Небожитель

   Растянуться на постели, вдыхая свежий аромат белья  и смотреть на красивое тело рядом… наверное, именно так выглядит рай! Кириги рассматривал меня точно так же, словно все происходящее ново, но доставляет чрезвычайное удовольствие.
   Я решила нарушить бессловесное созерцание, задав еще один волнующий меня вопрос:
- Кириги, а долго ли это все продлиться?
- Что? – лениво поинтересовался он.
- Я не аквариумная рыбка и ты не можешь рассчитывать, что я проживу здесь всю жизнь.
   Мужчина тяжело вздохнул:
- Иногда я вообще сомневаюсь, есть ли у тебя инстинкт самосохранения. Если соединить все, что я о тебе знаю, то получиться, что он полностью отсутствует, - сказал он и перевернулся с бока на спину, уставившись в потолок. – Пойми, Джен, что на улице тебя ждет смерть.
   Я закусила губу, раздумывая над его словами. А ведь он прав! Сразу вспомнилась погоня в коридорах родного офиса… Стало страшно. Кириги знает, что говорит, а я совершенно забыла об этом. Но почему?
   Снова взглянув на него, я поняла, что вот она причина – лежит сейчас рядом. Все дело не в инстинкте, а в обстоятельствах. Просто когда Кириги был рядом, они отступали, словно их не существовало вовсе. Я могла быть маленькой капризной девочкой, и хоть мозг сходил с ума, тело знало, что оно в полной безопасности. За меня говорило подсознание.
   Но сейчас, когда он обратил на это внимание, тут же стало не по себе. Я вдруг представила, что случиться, если я попаду в руки к мафии.
   Сначала будут пытки.
   Я крепко зажмурилась, представляя первый удар по скуле, но вместо боли почувствовала легкое касание теплых пальцев.
- Ну, чего ты опять боишься? – спросил он ласково, словно говорил с маленьким щенком.
- Ты прав, - грустно сказала я. – Меня ждет смерть.
- Черт, - ругнулся он. – Я не хотел тебя расстраивать, - он обнял меня и погладил по волосам. – Со мной тебе ничего не грозит, слышишь?
- Слышу, - тихо пискнула я, но страх не прошел. – Но ты не сможешь находиться со мной всю жизнь. Да и Форесты не будут караулить моих родителей вечно.
- А вечно и не потребуется. Джен, пойми, что сейчас все поставлены на уши. Отдан приказ и все ринулись его исполнять. Если я даже сейчас дам делу обратный ход, то нет гарантии, что тебя не прикончит тот, до кого еще не дошел «отбой».
- Им приказано убить меня?!? Вот так… вот так просто?!?
- Не знаю. Не думаю, но при задержании всякое случается. Не хочу, чтобы ты пострадала. У меня есть выбор – ехать и улаживать проблему сейчас, когда всех лихорадит и оставлять тебя здесь одну или переждать какое-то время. Я выбираю последнее. Не хочу, чтобы из-за моей глупости с тобой что-то случилось.
- И как долго продлиться «какое-то время»? – уточнила я.
- Не думаю, что больше двух месяцев, - уверенно ответил мужчина. – Побудешь тут пока. Здесь же тебе неплохо, да? – он улыбнулся. – Не дует, дождь не капает, правда?
- Угу, - подтвердила я.
- Потерпи, котенок. Совсем немножко, - тут он улыбнулся совсем по-мальчишески. – О, у меня же для тебя игрушка есть!
- Какая? – удивилась я.
   Он достал небольшой аппарат – маленький плоский переносной экран, не больше электронной книги.
- В квартире и во всем доме есть система наблюдения, - пояснил он. - Если ты опять испугаешься, то можешь, не выходя из комнаты, все осмотреть. Зум тут неплохой, так что изображение можно приблизить и удалить, не теряя в качестве, а вот со звуком проблема – его нет.
- Действительно, - пораженно ответила я, «осматривая» все комнаты. – Что ж так?
- Не люблю жучки. Они меня нервируют. Профессия сказывается.
- Да, ты же… - я искала слово.
- Киллер, - холодно улыбнулся он. – Хотя и это определение ко мне невозможно применить в полной мере.
- Ты же такой сильный... – сама не знаю, почему начала я. – Разве ты не можешь… жить сам по себе?
- Маленький ангел заботится о бессмертии моей души? – он снова коротко улыбнулся и взгляд на секунду потеплел, но потом снова обдал холодом: - Уже поздно, Джен.
- Почему? – спросила я доверчиво. Не хотелось верить, что это так. – Нет, я думаю, что это не так!
- Осторожней, Джен, иначе я могу поверить, что тебе ее судьба небезразлична.
- Я не святая, - созналась я вдруг.
- Что ты имеешь ввиду? – не понял он.
- Если бы я была святой, то я бы тебе сказала – да! Для меня нет ничего важнее и дороже твоей бессмертной души, но я не такая.
- А что бы мне сказала ты, Земная Джен? - клещами он вытягивал из меня признание.
- Я бы сказала, что она меня очень заботит, но, к сожалению, не меньше, чем собственная задница, - пробурчала я.
   В ответ Кириги захохотал, после чего продолжил инструктаж по прибору. А меня вдруг осенило:
- Но ты же… ночью ты просто мог посмотреть, что это я, а не пугать меня пистолетом! – возмущение во мне аж пульсировало.
   Он улыбнулся и ответил:
- Я не мог лишить себя удовольствия еще раз тебя увидеть, - признался он и начал пальцами гладить по моей шее.
- Ага, и пушку прихватил, - скривилась я.
- На самом деле мне тоже не спалось, - сказал он после долгой паузы.
- Чего это? За тобой же не гоняются орлы из триады, - фыркнула я.
- Да… но осознание того, что ты здесь. В моей берлоге, - усмехнулся он. – С такими мыслями тяжело заснуть.
- А пистолет причем? – не унималась я, чувствуя, что он опять переводит тему.
- Я его чистил, - сказал он просто.
- Чистил? – не поняла я. Это было для меня странно – ночью чистить пистолет. Хотя, откуда я знаю, может у киллеров распорядок дня такой!
- Разбирал и чистил, - добавил он.
- Не вешай мне лапшу, - огрызнулась я. – Ко мне ты подошел с собранным, даже с глушителем!
- Это потому, что я разбирал его, чистил, потом собирал.
- И глушитель привинчивал? – скептически сказала я.
- Да. Забирал, чистил и собирал, - сказал он тихо.
- Зачем его столько раз чистить? – не поняла я.
- Потому что я не мог заснуть, - повторил он, глядя в потолок.
- Ты странный, - сказала я в недоумении. – Мог бы заняться чем-то полезным.
- Не мог. Для этого нужно соображать, что именно ты делаешь, а мне это тяжело. Оружие я разбираю и собираю на автомате.
- Конечно, тяжело! Еще бы! Замучил бедный пистолет!!! – возмутилась я с улыбкой.
- Нет, просто я слышал, как ты плакала ночью, - признался он, наконец. – Я думал, что испугал тебя, а днем ты храбрилась.  Думал, что причиняю вред.
   Я пораженно уставилась на него. Не думала раньше, что Кириги так сильно заботится о моем душевном спокойствии, а все оказалось еще сложнее. Мой защитник переживал из-за моего страха как никто.
- Я боялась, - начала я осторожно. – Но плакала не по этому.
- А почему? – недоверчиво сказал он.
   Эх мужчины… даже неземные… что вы в женщинах понимаете? Вопрос риторический. Я открыла рот, что бы выдать правду, но не получалось. Такое сказать не так уж просто – это всегда риск для сердца. Я не знала, как поступить, но решила, что нужно сказать, потому что с меня недомолвок хватит:
- Я думала, что ты… разочаровался… во мне… когда узнал, что у меня… есть флешка, - сказала я с небольшими наминками.
- Разочаровался? – спросил он недоуменно.
- Ну, да. Ты же после того.. ну… ты даже в душе ко мне не подошел… - мое лицо горело от смущения так, что казалось, сейчас всполохнет. – А потом.. ну… этот портрет.
- Джен! Я не могу поверить, что слышу это… Боже, я… я стоял за той стеклянной стеной и проклинал все на свете! – сказал он с чувством. - Но ты была такая напуганная, маленькая и беззащитная. Как будто ты одна-одинешенька в целом мире. Я не мог воспользоваться положением. Я бы нарушил обещание.
- Не говори так, а то я еще тебе поверю, - сказала я, чувствуя, как влажнеют глаза. Задала я главный вопрос: – А Морган?
- Она моя вторая половинка, Джен. Моя противоположность. Она небожитель, как и я. Мы очень хорошо друг друга понимаем… Вряд ли у тебя когда-нибудь был такой человек... Сейчас она мой хороший друг.
   Я не поверила. Когда мужчина говорит «моя вторая половинка»…
- Почему ты спрашиваешь? – поинтересовался он подозрительно.
- Мне было обидно, когда ты забрал у меня из рук портрет, - сказала я прямо.
   Он молчал долго, а потом, наконец, сказал:
- Она слишком большая часть моей жизни, Джен. И совсем другая. Мне было нелегко видеть, как мое прошлое и настоящее находятся в одной плоскости.
   «Он хочет забыть ее?» - пронеслось у меня в голове.
- Пока рано, - добавил блондин.
   «Значит, все еще любит», - опять маленьким червячком прорезалась мысль в голове.
- А я кто? – у меня само вырвалось. Я не хотела и более того, боялась. Боялась услышать от него любое слово, потому что знала, что это будет либо горькая правда, либо сладкая ложь. И того и другого мне не вынести.
- Когда дело касается тебя, Джен, то я ничего не знаю. Но видимо плохо я тебя люблю, женщина, если ты задаешь такие вопросы, - сказал он и подтянул к себе, как тут раздался звонок в дверь.
   Кириги тихонько выругался, нависая прямо надо мной, а потом чмокнул в лоб:
- Будь тут, я скоро вернусь, - мягко прошептал он.

   Я села на кровати, но не могла успокоится.
   Кто это?
   Это за мной?
   Будь тут. Та буду, куда деваться, ведь жить пока еще хочется!
   Непостижимо, как можно вот так просто сидеть и ждать в неизвестности. И все твои гарантии, это все лишь один человек, который любит другую женщину. Он может обманывать себя, но не меня. Это словно роман с женатым мужчиной. Вам хорошо вместе, это так поразительно напоминает идиллию, но как только… его уже нет и ты одна. Это была болезненная мысль. Смогу ли я так жить и с чего я взяла, что жить? Это все временно. Два месяца, так он сказал.
  Нет, я не могу! Я должна знать!
   И тут я вспомнила, что идти никуда не нужно, а рука потянулась за маленьким чудом техники.
   Я тогда еще не знала, что зря это сделала.
   Вспомнить, как пользоваться этой штуковиной не составило труда – тут было не так много кнопок. Вообще-то странно, что я ее не сломала от первого прикосновения, как это бывало обычно. О моих отношениях с техникой можно складывать легенды. Нет, я ее не боюсь. Скорее она меня!
   После нескольких переключений я нашла нужную комнату и нужную камеру. Только вот глазам не поверила. Приблизив экран ближе к лицу, вспомнила о зуме. Увеличение картинки больше походило на медленную пытку, когда пульс ухает прямо в голове. Отклонившись, я не чувствовала уже ничего. «Хорошо, что нет звука», - пролетела единственная мысль в воспаленном мозгу. Их взаимных горячих признаний я бы просто не выдержала, лежа в его постели и чувствуя тепло на том месте, где минуту назад лежал мужчина. Всего лишь минуту назад он казался моим. Но сейчас я видела его рядом с девушкой, в чьих волосах просматривались красные прядки.
   А через мгновение она бросилась ему на шею.
   Не в силах смотреть дальше, я отложила экран в сторону, закрыв глаза, но все равно видела их горячий поцелуй, который должен был бы последовать за такими объятьями. Я смотрела на идеально белый потолок и чувствовала. Как кто-то невидимый вытаскивает из меня душу, которая, как оказалось, находиться у меня в груди, а не в голове. Выжал, словно половую тряпку, мучительно и неумолимо. Стало больно дышать, да и вообще не хотелось. Как бы мне забыть то, что я видела и не чувствовать то, что сейчас убивало.
   «И чего я переживаю?» - думала я, пока грудь разрывал огонь обиды и отчаянья. – «Будто у нас такая любовь была… Секс - не повод для знакомства».
   Но сердце не верило попыткам разума, который тоже уже начинал сбиваться с мысли. Меня почему-то затрясло. Я действительно еще не поняла, что произошло. Меня опять предали? Или нет? Наверное, нет, потому что мне же ничего не обещали… Я опять сама себя обманула. Я положила голову на простыни и все тело само собой сжалось в позу плода, веки опять обожгли слезы.
   «Ты не из тех женщин, которым идут слезы».
   Может быть, но я также не из тех, кого выбирают в конечном итоге. Так было всю жизнь и почему сейчас все должно измениться, тем более, если та другая - «вторая половинка».
   Такие ласковые ночью простыни начали жечь, словно на них пролита белизна. Они неприятно покалывали, обжигали кожу. Я почувствовала себя чужеродным телом, в галактике, которая хотела от меня избавится. Вскочив с кровати, я не знала, что делать дальше. У меня совершенно отсутствовал опыт в таких делах.
   В комнате вдруг стало невероятно холодно и пришлось обхватить себя руками. Смотреть на смятые черные простыни оказалось просто невыносимо. Они словно напоминали о какой-то краже. Словно я взяла не свое. Словно ночь с женатым мужчиной… Я потянулась руками к краю простыни и сдернула ее с кровати. Тоже самое, но более бережно, я сделала с другими предметами комплекта и аккуратно сложив, оставила в ванной.
   Разобранная кровать мне показалась кощунством.
    «Что я делаю?» - спрашивала я себя в ужасе, когда начала искать чистое постельное белье. – «Исправляю ошибки», - подсказал суровый голос внутри. Я благодарна этому порыву, потому что у меня есть занятие, при котором можно не думать. Что это что-то вроде того, как Кириги собирал и разбирал пистолет, когда… он говорил, что переживал, но теперь я его поняла – он чувствовал вину. Вину за то, что со мной произошло… Это не сильно клеилось с тем, что он считал меня курьером, но он же говорил что «в твоих глазах есть душа» и все такое… Может я словно птичка со сломанным крылышком, которая прыгает одна по темному лесу?
   Существовало и другое объяснение его поведения. Только оно причиняло боль. Да и опровержение находилось в соседней комнате в объятьях Кириги. Меня опять понесло и слезинка, самовольно скатившаяся по щеке, уже хотела упасть на чистые простыни, но я отпрыгнула на шаг назад, чтобы помешать ей испортить проделанную работу. Мне хотелось сделать так, будто меня тут и не было. Я аккуратно поправила последний угол покрывала.
   Ну вот. «Как в лучших домах». Мысль принесла удовлетворение.
  Я пошла в ванную и умылась. Теперь нужно было придумать, как умыкнуть так, чтобы она не заметила. Кириги хороший, он меня не обманывал и защищал. Он говорил много такого, что до него не говорил ни кто другой. Вот я и уши развесила… поверила в то, чего не было… Как я могу обижаться на него за это? Это я дура, что влюбилась в того, кто… кто любит другую женщину.
   Другую.
   «Не думай сейчас об этом. У тебя для этого будет еще вся жизнь», - приказала я себе и подошла к чемодану.
   Выбор одежды для меня был прост – не зная, что ждет меня на улице и как долго я там пробуду и куда пойду. Одно я знала точно – не на работу. Значит, можно остановиться на спортивном стиле. Одела белую майку на бретельках и шортики к ней. Рука потянулась к уже знакомому лыжному костюму, коснулась его, но ткань издала звук, который меня просто оглушил. И не думала, что веду себя настолько тихо… А если пройдусь в таком костюме – они точно услышат это характерное шуршание. Ладно, остальное могу одеть и в коридоре. Мысль о лишних зрителях в лице жильцов дома и тем более стыде меня не испугала.  Какая разница, если этих людей вижу в первый и последний раз.
   Спасибо Кириги за то, что взял мягкие сапожки. Хоть что-то хорошее.
   А потом вспомнила важную вещь, ведь у меня нет ни мобильного.. нет денег, а даже если бы были ключи – не домой, ни на работу нельзя. Я начала шарить по тумбочке у кровати. Мне повезло – там были деньги, причем намного больше, чем нужно. Я взяла только пятьсот, потому что знала, что где бы ни очутилась, такую сумму вернуть смогу.
   Сложив веши в аккуратную стопочку, взяла в руки и в мягких носках подошла к двери, приоткрыв ее. Коридор пуст. Меня охватила какая-то болезненная радость. И тут увидела, что входная дверь приоткрыта.
   Приоткрыта…
   Тупая боль пронзила мозг.
   Я все поняла.
   Такой педантичный человек, как Кириги не мог оставить дверь открытой. Я вспомнила, как он постоянно застегивал ремень безопасности, как следил за остальным… Это невозможно!
   «Нет. Возможно», - подсказал неумолимый внутренний голос. – «Если бы он оставил их специально».
   Зажмурившись, я услышала собственное сердцебиение в ушах. Я никогда не слышала внутреннего голоса до этого дня и никогда не чувствовала стук собственного сердца. Так размерено и глухо… Я думала, что от обиды оно будет биться как сумасшедшее, но нет… оно наоборот, замедлилось…
   «Просто он хотел, что бы ты ушла», - сказал голос то, что я сама себе сказать боялась. Теперь кто-то невидимый схватил уже за горло, обхватив цепкими пальцами и подбородок и опять выжал. С закрытыми глазами это ощущалось так явно… так невыносимо!!!
   Я открыла глаза и увидела цель – дверь. И сделала первый шаг. Каждый последующий делала очень осторожно, боясь сделать хоть одно лишнее движение и издать хоть какой-нибудь звук. Думала, что с моим еврейским счастьем, точно сейчас с огромным грохотом растянусь на полу, но произошло чудо, я благополучно добралась до двери. Замерла лишь на мгновение, ведь слишком хорошо знала, что именно с этой точки виден проход в кухню, где сейчас находились голубки и тут услышала:
- Любовь тебе идет, - сказал мелодичный женский голос. Он казался прекрасной песней для человеческого уха, но меня пронзил, словно ржавый железный прут. Я не удержалась и повернулась. Девушка касалась пальцами щеки Кириги, а невидимый мучитель сжал меня еще сильнее, а то, до чего не дотянулся, казалось, окаменело. Я словно запрограммированный робот сделала два шага и оказалась за дверью и, наконец, сделала вдох…
   Я даже не заметила, что все это время не дышала.
   Как только оказалась за дверью, то сразу пошла быстрее. Ноги утопали с мягком ковре холла, но я не обращала внимание и шла дальше и дальше по направлению к лифту, туда уже зашел кокой-то мужчина и неодобрительно смотрел на мой наряд.  Его реакция не стоила внимания, я придержала рукой лифт, и зайдя в кабину, начала прямо при нем одеваться.
   Не выдержав, мужчина прокомментировал:
- Я только хотел напомнить, что зима на дворе, но вы видимо одумались сами, - сказал он с очень серьезным видом.
- Что поделаешь – девичья память, - пожала плечами я, застегивая куртку.
- Хорошо, что не склероз, - сказал он шутливо, но я не улыбнулась в ответ, а ответила:
- И не маразм, - тут двери лифта открылись и я уже начала выходить, но тут подумала, что идти мне некуда.
   Я обернулась на лифт, обдумывая ситуацию, как случайный знакомый сказал:
- Мужчина, который заставляет девушку зимой выходить от него в одном белье, не стоит того, что бы оборачиваться, - сказал он.
- Вы ничего не знаете! – возмутилась я.
- Какие бы ни были причины, - оборвал он меня. – Вы сейчас куда? Может, вас подвезти?
   Слишком сложный вопрос для раненной души и я рассеяно посмотрела на него:
- Думаю, это плохая идея, - с сомнением сказала я.
- Мои идеи еще никто не называл плохими, - усмехнулся он.
- Вы меня не знаете, - сказала я не впопад, думая о том, что человек, за которым охотится мафия – не самая лучшая компания.
- Я же вам не замуж предлагаю выйти, - улыбнулся он. – А всего лишь подвезти.
- Я еще не решила, куда мне ехать, - сказала я неуверенно, ведь знала, что медлить нельзя. Нужно отсюда выбираться, пусть и в машине с незнакомцем.
- Это состояние временное, - сказал он и показал рукой на выход. Я решила пойти с ним… все равно куда, лишь бы подальше отсюда.
   В середине Бентли я себя чувствовала не в своей тарелке, словно в спортивной машине Кириги. Все-таки его джип был для меня как-то комфортнее…
- Как вас зовут? – спросил новый знакомый.
- Женя, - буркнула я, с опаской глядя на дорогую панель автомобиля, но тут же себя поправила: – Евгения.
- Николай, очень приятно, - ответил он.
   Я впервые присмотрелась к нему. Николай оказался очень красивым мужчиной, но у меня на красоту уже аллергия. Не стоят они того…
- Итак.. вы определились? – спросил он, улыбаясь.
   Тут я заметила, как из дома вылетел, действительно, вылетел Кириги, судорожно оглядываясь по сторонам.
- В центр, - сказала я.
- Мы уже в центре, - сказал Николай и выехал на проезжую часть, а я все еще наблюдала, как Кириги ищет меня глазами, но он не догадался, что я уже сижу в машине с незнакомцем. – Кажется, для вашего друга то, что он выгнал вас в одном белье из дома – новость.
- Вы ничего не знаете, - напомнила я, когда наблюдать за Кириги стало невозможно, потому что к нему подошла Морган, я повернулась к собеседнику.
- Я согласен, что не знаю ни вас, ни вашего друга, ни ту девушку, ни вообще ситуации, но зрения меня еще никто не лишал, - сказал он деловито.
   Я опять оглядела уже его всего. Этот человек явно принадлежал к высшему слою общества. Об этом говорила не только дорогая машина, но и эта манера – словно он знал все на свете и всегда был прав. Соль земли, так сказать.
- Адвокат? – нашлась я.
   Он повернулся ко мне на секунду:
- Вы меня знаете? – заинтересовался он.
- Нет. Откуда? – оторопела я. – Просто вы похожи на адвоката – в любой ситуации невозмутим.
- А как насчет депутатов? Обычно думают, что я депутат.
- Депутат сам за рулем и без охраны? Мы в одной стране живем? – теперь уже усмехнулась я. Если тема богатых и бедных неисчерпаема, то политика вообще вечна. Но я решила на ней не останавливаться: - Корпоративные дела, правильно?
- В яблочко, - усмехнулся он.
- И живете в том доме… - сказала я больше для себя.
- Скорее, ночую, - сказал он.
- О… не издевайтесь надо мной! Тот дом уже давно пора переделать в отель – там все «только ночуют»! – возмутилась я.
- Как вы? – спросил он колко. У меня сразу пропало желание куда-то ехать, даже в Бентли, с этим человеком. Слишком много он замечал и готов был использовать против меня. Против меня и так все и вся! Еще его не хватало! Я его даже не знаю!!!
- О нет! - выдавила я с презрением. – Я здесь в первый и последний раз! Только потому, что.. не важно! Знаете, чем я от вас отличаюсь? Я не «ночую» у себя дома. Я там живу и люблю свой дом! И люблю свою кошку! И хочу, чтобы… - мой голос сорвался, как только я поняла, что это невозможно. – Остановите машину.
-  Евгения, это, конечно, не мое дело, но вы похожи на человека, у которого нервный срыв и я не думаю, что вам сейчас стоит предпринимать какие-либо решительные действия.
- Другого времени нет, - отрезала я. – И с чего вы взяли, что у меня срыв? Может я просто такая скверная личность?
- Были бы вы скверной личностью, то не ходили бы голой зимой…
- Хватит меня анализировать!!!
- Вы этим только что занимались точно так же, - пожал плечами он. – Давайте так: я вас высажу, но... возьмите это, - он протянул мне визитку. – Если вам нужна будет помощь, то вы позвоните. Пообещайте.
- С чего это? – не поняла я.
- Пообещайте, - сказал Николай твердо.
- Это не нормально, вы отдаете себе в этом отчет – мы совершенно незнакомые люди…
- Может быть в этом и прелесть, - усмехнулся он. – А теперь скажите.
- Если мне понадобится помощь – позвоню, - смиренно сказала я, махнув визиткой. Чувствуя, что он не отстанет, а про себя подумала, что похоже мужчины сошли с ума. – У вас не найдется сигареты? – спросила я.
- Вы курите? – подозрительно спросил он.
- С сегодняшнего дня, - подтвердила я, а он протянул мне портсигар и подкурил. Я сунула чужеродный предмет в рот и вышла из машины, на прощание бросив: - Спасибо.
- Главное не забудьте свое обещание, - сказал он на последок.
   Я сунула визитку в карман, поскольку урны рядом не оказалось и вышла из машины.
   Пытаясь понять, как люди курят такое каждый день, я бесцельно двинулась вниз по улице, как тут меня кто-то схватил за руку и развернул на сто восемьдесят градусов.
   Я встретилась с невероятно прекрасными карими глазами. Морган изучала меня, прижав к уху телефон:
   «Вот так встреча…» -  подумала я. Лицом к лицу. Теперь, когда я к ней так близко, то поняла, что ни один портрет и ни один экран не может в полной мере передать насколько она красива. Девушка действительно очень похожа на Кириги – такая же неземная. Аж глазам больно. Отвернувшись в сторону, я натолкнулась на свое изображение в витрине. Симпатичная, но не более. А по сравнению с этой красоткой, просто Квазимодо… Я проглотила комок обиды и опять повернулась в сторону «соперницы».
- Она курит? – спросила Морган в телефон. – Не кричи на меня, – отдернула она собеседника. – Не курит, так не курит. Извините, девушка, – сказала красавица и пошла дальше по улице, продолжая говорить по телефону: – Если бы я ее видела.. ну хоть мельком! А так ищу, но не знаю что. Я уже незнакомых людей дергаю.
   Люди оборачивались вслед, замирая с открытыми ртами, точно как я. Они не могли поверить в ее красоту, а я верила… Не понятно другое: как после знакомства с ней, можно даже думать о другой женщине?
   Правильно – это невозможно.
   В грудь давило так, словно ударило тараном. Как это пережить? Как обычно? Но в этот раз все намного больнее...