перед столпом о том, что всё при себе, отразилась на Кирико в виде постыдного чувства, окропляя её щëчки румянцем.

За всю поездку её не отпускало чувство облегчения. Как и говорил тот господин-демон, она нашла того мастера, который готов её обучить. Вернее, это сам мастер её нашёл по воле случая, более того, сам предложил инициативу в обучении. От этого окрыляющего чувства воодушевления ей с трудом удавалось усидеть на месте, но чтобы не досаждать госпоже своим присутствием Саито сквозь силу терпела, чтобы не завалить её вопросами — как долго она является столпом? Скольких óни она уже успела убить? Сколько ей лет? Когда они начнут первую тренировку? Поверьте, таких вопрос было тьма тьмущая.

Но день выдался предельно продуктивным, из-за чего усталось начинала брать верх над малышкой. Не сумев выстоять до конца, Кирико провалилась в сон прямо в таком положении, откинувшись назад, к тëплому убаюкивающему человеческому теплу, не прекращая улыбаться во все щëки, пока кобыла под ними продолжала прокладывать им маршрут.

_____________________________________________________

Собственно, вот и саму Лин решила накидать:

Тгк, где я публикую спойлеры к своим работам, свои арты и много чего другого — https://t.me/my_lovelykitty