NEON

-Нет, ну ты представляешь? - расхаживала Мила из стороны в сторону, попутно перебирая сотню вариантов, как попасть в компанию Джастина, ну или кого-то из его друзей, я уж не разобралась.

-Мила, пожалуйста, успокойся, - смотреть на то, как моя подруга падает на колени при одном упоминании этого напыщенного индюка ужасно неприятно, - как ты только можешь фанатеть от него, после того, что он сделал?

-Ты не понимаешь, - отмахнулась она, - никогда не поймешь, - от ее слов, у меня аж глаза на лоб полезли.

-Прости, что? Не пойму, какого это бегать за придурком, который не обращает на тебя внимания? - начинаю повышать я голос. Мила сразу опускает глаза вниз, виновато качая головой.

-Чёрт, извини, - наконец она успокаивается и садится рядом со мной, пока я пытаюсь вникнуть в суть написанного в учебнике.

-Забудь.

-Нет, правда. Ты давно ходила к нему на могилу?

-Мила! - хлопаю я рукой по книге, которая лежит мирно на столе, из-за чего девушка смотрит на меня, как на конченную.

-Да что с тобой? Ты какая-то нервная! - она надевает на плечо свою сумку и разворачивается. В последний момент, я понимаю, что это раздражение от того, что у меня дикая жажда перекурить косяк.

-Мила, я... - тяжело выдыхаю я, собиравшись, извинится, но она меня перебивает.

-Нет, забудь, - махает она рукой. Я знаю этот взгляд. Взгляд, будто я последняя сука на этой планете, - скажу честно, ты мне больше нравилась, когда была под спайсом каждый день, - виляя своей задницей, она уходит прочь из столовой, в которой и не так много народу.

Я в шоке смотрю ей в след, не зная, на что это списывать. Ярость приходит ко мне не так уж и сразу, но я начинаю чувствовать жажду сильно кого-то ударить. Что она вообще знает о том, что я пережила? Мой наркоманский период, парень, который постоянно меня обманывал, и в итоге умер от передоза, или может она сидела три недели на учёте в психушке даже не в своём городе?

При всех налетевшись мыслях, я просто смахиваю все на ее ярую "любовь" к Джастину, по которому сохнут, как оказалось, все.
Блять, да как это вообще возможно?

Опустив глаза, которые готовы рвать и метать, продолжаю со скоростью света читать между строк. Мысли реально улетучились куда-то в прошлое, и я не понимаю даже, что читаю.
Как я только с ней дружу?

Раздражение прямо так накрывает меня с ног до головы, и я осознаю, что произошло, только тогда, когда те, несколько человек, которые и были в столовой, начали вопросительно смотреть на меня. Книга полетела в сторону прохода, и я даже этого не заметила. Не заметила, как я ее метнула. Блять, заприте меня в психушке, я уже устала с этим бороться.

-Хм, литература? - услышала я голос как раз с той стороны, где и валялся учебник, - такое себе занятие, - наш математик все ещё со своим кофе вошел в столовую, подняв мою книгу. Его взгляд сразу же пробежался по помещению и остановился на мне, слегка прищурившись.

-Опа, я тебя знаю! - веселеет он, подходя ко мне. Мой замученный вид его вовсе не смущает и мистер Коблпот садится напротив меня. Я вижу, как он вглядывается в мое лицо, пытаясь расшевелить свои пьяные мозги.

-Да, вы ведете у нас алгебру, - закатываю я глаза, - спасибо за учебник, - беру я его снова в руки.

-Аа, точно, - ударяет он себя по лбу, - все, нужно увольняться, уже память подводит, - я осматриваю его прикид, вспомнив, что учитель был совершенно в другой одежде час назад.

-Вы переоделись? Зачем?

-Собираюсь свалить с уроков, - я осмотрела мистера Коблпота. С утра на нём были помятые брюки и такая же, из задницы вытащенная, рубашка с жёлтыми пятнами то ли от чая, то ли от кофе, а сейчас он в спортивных штанах, свитшоте с яркой надписью "Thrasher", со странной повязкой на голове. И этому мужику скоро 45 лет.

-У вас разве нет больше предметов, которые вы должны вести? - я уже от усталости кладу голову на руки, чуть ли не засыпая.

-Есть, - я приподнимаю брови, туманным взглядом разглядывая лицо Коблпота, который внимательно следит за своей "Nokia", не забывая сделать обильный глоток содержимого кофейного стаканчика. Внезапно его телефон раздает не приятное пиликанье, из-за которого я даже жмурюсь, закрываясь в собственных волосах.

-Фак, надо бежать. Еще увидимся, - перестает он дышать на меня своим перегаром, уходит прочь.

А вот была бы у меня нормальная школа, всего бы этого дерьма не было.
Я смотрю на часы на телефоне. Сейчас идет всего лишь 4-ый урок, но я уже не в состоянии находиться здесь. Так как денег у меня нет, чтобы заплатить училке по литре за домашние работы и эссе, которые я должна была регулярно сдавать с января, мне приходится читать всякую хрень. Были бы это хотя бы детективы, которые я обожаю, или та же не стареющая классика... Нет же, я должна читать притчи об осле и мухе.
Я так не могу. Мои нервы на пределе, нужно срочно намутить пару сотен долларов. Где это сделать, и каким образом - понятия не имею.

Сложив толстую книгу в сумку, я надеваю ее на плечо, и держу путь на выход отсюда. Меня жутко клонит в сон, что я даже сидеть не могу, глаза слипаются, а тело отказывается работать. Клянусь, я настолько уставшая, что вырубилась бы сейчас хоть на траве в кустах.

Только я выхожу из здания школы, как яркое солнце режет мне глаза. Я сразу же ускакиваю с так называемого крыльца школы, преодолевая и двор, где почти и нет никого.

Что ни день - то пиздец какой-то!

Медленным шагом иду в сторону дома Эмиля, крепко держав в руках сумку. Бросает то в холод, то в жар. Не заболела ли я?

Сирена с соседней улицы, крики какой-то ребятни - все это сопровождало меня, пока я не завернула через какую-то улочку, полностью забросаную мусором, помятыми банками из под пива и газировки... Больно смотреть.
Проходя мимо всех этих домов, я и не заметила, как оказалась возле дома Эмиля, где было подозрительно тихо. Обычно, он любит затусить с малолетками, привлекая их спиртным и травкой.

Перешагнув порог его берлоги, прислушалась ко всему, чему только могла. На кухне явно что-то готовилось, из-за чего, я сразу же пошагала в ту сторону.

Моя интуиция меня не подвела, на плите стояла сковородка, а в ней жарилась картошка, которой явно нужно было подлить подсолнечного масла, а то ещё чуть-чуть и Эмиль будет есть уголь. Плеснув чуток масла, я перемешала всю эту еду, и с лёгкой улыбкой принялась наблюдать за продуктами, которые в хаотичном порядке лежали на столешнице. Это было все, кроме здоровой пищи. Полуфабрикаты, фастфуд, даже сушёная рыба, с которой он собирается пиво пить.

-О, ты здесь... - скорее грустным и расстроенным голосом сказал Эмиль, чем не хило меня испугал. Его унылое тело последовало за стол, где он и погрузился в какую-то депрессию.

-Парень, ты чего? - открыла я холодильник в поисках чего-нибудь вкусного.

-Это пиздец, Ева, - сейчас его слова были полны тоски и злости одновременно.

-Расскажи уже...

-Не могу, - взбодрился он, взяв в руки кружку, которая лежала рядом.

-Эмиль! - возмутилась я, - что за фигня? - его поведение уже начало раздражать, хотя я не хотела, чтобы он подумал, что я такая раздражительная сегодня, иначе он созовет всех наших знакомых, пакуя мои чемоданы в психушку.

-Забудь, - взялся он за виски, - уже все хорошо, - его туша тут же вскочила с места, натягивая на лицо ужасную, фальшивую улыбку. Господи, как же меня они раздражают, - будешь жареную картошечку? - начал он ее солить.

Не смотря на то, что он начал меня бесить своим поведением, я только сейчас поняла, что дико голодна. Представив, как на тарелке лежит эта гребанная, вкусная картошка с соусом, у меня аж живот заурчал.

-Буду, - обижено сказала я, скрестив руки на груди.

Эмиль - реальный удод. Пока он возился с этой едой, минут пятнадцать, он так даже на меня и не посмотрел. Не соизволил рассказать, в чем проблема. Я же вижу, что с ним что-то не так.

Мы уже пришли в гостиную, с тарелками в руках, я врубила телевизор свободной рукой, и сделала глоток пепси колы, как Эмиль спокойным, уравновешенный голосом, словно он под снотворным, заявил:

-Кажется, я гей... - моментально мои глаза расширились, а вилка выпала из руки. Я медленно повернула голову в сторону блондина, который уже уплетал свою еду, делая вид, что с интересом наблюдает за каким-то матчем по футболу.

-Что!?