NEON

Это был обычный день.

 Тот же самый, старый дом моей бабушки, в котором живу я и мама, уже как 16 лет. Сама моя бабуля свалила отсюда, как только моя мать начала качать свои права в ее же доме. Элли никогда не являлась частью высшего общества, как-то переспала с богатым, молодым и умным Риком  Блэйком, моим отцом, который сначала решил спрятать любовницу за границей, то есть первые два года своей жизни я прожила в Мексике, в шикарном доме, но сущность моей матери дала о себе знать, и она начала наводить лишнюю шумиху, что Рику это было не выгодно, у журналистов появились новые поводы для сплетен, и его жена уже тоже начала задавать лишние вопросы. В итоге, мы оказались выброшены на холодную улицу, а точнее здесь - отсталый, никому не нужный, чикагский район "Кенеривилль". Здесь и жила все свои годы мама с моей бабушкой, которую, по слухам, ни раз забирали психологи. Наину я почти не помню, она как свалила, так и не совалась в Чикаго.
 В общем, вся моя жизнь покатилась по заднице, из-за Элли, ведь я могла сейчас жить и учится в солнечной Мексике, но, увы, не судьба. Я уже давно про плакалась и вытрепала свои нервы. Я даже не замечала за собой, что стала через чур то агрессивная, то депрессивная, и это все после 12 лет, когда мама в порыве гнева рассказала мне все вышесказанное, только еще в более ярких красках, не забывая меня обвинять в ее "говняной жизни". Наверное, мой здравый ум, понял, что я потеряла, и что могла иметь, вот и вышли мои нервы. Все добавили любовники Элли, которые часто стали меня избивать, до потери сознания. Я 19-ти летняя девушка, которая уже как третий год живет с двумя личностями внутри... Здравствуйте!

 Спустившись по скрипучим лестницам на первый этаж, застала около двадцати разбросанных бутылок. Раздвинув несколько пустых банок, вышла на кухню.

-Боже, что за вонь? - прижала я ладонь к носу, оглядывая кухню, на которую смотреть жалко. Увидев на старой, зашарпанной плите огромную кастрюлю, в которой что-то кипело уже, видимо, как пару часов без присмотра. Выключив плиту, застала какой-то облеванный суп, который уже весь пригорел и вонял, - Сука, ну, как так можно? - накинула я крышку на этот шедевр, открывая окно. Позади раскрылись двери, что даже дверь ударилась о стену.

-О, смотри, кто тут, - я вижу Элли, которая под ручку ведет свою пьяную подружку, которая зачастую ночует у нас на крыльце.

-Мы спать! - орет Жаклин на весь этаж, после чего заливается диким хохотом, который так противен мне. Я закатываю глаза и схватив свою сумку, которую я по какой-то причине оставила на кухне вчера, выхожу на улицу.

 Как-же мне надоело это! Вечные пьянки, ссоры... Даже думать не хочется.
 Солнце прикрыто облаками, но некоторые лучи проскальзывают, что жутко меня раздражает. Я терпеть не могу солнечную погоду, просто не переношу. Поправив хвост на голове, быстрее зашагала к более родному мне дому. Один квартал, и я уже забегаю по пяти лесенкам на крыльцо к дому Эмиля. Парню 26 лет, и как я с ним познакомилась, сама бы не вспомнила, если бы не Мила, с которой мы в ту ночь и зависали в том клубе, под веселыми таблеточками.

-Всем привет! - как-то грустно сказала я, хлопнув дверью. В ответ тишина, - Эй...? - вышла я в гостиную, где сразу надела грустную улыбку. Около десяти ребят валялись на полу, то спали, то шептали себе что-то под нос. Среди этих голов, я заметила одну, которую смогла бы распознать из тысячи. Джули - одна из тех, кто входит в круг близких подруг меня и Эмиля, но есть у нее минус, она слишком сильно вовлечена в наркотики.
 Присев на корточки, я подняла ее левую руку, мысленно хлопая себя по лбу. На ее коже были видны несколько точек, а сама вена словно в миллиметре от кожи находилась. Вся рука расчесанная и в пятнах, - ты же обещала бросить, - выдыхаю я, встав на ноги. Сейчас делать что либо бесполезно.

Опустившись на диван, рядом со спящим Эмилем, глубоко выдыхаю.
Худая девушка с темными волосами бегает то из кухни в гостиную, то наоборот. Эту девушку зовут Мила. Если с остальной компанией я познакомилась после перехода в 9 класс, то с Милой мы неразлучны с первого.

-Что такое? - интересуюсь я, делая глоток пива, что лежал напротив меня, на столе. Энрике не обращает на меня внимания некоторое время, судорожно что-то ищет.

-Ева? - ну вот, - Ты, разве, не слышала?

-Не слышала что? - по виду Милы смело можно сказать, что еще немного, и она сорвется.

-В город возвращается Джастин, - при одном упоминании имени парня, подруга чуть ли в обморок не падает, и я это замечаю.

-Это кто? - разглядывая железную баночку пива, спрашиваю я. Энрике затихает, это заставляет меня поднять на нее взгляд. Надо же... Она чуть ли не рыдает.
Ее голова начинает болеть. Я сразу это понимаю, ведь только Мила берется за левый висок, начиная на него давить ладонью.

-Тот, кого тут на долго запомнили, - закрыв глаза, брюнетка убегает на второй этаж, оставляя меня в полном шоке.
Что это с ней?

Просидев в тишине минут пять, я чувствую, как Эмиль ворочается, после чего резко вскакивает и замирает.

-Где я? - как бомж после пьянки спрашивает шатен.

-У себя дома, конченный, - кладу я банку на стол, - время три часа дня, такое ощущение, что вы уже с шести утра начали, - на мои слова Эмиль усмехается, несколько раз почесав глаза.

-Мы тут со вчерашнего для, - говорит он, словно есть чем гордится. Проходит ещё минута и парень встаёт, доходит до кухни, и я по звукам слышу, как наливает себе воды из под крана.

-Эмиль, - зову я парня, перешагивая через парочку человек, выхожу на кухню. Шатен ничего не отвечает, просто кивает, продолжая опустошать кружку, - знаешь Джастина? - от моего вопроса парень давится и начинает кашлять. Я сразу же подхожу, начиная постукивать ему по спине, прекрасно зная, что такая фигня не работает.

Друг весь красный, глядит на меня. От одного его взгляда передергивает. Нет, не в том смысле, что он урод, а в том, что вечеринка, которая проходила тут всю ночь и утро плохо сказалась на его милой роже.

-Зачем тебе он? - с некой опаской, что ли спрашивает он.

-Это просто вопрос, не усложняй, - закатываю я глаза, показывая всем видом, что могу обойтись и без подробностей.
Шатен задумывается, словно решает какой-то сверх политический вопрос, после поднимает взгляд, глядя неодобрительно мне же в глаза.

-Это же не для... - чуть кашляет он, прочищая горло, - не для второй тебя...? - при этих словах, я слегка отворачиваюсь.
Слишком больная тема для нас всех. Ведь, когда-то, именно Эмиль повез меня в соседний город, к хорошему психологу, еще и оплатил его. Мои перемены настроения, провалы в памяти и отказы от еды стали слишком пугать всех, кто входит в круг моего общения.

-Не говори так, ладно? - сохраняю спокойствие. Отлично, - и нет, Мила сболтнула пару слов, но толком ни хрена не объяснила.

-Заебись... - бурчит под нос парень. Думает, что это было не слышно, но мне лишь становится интереснее, - что... Она сказала?

-Толком ничего. Чуть не расплакалась, правда, и убежала, - на кухне царит лёгкий беспорядок, но по сравнению с моей хатой, это и вправду просто раскиданные пакеты от еды и использованная посуда по углам.

-Ева, - что же ему так сложно говорить, я не пойму? - ты же не была знакома толком с этим городом до лет 14, - верно подмечает друг. Хоть я и общалась с Милой, ее жизнь уже в таком возрасте была полна приключений, о которых я не знала. В 15 я познакомилась со всей этой компанией, а в 16, 17 боролась со своей психикой, даже не вдаваясь в подробности города. Меня можно было найти обдолбаную в туалете какого нибудь дешевого клуба ночью, а днём я пропадала фиг знает где. Это и были мои выпады из памяти, - здесь жил один парень, по нему сохли все бабы, - вспоминает Эмиль, - это и был Джастин. Сначала, он был просто красивым пиздюком, такой же распущенный, как и мы все, пока ему не стукнуло 17. Там он только чего не делал. И торговал, и сам принимал, и пил, курил, при этом еще и спортом занимался, что бы не запускаться. В итоге, потихоньку, он стал сам  огромным наркобароном с шестерками по всюду. И людей он валил, и всех заставлял боятся, - выдыхает он. Я слегка приподнимаю брови... Как я могла пропустить такое? Ах, ну да, я псих, - когда Мила с ним познакомилась, ей было 16, ему 19. В общем, я не знаю подробностей, но он завалил ее парня и сам же ее трахал. Когда его интерес к ней прошёл, она стала карать себя и ненавидеть. Чуть ли жизнь  самоубийством не закончила.

-Мила? - перебиваю я парня, не веря в сказанное. Эта брюнетка, по-моему мнению, самая беззаботная по поводу парней, и что бы убиваться так из-за одного индюка, это совсем не похоже на неё.

-Да. Она просто... - подбирал он слова, - была унижена, понимаешь? - я кивнула, - о нем с каждым днём говорили больше и больше. Если тебе что-то нужно было достать, там:  косяки, таблетки, порошок, оружие... Он доставал все за считанные часы. Был в почете у всех, но... - прервался друг, заставляя меня ждать. Уж интересно, что такого могло случится, что такой "влиятельный" петух решил свалить? - случился конфуз... Никто даже не мог поверить в это, думали, он свалил из-за копов, что его застукали. Слух был, что все из-за какой-то девушки.

-Убил ее? - торопила я рассказ.

-Хуже. Влюбился.

-Он же не мог свалить из-за этого?

-Говорили, что его видели с ней пару раз, но не в людных местах. Ее типа убили, или она пропала, все благодаря ему. Сначала девушка, потом с шумом умерли его близкие друзья... В общем, Ева, - хлопнул перед моими глазами Эмиль в ладоши, отвлекая от кровавых картин, что сами по себе сформулировались в голове, - это были не лёгкие времена для всех нас, как только он свалил, все копы стали переворачивать город. Столько смертей не было никогда, а слух, что он вернётся, не оправдан, так что, нужно надеяться на лучшее, - я опускаю глаза в пол.

Он прав. Кто бы не был этот ублюдок, что возомнил себя Богом, пусть сваливает.

-Погнали, отвлечемся, - уже весело говорит кареглазый. Я надеваю полуулыбку, следуя в гостиную.

Эмиль достаёт поднос из под нижней полки журнального столика, кладет его передо мной, а я вижу три, аккуратно выложенные дорожки порошка.
Сразу же отворачиваю взгляд, закрывая глаза. Я борюсь с этим дерьмом второй год. Мой организм открыт для алкоголя и, иногда, сигарет, но не больше.

-Я не буду, - серьёзно говорю я. Шатен понимающе кивает, начиная сворачивать сто долларовую купюру. Этот говнюк поддерживает мое желание вылезти с этого дерьма, но всегда ржет громче всех и ставит на то, что я сорвусь. Всегда.

Наклоняясь к подносу, Эмиль занюхивает первую дорожку, после чего запрокидывает голову наверх, тяжело выдыхает и мотает головой. Я вижу, как его реальность начинает шататься, и не скрываю, сама хочу это испытать. Но, снова отворачиваюсь, глядя на Джули.
Я не хочу становится наркоманкой, снова. Мне и так досталось от жизни, живу как два человека.

Радует, что не часто проявляется эта "загадочная, неопознанная" я.

Чувствую, как во мне растёт желание чихнуть.
Думаю, что сдержусь, но в последний момент, разворачиваюсь к столику, и чихаю.

-Блять, - слышится сдержанное от шатена. Вот же черт, - Ева! - я открываю глаза, виновато глядя на парня.

-Извини, - пожимаю я плечами, неловко глядя на разлетевшийся порошок на столе.

-Ну, что ты! - взмахивает он театрально руками, - ты всего лишь чихнула на мою наркоту, - сарказмом говорит он.

Я лишь выдавливаю виноватую улыбку.

-Будь здорова, Ева, - цокает Эмиль, раздражено хватая поднос со стола...
Вот же черт.